Страх - частый гость

Насте было страшно жить. Шпагина сотни и сотни раз жалела о своем решении. Об этом идиотском хирурге, о дурацкой операции, о видео на ютюбе. Тупо обо всем. Девушка испытывала гамму чувств, которые будили её среди ночи, являясь кошмарами. Ей было страшно и дальше снимать видео, гулять на улице и общаться с кем-либо, потому что везде мерещились злобная ухмылка и леденящий душу голос, шепчущий угрозы. Настя после первого звонка записала все. Шпагина, сталкиваясь с любым проявлением нависающей опасности, старалась все зафиксировать. Ей казалось это правильным. Если придётся, то она сможет доказать вину этого хирурга и отомстить за всех пострадавших разом. Девушка была в ужасе, однако старалась не паниковать и держать себя в руках. Только она поможет самой себе. Одно обстоятельство душило её теперь: близкие. Даже если бы Настя не боялась жить, она обязательно боялась бы за своих родных и друзей. И за Руслана тоже. Сердце пропускало удар, когда она думала о нём. Ведь Тушенцов всегда рядом и мог первым попасть под удар. Каждое прикосновение к нему могло стать последним. И, вспоминая об этом, Шпагина на секунды дольше держала парня в объятьях, боясь отпустить. Боясь потерять. Боясь никогда больше не взять его за руку и не услышать его голос. Досняв новое видео, Руслан выключил камеру и выдохнул. Шпагина сняла кепку и встала с дивана, оглядываясь вокруг. Она была не в собственной квартире, что успокаивало и настораживало одновременно. Настя не привыкла к обстановке, но и оставаться на предыдущей жилплощади не особо хотелось. Здесь, как никак, было безопаснее. Пусть и не так обыденно. Тушенцов взял девушку за руку и усадил к себе на колени. Настя не стала сопротивляться. Девушка обняла парня за плечи, кладя подбородок на плечо Руслана. Объятия любимого ею человека казались самым безопасным местом. Он не испугался за свою жизнь, не убежал, поджав хвост. Тушенцов остался со Шпагиной не смотря ни на что. И Настя была благодарна. Все проходит в тишине. В этой нагнетающей тишине тонули все хорошие мысли. Однако и говорить было особо не о чем, ведь в данный момент все казалось неважным и приземленным, что не особо вписывалось яркими красками в серый холст. Разбавить картину Насте удается через силу. Жить в страхе - это не ободряющий кофе с утра, это ледяная вода каждую минуту. Каждую минуту, в которую ты боишься услышать плохую новость или умереть. - Ты в безопасности. - Но и это ненадолго, - сказала девушка севшим голосом. Тушенцов провёл рукой по её спине: - Но мы живём сегодня, не забывай об этом. - Да, и можем не дожить до завтра. - Насть, - Шпагина отстранилась и подняла голову, смотря Руслану в глаза: - Ты должна прекратить так думать. Негативно. Харе, пожалуйста, блять. Мы здесь, вместе. Ты не умрешь, это точно. Я тебе дарую ебанную гарантию. - Тот хирург тоже давал гарантию. Херово вышло, - ответила Настя. Она провела пальцами по щеке парня под его хриплый смешок. Тушенцов смеялся не потому, что это было весело, а потому, что ему не оставалось большего, кроме как высмеять проблему. Девушка подумала немного, а затем спросила: - А как же ты? Ты в неменьшей опасности. - Насть... - Я не хочу тебя терять. - Я знаю. Но, блять, это решать Богу. А не нам с тобой. И после этих слов, тем же вечером, Настя впервые встала на колени перед иконой с книгой. И начала по-настоящему молиться. "Господи, - в заключении подумала девушка. - Прости, что я обращаюсь к тебе только потому, что у меня большие проблемы. Но мне не к кому больше пойти. Я всю жизнь проходила через это дерьмо, ни разу не обратившись к тебе. Это лицемерно. И я прошу прощения. Однако у меня есть любимый