Холодная звезда

      Чашка горячего какао, это мягкое кресло и нежное потрескивание камина — всё клонило в сон, тем более, что эта ночь меня порядком утомила. Лили верещала в своём репертуаре, Сириус смеялся, даже Снейп и тот не сдержал улыбку, и все сидели с какао. Эта атмосфера так не была похожа на ту, к которой я привыкла, к тому холоду, каким я себя окружила… или изначально была окружена?       Одна мысль за другой, это тёплое окружение и заливистый смех, наконец, возымело окончательный эффект, я вырубилась.       Мне было тепло, впервые за такое долгое время, я наконец-то чувствовала, что мне тепло! Как с папой в те давние времена. Никогда не думала, что смогу снова почувствовать это тепло…       Я приоткрыла глаза. Сквозь штору пробивался лучик света, освещая довольно тёмную комнату. И когда она стала такой тёмной?       Моё тело всё ещё продолжало нежиться, но, что-то в этом всём было не так, и это «Не так» вдруг двинулось и крепко обняло меня за талию. Это заставило меня окончательно проснуться.       Резко обернувшись назад, я увидела этого… этого…       — ИЗВРАЩЕНЕЦ! — воскликнула я, с силой отталкивая Блэка, который пытался ещё сильнее ко мне прижаться.       Приоткрыв один глаз, он сонно уставился на меня, я же в свою очередь грозно на него смотрела и была уже готова зашипеть как змея. Однако несмотря ни на что, хватку он ослаблять, видимо, не собирался.       — Доброе утро, рыжик, — сладко улыбнулся он и прижался носом к моей спине.       Ступор парализовал моё тело, но я довольно быстро с этим справилась и стала искать глазами свою палочку.       Осмотрев поспешно комнату, я отметила несколько важных деталей.              1. Это не моя комната!       2. Я в одежде, что радует!       3. Палочка рядом с его палочкой на тумбочке с его стороны.       4. За рыжика я ему шевелюру спалю!       Набрав в грудь побольше воздуха, я пихнула Блэка локтем в живот, и пока тот, охнув, отстранился, попыталась перелезть через него, чтобы схватить палочку. Не знаю, каким образом, но он успел схватить меня за бёдра и усадить к себе, но палочку я таки достать успела.       Лицо Блэка приобрело довольно странный вид, когда моя палочка уткнулась ему прямо в нос.       — Вижу, слово «манеры», несмотря на твоё аристократическое происхождение, не присутствует в твоей жизни, — зашипела я на него, и палочка опасно завибрировала у меня в руках.       Блэк это почувствовал и потянулся к своей.       — Только попробуй, и ты навсегда останешься пришитым к этой кровати, — сощурилась я.       Но Блэк резко поймал меня за руку и почти успел схватить палочку, секунду спустя подо мной лежал чёрный пёс и страдальчески поскуливал, уставившись на меня своими синими глазами.       Я удивлённо моргала, глядя на чёрную собаку, а собака продолжала скулить.       — Да что за? Ты издеваешься? Думаешь, в таком виде ты избежишь наказания за свои поступки?       Пёс уставился на меня жалобными щенячьими глазами. Моя палочка безжалостно смотрела ему прямо в нос.       Секунда, другая… Я со вздохом опустила палочку и перевалилась на свою часть кровати. Ну как… как мне вообще разговаривать с этим человеком? Совершенно не думает, что творит, а потом превращается в пса и считает, что ему всё сойдёт с рук… И ведь в итоге сработало!       Положив обе руки себе на лоб, я начала его тереть, чтобы хоть как-то снять напряжение. Этот Блэк, как же он меня бесит, всем высшим силам этого не понять…       Кто-то — впрочем, ясно, кто! — положил морду мне на шею и лизнул в подбородок.       — Я тебя сейчас обрею, если ты не успокоишься, — пообещала я, но прозвучало недостаточно грозно, и пёс это заметил.       Он присел и задышал тяжело и часто, я приоткрыла глаз и глянула в его сторону. Чёрный косматый пёс, с синими глазами, сидит и смотрит мне прямо в глаза, свесив язык набок, взгляд хитрющий, а на морде явная улыбка.       Недолго думая он наклонился и лизнул меня в нос, я тут же отмахнулась.       — Блэк! Ты совсем чокнулся! Я же знаю, что это ты, а не собака! Или ты думаешь, что в образе собаки тебе всё дозволено? — рявкнула я, привстав на локтях и готовясь отбиваться.       