Just look what kind of shit is going on

Если долго смотреть на рябь телевизора, то нихуя не произойдет. Вот такой вот ебанутый фокус. То же самое с холодильником. Гипнотизируй его хоть всю ночь, а жрачки в нем не прибавится. И отношения с Питером не наладить, если ничего для этого не делать. Нет, ну, кое-что Уэйд все-таки сделал. Он вырубил нахрен сломанный телевизор, хлопнул дверцей холодильника так, что окна задрожали, и решил на глаза Паркеру не попадаться. Так всем будет лучше. В первую очередь, самому Питеру. Уэйду никак не будет лучше. Он не умеет «лучше». Он не умеет чувствовать себя хорошо. Порой Уэйд скучал по голосам. Так вокруг была хоть какая-то движуха. Да и было с кем потрындеть, когда накрывался телик. Теперь же говорить пришлось с самим собой вслух. И собственный голос казался мерзким. Но деваться некуда. — Ну, во всём есть свои плюсы! По крайней мере, теперь я не буду гнить заживо, — сказал он и сам себя не убедил. — Ладно, хорошо. Питеру не придётся смотреть на то, как я гнию заживо. Уэйд помнил, каково это. Его мать умирала у него на глазах. И пускай ему умереть не грозило, не завидует он тому, кому придётся за этим наблюдать. И он не станет обрекать на это Питера. Питти не заслужил этого дерьма. Он ведь согласился помочь Уэйду, согласился указать верный путь и всячески поддерживал. Чёрт, они даже друзьями стали. А потом лучшими друзьями. А потом… А потом всё стало очень странно. Со стороны Уэйда мало что поменялось, он всегда был рад обнять, схватить, ущипнуть, да и просто коснуться своего Паучка. А вот Питера словно магнитом стало к нему тянуть. Объятия становились дольше, случайные прикосновения переставали быть такими уж и случайными, а шутливый флирт между ними вдруг стал каким-то неловким. Уэйд долго не верил своему предчувствию и долго собирался спросить, что, собственно, происходит. Или не спрашивать, а взять и поцеловать Питера. И посмотреть, что будет. Но потом случилось всё это, и как теперь быть, Уэйд в душе не ебал. Всё это он, кажется, говорил вслух. Судя по тому, как пересохло в горле. Он встал с постели и как лунатик, шаркая ногами, поплёлся на кухню за водой. Глянул на часы, отмечая, что Питер, наверное, уже вернулся домой, если не случилось чего-то непредвиденного. Вода смочила горло, но оно всё равно саднило. Странно, раньше ему не составляло труда пиздеть вслух и гораздо дольше. Кишки скрутило от мысли о том, что, возможно, именно сегодня он был нужен Паучку. Вдруг до Пита всё-таки добрались плохие ребята? Последние несколько месяцев были слишком спокойными. Не к добру это. Уэйд ломанулся к ноуту, пытаясь совладать со внезапно охватившей его дрожью. Проверил все новости, твиттер, инстаграм и ютуб по ключевым словам, но, кажется, сегодня всё было тихо. Суперзлодеи не вылезли из своих нор. Человек-паук не попал в беду. Хотя случиться могло что угодно! И, возможно, в эту самую минуту Питера спускают в бетонных ботинках на дно залива. — Хватит, — осадил Уэйд себя. — Он большой мальчик. Столько лет справлялся без тебя и сейчас справится. В общем-то, так оно и было. С Уилсоном в напарниках Паук только надирал всем задницы чуть быстрее. Однако тревога продолжала грызть мужчину, не давая уснуть. В сон Уэйд себя отправил, с разбегу впечатавшись головой в стену. Удар получился недостаточно сильным и не вырубил его сразу. Голова звенела и трещала. Нос, кажется, был сломан, а со лба в глаза текли струйки крови. Вот же бля, лучше б выстрелил в висок. Поленился потом мозги собирать. Однако скоро боль немного утихла, и Уэйд наконец потерял сознание. Лучше бы, конечно, он этого не делал. «Сон» не принёс