Сон на нервной почве или Совет родителям как делать НЕ НАДО

Жила себе пятнадцатилетняя девочка по имени Ада. Хорошая была девочка: отзывчивая, весёлая, достаточно умная. Творческая: умела играть на гитаре и немного рисовать, ходила в театральную студию. Друзей у неё было немного, зато хорошие, ибо не все могли выдержать её накренённую на добрые восемьдесят градусов крышу (друзья, к слову, тоже были не совсем нормальные люди). Она любила плести фенечки, сочинять яойные фанфики и комиксы с людьми из реальной жизни, попугаев и животных в целом. Но было в её жизни большущее, просто необъятных размеров НО, и даже два — у неё были жуткие родители. Конечно, стоит согласиться, что далеко не самые худшие, они исправно выполняли свои родительские функции, к которым их обязывает Семейный кодекс РФ. Но с психологической точки зрения они самые настоящие тираны. Разумеется, у многих людей такие проблемы с родителями (но автор этого фф дружит конкретно с одним таким человеком), но Аду это не особо волновало, её вообще не шибко волновали посторонние ей люди. Так вот о родителях. Всё им было не так: ты ленивая, ничего не делаешь по дому, пока тебя не пнёшь; ты слишком много времени сидишь в телефоне, уже целых пятнадцать минут, лучше бы посуду помыла; тройка?! за контрольную?! да как ты посмела?! месяц без телефона, иди учи уроки; гулять? какое гулять? ты по дому нифига не делаешь (и не важно, что она вылизала всю квартиру вплоть до люстры), иди лучше после обеда посуду помой, ну и в таком духе. Ещё проблема была в том, что именно её дражайшие мама и папа сформировали ей все те комплексы, что у неё имеются: не красивая, глупая, бездарная, никому не нужная, бесхребетная, эгоистичная, пустышка и т.д. и т.п. «Добрые» родители безустанно вдалбливали ей все эти факты год за годом и не собирались прекращать. А теперь её маман регулярно пилит её по поводу «у тебя мало друзей, у тебя нет парня, ты ни с кем не общаешься, ты никому не нужна» и удивляется как так вышло. А вышло так как раз из-за того, что она же и вбила в голову своей дочке мысль, что она никому не нужна. А самое интересное, что она на Аду злиться, что у неё мало друзей и продолжает ей говорить ту же самую фразу. Замкнутый круг, не правда ли? И поди докажи это этой непрошибаемой грымзе. И взгляды на жизнь, кстати, тоже были до боли шаблонные: «Девочка должна закончить школу без троек в аттестате, поступить в ВУЗ, выйти замуж, родить двоих детей и домохозяйничать остаток своей жизни» — говорила она Аде. А потом ещё добавляла: « Ну, с твоей внешностью мужа ты себе вряд-ли найдёшь, поэтому хорошо учись, чтобы смогла сама себя обеспечивать». Круто, правда? А потом вся обида и ненависть к матери выливалась из уст Ады в уши её хорошей подруге Эрин, посредничеством телефона. Эрин, естественно, всегда поднимала ей настроение, чуть-чуть самооценку, которая нашла себе место проживания на дне Марианской впадины, а так же плавно переводила тему разговора в другое русло, чтобы подруга отвлеклась от этой ебучей хуйни и не впала в депрессию. Ну, а если этого сделать не получалось, то Эрин, имеющая достаточно богатые познания в сфере пыток шестнадцатого века, хорошую кровожадную фантазию и достаточно крепкую психику, начинала досконально и в подробностях описывать Аде, что можно было бы сделать с её обожаемой мамой при помощи орудий пыток и без них. Это очень веселило Аду и поднимало ей настроение (а я предупреждала, что люди мы не адекватные). И вот, однажды терпение Ады лопнуло. Это было в преддверии Нового года. Родители ушли по делам и попросили Аду приготовить блюда к новогоднему столу, что девочка и сделала, провозившись на кухне целых четыре часа. Стол накрыт, на кухне убрано, посуда после готовки перемыта, а родителей всё нет и нет. А Ада, уставшая после готовки и уборки, посчитала, что