Сириуса таким тоном, однако, было не пронять — он гавкнул и с какой-то неимоверной скоростью соскочил с кровати и начал носиться туда-сюда, как сумасшедший.       — Что?       Пёс продолжал скакать по комнате, нарезая круги, то запрыгивая на кровать, то спрыгивая с неё, при этом издавая какие-то странные звуки — не то повизгивание, не то какой-то щенячий рык. Потом он схватил одеяло и начал носиться с ним. Мою злобу как ветром сдуло, я просто сидела и смотрела на безумие, которое творилось вокруг. Не думаю, что когда-нибудь захочу завести собаку.       Стук в дверь Блэка не образумил, он с радостным гавканьем бросился к двери. Вошедший Гарри был немедленно повален на пол и облизан, окончательно растрепав и без того взъерошенного спросонья мальчишку, пёс подскочил ко мне и снова лизнул в нос. Ловко увернувшись от справедливого возмездия, он бросился обратно к Гарри.       Поттер смеялся, Сириус дебоширил, а я… А я сидела и смотрела, не в силах прекратить безобразие. Впрочем, прекращать почему-то не очень хотелось, и губы словно против воли растягивались в лёгкой улыбке.       Набесившись, Сириус запрыгнул на кровать и сел, его дыхание сбивалось уже по-настоящему — он изрядно устал и запыхался. А я смотрела то на это несносное чудовище, то на Гарри, что только сейчас смог подняться на ноги. Оба были такие растрёпанные, такие чумазые, такие… такие родные.       Это чувство, снова. Я словно со стороны смотрела, как моя рука потянулась к псу, как пальцы начали перебирать шерсть у него за ушами. Это было приятно. «Возможно, завести собаку и не такое плохое решение?». Нет, это не моя мысль! Усилием воли я резко вернула себе контроль над ситуацией. Я не в том положении, чтобы давать слабину…       Этот дом, эти люди, это окружение… кажется, это начинает ломать меня, а я не могу позволить этому случиться, иначе недалёк тот час, когда история может повториться!       Моё сердце предательски сжалось, когда я отдёрнула руку от уха пса, слова застряли в горле. Проглотив этот горький комок, я всё же сказала:       — Сириус, то, что я живу в твоём доме, не даёт тебе права вести себя со мной неподобающим образом. Врываться к женщине или тащить её к себе в комнату, да ещё и в одну кровать — неприемлемо. Я очень благодарна за приют, и я отплачу за это, но сегодня же я буду говорить с Дамблдором о своём переезде.       Сириус тут же принял человеческий вид и испуганно на меня уставился.       — Лина, я извиняюсь, если перешёл границу, обещаю…       — Нет, тут ты уже не в силах что-то изменить, я всё решила. И ты не изменишься… на самом деле тебе и не надо меняться, проблема не в тебе, тут совсем другое дело, — перебила я его.       Кажется впервые в жизни, Блэк не мог подобрать слова, и, воспользовавшись ситуацией, я поднялась с кровати и двинулась к двери.       — Мисс Маг, — окликнул меня Гарри, — Сириус просто не мог вас оставить! Когда он принёс вас обратно в вашу комнату и уложил, вы сразу начали стонать, будто вам было очень больно, и он решил просто взять вас с собой. Он не хотел ничего плохого, я в этом уверен. Сириус лишь хотел помочь. Подумайте, прежде чем принимать такие поспешные решения, особенно если вы не знаете всей правды.       Зелёные глаза смотрели прямо в душу, задев там какую-то особо чувствительную струну. Так вот почему мне было так тепло. Этот мужчина заставил меня почувствовать то тепло, которого я лишилась давным-давно. Я молча обернулась и посмотрела на него. В его взгляде плескалось сожаление.       Теперь ясно. Наконец-то я всё осознала. На секунду я отпустила своё сердце, и оно словно безумное забилось в груди, оно тянулось к нему, оно хотело, чтобы его снова обняли и не отпускали.       Вот оно что, значит, мои опасения подтвердились.       «Все, кого ты любишь — умрут», — пронеслось у меня в голове.       Как же больно… Я сжала челюсть так, что заскрипели зубы, и, не ответив больше ничего, вышла наконец из комнаты.       Я ускоряла и ускоряла шаги, в свою комнату я буквально вбежала, закрыв за собой дверь так, словно за мной гнались тысячи демонов из давних кошмаров. Стук немного отрезвил, и я бессильно сползла по стене на пол.       