Темная сторона отражения

— ...Жуткое происшествие! Передавали по ящику: пропали девять стран! Представляешь?! Вот уж действительно – хоть плачь, хоть смейся – сели на яхту и уплыли искать приключений на свои ж... ой, прости! Короче, потом радары их потеряли, и сейчас правители тех стран ищут свои потери, ха-ха!.. ничего я не нервничаю, это с недосыпу! Просто вот подумал: а вдруг и нашему Индии приспичило бы с теми дураками отправиться – бррр... — Хватит болтать, иди проверь датчики... — А я что? Иду, иду, уже, уже! – шарканье ног. Покашливание. – Ды все нормом. Хотя-а...Погоди-ка... Очнулся! Очнулся!! Мягкие спешные шаги. Над больничной койкой нависли врач и медбрат. — Г...где...я? – раздалось с постели. — Вы в госпитале, – сухо сказал подошедший врач. Он всегда говорил сухо. — Почему я здесь? – человек на койке попытался приподняться, но четыре руки мягко уложили его обратно. — Ваш катер подобрали в море наши военные. Вы были без сознания. Вы что-нибудь помните? Как вас зовут? — А...Америка. – тихо выдохнул пациент протирая глаза. Медицинские работники очень удивились – это было ясно по их вытянутым лицам. Врач кивком головы велел медбрату сходить за нужными людьми. Сам же продолжил допрос: — А второе имя? – чтобы убедиться наверняка. — Альфред Ф Джонс, – и врач успокоенно вздохнул. Пациент слезящимися глазами моргал так, словно в них сыпался песок. — Можно...спать?.. — Да, конечно! – поспешно уверил доктор, и пациент провалился в глубокий, оздоравливающий сон. — Так где же остальные восемь стран, вместе с которыми Вы отчалили? — Они мертвы, – поднял хмурый взгляд выспавшийся Америка. — Т...то есть как мертвы? — Их убили, – глаза допрашиваемого внезапно заслезились. – Их убил Канада, мой брат! – голос сорвался, и Америка заплакал. Через три минуты, стакан воды и успокоительный укол, он притих. — Почему остались живы Вы? — Потому что столкнул его в воду, а там были акулы... — Стоп, стоп, подождите! – один из конспектирующих помощников следователя помахал руками и потыкал пальцем в монитор компьютера. – Пусть мистер Джонс расскажет всё по порядку! Непонятно получается... — Да, и вправду, господин Америка, по порядку, пожалуйста. — Хорошо. Ну, значит, отправились мы в плавание: я, Англия, Франция, Россия, Китай тоже с нами, Германия, Япония и паста... то есть Италия. — Подождите героя!!! – орал Америка, проталкиваясь к трапу через толпу провожающих. Наконец, забрался на палубу. – Фух, не опоздал... — Мы ждем тебя лишних семь минут, – ледяным тоном сообщил Германия, как бы намекая на скорую расправу за опоздание. Альфред почувствовал, что пахнет жареным. — Да ладно вам! Смотрите, какую штуковину я купил! – торопливо выволок из раздутого кармана джинсов бейсболку и напялил на свою голову, которую считал очень умной. На головном уборе красовалась надпись «Прощай, земля». – Круто, правда?! Из-за локтя Германии выглянул Англия, обозрел открывшуюся картину и сложил тонкие губы в насмешливую улыбку: — Весьма двусмысленная фраза, вы не находите? – поинтересовался он у немца с американцем. Людвиг прищурился и усмехнулся – тоже уловил второй смысл. Страны с многозначительными выражениями на лицах отошли от Америки, оставив янки тупо пялиться на снятую кепку. Так и не въехав, Джонс махнул рукой и только теперь осознал, что судно в открытом море, а берега уже и след простыл. Как и ожидалось, все собрались в баре-ресторане. Когда вошел Америка, остальные уже довольно много выпили и теперь развлекались, кто как мог. Альфред подошел к барной стойке, налил себе виски с колой и уселся на стульчик, наблюдая за обстановкой. Слева тихо звякнула рюмка. Джонс непроизвольно обернулся и с изумлением уставился на соседа: — Мэттью?! И ты с нами? – американец не мог вспомнить, чтобы видел его в списке гостей. – Я не видел тебя в перечне... — Меня потом дописали... – как