человек, у меня есть семья и друзья. Сохрани их, прошу. А обо мне не беспокойся. Я справлюсь". На следующий день раздался звонок. Новый телефон знали только близкие люди, которые были записаны в контактах. Но на экране высветился незнакомый номер. В квартире никого не было. Руслан ушёл в магазин. И Настя побоялась взять трубку. Как будто она не слышала любимой песни, как будто она исчезла. "Руслан, вернись скорее", - подумала Шпагина, прижимая колени к груди. Два, три, четыре раза. Кто-то настойчиво звонил, желая помучать Настю. Она знала, кто ждёт её ответа. Девушка опасливо взяла в руки гаджет. Она провела пальцем по экрану. Сердце стучало громко, кровь зашумела в ушах, мурашки поползли по спине. Она хриплым голосом, боясь получить порцию очередных угроз, сказала: - Алло? - Помнишь старого друга, Настя? - холодно сказал человек на другом конце линии. - Да, - еле уняв дрожь в голосе, ответила Шпагина. - Отлично, - у неё появилось ощущение, что человек ухмыльнулся. - Есть разговор, Настенька. Пора выйти в свет. Анастасия молчала. Бумага зашуршала, тишина наступила. Она даровала ей время. Время, чтобы подумать. Время, которого было ужасно мало. Мозг лихорадочно рисовал в голове картинку, не устроившую Настю. Рука дрогнула, когда оппонент вновь заговорил: - Адрес я тебе вышлю. Не доберешься быстро - мы поймаем твоего тушканчика и дело останется за малым. Пощади мальца, у него вся жизнь впереди. Девушка молчала до спасительных гудков. После Настя вскочила с дивана и стала собираться. Ей не выйти из этого разговора целой. По крайней мере, предчувствие было отвратительным. Она надела повседневную одежду и была готова. Завязав хвост на голове, Шпагина остановилась взглядом на фотографии, которая была около зеркала. Снимок потускнел, однако этот момент до сих пор был цветным в её памяти. Она и Руслан держались за руки в парке Москвы. Девушка со слезами на глазах погладила снимок пальцами. "Господи, молю: спаси и сохрани". Открывая дверь изнутри, Настя проронила слезу. И тут же ей пришлось придать своему лицу безразличие, что казалось невозможным. За дверью стояли люди. Двое мужчин ждали её. Теперь Шпагиной точно нельзя было бежать. И при разговоре с человеком они наверняка стояли здесь. Девушке не оставалось другого выхода. Никакого Руслана, теперь вся надежда на саму себя. В машине было душно. Настя отключила звук, после чего у неё отобрали телефон. Шпагина чувствовала страх, однако показывать его не входило в планы девушки. Она без эмоций смотрела в окно, ощущая на себе пристальный взгляд через зеркало. Пусть внутри все горело алым пламенем, Настя не давала слабину. Возможно, это последнее, над чем ей придется постараться в жизни. Когда дверь у автомобиля открылась, Настя с дрожащими руками вышла из машины. Её провели в здание, что являлось когда-то клиникой "Parada". Теперь оно "закрыто на ремонт", хотя в этом Шпагина очень сильно сомневалась. Скрип. Светлая комната. Жуткий обман. Её встречал не Тимур Нугаев, а тот самый "друг", говоривший с ней по телефону. - Присаживайся, - с деланной вежливостью проговорил мужчина. Шпагина села. "Как банально, - подумала девушка, - они не убьют меня здесь. Так возникнет много вопросов, а ответов не будет". Напротив сидящий "друг" не вызывал у неё страха. Скорее те мужчины с оружием, стоявшие у двери. А человек, говоривший с ней, вызывал жалость и только. Ни уважения, ни желания ползать на коленях перед ним и вымаливать прощения. - Я же говорил, что мы поговорим с тобой. "Тяни время", - вспомнила она слова Руслана, когда Настя спрашивала насчет похищения. Единственным спасательным кругом можно было считать теперь телефон. Если она