совершенно никакого облегчения, а голова разболелась ещё сильнее. Тошнило. И когда Уэйд попытался встать, ноги подогнулись, и он тяжело рухнул обратно на пол. Исцеляющий фактор должен был к этому времени уже нейтрализовать все последствия. Не хватало ещё, чтобы он начал барахлить. Повалявшись на полу ещё с полчаса, Уэйд наконец-то встал. Ощупал нос, который сросся криво. И, стеная и охая, вправил его. Нет, исцеляющий фактор работал исправно. Но голова всё ещё кружилась. И ходить получалось только по стеночке. Он даже проблевался. Желчью, потому что желудок был уже давно отвратительно пуст, как и вся его сраная, бессмысленная и бесконечная жизнь. Уилсон уселся на пол и прислонился затылком к прохладной стене. Ну что за блядство. К вечеру ему полегчало. Настолько, что он даже решился выползти на улицу, чтобы купить еды. Страдания страданиями, а жрать надо. А то он рехнётся ещё сильнее, чем уже есть. Пул по привычке надвинул капюшон на глаза, засунул руки в карманы и, горбясь и пряча лицо, вышел из дома и медленно поплёлся в сторону супермаркета. Спохватился, что можно не скрываться, только случайно заметив собственное отражение в витрине. Стянул с головы капюшон. Внимания на него никто так и не обратил. Уэйд лениво оглядывал полки с продуктами, пытаясь понять, чего же ему хочется. Не хотелось, собственно, ничего. Он всё-таки закинул в корзину хлеб и шоколадную пасту. Завтрак взрослого человека, который может себе позволить хоть целую банку нутеллы сожрать в один присест, и никто не скажет ему ни слова. Круто быть взрослым! Уэйд хихикнул, представляя, что сказал бы на это Пит. Смешком, однако, он подавился, почувствовав на себе чей-то взгляд. Ну, началось… Уэйд вскинул голову, оглядываясь. И почти потянулся, чтобы напялить капюшон, но остановился. Напротив него возле полки с кофе и чаем стояла миловидная светловолосая девушка. Поняв, что её засекли, она смущённо отвернулась. Уилсон нахмурился, не до конца понимая, что это вообще было. Он что, ей понравился? — Привет блондину от блондина, — сказал он громко, привлекая её внимание, и шутливо отсалютовал. Жуть какая. В животе снова закололо. Оставалось только надеяться, что это не повторение утреннего приступа. «Это не приступ», — осознал вдруг Уэйд. Это было… волнением? Когда в последний раз кто-то незнакомый смотрел на него с интересом? Да просто без отвращения. — Эту хрень не бери, — сказал Уилсон, кивнув на банку с кофе в руках девушки. — Как будто земли насыпали и ароматизатором побрызгали. — Да? — Голос у неё оказался приятно низким. — А что тогда посоветуешь? Пул только открыл рот, чтобы поделиться своим опытом в выборе кофе, как раздался выстрел. — Господи, ни дня без пиздеца, — вздохнул мужчина, загораживая новую знакомую собой и оглядываясь по сторонам. Какие-то прыщавые школьники, вооружённые пистолетом, решили, что за пиво и чипсы платить не обязательно. К ним уже сбегалась охрана. Нашли блин куда сунуться. Ещё один выстрел пришёлся одному из охранников в ногу. Так, ну вот это уже не очень хорошо. — Пригнись и не высовывайся, — сказал Уэйд девушке. — Лучше всего ляг на пол. Шальные пули такие шальные. Сам же он отошёл подальше, чтобы ненароком никто не попал под выстрелы, предназначавшиеся ему. — Эй, дрочеры малолетние. А слабо без своей игрушки, хотя бы двое на одного, м? — крикнул Дэдпул. Пацаны оглянулись. Один наставил на него пушку. Выстрелить, правда, не успел. Пистолет вылетел из его рук. — Мама не учила, что нельзя размахивать своим стволом в публичных местах? — раздался ехидный голос Спайди. У Уэйда аж коленки затряслись. Питер, сложив руки на груди, стоял, перегораживая