Очевидное невероятное!

Проснулась я, как обычно в выходные, ближе к обеду. Оказалось, что в квартире я одна. Интересно, куда пропали Ольга с Саней. Нужно позвонить Оле. — Я проснулась! — Это хорошо! — Вы где? — Выгляни в окно спальни! Подхожу к окну и вижу Олю, Сашу, парочку соседских детей и снеговика, ростом с человека. — Мы слепили его для тебя! — кричит Саня в телефон. — Спасибо, мои хорошие! Он очень классный! — Да, красивый получился. Мам, мы замерзли, идем домой! — Идите скорее! Я пошла включать чайник. Пришли мои ледышки, замерзшие, в снегу, но счастливые. — Мама, ты видела, какой он большой получился. Он выше меня! — радовался сын. — Оля меня с ним сфотографировала! — Видела! Очень большой и красивый. Быстро раздевайтесь и бегом пить чай, греться! — улыбнулась я Сашке и помогла снять зимнюю одежду. — Оль, а ты чего встала? Тоже ведь замерзла! — Настя, ты не злишься, что я Сашку на улицу утащила? — Не злюсь. Он же был с тобой! — Я только сейчас подумала о том, что ты могла его потерять, не увидев в комнате. — Оль, не надумывай себе! Я вполне адекватно отношусь к своему ребенку и его возрасту. Он после уроков один ходит домой, и ты об этом знаешь. Я просто удивилась, что вас нет дома, но не потеряла. Позвонила и все! Я знала, что он с тобой! Рада, что вы хорошо провели время, снеговик, и правда, здорово получился! Прикоснувшись к Ольгиному лицу ладонями, я улыбнулась и чмокнула ее в нос. — Ледышка! Быстро раздевайся и за стол! Мы кушали, пили горячий чай и разговаривали. Саша рассказал все подробности возведения снеговика. — Ну что, а теперь за работу? — спросила я. — За какую? — в голос пропели Саша с Олей. — Так, я не поняла… Работа есть только у меня? Сашка, тебе нужно убраться в своей комнате и почитать. Ты за каникулы расслабился. Ольга Валерьевна, а у Вас сессия через 5 дней начинается. 6 экзаменов! На своем я Вам спуску не дам, обещаю! — Мама, я сейчас уберусь, а вечером почитаю. Хорошо? — Хорошо, договорились! Сашка сорвался с места и убежал. Не хочется ему убираться и читать, он бы с удовольствием в планшете поиграл. — Настя? — Пойдем в комнату! — беру ее за руку и веду в спальню. Заходим в спальню, я разворачиваюсь, резко прижимаю Ольгу к двери и целую. — Настя, что ты делаешь? — Девочка моя, я делаю то, что хотела сделать с самого утра! Целую тебя! Мне, правда, нужно поработать, а то потом завал разгребать не хочется. А тебе, и правда, нужно учить. За два дня ты не успеешь нормально подготовиться. Я предлагаю тебе начать с моего предмета и у меня в кабинете. Завтра теорию по вышке повторим. Макс тебе спуску не даст, хоть ты и хорошо подтянула предмет. Ты как? Ольга резко меняет нас местами, прижимая меня к двери. И прикусывает мое плечо, не больно, но ощутимо. Вот такого я не ожидала! — Ты что делаешь?! — спрашиваю я. — Мщу тебе за тон во время обеда! — ухмыляется Оля. — Я испугалась, ты никогда так со мной не разговаривала. — Ну-ну! Мститель! Мсти аккуратнее! — смеюсь я. — А то что? — нахально поднимает бровь мое чудо. — Ого! Провоцируем? А ты готова к тому, что только что начала? — я тоже передергиваю бровями и улыбаюсь. — Настя, о чем ты? Я не понимаю! — растерялась моя девочка. — Да так, ни о чем, чудо мое! — нежно обнимаю Олю и целую в висок. — Настя? — шепчет Ольга. — Что? — шепчу я в ответ. — Я знала, что ты меня не ударишь, поэтому чуть-чуть прикусила. — Пойдем-ка сядем, чудо. — усаживаю Ольгу