всегда тихо ответил канадец, крепче прижимая к себе медведя. Кумадзиро тоже потягивал из стакана какую-то жидкость, кавайно придерживая ёмкость мохнатыми лапками. — А-а... – протянул Америка и расхохотался. – Нет, ты глянь, Италия все-таки уговорил Людвига станцевать с ним! Клянусь бургером – это проделки Франции! – и вправду, недалеко от названной парочки сидел Бонфуа и лучился хитрой улыбочкой. Там же сидел и Брагинский, чья улыбка была еще хитрее: наверно, Ванечка придумал какую-нибудь пакость для ничего не подозревающего француза. Китай умудрялся читать книжку, не обращая внимания на шум музыки и разговоров. Япония подсел к бару справа от Альфреда и налил себе что-то из бутылки с нечитаемым названием – наверно, сакэ. Все в сборе, не хватает только... Янки понял, что отсутствует только его непутевый бывший опекун. — Мэтт, а где Англия? – не поворачиваясь, спросил он брата. — В капитанской рубке, у штурвала... – был ответ. Альфред встал и тихо вышел из бара. Серый пиджак Англии и вправду чуть загораживал собой огромное колесо со спицами – штурвал. Артур не стал оборачиваться, когда скрипнула дверь , и лишь вздрогнул, когда чьи-то ладошки накрыли его глаза. — Не надо, Альфред, – сказал он. – Рулевой без глаз – это уже слишком. Тебе жить надоело? Американец вздохнул и покачал головой, потом сообразил, что Керкленд не видит затылком, и выдохнул: — Неа... Англия качнул штурвал туда-сюда: — Что не веселишься с остальными? — Не знаю, – Америка считал спицы в колесе. – Как-то не хочется. Ты знаешь: все вокруг радуются, а мне почему-то становится грустно... Артур хмыкнул: — У меня похожая история. Думаешь, почему я тут прячусь? А теперь дай мне побыть одному. Джонс «уважил старика» и покинул рубку. Но на душе все равно полегчало. А в баре веселье достигло предела: кто-то танцевал, кто-то дрался, кто-то мирно валялся, а кто-то пытался петь под караоке. «Боже, Брагинский, заткнись...» — Америка картинно закатил глаза. Ваня пел по-русски. «Что это за песня?» Джонс заглянул в плэйлист: "Тату - Нас не догонят". «Мда-а...» Впрочем, у всякой хрени есть свои фанаты – на сей раз от прослушивания кайфовал японец. Альфред конечно слышал, что Хонда неравнодушен к «татухам», но чтоб в исполнении Брагинского... — Хэээй! – радостно закричал Америка, отключая все мыслительные процессы. – Герой снова с вами!! Быстренько напившись, он завалился спать в общую кучу-малу. Утро добрым не бывает. Особенно для кучки мужчин, накануне нажравшихся до потери пульса и свалившихся спать в одном тесном помещении на твердый пол и друг на друга. Особенно, когда будит их не что иное, как корабельная рында. Особенно, когда волны бьются о борта яхты, усиливая тошнотворную качку. «Буээээ...» — донеслось в скором времени на нижней палубе. Потом звук повторился, и еще, и еще... — Ох, Англия... – Джонс поднимался по лесенке, хватаясь левой рукой за перила и периодически заваливаясь назад. Правой лапой он прижимал ко лбу пустую бутылку. – К чему этот трезвон с утра пораньше?!.. — Уже полдень, – сухо заметил Керкленд, не глядя на собеседника. – К тому же мы приплыли. — Приплы?... – Альфред бросил взгляд в ту сторону, куда смотрел Артур, и разом заткнулся. – Ого. Красота-то какая... — Ляпота... – согласился с ним Россия, стоявший на этаж ниже. Америка хихикнул и вновь замолк, зачарованно разглядывая пейзаж. Голубое небо, бирюзовая вода, изумрудная зелень на холмистом острове, и белоснежный туман, витающий над сушей. Всё это на расстоянии каких-то двухсот метров. — Как будем подплывать? – Альфред дрожал от желания скорее сойти на берег. — Там есть пристань! – приглушенное объяснение Англии, который успел вернуться к штурвалу. Пришвартовались и высадились быстро. Вокруг на редкость красивые пейзажи – зелень, скалы, водопады из ручейков. Пока ахали, восхищаясь видами, пока перетаскивали