Друг, блин, детства

Антошин с трудом разомкнул глаза, да и то только от того, что было безумно жарко, душно и несколько тяжело лежать. В голове стучали отбойными молотками медведи, что несколько осложняло понимание местности. Но квартира точно была его, судя по интерьеру. И на кровати он был не один. Стоп. Не один…? Что вчера было? Вчера мы с Глухарем бухали, — промелькнула мысль в голове — и видимо перебрали. Четвертая бутылка водки была явно лишней. Вот почему у меня во рту такая гадость… Он протянул руку назад и замер, только сейчас ощутив, что на нем нет нижнего белья. Впрочем, на человеке, лежащем за ним его тоже не наблюдалось. Мужчина резко сел на кровати, зажмурившись от боли в пояснице. — Глухарев. Сука, блять! — прорычал он, толкнув спящего друга в плечо. — Я тебя убью! — Птенчик, закрой клювик и дай поспать, — пока еще не особо проснувшийся капитан зарылся в подушки еще глубже, обняв друга поперек живота и утянув его себе под бок. — Котик, тебе бы тоже поспать не мешало. — Поспать? Серьезно, что ли? Ты хоть помнишь, что вчера было? — Денис толкнул его в плечо, отчего Сергей отодвинулся от него на несколько сантиметров. — Ты меня отымел, тварь… — Синяки есть? — более осмысленным голосом вопросил Глухарев, приподнимаясь на локте и стягивая с друга покрывало. Взору не совсем адекватного капитана предстала поросль на груди, пивной живот, паховые волосы, вялый член и ноги. — Нету. Синяков. Значит, все было по взаимному согласию. — и рухнул обратно на кровать. — Глухарев, я вчера тебя не бил, случайно? — обманчиво спокойным голосом спросил Антошин, начиная звереть от глобальной несправедливости. — Если бы ты меня бил, я бы помнил. — Так какого хера ты мне тут разглагольствуешь, что было согласие на лишение меня девственности?! — Денис взвился на кровати. — Котик, давай мы поспим, и ты меня ее тоже лишишь. Утром. Я спать блять хочу, — Сергей сдвинул брови к переносице и дернул друга на себя, не давая вырваться путем руки на талии и ноги на бедре. — Спать, — рыкнул прямо в упрямое лицо и закрыл глаза, начиная дремать. Антошин возился у него под боком, а потом затих. Зато Глухарев уснуть теперь не мог. А во всем виноват кто? Правильно подумали. Денис вроде бы заснул, поэтому можно было вдоволь по изучать его тело, раз уж они в одной постели, а он его еще и поимел. Ладонью провел по спине, ногтями слегка царапая мускулистую спину, поражаясь ее гладкости и шелковистости. Огладил пальцами бока, скользнул к ягодицам и чуть сжал их. Попа у друга была мягонькая, упругая и почти полностью помещалась в его ладони. Улыбка тронула губы Глухарева — с такого ракурса он никогда не представлял Антошина. А тут вот как повернулось. Скользнул вниз по бедру, внимательно наблюдая за умиротворенным лицом друга, поднял выше и провел пальцем по мошонке, пощекотав яички. Пальцы закололи паховые волосы, когда он провел пару раз по мужскому члену. — Ты вроде спать собирался. Хули ты меня лапаешь? Денис открыл глаза, фыркнул и развернулся спиной к другу, вжавшись в него спиной. — Ты, сволочь этакая, меня разбудил, а я спать не могу теперь. Буду на тебе отрываться, — Глухарев скользнул ладонью по животу, прижал его ближе и зарылся носом в волосы на затылке. — Разрешишь мне еще раз тебя поиметь, раз мы ночью этим уже занимались. — Нахуй иди. Я тебе свой зад больше не доверю. И вообще — ты мне свой обещал. — Антошин зевнул, и в противовес сказанным словам повел бедрами назад, коснувшись члена друга оголенной частью тела. — У тебя стоит… Вот ты педик гребаный… Сергей хмыкнул, резко развернул мужчину к себе лицом и вжал его в себя, крепко сжимая ягодицы в ладонях. — Ты че, границ не чувствуешь, птенчик? Я ведь проглочу и не поморщусь. Я сверху, и только я. Ты не создан для роли доминанта, — бросил он в лицо охреневшему другу и смял его губы в наглом поцелуе. Денис с силой отпихнул его от себя, вытер рот ладонью и усмехнулся. — Ты че, Глухарь…? Совсем крыша поехала? Я с тобой больше спать не буду, и прямо сейчас ты вылетишь из квартиры. Пинком под зад. Понял? — Даже на опохмел не дашь? — Сергей зевнул, распластался на кровати и понимающе хмыкнул, когда Денис плюнул на все и лег рядом, положив руки на его грудь, а сверху подбородок, прикрыв глаза, когда пальцы друга оказались в его волосах. — Знаешь… Пиво я тебе дам, а вот все остальное, — Денис поморщился. — Только после того, как ты согласишься распечатать свой зад. Глухарев хмыкнул, потянул его за волосы к себе и чмокнул в нос. — Хорошо, котик. Только обещай быть нежным. Все-таки задница у меня одна. Антошин тихо засмеялся, вывернулся из объятий друга и утопал на кухню, сверкая ягодицами. И уже там услышал: — Киса, у тебя отличная попка!