ничего страшного, если она съест немного своего любимого салата. Ох, как же она ошибалась… — ТЫ ПОЧЕМУ НАС НЕ ПОДОЖДАЛА?! ТОЛЬКО О СЕБЕ И ЗАБОТИШЬСЯ, О НАС ВООБЩЕ НЕ ДУМАЕШЬ!!! — как только маман увидела тарелку из-под съеденного салата в руках дочери начался крик. — Подожди, мам, в смысле? — спокойным голосом начала Ада. — Я всё сделала, как вы и просили. Блюда приготовлены, стол накрыт. Вас долго не было и мне захотелось есть, я же не всё съела? Садитесь, ешьте. Что не так-то? — ДА ТЫ СОВСЕМ НЕ О КОМ, КРОМЕ СЕБЯ ЛЮБИМОЙ ДУМАТЬ НЕ УМЕЕШЬ! НЕ МОГЛА ЧТО-ЛИ НАС ПОДОЖДАТЬ, ПРЕЖДЕ ЧЕМ БРЮХО НАБИВАТЬ?! — Да какая разница когда я поем? Я же не смела в себя всё под чистую, в чём проблема? — ВОТ КАКАЯ ТЫ ЭГОИСТИЧНАЯ И ЧЁРСТВАЯ, ПОЭТОМУ С ТОБОЙ НИКТО ДРУЖИТЬ НЕ ХОЧЕТ! ТЫ И В ТВОРЧЕСТВЕ ТАКАЯ! ПИШЕШЬ ВСЯКИЕ ДУРАЦКИЕ ФАНФИКИ, СВОИХ МОЗГОВ И ИДЕЙ ВЕДЬ НЕТ! НИКОГДА НЕ БУДЕТ ТЕБЕ В ЖИЗНИ СЧАСТЬЯ И НИКОМУ ТЫ НЕ БУДЕШЬ НУЖНА, ЕСЛИ БУДЕШЬ ОСТАВАТЬСЯ ТАКОЙ ЖЕ ПУСТЫШКОЙ, КАК СЕЙЧАС!!! Ада, подавляя слёзы от обиды и думая, причём тут вообще фанфики, тихо спрашивает: — Можно я пойду? — ДА ИДИ ТЫ КУДА ХОЧЕШЬ, С ГЛАЗ МОИХ ДОЛОЙ!!! И она уходит. *** Большая и старая тёмная комната, кладка из крупного каменного кирпича местами покрыта брызгами крови. Окон здесь нет, источники света — лишь тусклые электрические лампы. Вот, они начинают одна за другой включаться, позволяя рассмотреть помещение, и только тогда становится понятно — это комната пыток. И тут есть все орудия, о которых говорила Эрин, от самых известных и примитивных до самых изощрённых: железная дева, дыба, груша страданий, колесо Екатерины, испанский осёл, дробилка головы, даже медный бык и многое другое. В открытом стальном шкафу можно было увидеть разнообразные ножи всех размеров, форм и предназначений. В некоторых местах в стену были вмонтированы кандалы. И что самое интересное — одни из них были заняты. Ада подошла к человеку, что сидел закованный в эти кандалы, и какого же было её удивление, когда она признала свою маму! Сначала Ада испытала самый настоящий ужас и шок, но быстро пришла в себя и оставалась не более, чем в замешательстве. Глаза и рот у маман были завязаны, поэтому она ничего не видела и могла только мычать в тряпку. Тут тяжёлая входная дверь открылась и в комнату вошла Эрин. — Привет, — поздоровалась она с Адой не своим голосом, а мужским басом. На немой вопрос Ады «какого хрена?» она показала на мелкий аппарат около своего рта и дала Аде такой же. Ада задумалась куда делся оригинальный девичий голос, но ведь во сне может быть всё, что угодно, не правда ли? — Не будем называть друг друга по имени, а то не удобно получится. — Ага, — согласилась Ада, уже таким же низким мужским голосом. — Объясни пожалуйста, что происходит? Мы вообще где? — Мы в моей комнате пыток, не видно что-ли? — В твоей? — Ну да. А кому по твоему ещё может принадлежать вот это вот всё? — она многозначительно показала на окружающие их атрибуты. — И правда… Ладно, а зачем мы здесь? — Чувак, что-то ты тупишь. Включай мозги, я знаю, что они у тебя есть, — Эрин красноречиво кивнула в сторону маман. — Ну, это как-то… Эм… — Только не ври, что не хочешь этого. — Но это незаконно! — Существование этой комнаты тоже незаконно, и тем не менее! Давай, не дрейф, тебе понравится. С чего начнём? — Ну, думаю, чтобы она не сразу умерла? — О, верно мыслишь! Молодец! Итак, какие идеи? — Ну, может, холодный душ? Ты, вроде, говорила, что это довольно жуткая штука. — Хм… Не плохая идея, но слишком долго, не охота ждать. Предлагаю начать с трубы-крокодила. — И что это? — Смотри, — Эрин указала на средних размеров железное кольцо с большими шипами, смотрящими внутрь. — Положим сюда её ноги и начнём нагревать кольцо. Ну, как ноги… щиколотки. Это так, для разогрева. Что скажешь? — А почему бы и