Магия Бетховена

      Вэнди проснулась рано утром. Она повозилась на кровати, пытаясь снова заснуть, ведь в окне было темно, а значит до утра еще много времени. Поняв, что это бесполезно, Вэнди села. Спать совершенно не хотелось. Она решила порисовать.       Взяла альбом, всегда лежащий рядом с кроватью, взяла карандаш и задумалась. Что нарисовать? Она медленно начала прокручивать в голове события прошедшей недели, самые свежие воспоминания и наткнулась на одно.       Руки.       Он шел впереди и крепко держал ее за руку. Он вел ее домой.       Кирилл.       Его руки.       Самые прекрасные руки на свете. Вэнди закрыла глаза, чтобы в подробностях представить их. Каждую венку, выступающую из-под белой кожи, каждый сустав, двигающийся, когда изящная рука напрягалась.       Вспомнилось тепло этих рук. Кирилл… Он вызывал у нее чувства, которые она никогда раньше не испытывала. Она знакома с ним лишь два дня… <Такое может быть?.. Что происходит?.. Может, спросить у Луизы?..> — мысли плавным потоком сменяли друг друга, пока карандаш с тихим шелестом ходил по бумаге, рисуя контур шикарных рук.       Вэнди не думала, что сможет сблизиться с человеком за два дня. Она не думала, что сможет сблизиться с человеком даже за месяц.       Но вот, прошло два дня, и Вэнди думает о нем практически все время.       Но…       Эти мысли причиняют ей боль. Она не знает причину этой боли.              Она НЕ ПОМНИТ. Она чувствует, что что-то ей мешает. И, как ни странно, ЭТО не связано с Кириллом…       С кем-то другим.       Почти белые волосы, серые глаза, тонкие губы…       Догадка сверкнула яркой молнией в голове Вэнди. <Матвей?! Но… Какое отношение он имеет к…>       Образы проносились в голове Вэнди один за другим. <…Вэнди! — Матвей улыбнулся и подбежал к ней — Мне срочно надо с тобой поговорить…> <…Вэнди, я люблю тебя — серые глаза совсем близко — Всегда любил…> <…Вэнди! Ненавижу тебя! Почему ты со мной играешь?! — красивые глаза цвета дождя были полны слез и одиночества, с этого момента такого огромного…> <ВЭНДИ!!! Я не верю тебе! Ты не можешь меня не любить! > — дрожь пробежала по телу Вэнди. Слезы потекли по щекам. Карандаш упал на пол прямо острием вниз.       Сломался… Какая разница? Важно ли то, что сломался карандаш, если Вэнди чувствовала, что сломалась она сама… А разве можно сломать уже сломанное?       Видимо можно…       Вэнди ощущала почти физически, как ее душа, склеенная нежностью и пониманием Кирилла, снова ломается напополам. <Что со мной происходит?! Почему я забываю?! > — слезы капали на простыню, оставляя темные пятна… <А… А зачем мне такая жизнь? > — внезапная мысль была как свет в конце тоннеля. Причем этот свет был так близко… <Канцелярский нож… Думаю, подойдет…>       Почему-то у Вэнди не было страха перед смертью, наоборот, она видела в этом единственный выход, несущий покой…       …Из пореза на руке начала течь кровь. Она хлестала из пореза так сильно, что скоро в крови была вся простыня и пол.       Внезапно Вэнди стало очень больно и страшно. Она закричала.       Но силы быстро кончались. Перед глазами пошли темные круги, веки стали опускаться, Вэнди впадала в небытие…       Остался только страх. И темнота. Она больше не видела того света, что маячил у нее перед глазами совсем недавно…       И от этого было еще страшнее…