Убегая от себя

Чанёль всегда занимался самообманом. Чондэ всегда хотел стать мне ещё ближе. А я всегда думал что лучше умру, чем позволю Пак-вонючему-Чанёлю поцеловать меня. Солнечные лучи заплетались в растрепанных волосах Чена, я стоял и пытался переварить все, что было сегодня. Почему Чанёль так груб со мной, что я ему сделал и почему Чондэ сидит на моей кровати и так откровенно пялиться на меня? — Сехунни, подойди пожалуйста — он похлопал по своим ляжкам - сядь Ну вот и на кой-чёрт я уселся на его колени спрашивается? — Мне нужно кое-что тебе сказать, — еле шевеля губами прошептал он. В следующую секунду я чувствую как арлекиновские губы касаютьсяк моего виска и как меня всецело покрывает мурашками и о ...... Жопой чувствую какой же толстый член упирается мне в зад прямо сейчас. - Ээээ Чондэ, стой подо ...... - Звук разбитого стекла не дает мне договорить. Обернувшись на звон я увидел на пороге Чанёля в окровавленной ладонью и осколками стакана который он сжимал. Глаза сверкали недобрым огнем, а шершавые кулаки сжимались так, что кости кистей грозились проткнуть кожу. Он только открыл рот, как следом за ним в комнату влетел взволнованный Сухо. — Что случилось? — обеспокоенно спросил лидер - Я слышал звук бьющегося стекла. Сухо посмотрел на меня, всё ещё, блять, сидевшего на коленях Чондэ, затем перевёл взгляд на Чанёля с руки которого стекали капли крови — Мы поговорим об этом позже. Сейчас мы опаздываем на интервью, все в машину живо - агрессивно задев плечем лидера Ёль напралом вышел из комнаты. *** Весь состав ЕХО уже был в сборе и седел в машине. Сухо сел за руль, а Чанёль занял последнее свободное место. — Так! Быстрее, мы опаздываем — сурово и быстро покрикивал Чунмен. — один садиться на Чанёля, другой на Криса. Сехун, колеблясь, замер, стоя возле машины, водитель которой уже нервно барабанил пальцами по рулю. — Ну чего встали как бараны? Садитесь уже! —  Чанёль открыл дверь и, хмурясь, оценивающим взглядом скользнул сначала по Чену, потом по Хуну, вновь посмотрел на первого, после чего потянулся и, высунувшись из машины, схватил заметно удивившегося макнэ за запястье, потянув на себя и усаживая к себе на колени. Устроиться поудобней было сложной задачей: Се уже понимал, что, когда такси будет потряхивать на кривой дороге, головой о потолок он ударится не раз, да и вообще, сидеть на коленях у злого как стадо пидарасов Чанёля было страшно. Он постарался немного отодвинуться, но каждым движением вызывал у лопоухого гримасу недовольства. — Если хочешь доехать целым и невредимым, сиди спокойно и не дёргайся! — прошипел Ёль. Сухо завёл машину, и та тронулась с места, везя всех на очередное интервью. — Прошу прощения, а сколько нам вообще ехать — спросил макнэ. — Около часа, малыш, — отозвался Чен, сидя на коленях Тао. Се устало вздохнул. Мысль о том, что придется час ехать подобным образом, едва ли не прижимаясь к Паку, его, по меньшей мере, смущала. Се и так не ровно дышал к нему и всячески старался лишний раз не взаимодействовать с ним. Любить зная что Чанёля гомофоб от мозга костей было очень больно, зачем лишний раз бередить свои раны на сердце. Чонин, усмехаясь, обернулся, чтобы узнать, как же все-таки разместились позади него остальные парни и, увидев, что на коленях у Ёля сидит Се, издевательски спросил: — Ой, какая милотаааа, должен признать вы хорошо смотритесь. — Ким откровенно подкалывал и абсолютно забивал на злой взгляд больних карих глаз старшего. — Я выбрал того, что полегче… — стиснув зубы, ответил Чанель и, морщась, посмотрел на спину сидящего на его коленях блондина. Сказать, что Паку было некомфортно — это ничего не сказать. Лицезреть, как на его коленях… Да что там, ладно, будем называть вещи своими именами. Хун устроил