на кровать, сажусь рядом и беру за руки. — Оль, я не ударила бы тебя, даже если бы мне было больно. Просто меня удивил этот твой жест. — А почему ты сказала, что я провоцирую? — Оль, мы ведь можем с тобой говорить обо всем, да? И ты не будешь стесняться? — Я постараюсь. — улыбнулась моя девочка. — Ты не хотела кусать меня, просто взяла и прикусила на эмоциях, необдуманно, так? — Да. — Оль, это язык тела, эмоции. Я поцеловала тебя неожиданно, прижав к двери, а потом начала говорить. Ты не ожидала этого поцелуя и растерялась, а твое тело ответило за тебя. Ты прижала меня и прикусила. Твое тело передало мне импульс — «еще, сильнее!». А твое «а то что?» — это вызов, тоже, скорее всего, необдуманный, провоцирующий меня на действия. Твое тело просит не только нежности. Оно просило продолжения. В этом нет ничего плохого, скорее наоборот. — улыбалась я. — Ну ничего себе, хочешь сказать, вы беседуете, а я мило стою в сторонке? — смущенно смеется Оля. — Ты все понимаешь, моя хорошая, интуитивно чувствуешь. Вот смотри! Практически все мои прикосновения к тебе выражают нежность. Когда я крепко обнимаю тебя, я стараюсь дать тебе спокойствие, защиту и уверенность. Ты все понимаешь, чувствуешь. Просто укусы и царапанья ногтями — это, скорее, больше относится к более страстному и раскрепощенному сексу. — выдала я. — А в повседневной жизни взрослые люди стараются не использовать эти жесты. Нет, бывают, конечно, исключения, когда цапнуть хочется. — Как я сегодня цапнула тебя! Да, я то еще исключение! — улыбалась мне Оля. — Нет. Ты цапнула, все же, с сексуальным подтекстом. Я говорю о другом. Знаешь, когда Сашка был совсем маленький, даже не ходил еще, мне очень часто хотелось укусить его за попку. Ты удивишься, но очень многие мамы испытывают это желание к своим маленьким детям. В этом выражении чувств — любовь, нежность, восхищение. — Тебе хотелось цапнуть Саню? — Да, очень! — смеюсь я. — Пойдем, посмотрим, как он там убирается? — Пойдем, но мне хотелось бы потом продолжить этот разговор. Может вечером? — Конечно. А сейчас работать и учиться! Проверив Сашку, я села за работу, а Ольга за учебу. К вечеру, сделав отчеты по нескольким фирмам, я, наконец-то, разогнула спину и потянулась. Ольга подошла ко мне, положила руки на плечи и стала пальчиками разминать мышцы. — Да… еще… очень приятно, — попросила я, закрыв глаза от удовольствия. — Устала? — Нет, просто профессиональный хондрозина. — Пойдем, приготовим ужин, я есть хочу. Сашка, наверное, тоже. — Сашка вряд ли. Он теперь, пока из подарков новогодних все вкусняшки не съест, не успокоится. Но ужин готовить надо. Пойдем. Я выбрала Саше книгу и попросила его почитать вслух, пока мы готовим. Читал мой сын с пяти лет, к школе уже довольно бегло, но я, все равно, частенько заставляла его читать вслух. В будущем пригодится. Ужинали мы на диване за просмотром «парка юрского периода». Сане он очень нравился. Иногда мы устраивали подобные ужины. Я подключала ноут к экрану и запускала фильм. Усаживались на диван, брали подносы с едой, кушали, смотрели фильм и разговаривали. Как в кинотеатре, только комфортнее и удобнее. Сашка просто обожал такие вечера. Наверное, я не так много времени уделяю своему ребенку, но стараюсь, чтобы это было приятное времяпровождение. Уложив Сашу спать, я вернулась к Оле. Она убрала посуду и ждала меня. — Еще что-нибудь посмотрим? — спросила я. — Как хочешь. Я не