собой выход. Пистолет он подвесил на потолок. Тот пацан, у которого отобрали пушку, видимо, оказался посмелее. Ну, или потупее. Он попытался свою игрушку вернуть обратно. А когда не вышло, бросился на Питера. — Зря ты это, — вздохнул Паук. — День был просто ужасным, а ещё вы со своим ограблением. Товарищ смелого-тупого решил вдруг, что хватит стоять столбом, и бросился другу на помощь. Силы в дураках было много, а вот ловкости и ума — не очень. Уэйд даже не подумал помочь Питу. Просто замер, восхищённо наблюдая за тем, как тот уходит от ударов. Легко, будто танцуя. — Я с другом поругался, — пожаловался Питер тем временем, пригвоздив паутиной одного из нападавших к полу. — А теперь он на звонки не отвечает, и дома его нет. Мне бы пойти поискать его, а я тут с вами. У Пула едва не вырвалось умильное «ооооу». Но он всё же сдержался. Он что, правда не отвечал на звонки? Так, а где его телефон… Пока Уэйд вспоминал, куда он мог задевать телефон, Питер уже успел разделаться с преступниками, убедиться, что никто кроме охранника не пострадал и оказать подстреленному первую помощь. Уэйда он так и не узнал. *** На следующий день, едва только стемнело, Уэйд снова вышел на улицу и вернулся только поздно ночью. На столе лежала записка от Питера, но читать её Уэйд не стал, вместо этого сразу завалившись спать. Проснувшись, он отправил Питу сообщение: «Нужно уладить кое-какие дела, уезжаю из города на неопределённый срок». И после этого проспал ещё часов пять или шесть. Разбудил его глухой удар об пол. Кровать прогнулась под чужим весом. — И как это понимать? — спросил Питер. Было темно. И света, просачивающегося из открытого окна, было недостаточно, чтобы разглядеть лицо парня. С другой стороны, и лица Уэйда тоже не было видно. — Никак, — хриплым спросонья голоса отозвался Пул. — Если б знал, что ты так отреагируешь, держал бы всё при себе. Я погорячился, Уэйд. Наверняка у тебя были какие-то причины. Он протянул руку и нашарил ладонь мужчины через тонкое одеяло. Дурацкая привычка спать голышом. — Я долго думал… — продолжил Пит. — Надо всем. Я, наверное, сделал что-то не так. Поторопился, или… Или вообще ошибся. Я просто подумал, что ты… И… Ну… Он совсем сбился с мысли, смущённый и растерянный. Уэйд вздохнул. Не зная, что ответить. Обнять бы его сейчас. Но этого сделать никак нельзя. — Мне правда надо уехать, — сказал Уилсон. — Уладить кое-какие вопросы с Шиклой. — Оу… — Питер убрал руку. — Хорошо. Кровать снова скрипнула. Тёмная фигура загородила окно. Уэйд скользнул взглядом по знакомым очертаниям. Если бы Питер знал, как часто и пристально Пул его рассматривает… Едва ли у них сложились бы такие тесные отношения. — Сообщи, как вернёшься, — сказал Питер, оборачиваясь. Из приоткрытого окна донёсся порыв ветра, посылая по голой коже волну мурашек. — И… Уэйд? — Ммм? — Скажи мне, я ошибся? Насчёт того, что у нас происходит. — Мы можем это обсудить, когда я вернусь? — Х-хорошо, конечно, — затараторил Питер. — До встречи! Он исчез так быстро, что Уэйд даже не успел пошутить, чтобы разрядить обстановку. Ну и правильно. Уже дошутился блядь. Завтра надо будет собрать вещи и свалить в мотель. Или в другую берлогу. Вряд ли Питер ещё раз здесь появится, но рисковать не стоило. Окно осталось приоткрытым, и в комнате стало по-настоящему холодно. Но хуже было то, как мерзко чувствовал себя Уэйд из-за очередного вранья. Вернее, полуправды. С Шиклой и впрямь стоило разобраться. Но для начала нужно было с ней связаться. В конце концов, Уилсон снова заснул. Но до самого утра мучился кошмарами, в которых Питер умирал у него на руках, а он ничего не мог с этим поделать.