Как же это глупо, как можно быть настолько дурой? Неужели я готова растечься лужицей только от доброго к себе отношения? Так ли это? Или тут всё же что-то другое? Я не чувствовала такого тепла после отца ни от кого, никогда, даже когда вроде бы и должна была, но нет. Значит, всё же это нечто другое…       Плохо.       Сжав руки в кулаки так, что ногти отпечатались на внутренней стороне ладони, я уверено перевела взгляд куда-то в сторону окна. Сегодня же скажу Дамблдору, что находиться в этом доме больше не могу!       День прошёл в тишине, Сириус старался ещё как-то попросить у меня прощения, но я не реагировала на это. Кажется, Гарри меня осуждал, но не решался лезть в дела взрослых, а я… Я знала, что Сириус не виноват, прекрасно знала, именно поэтому я так и решила поступить.       Время близилось к вечеру, напряжение в доме становилось невыносимым. Даже воздух словно загустел, казалось, его можно резать ножом. Проходя мимо гостиной, я услышала, как Блэк с кем-то говорит, кажется, это был Люпин. Голос Сириуса был встревоженным, а голос Люпина наоборот — раздражённым.       — Я тебе говорил, чтобы ты думал прежде, чем что-то делать! Ты же видишь, что это не наша вечно весёлая и добрая Лили, Лина совсем другая, от слова «ВООБЩЕ»!       — Просто я подумал…       — Бродяга, твои думы ничем хорошим обычно не заканчиваются, только вспомни, к чему они приводили в школе? И к чему они привели тебя, когда ты в одиночку решил нести возмездие Петтигрю? Тринадцать лет Азкабана!       — Да… я помню… но, Лунатик, ей правда было плохо, я просто не смог придумать что-то другое!       — Ну да, поэтому лучшим решением было положить её с собой в кровать, да ещё и пообжиматься? Гениально, ничего не скажешь!       — …       — Слушай, я думаю, тут уже ничего не поделаешь, если ты так боишься гнева Дамблдора…       — Да нет же! Не боюсь я гнева Дамблдора, ты не понимаешь! Ей просто нельзя оставаться одной! И я даже не имею в виду магию, с которой она порой не может справиться! Я имею в виду её душу, она будто погружается в лёд, от этого все беды. Сегодня, когда мы спали, она наконец-то стала тёплой, и пусть это звучит странно, но я это почувствовал, я ей нужен!       — Бродяга… а может она тебе нужна? Но она не заменит тебе Лили.       — Лу…       — Я знаю, что ты был влюблён в Лили, не надо мне врать, а тут раз, и появилась её подруга. Решил заменить свои чувства?       — Лунатик, я…       — Ты хотя бы перестал сначала врать сам себе…       Нет, хватит, я больше не могу это слушать! Снова стиснув зубы, я вбежала по лестнице так быстро и тихо, как только могла.       Надо выкинуть этот разговор из головы, всё уже и так решено, зачем забивать голову бессмысленной для меня ерундой. А в голове тем не менее крутились последние фразы Люпина. Так значит, Сириус был влюблён в Лили? Мне стало очень горько, так горько, что разболелась голова, и, кажется, в комнате температура упала на несколько градусов.       Вечер, как же я его ждала. Хлопок входной двери показался избавлением, я наконец-то встрепенулась. Нужно бежать, прямо сейчас, иначе это добром не кончится. Стремительно выйдя из комнаты, я бросилась вниз. В прихожей Дамблдор уже болтал с Блэком, на лице старого волшебника была его неизменная загадочная улыбка. Увидев меня, он кивнул, а Блэк несколько натянуто улыбнулся.       — Что ж, я вас оставлю, — наигранно весело сказал Сириус, уголки его губ предательски опустились вниз, — как же хорошо, что я уже давно закончил всю эту учёбу. — И он быстрым шагом удалился в сторону кухни.       Дамблдор приглашающе кивнул. Я последовала за ним в нашу учебную комнату. Стоило двери закрыться, старик начал разговор.       — Довольно странно видеть Сириуса в таком расположении духа, кажется, он пытается что-то скрыть, — задумчиво провёл он пальцем по подбородку.       Тянуть больше было нельзя.       — Альбус, я хотела с вами поговорить.       — Почему-то я в этом не сомневался, — добродушно улыбнулся волшебник.       — Я очень ценю вашу заботу и гостеприимство Сириуса, но я больше не могу оставаться в этом доме, — решительно сказала я.       Маг задумчиво на меня посмотрел.       — Странно, обычно, если человеку нравится гостеприимство, то он не станет говорить подобные вещи. Есть что-то, что я должен знать?       — Только то, что я сказала, — несмотря на всю уверенность в голосе, мои коленки немного тряслись, словно глупое тело сопротивлялось сказанному. Моим союзником оставался только холодный рассудительный мозг.       — Что ж, хорошо, я не могу заставлять тебя оставаться там, где тебе не хочется, но и предложений у меня не так много. Когда ты хочешь покинуть этот дом?       — Сейчас!       Брови Дамблдора приподнялись от удивления.       — Весьма быстрый и неожиданный ответ. Но настаивать на разъяснении причин я не стану.       И спасибо ему на этом.       — Что ж, как я уже сказал, список предложений у меня не велик.       — Я хочу снимать квартиру, понимаю, что сейчас это затруднительно, но я могу пойти работать, всё же я квалифицированный специалист. Да, пока я не могу работать в министерстве магии, но мои знания востребованы в обычном магловском мире, так что мне нужно немного времени, чтобы найти себе работу, если, конечно, вы мне сможете помочь с документами.       — Хм, ты уже всё продумала, да? Но в этом нет нужды, есть у меня одна знакомая… Правда, до следующей недели её здесь не будет, так что пока тебе всё же придётся пожить, к примеру, у Лили и Северуса, думаю, на такой короткий срок они смогут приютить тебя. А по возвращению мадам Лятур ты сможешь переехать в квартиру, которая она сдаёт.       Этот вариант меня более чем устраивал.       — Я расплачусь с первой же зарплаты!       — Не переживай…       — Нет, я отплачу!       Дамблдор смерил меня нечитаемым взглядом, а потом, хмыкнув, улыбнулся.       — Хорошо, Лина. С тобой лучше не спорить, напоминаешь мне мою матушку, тоже слова поперёк не вставить было.       Я продолжала серьёзно смотреть на волшебника. Тот ещё сильнее расплылся в улыбке.       — Ну, что ж, сегодня, я так понимаю, у нас переезд вместо занятий.       — Я сдам двойную программу завтра, обещаю.       — Не сомневаюсь. Попрошу Кикимера помочь тебе с вещами, — сказал волшебник, направляясь обратно к двери, но затормозил прямо перед ней. — Сириус, я полагаю, в курсе?       — Да, — ответила я.       Более Дамблдор не стал задерживаться и вышел, прикрыв за собой дверь. Я осталась стоять на месте. Ноги не хотели следовать за ним, они хотели остаться, вся я хотела этого. Как же тяжело далось это решение. Но по-другому нельзя.       — Боже, как же я сама себя достала, — прошептала я в пустоту и усилием воли заставила себя идти.       Кикимер довольно быстро собрал то небольшое количество вещей, которые у меня были, в основном это были книги, и вот мой небольшой чемоданчик стоит внизу рядом со мной, а я стою и не могу заставить себя поднять взгляд, прощаясь с домочадцами.       — Что ж, — первым заговорил Блэк, — я был рад, тому, что ты живёшь у меня в доме, несмотря ни на что, даже учитывая то, что ты заморозила одну из моих гостевых комнат, — он старался шутить, быть прежним, но я чувствовала горечь в его голосе.       — Я тоже был очень рад вам, мисс Маг. И всё ещё считаю, что вы могли бы остаться, — Гарри всё так же уверено говорил со мной.       Этот мальчик рос на глазах и не боялся говорить то, что думает, хотя раньше мне казалось, что он более застенчивый. Может, он просто пытается защитить единственного родного для него человека? Как часто люди не в силах отстоять себя самоё и способны на невероятное, чтобы помочь своим близким… Я была ему благодарна за все его слова, именно они дали мне осознать всю соль ситуации. Если бы не это, кто знает, что бы могло случиться.       — Спасибо тебе, Сириус, за гостеприимство, мне правда было очень уютно, и тебе, Гарри, ты очень прямолинеен, это хорошее качество, не потеряй его, но… так уж вышло, — я не смогла закончить фразу правильно, просто не смогла. Как и придумать что-то, что могло бы послужить веской причиной моего побега, но меня никто не спросил, хотя, Сириус заметно дёрнулся, но быстро взял себя в руки.       Мы обнялись, и я вышла на улицу вслед за Дамблдором. Через несколько шагов я остановилась и обернулась, чтобы увидеть, как дом исчезает на глазах. Всё.       — Возьми меня за руку, Лина, — произнёс Дамблдор.       Я выполнила его просьбу.       — Ну что, готова? Летим?       Сердце сжалось, но я сильнее стиснула руку волшебника.       — Летим!       И мы исчезли с площади Гриммо.