достаточно потянет время, то её местоположения вычислят по гаджету и спасут. "Только тяни время. Сосредоточься, блять, включи в себе дипломата", - голос Тушенцова послужил последней подсказкой. - Я помню. - Я же говорил, что тебе нужно было быть аккуратней... Говорил или нет?! - хлопнул по столу мужчина, резко повышая голос. Шпагина вздрогнула. "Друг" был нездоров. И девушка давно догадывалась об этом, а в данный момент убедилась в своей догадке. Он прокашлялся: - Прости, нервы шалят в последнее время. Итак, Настя... Давай побеседуем, а? Вибрация телефона моментально вывела из равновесия мужчину. Он вскочил из-за стола, крича о том, чтобы "этот чертов телефон разъебали к хуям собачьим". Человек вытащил из кармана гаджет и уронил его на пол, наступая на него. Хруст раздался не только снаружи. Что-то сломалось внутри Шпагиной. Ей не было жалко телефон, теперь ей стало жалко саму себя. Слезы навернулись на глаза. "Друг" обошёл стол и замахнулся, дав Насте пощечину. Девушка упала на пол, закрывая лицо руками. Удар пришёлся по ребрам. "Да о чём говорить с такой слабачкой?! Посмотри на меня, сука! Посмотри!" - слышала девушка сквозь вату в ушах. Её схватили за хвост и подняли голову над полом. Шею заломило. Шпагину поставили на колени, руки завели за спину. Девушка открыла глаза. - Ой, кто это у нас проснулся? - театрально дружелюбно поговорил мужчина, а затем ударил Настю по лицу. Щека горела от пощечин, слезы покатились от глаз к подбородку. - Уродина, да тебя даже трахать не хочется! Доска к тому же. Что с тебя взять-то, а, Шпагина? Носик твой тут вовсе не при чем! И Настя терпела. Плакала, но терпела. Девушка была бессильна перед тремя крепкими мужчинами. "За что?" - появилась мысль, зажглась, подобно спичке, а затем погасла с новым ударом в живот. Становилось ни хуже, ни лучше. Просто было больно и обидно. "Зато на моём месте не Руслан", - улыбка появилась у Шпагиной на лице, и это вызвало новый поток ярости у нападавшего. - Что ты лыбишься, блять?! Мужчина быстрым движением вытащил пистолет из внутреннего кармана и направил его в Настю. Выстрел. Мужчина неловко покачнулся, а затем упал замертво рядом с Шпагиной. Настю отпустили, и девушка упала на пол. Началась пальба. Паникующая Настя не могла пошевелиться. Снова страх. Шпагиной надоело бояться. Однако как не бояться того, перед чем ты бессилен? Она не могла остановить это безумие, контролировать ситуацию. И это внушало страх. Грохот. Дрожащая девушка открыла глаза. Все закончилось. Полицейский подошел к ней и спросил, все ли с ней в порядке. Настя испуганно закивала, смотря на выход в надежде увидеть Руслана. И она увидела. Бледный Тушенцов стоял на пороге, окидывая взглядом комнату. Заметив её, парень подбежал к ней и упал на колени. Он приподнял Настю и обнял, попутно спрашивая о её самочувствии. Говорил много-много, все выдавал сразу. Ладонь Руслана поглаживала её по волосам. И Шпагиной стало спокойно. Тушенцов поднял её на руки и вынес из здания. Там их ждала карета скорой помощи. Пока Настю осматривали, Руслан держал её ладонь. Ничего серьезного не обнаружилось. Потом ей пришлось дать показания. Настя вспоминала последние часы с ужасом. И недели, что она потратила на всё это. Вернувшись домой, Шпагина посмотрела на себя в зеркало. Опять синяк на щеке. Руслан обнял девушку со спины, кладя подбородок ей на плечо. Они вместе посмотрели на фотографию и улыбнулись. Настя окинула взглядом свой нос. И весь этот кошмар пронесся перед глазами. Тушенцов выдохнул и поцеловал Настю в висок: - Все прошло, и слава богу, блять. Раньше Насте было страшно жить. Но с Тушенцовым она всегда будет чувствовать себя в безопасности.