вещи (в основном алкоголь из бара) в особняк, стоящий в глубинах острова, пока осматривали сам особняк и фоткались, где попало – наступили сумерки. С моря пополз мрачный, серо-синий туман, деревья проглядывали сквозь него черными, словно сожженными, скелетами. Небо затянулось, звезд не было видно. Ни одного птичьего голоса. — Кошмар, – сказал Германия и задвинул шторы в окне. Зажгли верхний свет. Жить сразу стало веселее. — Откуда на острове электричество? – развязно поинтересовался француз у англичанина. – Подземный кабель с суши? — Сам ты... – Артур поморщился. Но ответа ждали, и он пояснил. – Неподалеку, на вершине холма стоит генератор с солнечными батареями, а провод ведет к аккумулятору в подвал. Остальное вам знать не обязательно. Всё? Франциск хотел спросить еще что-то, но передумал и отошел. На новом месте все чувствовали себя слегка некомфортно, окружение навевало тоску, хотелось развлечься. Компания разделилась на две неравные части: меньшинство резалось в карты на диване, большинство оккупировало полки с алкоголем (когда не думается – выпей, чтобы отбить желание думать), и только Россия поспевал и там и там. Игра быстро закончилась: Китай проиграл, остальные сказали, что он должен будет выполнить одно их общее желание. Но это потом. А пока все бывшие игроки присоединились к большинству – наливать цистерны. Незадолго до полуночи эта пьянка стала надоедать Альфреду. Он с отвращением оглядел помещение, встал и, пьяно пошатываясь, выбрался из дома. Артур глянул ему вслед, но ничего не сказал. Туманная атмосфера фильма ужасов подстегнула растворенную в виски осторожность американца – он двигался тихо (наступая на каждую третью сухую ветку). Джонс шел строго на запад, без всякой цели, просто полагаясь на интуицию, прислушиваясь к собственному сиплому прерывистому дыханию и щелканью редких капель по листьям. Внезапно впереди послышался какой-то шум. Америка подпрыгнул от неожиданности и страха, едва не потерял равновесие, выправился и прислушался. Затаил дыхание. Шум повторился. Он доносился из-за непроглядных черных кустов с неприятным запахом. Источник странных звуков виден не был. От страха по вискам и спине Джонса поползли предательские холодные капли пота, волосы на загривке встали дыбом. Дальше терпеть неизвестность не было сил: янки осторожно двинулся вперед. Хмель вылетал из головы, уступая место панике. До кустов осталось еще восемь шагов, но теперь было слышно – там топчется что-то живое. Шесть шагов. Ледяной пот заполз в штаны, добавляя еще один цветок в букет неприятных ощущений. Четыре шага. Снова шум, на этот раз громче, и Альфреду захотелось совсем не по-геройски сбежать, лишь бы не знать... Два шага. Сквозь листья стало видно какое-то белесое пятно... Джонс не дыша просочился сквозь ветви, – ни одна не шевельнулась, – как умеют только перепуганные герои. И он это увидел... — МЭТТ!!! – облегчение и злоба вырвались в одном вскрике, словно позыв рвоты. Канадец вздрогнул, будто его застали за мастурбацией, и медленно повернулся. — Фредди... – растягивая улыбку, пробормотал Уильямс. – Погулять решил? — Ага... – американец отчаянно стыдился за свой глупый страх и пытался это скрыть. Это ж надо – родного брата испугаться! – А ты тут...чего? Канада вновь виновато улыбнулся: — Кумадзиро приспичило поохотится. Я его выгуливаю. — А почему не около дома? Брат посмотрел на Альфреда, как на маленького. Или как на недоумка. — Около людских жилищ живность не пасется, Фредди. — Ааа...ну да. Есть чего-нить выпить? – от пережитого страха вновь захотелось спирта. Мэттью покопался по карманам и выволок на божий свет крохотную флягу-стограммовку. — Последние три глотка...