против. — Может, фильм-катастрофу какой-нибудь включим? — Давай! Только что-нибудь из нового. Я практически все смотрела, люблю их. — Я тоже! Мы включили фильм, и, обнявшись, устроились на диване. — Настя? — Ммм? — Так что ты говорила о более страстном и раскрепощенном сексе? — Видимо, пришел час расплаты за слова, вылетевшие случайно, да? — усмехнулась я. — Тему перевести днем мне не удалось? — Нет, не удалось, Настя! Так что продолжай. — Что ты хочешь узнать? — Настя, у меня есть предложение, давай каждая, по очереди, задаст три интересующих вопроса. Любых! Вопрос — ответ. Ответы должны быть не «да» или «нет», а более развернутыми. И они должны быть честными. — Хорошо, я не знаю, на что подписываюсь, но да, давай попробуем. Твой первый вопрос? — У тебя было много партнеров? — Ого! И сразу на личности. Оль, много — это понятие субъективное. Для кого-то много — 5, а для кого-то 100 — мало. Главное не количество, а качество. — усмехаясь, ответила я. — У меня было достаточно партнеров, как мужчин, так и женщин. Точное число сказать не могу — я их не считала. За последние несколько лет только женщины. Но любила я, до тебя, только одного человека. А теперь люблю тебя, мое прекрасное светловолосое чудо. Ответ засчитан? — Да. Твой вопрос? — Оль, даже не знаю, стоит ли спрашивать, но все же спрошу. В твоей семье мужчины обижали женщин? Папа бил маму? — Да, Настя, но это было очень давно. В детстве мой биологический отец пил и бил маму. Мы даже уходили из дома. Я была маленькая, но все помню. Меня он целенаправленно не бил, но один раз в меня отлетели от стены часы и после этого мама с ним развелась. Мама второй раз вышла замуж за человека, которого я очень люблю и называю папой. Он меня удочерил. Это моя семья и их я люблю. С биологическим я даже не общаюсь. Откуда ты узнала об этом? — Мне так показалось. Я тогда только устроилась в универ, весной. Когда Антон что-то рассказывал, жестикулируя руками, ты попятилась, испугавшись, а он был от тебя далеко и задеть не мог, даже случайно. Даже от Макса ты пятилась, и если на счет Антона я тогда не была уверена, то в Максе была уверена — его бояться физически причин у тебя не было. Потихонечку я постаралась подружить тебя с Антоном, делала так, чтобы вы чаще пересекались. Теперь ты его не боишься. Но это частности. Ты подсознательно боишься людей, которые физически гораздо сильнее тебя. И это психологическая травма из детства, я была уверена. Я вот только понять не могла, почему, ведь с отцом у тебя очень хорошие отношения. Теперь поняла. Я ответила на второй вопрос? — Это не было вторым вопросом! — Как это не было, ты же спросила! А я ответила. Развернуто и честно! — шучу я, улыбаясь, чтобы чуть-чуть разрядить обстановку. На самом деле, я давно хотела поговорить с Олей о том, что она шарахается от людей, которые физически крупнее и сильнее ее. Думаю, после сегодняшнего разговора, она задумается об этом. — Ну Настяяяя! — Хорошо, солнышко. Твой второй вопрос? — А второй вопрос будет о «страстном и раскрепощенном» сексе! — Вот дернул же меня черт за язык! — рассмеялась я. — Хорошо, спрашивай! Я поняла, что тебя это сильно зацепило. — Что тебе нравится? Чего тебе хочется? Я пока почти ничего не умею, но мне хочется, чтобы и тебе тоже было хорошо. — Маленькая моя, начну с того, что сексом я с тобой пока не занимаюсь, я занимаюсь с тобой любовью. Для меня это очень разные вещи. Мне бы очень