нет? Давай. Женщину положили на деревянный стол и зафиксировали ремнями. Ноги, как и было предложено, положили в трубу-крокодила, а к кольцу приставали газовую горелку, включённую на минимальный уровень огня. Скоро железо нагрелось и женщина начала биться в конвульсиях и кричать от боли сквозь тряпку. — Ну, как ощущения? — поинтересовалась Эрин у подруги. — Здорово, — кивнула та, улыбаясь. — Но с этим придётся быстро закруглиться. Мы же хотим, чтобы её на долго хватило, правда? — Конечно! Потом нерадивую маму отправили к дробителю колена. Девочки встали каждая у одного винта и стали медленно закручивать их, приближая верхние шипы всё ближе к плоти. Вот кончики шипов достигли цели и женщина снова с надрывом закричала. Обе повязки на её лице были уже мокрыми: первая — от слюны, а вторая — от слёз. Шипы продолжали медленно входить в ногу, делая раны всё более и более ужасными. Женщина громко выла, срывая голос, а в момент, когда ей наконец раздробили колено, она издала протяжный, истошный крик, от которого, казалось, у неё рвётся глотка. — Теперь предлагаю использовать орудие с очень изящным названием, — Эрин пошла в сторону стального шкафа. — Кошачья лапа, — с этими словами она выудила из шкафа большие грабли с полукруглыми зубцами. — Как по мне, так обычные грабли, — пожала плечами Ада. — Ха-ха, согласна, — хохотнула Эрин, — но ведь и граблями можно убить? Убивать мы, конечно, пока не будем, но процесс продолжим. Она подошла к женщине, которую заранее поставила на колени лицом к стене и зафиксировала цепями. Она прицелилась, замахнулась и резанула «граблями» от середины лопаток до поясницы. В трёх местах кожа разошлась вместе с мясом и при желании можно было увидеть открывшиеся участки рёбер. Мда, а во сне у человека выносливость побольше будет, чем в реале. Но оно и к лучшему — не надо заморачиваться на предмет реанимации, чтобы человечек раньше времени не окочурился. — Может, ты хочешь? — Эрин протянула орудие Аде. Та взяла его, осмотрела, задумалась на пару секунд. — Да, теперь я, — она подошла к женщине и сразу, со всего маху зарядила ей в плечо. О, как давно она этого ждала, как давно ей хотелось сделать нечто подобное! От переизбытка чувств по щекам у девочки потекли слёзы, но в то же время на лице играла безумная улыбка и она продолжала резать спину этой ненавистной женщине, что день ото дня унижала её все эти годы! Как же это здорово!!! — Ну что же, думаю, пора заканчивать? — Эрин осмотрелась вокруг и её взгляд упал на уже названное орудие «колесо Екатерины». — Предлагаю поместить её вон туда, — девочка указала на колесо. — А, ты, кажется, мне рассказывала про это. — Точно! Ну так что? — Мне нравится эта идея, давай! Женщину снова поместили на стол, но на этот раз её зафиксировала в виде звёздочки. Эрин и Ада взяли по железной бите и стали ломать ей кости конечностей. Уже на кольце у женщины не хватало сил даже на громкий крик, она издавала звуки между криком и скулежом. Колесо начало медленно крутиться и со временем хрустеть начали не только кости, но и рвущееся мясо с кожей. Последний рывок был резким и сразу лишил тело рук и ног, а стены окрасить новой порцией крови. Женщина умерла от болевого шока. *** Ада проснулась посреди ночи, не зная куда себя деть. Она совершенно запуталась: с одной стороны всё в этом сне было действительно приятно, но с другой — стало почему-то страшно от мысли, что мамы больше нет. Ада долго думала над своими отношениями с матерью и об этом сне. Долго прислушивалась к своим чувствам, мыслям и желаниям. В конце концов она поняла, что не хочет терять маму, что она ей нужна. Но также она поняла, что нужно иметь крепкое чувство собственного достоинства, что надо уметь отстоять себя перед каждым, на сколько бы сильнее тебя он не был. И она решила, что больше она себя в обиду не даст.