Ничего не меняется.

В комнате душно. На улице идёт сильный ливень, капли которого становятся все более тяжелыми. Их скорость, падающих с хмурого и злого неба, становится все сильнее. Лили лежит в своей комнате. Обои давят на неё, так как они такие же тёмные, как её душа. Взгляд направлен на потолок, где глаза девушки смотрят, как выключенная энергосберегающая лампа мигает, будто блондинка находится в фильме ужасов. Лили чувствует каждую каплю ливня, которая падает к ней в душу. На календаре уже сменился месяц, а девушка еще не перевернула страничку и не зачеркнула пройденные семь дней. — Минус килограмм, — говорит блондинка сама себе, смотря на цифру, которая появилась на весах. Девушка существовала на кровати, чувствовала кажду твёрдую пружину. И вновь перед глазами ситуация...

Назад в 2008.

Увы, но удача, которую пожелал Коул, не помогла Лили пройти кастинг. Её даже в массовку не взяли, хотя она и просилась. Девочка, возможно, плохо сыграла, возможно, тихо говорила, ведь Лили пошла на кастинг с кашлем. После того, как в её сторону прозвучал отказ, она решила найти Коула. Девочка хотела прежде всего оповестить его о том, что они, возможно, последний раз видятся. Да, ребята неплохо сдружились. А Коул все также пытался получить совета от Дилана. — Коул! Коул! — увидела Лили затылок парня. — О, Лил-с, как кастинг? — да-да, Коул называл её так ещё с тех времён. — Я в пролёте... — опустила глаза девушка, — собственно, поэтому я пришла к тебе. — Почему? Ты текст забыла? Или ещё что-то? — заволновался Спроус. — Нет, все хорошо, — порадовалась Лили за то, что Коул переживает, — значит, роль просто не моя. — Мы же ещё встретимся? — поднял бровь парень. — Когда-нибудь... — добавила Лили. — Давай без пессимизма, — улыбнулся Коул и попытался заглянуть в глаза блондинки.

Вперёд в 2017.

В окне оттенок неба становится ярче, поэтому Лили пытается уснуть. Электроновые часы неоновыми цифрами гласят, что на улице уже 3:57, а мысли только приходят в голову. Девушке опять душно. Лили пытается открыть окно настежь, но из-за отсутствия ветра девушке не становится легче. Прекрасное небо пастельного цвета сопровождает температура всего восемнадцать градусов по Цельсию, но ей душно. Блондинка не может дышать, поэтому набирает номер, который остался в её памяти. Гудок. Гудок. Гудок. Абонент не может ответить на Ваш звонок. А кто ответит сумасшедней девчонке в четыре часа утра? Блондинка буквально бежит на кухню, чтобы выпить глоток освежающей воды, будто жидкость является чем-то большим. Глоток. Глоток. Глоток. Лили задремала, хоть и легче ей не стало. Будто её грудую клетку обвили цветы, которые завяли ещё два дня назад. Шипами розы делали больно, из-за чего она стала более чувствительнее.

***

Думаете, что каждый день Коул просыпается из-за сладкого луча солнца, что бегает по лицу парня? Именно в 12:34 просыпается человек, который заснул в два часа ночи. Занавески закрыты, чтобы ни единый луч солнца не потревожил сон. Сон до полудня сопровождается головной болью и более чем большими мешками под глазами. У обычных людей привычка пить очищенную воду с утра, а Коул проверяет телефон, где находит сообщение от брата. 9:26 Дилан: С чего бы это твоя девушка звонила мне ночью? 12:46 Коул: Сколько тебе повторять, что Лил-с не моя девушка? Спроусу было абсолютно плевать на то, что говорил Дилан. Его волновал лишь вопрос: "Зачем она звонила ему?". Попутно вставая с кровати и распахивая занавески, Коул зашел на страницу Лили в Facebook и увидел её активность в 2:33. Быстро почистив зубы и надев самые первые брюки, которые попались под руку, парень схватил ключи от своей дорогой машины. Заскакивая в идеально чистый кожаный салон, сиденья которого блестели от чистоты, он вспомнил, что дверь осталась не закрытой на замок, но это не помешало ему опустить ручник и нажать на педаль газа. Заглядывая в окно спальни спящей красавицы, Коул обнаружил кружку около кровати, содержимое которой разлилось. Постучавшись несколько раз в матовую дверь, парень услышал, как босыми ногами сонный человечек потопал по холодному паркету. Прежде, чем открыть дверь, девушка задала обычный вопрос, мол, кто там? На что Спроус лишь закатил глаза, ответив «Я», будто она узнает голос. Открыв дверь, перед Коулом появилась сонная Лили, которая была в обычной базовой майке бардового цвета и в чёрных шортах. На глаза падали блондинистые волосы, те, что когда-то были собраны в уже неаккуратный и растрёпанный высокий хвостик. — Что тебе нужно, Спроус? — сонным голосом произнесла Лили. — Зачем ты звонила моему брату ночью? — удивленно спросил Коул, делая акцент на последнем слове. — Приснилось, что ли? — усмехнулась Лили, будто всей этой ночи и не было. — Проходи, — повысила свой тон девушка, повернувшись к юноше спиной. — Возможно, ты хотела позвонить мне... — с некой ухмылкой произнёс парень. — С дуба рухнул? — удивилась девушка. — Ты хотела мне позвонить, — окончательно сказал Коул. — Нет. — Да, — все также самоуверенно произнёс Спроус и подошёл к кулеру с водой. — Не пойму, почему ты в моём доме как хозяин? — резко поменяла тему Рейнхарт. — Ты мне хотела позвонить, — припевая говорил Коул и приближался к Лили. — Нет, — опуская глаза вниз, сказала блондинка со смешком, одновременно отдаляясь от Спроуса. — Да-а, черт возьми, — произнёс брюнет и приблизился к девушке. — Я буду отстаивать своё слово, — отдалилась Лили вновь и оказалось около кухонного гарнитура и положила руки на столешницу. — Ты должна признать, что это факт, — неожиданно даже для себя парень погладил пальцем подбородок блондинки. — Наивный, — закатила глаза Рейнхарт и посмотрела прямо по курсу в глаза брюнета. — Признай факт, Рейнхарт, — выделяя каждое слово, Спроус положил свой ладонь на руку девушки. Лили отреагировала на эти слова лишь тем, что, подняв правую бровь, решила заправить блондинистый локон волос, который выпал из неопрятного высокого хвоста. Сухие губы Рейнхарт не то что манили, они просто привлекали Спроуса и его творческую натуру. Не удержавшись и минуты, парень взял в свои руки лицо хрупкой девушки и прильнул к обветренным губам блондинки, что плакала сегодня ночью. Вновь то чувство, будто ты нашел своего человека. Коул, углубляя поцелуй, нечаянно прикусил губу Лили. — Прости, — быстро сквозь поцелуй пробубнил брюнет.