хотелось, чтобы ты доверяла мне и не боялась. Со временем это придет, все у нас будет. И твой желанный «страстный и раскрепощенный» тоже будет. Только постарайся не кусать меня и не царапать! — со смехом закончила я. — Настя, я не боюсь тебя, даже учитывая то, что ты сильнее меня и физически, и морально, я думаю, тоже. Я тебя люблю! Мне хорошо, когда ты рядом и хорошо с тобой. Про страх физической силы ты правильно заметила. Но я не социально неадаптированная. В школе у нас была одна компания, они почему-то не любили и дергали меня. Их я очень боялась и шарахалась от этих отморозков. Но нормальных людей я не боюсь, ты преувеличиваешь. — Подожди, они обижали тебя? А родители что? — Я не рассказывала. — Почему? — Мне не хотелось их волновать, и было стыдно, что я не могу сама за себя постоять. — Зря! Если бы кто-то обижал Сашку, я бы хотела об этом знать. Ответить можно не только физически, но и уголовно. Если тебя или Сашку кто-то тронет, он дико пожалеет! И никого не бойся, Оль, поняла? — разозлилась я. — Поняла, не психуй, пожалуйста! Я сама давно уже выросла и сейчас подобного не допустила бы. Может, оставшиеся вопросы перенесем на завтра? Фильм мы тоже посмотрим потом с самого начала. Пойдем спать, уже 11 часов вечера? — Хорошо, беги в душ и в кроватку. Я уберу тут все и приду. Когда я зашла в спальню, Оля лежала под одеялом. Верхний свет она выключила, оставив только ночник. Я закрыла дверь на защелку. — Иди ко мне! — прошептала она. — Иду, моя девочка. — Твоя! — Ты совсем голенькая? — обняв девушку, я не почувствовала одежды. — Да, я ждала тебя! — улыбнулась Оля. — Умница моя. — Твоя! Не закрывайся от меня, пожалуйста. И не думай о том, что можешь чем-то мне навредить. Я никогда не боялась тебя и давно доверяю. Не надо все контролировать. — Ольга гладила меня с внешней стороны бедра и заглядывала в глаза. — Я люблю тебя, моя маленькая взрослая девочка. Ты хочешь попробовать что-то конкретное? — спросила я, откинула одеяло и сняла с себя футболку. — Нет, я хочу продолжить то, что мы начали днем. С тобой я все хочу, Настя! — Смелое заявление, малышка. Я поняла тебя. Ты в любой момент можешь попросить меня остановиться. — усмехнулась я и не сдерживаясь, поцеловала свою девочку. Я нервничаю? Да, я нервничаю! Но если она хочет секса, я дам его ей. Прикусив нижнюю губку зубами, я оттянула ее, возбуждаясь сильнее. Во мне начал просыпаться мой личный демон вседозволенности и разврата. Перевернув Олю на спину, я села на нее сверху, прижав ее руки за головой. — Ты такая красивая, девочка моя. — шептала я, поглаживая ее руки пальцами от ладоней до плеч и целуя лицо. Нежная моя девочка, что же ты со мной делаешь? Ласково проводя пальчиками по лицу девушки, я смотрела ей в глаза, а она улыбалась мне доброй и доверчивой улыбкой. Убрав мои волосы мне за уши, Ольга потянула меня на себя и обняла за шею. Поцеловав ее еще раз, я начала медленно спускаться, целуя шею, ключицы. Проведя руками по нежной коже груди, я втянула сосочек губами, и, прикусывая его, стала ласкать. За все свое бурное прошлое, я никогда не испытывала столько нежности к партнеру. Нежность перекрывала все — желание, возбуждение, страсть. По спине пробегала дрожь, а мысли путались. Спускаясь и целуя животик, я приподнялась и посмотрела на свою девочку. Голова закинута назад, светлые волосы рассыпаны по подушке, обрамляя личико — ангелочек мой! Оля вздрагивала от каждого