Вне времени

      Он стоял на противоположной стороне тротуара и терпеливо ждал пока моя душенька соизволит к нему выйти. Он — весь такой одновременно мой и не мой, стоял абсолютно не выражая никакой эмоции, вообще. Этот человек просто стоял и ждал меня. Брат подталкивал меня в спину, говоря, чтобы решалась быстрее и не задерживала его, ибо штрафы в столице огромные… брат ещё называется. Набрав как можно больше воздуха, от чего лёгкие сдавило, я надавила на ручку двери автомобиля, открывая её. Брат вышел вслед за мной, помогая достать мне чемодан из багажника. Дело сделано, чемодан в моих руках, напутственные слова от брата сказаны, он целует в щёку, крепко обнимая, говоря, что жутко ждёт в гости на «подольше» и садясь в машину — отъезжает. Катя чемодан по асфальтированной дороге прямо навстречу блондину, находясь уже ближе, я отпускаю ручку, от чего чемодан с грохотом падает на тротуар и подлетая к блондину крепко его обнимая, как можно ближе прижимаясь к нему. Его руки подхватывают меня, отрывая от земли. Никаких слов не хватит, чтобы описать всё то чувство, которое таилось во мне. Хотелось громко кричать от радости и обнимать его вечно.  — Прости меня за мою вспыльчивость, хорошо? — Он закапывался в мои распущенные тёмные волосы носом, крепче сжимая меня руками. Я находилась как в тисках, но меня это не волновало, а наоборот — было очень приятно.  — Пандочка, я не знаю, что со мной и чем я сейчас болен, но, пожалуйста, просто будь всегда рядом со мной. — Егора не волновало, что мы стоим посреди улицы в обеденное время, не волновало, что нас могут увидеть и сфотографировать, что он обнимает меня и его смогут выложить в сеть. Булаткина это не волновало, а меня так и подавно. — Алис, ты можешь остаться в Москве ещё на одну ночь? — Он с надеждой посмотрел в мои глаза, а я впала в ступор. Я не рассматривала такой вариант. Ведь мне уже послезавтра нужно появиться на учёбе, а завтра я должна была приехать к маме, чтобы забрать у неё свою собаку, да побыть немного вместе, ах, да… ещё я выселилась с отеля. — Ли, пожалуйста! Всего на день и ночь, а завтра я тебя самолично посажу на самолёт, хорошо? — Он поднял мой чемодан, погружая его в багажник своей машины.  — Только сутки. — Под натиском парня, я сдалась, ибо потому что он мне нравится, и, скорее всего, это будет наш последний совместные день и ночь. Потому что, я больше, чем уверенна, что как только я улечу, его отношение ко мне изменится, пусть даже он и говорит такие красивые слова. Он изменится и я изменюсь. На это не нужно обижаться, злиться или пытаться испытать ещё какие-то эмоции. Нет. Это просто жизнь, и иногда она играет совсем не по правилам, которые ты придумываешь. — Ты со мной к Ане или тебе по делам надо? — Я подняла глаза на него, смотря в чёрные круглые очки, отражаясь в них.  — Ты думаешь, если я попросил остаться тебя в Москве, то у меня есть какие-то дела? — Я пожала плечами, улыбнувшись. Однако, было приятно до чёртиков, что этот парень просит меня остаться, а после, в перспективе, есть возможность провести с ним целый день, вечер и ночь. — Я сегодня весь твой, все двадцать четыре часа, и от меня не отвяжешься, поняла? — Улыбнувшись, я схватила его за руку и потянула в сторону салона, ибо мы и так уже опаздывали, а он, засмеявшись, закрыл машину и покорно двинулся за мной.  — Егор, стой! — Неожиданно, я остановилась у самого входа уже непосредственно в студию, понимая, что, если мы зайдём, то на нас будут очень странно смотреть и пойдут не очень нужные для блондина слухи. — А что скажут, если мы ввалимся с тобой в студию держась за ручку? — Я перевела взгляд на наши руки, которые до сих пор были соединены, стараясь выпутаться из его хватки, но парень не давал мне этого сделать. — А ещё, Булаткин, я совсем забыла, — стукнув себя свободной рукой по лбу, я втянула в себя воздух. — у меня засосы на шее. — Он удивлённо посмотрел на меня, убирая в сторону копну моих волос, забрасывая их за спину, проводя пальцами по шее, улыбаясь как мартовский кот, унюхавший валерьянку. — Именно так брат меня и спалил.  — Ты думаешь это проблема? Пойдём. — Он потащил меня по коридору к какой-то двери, осматриваясь по сторонам, он открыл её, заводя меня внутрь и плотно закрывая эту дверь за собой. Мы были похожи на каких-то воришек, которые шли на дело и работали сообща. — Давай снимай кофту, я дам тебе свою водолазку. Она с горлом и видно ничего не будет. — Этот парень завёл меня в туалет, и чтобы вы понимали в мужской, и снял сначала свою пайту, а после ту самую водолазку, которая по его вариантам предназначалась мне. — Давай снимай быстрее! — Он отобрал у меня рюкзачок, после снял с меня длинную кофту, а маечку уже позволил снять самой, и благодаря последней снятой вещи с меня, я открыла блондину доступ на чёрный кружевной лифчик, который весьма сексуально подчёркивал мою грудь, ну, на мой взгляд. От право ключицы до пупка по косой были оставлены метки блондина, которые приобрели желтовато-фиолетовый оттенок, и, заметив довольное лицо Егора, я поняла, что его это радует, даже очень. Выхватив из рук Булаткина чёрного цвета водолазку, я надела её на себя, выправив из горловины волосы, поправила их, показывая блондину. Странно или же… вожделенно осмотрев меня, она показал палец вверх, и подойдя впился в мои губы. Если я скажу что скучала по его губам, вы мне поверите? И совсем неважно, что мы целовались утром, совсем неважно, что было ночью. В данный момент я очень скучаю о его губам, а он эту скуку отлично убирает.

