Подарок для Твика

      Захожу за школу. Твик видел, как сюда до этого шмыгнул парень в рыжей парке и, я знаю, как это его напрягает. Протягиваю сигарету:       — Принес?       — Да, — усмехается он. — Сразу ответишь на пару вопросов?       Поднимаю глаза, он тянет журналы и открыто ржет из-под своего капюшона.       — Валяй.       — Так ты гей или как?       Я знал, что он спросит именно это. Отвечать «да», убирая при этом журналы с голыми бабами в рюкзак было бы нелепо. Отвечать «нет»?       Кенни ждал.       — Чистосердечно?       — Угу.       — Я не знаю. Как определюсь — сообщу, — злюсь скорее на себя, чем на него. — В расчете?       — У меня на кредите еще два месяца, не забывай, Такер. А на этот вопрос жду ответа после просмотра журналов, — он подмигивает мне и уходит в сторону школы.       Налетаю на идущего в мою сторону Твика.       — Скоро звонок, идем в класс? — недоуменно смотрю на сверкающие злостью зеленые глаза.       Вместо ответа, он хватает за руку и тянет обратно за школу. Замечаю краем глаза, что у входа стоят Кенни с Картманом и внимательно наблюдают за нами. Да не только они. В конце площадки стоит Клайд в обнимку с Бебе. Можно готовиться, что все, включая тех, кто даже не был сегодня в школе, будут знать о том, что «голубки разбираются, потому что Твик приревновал Крэйга к Кенни». Почему-то мои мысли касательно слухов в последнее время оказывались правдой. Что же творится в этой блондинистой голове?       — Тебе что-то сказал Кенни? — мы вернулись на то же место, где я ровно 5 минут назад курил с Маккормиком.       Мнется. Значит, я прав.       — Сейчас я ему набью морду! — он все еще держит меня за руку и не пускает. — Что эта крыса сказала?       Вижу, что Твик чуть ли не плачет.       — Он сказал, чтобы расстроить меня… я… я не знаю, зачем вообще его слушал… тем более поверил в его слова…       — Да какого хуя! Что он сказал?!       — Он сказал, — зажмурившись, лепечет блондин. — Что ты у него отсосал и что ему понравилось.       Ошарашенно смотрю на него.       — Чего-чего? Что я сделал? Ты серьезно в это поверил?!       Почему он разозлился на меня, услышав это от Кенни, а не на него? Он что меня ревнует реально? Его лучший друг, который сейчас хлюпает носом и молчит.       — Ну, все, жди теперь невероятных слухов. Он у меня получит, сука!       — А что я должен был думать? — бешеная искорка вновь пробегает в его взгляде. — Ты который день шарахаешься то с Маршем, то с Маккормиком. И все началось после того разговора с Кенни.       Он или заигрался, как тогда в четвертом классе, когда устроил сцену ревности, или реально ревнует. Смотрю на него непонимающими глазами.       — Твик, я…       — Не перебивай! Ты ничего не рассказываешь, не спишь по ночам, ходишь хмурым. Конечно, Маккормик хотел меня разозлить, но вот, что ты все это время пытаешься сделать?       Он трясется, как в те времена, когда мы еще не были «парой» и я не контролировал его припадки. Надо успокоиться самому, а потом успокоить его и его тараканов. Молча подхожу и обнимаю это несуразное чудо. Я думал, что защищаю его от всех, но забыл защитить от самого себя.       — Давай, по порядку, — выдыхаю я. — С Маршем я говорил о половом созревании.       — О чем? — он пытается выбраться из моих объятий и посмотреть на меня, но я не пускаю.       — О том, что у него стоит на Венди, а она ему не дает.       — А зачем он тебе это рассказал?       — Я его спросил.       — Зачем?       — Ну, почему ты такой дотошный? — я начинаю злиться, потому что все идет к тому, чтобы сказать, что у меня стоит на него, как у Марша на Тестабургер.       Слышу, как вдалеке в школе прозвучал звонок на урок, на который мы уже не идем. Чувствую, что он постепенно начинает успокаиваться.       — Прости, что заставил тебя нервничать. Мне нужно время. Играть пару на людях это «такой стресс», — говорю его излюбленную фразу, пытаясь изобразить его голос. Понимаю, что безумно хочется опустить голову и прильнуть к его губам, но после фразы про игру это было бы не уместно. Вообще это не уместно, он мой друг, а я не гей!       — Играть… — повторяет он.       — Прости, — еще раз произношу я. Вспоминаю, что это Твик, мой лучший друг, страдающий СДВГ, и что он может все воспринимать острее, даже просто играя. — Пойдем ко мне, я сделаю кофе, и с меня домашка.       Твик уже успокоился и кивает. Возвращаться на уроки нет смысла, препод все равно нас не пустит. А до следующего урока еще 40 минут. С чего я вообще взял, что что-то не так? Ну, поднимается у меня на него, потому что это было чем-то новым в моей жизни. С девчонками все будет так же.       — Готов, что завтра будет пиздец в школе?       — Аргх! Нет!       Наконец выпускаю его из объятий и треплю по волосам.       — Ты эту кашу заварил, так что будешь меня завтра оправдывать, что между мной и Маккормиком ничего не было, — смотрю притворно злыми глазами на него.