свою аккуратную попку чуть ли не на паху Пака, и, какой бы аккуратной и красивой она не была, смотреть на это брюнет не хотел. Блондин же, гадающий в это время о том, почему он выбрал его, при том, что у них были не лучшие отношения, услышал его слова и хмыкнул, даже не удивившись такому ответу. — Будем считать, что я поверил голубки. — с сарказмом ответил Чонин и отвернулся, после чего в машине больше никто ничего не говорил. Сехун чувствовал ту неприязнь, с которой к нему относился старший и сейчас, сидеть так, чуть ли не потираясь о его пах, и чувствовать его частое и горячее дыхание куда-то в шею, было морально неуютно, поэтому макнэ старался не смотреть на Ёля, отводя смущенный взгляд и упираясь ладонью одной руки в переднее сиденье, чтобы хоть как-то держаться. Он старался сидеть спокойно, как тот и просил, но машину потряхивало, и Се не мог не двигаться, невольно ёрзая. Все вынужденные двидения конечно же не оставались незамеченными для Чанёля. Пак прикрыл глаза, стараясь отстраниться от происходящего, а происходило совсем не то, чего бы желал нормальный парень. «Блять.» — резюмировал мысленно Чан судорожно выдыхая, начиная чувствовать как в его штанах становится тесно под влиянием этого вынужденного трения. «Пиздееееееееееееец» — констатировал Пак. Он не знал, что делать, не знал, как отреагирует младший. Ёль давно уже скинул бы его, но вот демонстрировать всем, что у него встал на парня он не горел желанием. А член медленно, но верно крепчал в его штанах. Пак сжал губы в тонкую полоску и зажмурился — «Я отброшу коньки сейчас!» — мелькнула у него в голове очередная мысль. В придачу ко всему Чен бросал ревнивые взгляды в их сторону и судя по красному лицу Пака что-то подозревал Поначалу макнэ ничего не понимал, пытался сесть поудобней, неловко задевая дверцу машины и стараясь нормально устроить вторую руку, но в какой-то момент почувствовал, что сидеть стало как-то тверже, словно мешает что-то, и ему потребовались всего пара секунд, чтобы понять, что происходит. Сильно покраснев он вздрогнул и напрягся, замирая на коленях Ёля и не решаясь посмотреть на него. Блондин даже не был уверен, что его напугало больше: то, что у Пака встал на него, или сам тот факт, что он потирается о его стояк как в самых смелых своих мечтаниях. Тут машину вновь тряхнуло на одной из неровностей дороги, и Се, неуспев покрепче уцепиться за спинку сиденья Сухо, смачно проехался по стояку, вырывая у того еле слышное, немного болезненное и рванное мычание. Нервно сглотнув, Хун повернул голову, глядя на Пака, который нахмурившись прикрыл глаза. Се даже пришлось легонько толкнуть его локтем, чтобы привлечь к себе внимание, и, когда Пак все же посмотрел на него, младший непонимающе указал взглядом вниз, словно спрашивая «Что это за херня?». Чондэ все еще нервно посматривал в их сторону. Ёль неохотно открыл глаза, встречаться взглядом с блондином крайне не хотелось, так как объясняться он не желал, да и что тут объяснять? И так все понятно. Оправдания будут подобны огромному плакату с надписью "Хочу трахнуть тебя но не признаюсь в этом даже себе". Но Пак превзошел себя, он сказал самое нелепое, что вообще можно было сказать в этой ситуации: — Сделай мне больно… — еле слышно прошептал он, так, чтобы эти слова донеслись только до ушей блондина и крепко схватив за шорты макнэ крепче вжал его в себя так как с каждой кочкой возбуждение усиливалось. Встретив еще более недоумевающий взгляд и увидев, как красное лицо макнэ вытянулось от удивления, Ёль поспешно добавил: — Чтоб упал…. От боли… Се, не верящий, что подобное вообще происходит с ним, даже спрашивать ничего не стал. Он лишь опустил руку, кладя свою ладошку на бедро Чана, и постарался побольнее ущипнуть его сквозь плотную