Очевидное невероятное!

«Вставай, Настя, вставай!» — кричал будильник в 7 часов утра. — Ну вот, опять началось! Встаю! — рыкнула я, поднимаясь с кровати. Ольга вчера ушла ночевать к себе в квартиру, и я проснулась одна. Разбудив Сашу, я собрала его в школу и поехала на работу. Сейчас у меня лекция у третьего курса. В том числе и у моей группы. Потом перерыв и четвертой парой лекция у второго курса. — Здравствуйте, садитесь. — сказала я, заходя в аудиторию. — Сегодня первый учебный день, но попрошу не расслабляться и слушать внимательно. Сегодняшняя тема — система законодательного и нормативного регулирования бухгалтерского учета в России. Записываем. Нормативное регулирование бухгалтерского учета. Национальные и международные стандарты финансовой отчетности. Отвыкла я за лето столько говорить на аудиторию. К концу лекции даже голос охрип. — Аудит у вас выделен в отдельную дисциплину, вы начнете изучать его на втором семестре третьего курса. Но основные понятия нам потребуются уже сейчас, я дам вам их на следующей лекции и перейдем к уставному капиталу. Надеюсь, план счетов вы помните со второго курса. Кто подзабыл, повторите. На сегодня все. Если есть вопросы, задавайте. Прозвенел звонок. — Завтра на практике вспомним двойную запись и порешаем задачки. На сегодня все. До свидания. Долгожданный перерыв. Хорошо еще, что Алена забрала у меня микро- и макроэкономику. После четырех лекций подряд я бы только шептала, наверное. Пойду, проведаю Владимира Юрьевича. Подходя к деканату, я встретила Алену. — Привет! — Привет, Настя! Бегу на лекцию, опаздываю. Позже поболтаем. — Беги, голос береги. Что-то я охрипла после первой же лекции. — рассмеялась я. Постучавшись, зашла к декану. — Здравствуйте, Владимир Юрьевич. — улыбнулась я. — Настя, здравствуй, заходи. У тебя перерыв? — Да, пара и большая перемена. Зашла Вас проведать. — Ставь чайник, доставай печенье. Как отдохнула? — Отдыхать всегда хорошо, Владимир Юрьевич. Отдохнула замечательно. С Максимом на Байкал съездили, потом дома в основном. Вы как? — Мы на море съездили, подлечились, детей навестили. Тоже хорошо отдохнули. Ты, я слышал, Алене ее нагрузку отдала? — Не всю, Владимир Юрьевич. Но часть отдала. Еще бы заочников кому-нибудь спихнуть, и жить можно. — Ты чего хрипишь? Простыла? — Да нет, отвыкли связки, видимо. — ухмыльнулась я. — После первой же лекции хрипеть начала. — Фарингит? Сейчас что-нибудь мятное тебе найдем! — сказал декан и полез по ящикам стола. — Как на кафедре дела? — О, это что-то! Наша четверка хладнокровных поутихла и приуныла. Елена Викторовна молодец. Теперь еще и Алена вышла. — К вам еще два новых преподавателя придут. Молодые, аспиранты. Елена их пригласила. Присматривайте за ними. — Отлично. Разгрузимся чуть-чуть. Я бы с АХД распрощалась с удовольствием. — улыбнулась я, отпивая чай. Поговорив с деканом, я пошла к себе в кабинет, выбирать материал для завтрашней практики. — Анастасия Викторовна, к Вам можно? — ко мне зашла Ольга. — Да, Ольга, заходите. — улыбнулась я. Оля зашла в кабинет и закрыла дверь. — Мы группой хотим в кафе сходить после четвертой пары. Ты с нами пойдешь? — Это официальное приглашение? — улыбнулась я. — Наверное, нет, Оля. Не пойду. Посидите сами, пообщайтесь. Я не хочу вас смущать. Не пейте только много! — Я после кафе домой. — А я пару сейчас отведу и поеду в офис. Потом тоже домой. — Хорошо, тогда до вечера. — До вечера, Оль. Приехав домой, я составила планы занятий и пошла готовить ужин. — Саша, иди мой руки и ужинать. — позвала я сына. — Иду, мама. — прибежал Сашка. — Как в школе дела? Когда собрание