А спорим?

      — А спорим?       На меня лениво посмотрели. Примерно так, как уже обожравшийся в край кот смотрит на очередной подкинутый доброй рукой кусочек колбасы. Вроде и хочется, а вроде и не лезет больше.       — Проиграешь ведь?       — А вдруг нет?       Снова лениво вздохнули. Подумали. Что-то посчитали. Критически прошлись взглядом по моей тушке.       — Как ты себе это представляешь? Ты, конечно, похож на девчонку. Но не настолько.       — Это уже моё дело. Ну так как, согласна? — постарался проигнорировать скептический взгляд подруги.       — А что я с этого получу?       Вот зараза хитрая. И не пьянеющая. Столько уже выдула, а всё равно соображает последовательно и логично.       — А что ты хочешь?       Многозначительное молчание. Нельзя такое у неё спрашивать, но уж хочется хоть раз выиграть. А в себе я уверен процентов на пятьдесят. А это процентов на сорок девять больше, чем обычно.       — Я пока не знаю, что с тебя ещё можно потребовать. И так уже столько всего делал. Ты не мазохист, случаем? Или, может, извращенец какой особенный? Ну да ладно. Я-то придумаю, что ты будешь делать, когда проиграешь. А ты на что надеешься?       Снова ленивый взгляд, как будто она и правда пытается найти ну хоть что-то ещё, что с меня можно взять. И ведь снова не поспоришь. Что я только не делал. И просто так, и по просьбе, и по приколу, и проспорив. Чего стоил поход с ней в гей-клуб — «ведь это же так интересно!». А вот мне доказывать каждому второму, что я тут случайно, не особо прикольно было. А примерка женского белья? Ей, видите ли, муза нужна была, а то рассказ «как-то не пишется».       Единственное, что утешает — я не один так «развлекаюсь». На Саню уже даже смотреть жалко — он её раб ещё на целую неделю, хотя, надо признать, держится неплохо, пить только стал больше, а вот краснеть меньше — иммунитет выработал к пошлостям. Про Егора вообще молчу! Он ей иллюстрации теперь обязан рисовать к порно-рассказам, хотя я ему говорил, что не сможет он с закрытыми глазами чай нормально заварить. Не после бутылки вискаря. Но кто же меня слушать будет. Вот и огребает теперь, архитектор будущий.       — Но-но, попрошу не зарываться. Не «когда проиграю», а только «если». А вот если выиграю, то ты со мной на свидание идёшь.       — Совсем больной? На хрена я тебе?       — А я, может, тебя с началки люблю? Признаться боялся, а ты и не замечала! Где твоя хвалёная логика и интуиция?! Тоже хочу счастливой личной жизни!       На меня посмотрели, как на идиота.       — Ты про ту байку, что парни на свидании со мной умудряются находить свою «истинную любовь»? Действительно в это веришь?       — А почему бы и нет? Авось и правда сработает? С тремя нашими прокатило, почему на мне везение должно закончиться? Я, может, действительно любви хочу.       — Ну-ну. Хорошо, я согласна. Свидание так свидание. Что по условиям? Готова предоставить тебе две, нет, даже три попытки. Парней тоже сама могу найти, чтоб с тобой знакомы не были. Не цеплять же тебе, бедному, на улице кого попало. Идет?       Думать было сложно, алкоголь давал о себе знать. В мыслях я всё ещё был на стадии продумывания возможности выиграть.       — Идёт. Я должен сделать так, чтоб хоть один провёл со мной весь день, при этом думая, что я девушка. Так?       — Именно. По рукам?       — По рукам!       Пришлось вставать и пожимать ей руку. Саня (как покорный раб сия богини) приполз и разбил наш спор, подтверждая условия игры.       Уснул я в тот день, всё ещё размышляя, а как я, собственно, собираюсь выполнять задуманное? Ну и, естественно, а нахера ж я на это подписался?