Но для отшиба памяти хватит, – усмехаясь, сказал Уильямс, но Джонс уже не слушал его: залпом осушил емкость, швырнул ее через плечо в руки Канаде, и поперся в обратном направлении – на восток, к дому, что-то пьяно бормоча. Добравшись, он как-то умудрился найти свою комнату, и завалился спать. Во сне его беспокоили лишь крохотные розовые медведи, которые пили виски, не закусывая. — Гадкий тума-а-ан! – зевок. – Как будто с крыльца шагаешь в пропасть, ару. И не известно, что там внизу...Что это?! Исключения ради, Китай вышел из дома не в обычных чешках, а в резиновых сапогах – и это сыграло ему на руку. – Господи... – Ван присел на корточки перед истерзанными остатками какого-то зверька. – Бедняжка... Кто же тебя так, ару?.. Хлопнула дверь. Яо вздрогнул, но оборачиваться не стал. — Китай? Ты что-то потерял? – спросил с крыльца низкий голос. — Скорее – нашел, ару. Германия промаршировал по ступенькам и остановился за спиной китайца. — Это мертвый кролик. Точнее убитый, — определил немец. — Но кто же его убил, ару? — Хищники, – пожал плечами Людвиг. – Где-то я видел лопату... Нельзя оставлять эту дохлятину здесь, потому что Италия опять расстроится, – с этими словами немец пошел в пристрой. Китай еще посидел над мертвым животным и тоже отправился по своим делам. Туман уже слегка рассеялся, когда на крыльце появился Америка: в штанах и кроссовках, без рубашки, с блестящими на солнце плечами. Щурясь от света, он протирал очки большим дырявым платком. Очки водрузились на нос, а платок отправился в карман, сопровождаемый мыслью «надо выкинуть или заштопать». — О, Германия! – без всякого приветствия выпалил янки. – Зря копаешь – картошка там не растет! Или ты ищешь старый английский клад? – и засмеялся фирменным смехом. Немец, не прекращая работы, недружелюбно зыркнул на него, мол, издеваешься? Нет, Альфред лишь пытался пошутить и теперь всем видом говорил: «Весело же! Посмейся моей остроумной шутке!» Людвиг пренебрежительно усмехнулся: — Я организую похороны. — Вот этого зайца?! — Это кролик. — Да без разницы! – американец покопался в кармане и выудил из его глубин подтаявший сникерс. – Кстати, зря ты роешь под этим кустом – это какое-то лекарственное растение, специально посаженное Англией. Он сам говорил! — Удобрение не помешает. А этого кроля не ты пришил? – немец подозрительно покосился на Альфреда. — Я?! С чего ты взял?! – в шоке Джонс даже перестал грызть шоколадный батончик. — Я вчера заметил, как ты выходил. — Но не затем же, чтоб охотится! – Америка активно замахал руками. Сникерс вылетел из упаковки, обертка осталась зажатой в пальцах. – Я выходил, чтобы... Чтобы... – парень с озадаченным лицом почесал в затылке. – Слушай, не помню. Ну, наверно, я выходил погулять! Точно, подышать свежим воздухом! Германия недоверчиво покачал головой, но продолжать допрос не стал. Альфред постоял над немцем еще и отправился завтракать. — Всё, на сегодня закончим с вопросами! – врач выпихал за дверь всех следователей. – Пациенту пора спать! — Спать?.. – Америка растеряно моргал. – Мне снился мой брат...Это так ужасно... Доктор покопался в шкафчике, протянул Джонсу таблетку и стакан воды. — Снотворное, – пояснил он. – Никакие сны не будут вас беспокоить. Немного поколебавшись, Альфред всё же выпил лекарство и забрался под одеяло. Врач вышел. — Как там Америка? – спросил у врача главный следователь. — Спит без задних ног, – усмехнулся доктор. Впрочем, совсем не весело. — Сегодня, пока он рассказывал, я слегка осмотрел его... – следователь плеснул себе напитка из графина. – Он все время держит в руках томик Библии. Зачем? — Ну-у...Небось поверил в господа Бога, после того, что пережил, – врач пощелкал пальцами в поисках точного определения. – Нервный срыв. С психикой нелады... — «Что пережил»... он нам еще ничего значимого не рассказал. Например, как умерли остальные, и почему он остался жив. — Но он же сказал... — Факты, факты, факты. Нужны подробности! – недовольно протянул следователь. — Завтра Америка нам всё расскажет. - ...