родительское, учительница не говорила? — На следующей неделе, мам. Еще надо сдать деньги на тетрадь по окружающему миру. Вторую часть нам не купили. И на обеды за месяц сдать нужно. Сказали, что нужно собрать документы какие-то, у кого одна мама. Можно будет кушать бесплатно в школе. — Сдадим, Сашка. И на питание сдадим, и на тетрадь. Сколько нужно? Я дам, завтра отдашь учителю. Бесплатное питание в школе — это для детей, у которых одна мама и она мало зарабатывает, или для семей, где много детей. — Я спросил, учительница сказала, что мне тоже можно. — ответил мне ребенок. — Только документы нужно собрать. — Экономист ты мой. Молодец, что подумал об этом. Но, Саша, я могу оплачивать твое питание и кружки. Есть дети, которым бесплатное питание необходимо, и это точно не ты. — Я понял, мама. У Алины мама мало зарабатывает, сестренка маленькая, а папа от них ушел и не помогает. Она со старым рюкзаком сегодня пришла и в старой форме. Жалко ее, девочки хвастались, и дразнили ее, а она заплакала сегодня. Нас посадили вместе, мы за одной партой сидим. Она хорошая девчонка. И бегает быстрей всех девочек в классе. — Саша, ты и сам все понимаешь. По кружкам что? Расписание уже известно? — Нет. Завтра только шахматы, но я узнаю, когда остальные. — По каратэ узнай, не изменились ли реквизиты. Реквизиты это то, куда платить. — Я завтра, после школы, зайду и спрошу. — Договорились. Ты у меня умница. Собака радостно залаяла, и мы пошли встречать Ольгу. — Всем привет! — улыбнулась нам Оля, покачиваясь. — Да уж, отметили. Проходи, мы ужинаем. — усмехнулась я. — Мы отлично в кафе посидели! — заплетающимся языком поведала нам Ольга. — Было весело! — Заметно, Оль. Пойдем ужинать. Поужинав, Саша убежал к себе в комнату, а Ольга сидела и гоняла еду по тарелке. — Оля, ешь. Ты на голодный желудок так набралась. Что пили? — Пиво пили, вино и водку. — улыбалась мне девушка. — Еще и смешали. Как учиться завтра будете, отмечальщики? — Мама! — позвал меня сын. — Я спать ложусь. В школу собрался. Ты деньги на тетрадь обещала и на обеды. — Сейчас, Саша. Достав деньги, я отдала сыну и, поцеловав его на ночь, вернулась к Оле. — Как посидели, расскажи. — попросила я. — Хорошо посидели. Правда, под конец уже, приехал муж за Мариной и они ругались. Он грубый. — Оль, она вышла за него замуж, значит, ее устраивает. — Не знаю, Настя, кажется, она уже жалеет об этом. — Разберутся, Оль. В случае чего, просто разведутся, если детей сделать не успеют. Но по одному вечеру судить не стоит, тем более вы выпили, а ему это не понравилось. — Ты же на меня не кричишь из-за того, что я выпила. — Оль, студенчество — это самое веселое время. Я хочу, чтобы у тебя оно было, веселитесь, общайтесь. Я не против. Не хочу, чтобы из-за меня эти годы прошли мимо тебя. Группа у вас хорошая. Только много не пей, пожалуйста. — Там в холодильнике пиво есть, давай по стаканчику? — предложила Оля. — Оу-оу-оу! Догоняшки? Не стоит, Оль. Голова у тебя завтра и так болеть будет. Пей чай, а я чуть-чуть коньячка себе налью.  — Настя, сегодня на лекции по ценообразованию мы нихрена не поняли. Она тараторит и глотает окончания. — Привыкнете, Оль. Если совсем не поймете, я подскажу учебник. Не знаю пока, как она вам дает. На практиках работайте, спрашивайте. — А ты знаешь ценообразование? — Знаю, Оль. Я могла бы его вести, предмет не сложный. Но Оль, я не могу взять только ваш поток, все предметы с кафедры, и вести только вас. Ты же это понимаешь? Я и так выбила самый сложный и профилирующий для вас — бухучет! Налогообложение в следующем семестре у вас будет вести Алена или Елена