ткань, надеясь, что подобная манипуляция поможет. Закусив губу (на этом месте Чанёля бросило в пот) мсладший принялся щипать старшего со всех сил за наружно -боковую поверхность бедра. Снять возбуждение таким способо всё никак не удавалось, трение было куда более приятнее и напрочь перебивало эту несильную боль. Конечно, Се мог как следует вломить Чану под дых, но тогда их положение ни для кого не осталось бы секретом, а этого не хотел ни один из них. Очередная неровность дороги, и Сехун, подпрыгнув на паху брюнета, ударился макушкой о крышу салона. Чонин заржал. Пак еле сдержал стон. Чтобы такого больше не повторялось, так как он не ручался за то, что в следующий раз он сможет сдержаться, Чанёль прижал к себе парня, обняв за живот. Он боялся, что Се неправильно поймет его и закатит скандал, но все же решился на свой страх и риск. Макнэ не стал сопротивляться, из-за приличного по силе удара, даже забыв на пару секунд о том, что так нервировало его еще мгновение назад, и послушно прижался спиной к старшему. Хун чуть повернул голову, благодарно кивая Ёлю, но на пунцовом лице блондина явственно читалось смущение и он прикрыл глаза, стараясь асбтрагироваться от происходящего и ёрзать по минимуму, хотя совсем не шевелиться всё равно не получалось. Они безмолвно сговорились терпеть такое положение, но давалось это не так легко, как могло показаться со стороны. Для двух парней время тянулось намного медленнее, чем для остальных сидящих в машине. Чанёль последовал примеру Сехуна и тоже закрыл глаза, ведь так, хотя бы внешне, он казался более-менее спокойным, но в душе царил ураган смущения, робости, неловкости, возбуждения, именно морального, про физическое и говорить не стоит, оно ясно говорило само за себя, выпирая из штанов. Острые лопатки Сехуна виднелись через ткань его футболки, а пальцы Ёля отчетливо нащупывали выпирающие ребра младшего. У младшего умопомрачительно тонкая талия, при желании Чанель бы смог обхватить ее своими длиннопалыми руками на раз два. Пока брюнет вдыхал аромат затылка младшего, он успел поймать себя на мысли, что так хорошо и плохо одновременно ему ещё никогда не было и невольно прижал к себе блондина ещё сильнее, болезненно сдавливая его живот. Этим своим непроизвольным действием Чанёль расположил свои губы в изгибе шеи младшего, от чего тот тут же открыл глаза и накрыл ладонью его руку, чтобы ослабить хватку. Он старался не привлекать внимания остальных парней в машине, чувствую что его собственный член тоже грузиться разорвать шорты, да и Ёля выдавать не хотел, так что он просто болезненно закусил губу и уставился в окно, с трудом представляя себе, как они оба смогут доехать до города в таком положении. Но, как бы то ни было, Сухо привез их к студии, и дорога заняла почти полтора часа. Как оказалось, ребята успели даже вздремнуть, все кроме их двоих и Чондэ. Чен видел их необычные «объятия», конечно о возбуждении Ёля он и не догадывался, но того, что он видел уже было достаточно для того, чтобы напрячься. Стоило только Сухо припарковаться, как Пак принялся активно дергать ручку двери и истошно вопить : — Мне надо отлить! Срочно! Макнэ, вставай! — Чанёль хотел встать раньше всех и забежать в какой-нибудь переулок под предлогом зова природы и после тихонечко добавил. — Только осторожно… Просить Сехуна дважды не пришлось — как только у него появилась возможность, парень пулей вылетел из машины. Быстрее него из машины выбежал только Чанель. Младший потянулся, разминая затекшие мышцы, стараясь не думать о том, что произошло. Тем временем Пак успел скрыться рядом в густых кустах. Следом из такси вышли остальные и все дружно, под гортанные крики лидера о том что они безбожно опаздывают почти на 2 минуты, поплелись в здание канала SBS.