Hurricane hid the Sun

«Все дети мира плачут на одном языке». (Леонид Леонов)

Вы когда-нибудь наблюдали за восходом солнца? Это хорошо делать на открытой местности. Поле или луге. Солнце медленно поднимается. Его диск вначале немного, потом больше и больше появляется на горизонте, пока совсем не появится на небе. Из сереющей темноты постепенно проступают неясные очертания окружающего мира — силуэты домов, деревьев.Светлое пятно на горизонте становится больше и больше. Дует легкий ветерок. Утренняя прохлада стелется над землей.Наконец, около самого горизонта вспыхивает ослепительная каемка солнечного круга. Она еще совсем маленькая, но уже поразительная яркая. В тот момент, когда она зажигается на востоке, просыпаются первые птицы. Слышится шорох в кустах и ветвях деревьев.Где-то залаяла собака, скрипнула дверь, зазвучали голоса людей. Начинается день. Начало новой жизни. Но сегодня все было совершенно не так, как бывало обычно. Улицы Конохи были абсолютно пусты. Лишь тени скользили по крышам домов, заглядывая в окна домов. — Нашел кого-нибудь? — Нет. Нужно срочно доложить Данзо-сама. — Ему это не понравится. Замершие на какое-то мгновение в тени дома два человека в масках Орла и Рыси сорвались с места и растворились в окружающем пространстве, но до штаба они так и не добрались. Дорогу им перегородил шиноби в точно таких же одеждах и маске Пса. Кроме членов Корня на улицах стали появляться другие шиноби, но ни одного гражданского. Сегодня на улицах Конохи пройдет сражение, и никто не знает, насколько разрушительным оно будет, сколько жизней заберёт, и кто одержит победу. Медленно шиноби на улицах словно людские реки, пробежав по улицам, слились на площади в огромное море людских голов. К ним в боевом облачении вышел их Каге. — Жители Конохи, — разнесся голос Сандаймэ. — Друзья, долгое время мы сражались с внешним врагом! Но при этом совершенно упустили из виду, что все это время существовала серьезная внутренняя угроза! Настало время это исправить! Воля Огня дает силу бороться против сложностей и поднимает силу воли и твердость характера! Она гласит, что настоящий шиноби Конохи должен любить, ценить свою деревню и сражаться за нее, как это делали поколения до него! Со скорбью, я, Сарутоби Хизурен, Сандаймэ Хокаге, объявляю Данзо Шимуру предателем! Он обвиняется в создании незаконной организации, похищении и исчезновении многих детей и покушении на жизнь Каге! Толпа загудела. Они готовы. И пусть они не знают всех возможностей врага. Они не сдадутся. Все кланы Конохагакуре объединились, не просто как союзники, но как друзья, не забыв о разногласиях, а приняв друг друга такими, какие они есть. Эти изменения уже ощущались, даже если еще не осознавались. Сегодня все решится, что-то закончится, а что-то начнется. А глубоко в скале, находится убежище, где остались гражданские: мужчины, женщины, дети и старики. Чуть в отдалении разместились шиноби, которые не могут сражаться, кто в силу возраста, а кому уже не позволяло здоровье. А в самом углу разместились дети шиноби, из которых выделялись дети образовавшие круг в самом углу. Маленькая химе Хьюга сидела, оперевшись спиной о стену, и бережно прижимая младшую сестренку, напевала одну из песен, что услышала от ока-сан. Рядом с ней, нахмурившись, сидел Неджи. Саске разместился рядом, но садиться не спешил, он обводил всех присутствующих досадливым взглядом. Мальчик никак не мог понять, какое из его чувств сейчас сильнее: обида за то, что его оставили здесь, или волнение за родных. Киба поджимал губы и поглаживал поскуливающего на его руках Акамару. Ино и приведенная ей Сакура сидели вплотную друг к другу и нервно теребили ткань своих одежд. Шино спрятал лицо за высоким воротником и сидел совершенно беззвучно. Шикамару привалился к боку Чеджи и делал вид, что спит, но его выдавали сведенные брови, в то время как его друг бездумно смотрел в одну точку. Единственным, кто никак не мог усидеть на месте, был Наруто. Узумаки вышагивал, туда-сюда, поджимая губы, сжимая и разжимая кулаки и гневно сверкая лазурными глазами. Шиноби в маске Пса бросил последний взгляд на блондинистую макушку и сорвался с места. У него еще много работы. Пробегая мимо готовящихся к предстоящему сражению генинов, он невольно подумал, что в бою будут участвовать совсем еще дети, но быстро отогнал эти мысли, стило только вспомнить себя в том же возрасте. Такова судьба шиноби. Но они действительно были всего лишь детьми. Глупыми, безрассудными детьми. Просто слишком рано повзрослевшие дети.Жизнь сильно потрепала их всех, забирая все детство и право на счастливую жизнь. Хаятэ Хьюга стояла подле мужа и слушала речь Хокаге. Сердце отстукивало каждому слову. Женщина металась, мысли терзали её изнутри. А не поспешила ли она? Не сделала ли глупость? А сможет ли она отнять чужую жизнь? Она снова и снова обводила взглядом присутствующих. Мужчины, женщины, дети. Человеку, не родившемуся в эту эпоху, в этой культуре, было тяжело, очень тяжело принять её реалии. И то, что происходит сейчас. Это самая настоящая гражданская война. Война не щадит никого.Скольких они не досчитаются?А скольким они смогут помочь? Ведь не все члены Корня стали такими по своей воле. У многих просто не было выбора.Война оставляет глубокий след в душе. И даже если война выиграна, победе невозможно радоваться, зная о том, сколько невинных жизней было оставлено на поле боя. Она взглядом отыскала Араши и Тамао. Плечо мальчика крепко сжимала рука его отца, а девочку загораживали собой старшие братья. Она верила, что эти дети выживут, но они никогда не станут прежними. Следом её глаза натолкнулись на черные макушки. Итачи и Шисуи в окружении соклановцев, а глаза у обоих горят мрачной решимостью. Она встретилась взглядом с Микото. Женщина грустно и понимающе улыбнулась. Хаятэ же дернулась, как от пощечины.Что же я натворила? Она старалась успокоить себя мыслями, что таким образом спасет куда больше народу, но совершенно не знала, к чему это все приведет. От этого легче не становилось. Лишь тошнее. Хаятэ никак не могла избавиться от грызущего чувства вины. Поглощенная душевными терзаниями, она вздрогнула, когда с двух сторон на её плечи опустились теплые ладони. На неё смотрели близнецы. Такие одинаковые внешне, но в то же время совершенно непохожие. Хизаши широко улыбнулся и ободряюще сжал ладонь, в то время как Хиаши улыбнулся лишь уголками губ, но чуть наклонился и коснулся губами лба жены. — Не думай о плохом. Мы справимся… Времени больше не осталось, отступать некуда. У них нет выбора. Они должны победить.