Викторовна. Ты понимаешь, что я практически вырвала вас у Зои Николаевны? Просто потому, что вы — мои. — Понимаю, Настя. Но мне страшно даже. Столько всего будет. — Вот уж кому бояться, но не тебе! — рассмеялась я. — Ты все поймешь. Уверена. А что не поймешь, разберемся. — Настя, можно вопрос? — Да! — улыбнулась я. — Ты можешь вести любой предмет? И объяснять его так же хорошо? — хитро посмотрела на меня Оля. — Оль, я могу преподавать любой предмет нашей кафедры, и не только эти. У меня хватает и знаний, и квалификации. Но я еще раз повторяю, я не могу взять что-то еще у вас. Вы студенты универа, а не мои собственные. А я — не преподаватель исключительно вашего потока. В конце концов, и для вас это было бы тоже не очень хорошо. — Настя, я понимаю. Но ты мне объяснишь, если я не пойму что-то? — Объясню, но не филонь на парах, надеясь на меня. Универ — это универ. Личное — это личное. Учись нормально. — Я знаю, Настя. Просто нам четвертый курс сегодня страхи поведал. Мы в одном кафе сидели. — А, тогда понятно. Вместе отмечали? — Да! Сдвинули столы. — Они вас просто запугали, Оль. Как старшие и все преодолевшие! — смеялась я, обнимая Олю. — Насть, не дави на живот. — Тебе плохо? — Что-то не очень хорошо. — смущаясь, сказала Оля. Я встала и набрала большую кружку воды. — Пей, чудо мое. — Зачем?! — Пей, Оля. Так надо. — Поднесла кружку к губам и заставила выпить. Набрав еще кружку воды, я поставила ее на стол. — Пойдем-ка, радость моя. — Куда? — прошептала Оля.  — В туалет. Желудок почистим. — Не хочу, Настя. Не надо! — дернулась Оля, но я прижала ее к себе. — Надо, малышка. Доверяй мне.  — Я доверяю, Настя. Но мне стыдно. Ходит туда-сюда. — Вот и нужно все это выкинуть из организма. Просто потерпи чуть-чуть. А потом будет легче. Поспишь нормально и отдохнешь. Заведя Олю в туалет, я обняла ее одной рукой, а второй убрала волосы. — Давай, малышка.  — Не могу я так, не хочу! Выйди, пожалуйста. — злилась Оля. — Господи, ребенок! Волосы заколю сейчас. Стой. И я не уйду. Я переживаю за тебя. Убрав волосы, я дала еще попить и наклонив, пальцем прижала ее язык. Не помогло. Просунув пальцы дальше, я наклонила свою девушку и началось… — Все, маленькая, все. Лицо сполоснем и спать. — улыбнулась я своей девочке. — Настя, меня шатает. — Это алкоголь, малышка. Теперь спать. Уложив Олю, я легла рядом. Святая наивность, ей 21 год, а она даже пить не умеет. А то, что ей было так плохо, и она растерялась — уверена, что впервые. Растерялась, девочка моя маленькая. Хорошо еще, что дома, а не по пути домой или перед одногруппниками. В свой первый раз отторжения алкоголя, я сидела за гаражами и меня выворачивало. Мне было 15 лет. Ко мне подошел какой-то мужчина, и протянул бутылку газировки. Я даже спасибо сказать не успела, как меня начало выворачивать опять. Он отошел, подождал меня, а после проводил до дома. Никогда не забуду то, что он сказал мне тогда — не пей в компании, которая бросает тебя за гаражами и помни о том, что люди бывают разными. Хреново — пей дома. А если что-то отмечаешь — не пей много, не стоит оно того. Просто знай свою норму и никогда не приближайся к ней. А эта компания — тебе не друзья. Мужчина ушел, но его слова я запомнила на всю жизнь. И не только в отношении спиртного. Компании, которая «бросит за гаражами», у меня больше не было. Никогда. Даже учитывая то, что ко мне всегда тянулись люди, я была очень закрытым человеком. У меня есть друзья, их мало, но они настоящие. У меня есть Макс. Засыпая с мыслями об Ольге и Максе, я прижала Ольгу к себе. Я с тобой, моя девочка. Пока я тебе нужна, я всегда буду рядом.