Фея танцующего домика

1. Диета Утро щебетало на все лады птичьими голосами. Солнце обнаглело уже на взлете и жарило во всю мощь. Облака стыдливо скрывались, как только на них взглянешь. В общем, день обещал быть настойчиво жарким. На лесной поляне цветы жадно впитывали солнечные лучи всеми своими лепестками. Задевая их верхушки, над ними качался небольшой домик размером со скворечник, но очень современного дизайна в стиле "антик". Домик висел в воздухе, держась на честном слове и сочных выражениях его хозяйки —обычной лесной феи. Шмели и пчелы, жужжа, пролетали мимо, иногда карабкались на крыльцо, перебираясь через портик на другой цветок. Окно домика отворилось с легким скрипом, и из него выглянула сама фея. Ах, фея! Это легкое эфемерное существо с прозрачными крылышками, изящное и прелестное!.. Увы! От всего вышеперечисленного в наличии были только прозрачные крылышки. От чрезмерного употребления нектара и пыльцы фея несколько пополнела. Да чего там врать-то! Сильно пополнела. Очень сильно. Этакая энергичная толстенькая красотка "на любителя". И ведь любители находились! Итак, окно со скрипом отворилось, и из него выглянули толстые щеки феи. Она оглядела колышущееся море цветов, оценила выцветшее небо и запела густым крепким голосом что-то крайне немузыкальное, но главное с душой, верно? Но пение внезапно оборвалось. Фея вдруг вспомнила, что с сегодняшнего дня она обещала себе (клятвенно обещала) сесть на диету. Если вы когда-нибудь сидели на диете, то знаете, что едва сев, уже хочется встать. Эта толстушка уже вставала несколько раз. Но теперь-то уж точно надо сесть на эту самую диету. Необходимость похудения объяснялась очень просто — крылышки не выдерживали веса феи! И полеты пришлось ограничить. До ближайшего куста дикого жасмина. Его нектар обладал поистине великолепным действием — он опьянял! Нанектарившись жасмина, фея (ну ладно, признаемся, что ее звали Хвиндра) обычно добиралась до своего домика "на бровях". Обладая хорошим воображением, нетрудно представить себе пьяненькую, хихикающую Хвиндру, которая перелетает короткими перебежками от цветка к цветку, срываясь, хватается за лепестки, но все-таки падает. И уже хохоча во все горло карабкается по стеблю наверх, цепляясь за листья, опять падает... И так пока не уснет где-нибудь под ромашкой в рваненьком платьице и с одной туфелькой на толстенькой ножке. А в последнее время добираться до жасмина стало так трудно! Часть пути приходилось проделывать пешком. Эдак дело дойдет до того, что придется путешествовать с рюкзаком и палаткой! Ну и где прикажете носить рюкзак, если на спине крылья? На заднице, что ли? Но и это не главное! В середине лета состоится слет фей. Будет обалденная тусовка, праздничный ужин и танцы! ТАНЦЫ! В прошлый раз так весело отметили середину лета, что во время танцев некоторые феи, кружась, свалились в озеро. Желтая пресса немедленно осветила это событие во всех красках и даже указала имена потерпевших! Был такой скандал! А интервью с очевидцем происшествия! Некий водяной (не будем указывать пальцем) даже рассказал, что будто бы помогал вытаскивать из озера "перепившихся феек" (фу, гадко-то как!). Вот так и выразился! Некоторые феи вынуждены были скрываться за рубежом — в дальнем лесу за рекой. А там экология плохая! Как бы там ни было, а пропускать праздник Хвиндра не собиралась. Поэтому она, грязно по-гномьи ругаясь, шлепала босыми ногами к двери на улицу, чтобы позавтракать ближайшими, уже объеденными насекомками цветами. Это чтобы поменьше съесть. Фея вышла на крыльцо и жадно вдохнула дразнящий аромат нектара. Он висел плотным облаком над разогретой солнцем поляной. Жаркий, по утреннему влажный воздух был вкусен. ...Голодная слюна предательски наполнила пухлый ротик. Она шумно сглотнула и быстро протопала по ступенькам вниз мимо колонн портика к небольшой площадке перед домиком. Головки цветов мягко колыхались у ее ног. Фея уселась на самый край площадки и неловко сползла на барвинок. Тот покачнулся и тяжело повис, наклонившись почти до земли. Вцепившись руками в лепестки, Хвиндра сунула лицо в сладкую глубину цветка и слизнула вкуснейшую каплю нектара. Увы! Больше не было. Лизнув малость пыльцы, она с тяжелым вздохом скользнула вниз на землю. Голод, получив подкрепление, разгорелся с новой силой. Фея постояла в тени лопуха и задумчиво осмотрела окрестности. Мимо проползал толстый червяк. Он-то точно не голодал! Украдкой оглядевшись, она мстительно пнула его ногой. Тот пополз быстрее. Тогда фея пнула червяка еще раз. И почувствовала облегчение. Можно ли это считать зарядкой? Энергию потратила, можно и подкрепиться! Настроение стремительно улучшалось. Хвиндра, оттолкнувшись, с усилием взлетела, напоминая тяжелый бомбардировщик с вертикальным взлетом, и кое-как, пыхтя, дотянулась до верхушки одуванчика. Крепко ухватившись за нее, она вскарабкалась и с радостным воплем нырнула головой в желтое сладкое облако. Бабочка пролетающая мимо с неодобрением оглядела толстые дрыгающиеся ножки феи. О, это было блаженство! Чихая и кашляя от пыльцы, Хвиндра отвалилась от лакомого цветка вся перепачканная желтым. Ромашка, растущая рядом, приняла ее в свои объятия. Она и не заметила, как заснула. А проснувшись вдруг почувствовала, что заметно прибавила в весе. Хорошенькая диета! Выходит, что и зарядка тоже бесполезна! А говорят — зарядка, зарядка... И как же до дома добираться? Ползком, что-ли? Фея заметила толстого шмеля, который с густым гудением выбирал цветок понектаристей. Она призывно замахала ручкой. Тот сбавил обороты и подозрительно уставился на фею, явно не ожидая ничего хорошего. Потом все-таки тяжело осел на лепестки ромашки, крепко ухватившись лапками. Ромашка не выдержала такого нахальства, еще бы! Сначала толстушка на нее завалилась, а теперь и огромный шмель припарковался! И ромашка разом нагнулась до земли, стряхнув обоих. Завопив от неожиданности, Хвиндра удачно скатилась на шмеля и вцепилась в густую шерсть насекомого, подумав: "Вот шуба-то на зиму!" Тот злобно извернулся в падении, но избавиться от груза не удалось. И, тяжко гудя, он стал медленно подниматься вверх к небу. Хвиндра тоже махала своими прозрачными опахалами и, в результате огромных усилий, она была доставлена на крыльцо своего домика. Который, к счастью, принял ее довольно спокойно и даже не шелохнулся.