прикосновения моих губ. Закинув ее ножки себе на плечи, я ласкала ее языком. Девушка стонала с каждой минутой все громче, но мой внутренний демон хотел большего. Мои пальцы вошли в нее, она горячая и узкая. Ложусь сверху, вдавливая девочку в кровать. Оля отвечает мне, двигаясь навстречу все быстрее и быстрее. Обнимает меня за плечи. Стоны сливаются в моей голове в один непрекращающийся гул. Девочка задрожала, но мне мало. Не сейчас. Девочка моя, какая же ты красивая! Поворачиваю Ольгу на бок, к себе спиной, откидываю ее волосы, целую шейку сзади и провожу по спине рукой, рисуя узоры на нежной коже, сверху вниз. Резко вхожу, выхожу и опять вхожу пальцами на всю длину. Моя девочка протестующе стонет, и я оставляю пальчики, сгибая их и лаская ее. Мышцы сжимают мои пальцы, я выхожу и, лаская клитор, целую спинку девочки легкими, успокаивающими поцелуями. Переворачиваю ее на животик, не прекращая ласкать. Вхожу, прижимаясь к ней сзади, и сильно и размеренно двигаюсь в ней. — Настя, я больше не могу! — хнычет мое солнышко, постанывая. — Сейчас, моя маленькая, — шепчу я и ускоряю темп движений. Оля ловит меня ладошкой за запястье, выгибается и кричит, уткнувшись личиком в подушку. Мою девочку трясет крупной дрожью. Нежно целую ее плечико и шевелю пальчиками, ловя отголоски оргазма. — Настя, я не могу больше. — шепчет моя девочка. — Хорошо, малыш... — успокаиваюсь я и вытягиваю руку. Опираясь на локоть другой руки, я заваливаюсь на бок и облизываю пальцы. Оля смотрит на меня мутным взглядом. — Что ты делаешь? — смущаясь, спрашивает она. — Угощаюсь! — улыбаюсь, — Отдохни чуть-чуть и продолжим. — шучу я. — Настя, нет! — стонет моя девочка. — Я пошутила! — смеюсь тихонечко я. Вообще-то в этой шутке была только доля шутки, второй оргазм был бы сильнее, но на сегодня, и правда, хватит. — Я смертельно хочу пить. — стонет Оля. — Сейчас принесу. Взяв бутылку воды из холодильника, я вернулась в спальню. Оля лежала на животе и даже приподниматься отказалась. — Маленькая, ты чего? Тебе не больно? — Не больно! — усмехнулась Оля — пои меня, как хочешь! — Сейчас, поухаживаю! — забираясь на кровать, засмеялась я. Полусидя, опираясь спиной на подушки, я подтянула девушку к себе и усадила ее. Опираясь спиной мне на грудь, Оля открывала рот, а я поила ее из горлышка. — Вкусно? — Еще как, холодненькая! — Мне оставь глоточек! — Ты пила, когда шла сюда, я слышала! Но я тебе оставлю! — Хорошо! — усмехнулась я. Я обнимала свою девочку и молча укачивала ее. — Настя? — Ммм? — В этот раз он был сильнее. — Оргазм? — Да. — Будет еще сильнее, солнышко. Но не все сразу. — Еще сильнее? — Да, маленькая моя! Ты думала, что это все, на что способен твой организм? — засмеялась я. — Ну, я не знаю… Настя? — Ммм? — А как же ты? — Мне хорошо, Оль, не переживай. — Я хочу, чтобы ты тоже получала удовольствие. — Прямо сейчас? — усмехнулась я. — Нет, прямо сейчас я труп. — усмехнулась Оля в ответ. — Оль, мне хорошо! И мне бы хотелось, чтобы ты понимала реакции своего тела, для начала. А мой демоненок будет только рад! — Твой демоненок? — усмехнулась Оля. — Да, демоненок — это моё сексуальное я! Он часть меня. — Ты даже не устала, Настя? — Устала немного, пора спать уже. Будем ложиться? Третий час ночи уже! — Да. Я засыпаю. — Может, в душ и постельку поменяем? — Тебе неприятно спать на этой? — Оль, не выдумывай. Иди ко мне на плечико. — Люблю тебя! — И я тебя, моя маленькая.