***

      Сделав все дела в салоне Ханны, я довольствовалась заплетёнными косичками и даже нарощенными ресничка, кстати, блондинчик на это дал добро. А теперь, мы сидели с ним в машине, и он вёз меня не пойми куда, обещая, что его задуманный сюрприз мне понравится. На все мои попытки выпытать что это, он не то чтобы не рассказывал, но даже и не давал слабину под моим взглядом побитой овечки. Нет. Ни разу. Этот парень непоколебим. Предупредив маму, что я в Москве и останусь ещё на сутки, я полностью отдалась воле блондина. Пусть делает, что хочет, главное, чтобы был рядышком. Мне кажется, или я это уже говорила? Взяв огромный пакет вкусной гадости из Макдональдса, мы вновь сели в машину и направились в путь. На часах было четыре вечера и на удивление мы даже не попали пробку, что невероятно радовало нас обоих. В салоне играла тихая музыка, и, конечно же, эта музыка принадлежала Мафии, что ещё вдвойне радовало меня. Выезжая за территорию Москвы, у меня даже появлялись какие-то доводы по поводу сюрприза Егора, а знаете, моё чутьё меня не подвело, он действительно решил устроить пикник. Это уже подтвердилось тогда, когда мы остановились у какой-то обочины и Егор начал доставать из багажника корзинку с вином и тёплые толстые пледы.  — Йогурт, давай я тебе помогу? — Я потянулась за корзинкой, от чего получила хлопок по руке.  — Нет, я сам. Лучше достань себе что-то тёплое из чемодана, мы планируем задержаться тут надолго. — Заботливый, зараза! Достав из чемодана крупной вязки кофту, я надела её сразу же поверх водолазки блондина, укутываясь. — Готова? — Я кивнула, а он крепче взял мою руку в свою, переплетая наши с ним пальцы. — Пойдём, малышка.  — А ты? — Я посмотрела на его тело, которое было только в пайте с его коллекции и нахмурилась. Апрель. Ночи в Москве ещё холодные, а земля совсем не прогретая.  — У меня всё с собой. — Он вновь показал мне корзинку, которая напоминала сумочку Гермионы. Такая же безразмерная и маленькая. — Солнце, не волнуйся, всё будет хорошо и мы не заболеем. — Чмокнув в щёчку, он повёл меня по неизвестному направлению.       А вечер обещает быть прекрасным.