Сторонники надежды

      — Мне страшно, бабушка! — сказала семилетняя девочка и посмотрела на бабушку грустными глазами. Они сидели в гостиной на белом диване.       Это была не очень большая комната, обклеенная обоями в бело-черные вертикальные линии, пол был коричневого цвета. На белом потолке висела чёрная люстра и шесть лампочек. Белый диван с черными ножками расположился у стены посередине, два кресла, впереди них телевизор, а сбоку от него — скромный прозрачный шкаф, внутри которого стояли статуэтки, вазы, сувениры и другие красивые вещи. Также перед диваном стоял коричневый журнальный столик. На нем лежала вчерашняя газета и ваза с конфетами. Небольшой телевизор был выключен.       В комнате было темно, исходил свет только от окна, за которым шёл снег. На улице тоже темно, ведь была зима и тучи заслонили всё небо. Гостиная сама по себе выглядела уютно и скромно. Казалось, что все это стоит много денег, но нет. Бабушка умела выбирать недорогую и красивую мебель. Более того, у неё был отличный вкус. Обычно девочке нравилось сидеть здесь с папой, смотреть как он читает газету. Ещё она любила с ним играть в прятки или читать ему сказки. А ещё лучше — он ей.       Но неделю назад всё изменилось. Всю ту ночь ей снились кошмары, её папа припозднился с работы, а потом, к ним пришёл какой-то мужчина. Он сообщил, что папу убили. Это был сильный удар для них. Девочка впервые видела, как плачет бабушка. Тётя, узнав об этом, тоже заплакала. Сама девочка просто не могла поверить в это. Только спустя три часа, она поняла, что действительно произошло. После смерти матери, её растил отец, тётя и бабушка. Отец пропадал целыми днями на работе — в морских путешествиях. Раньше он обещал дочери взять её с собой и показать ей другие страны, океан. Девочка так ждала и надеялась, но оказалось, что ничего не будет. И ей придётся смириться со смертью отца. Но она не хотела и каждый день много плакала. Плакала ночью, плакала утром, плакала за ужином. Благо, тётя ей разрешила не ходить в школу первое время, иначе все бы увидели, какая она плакса.       В гостиной было темно и тихо. Через час все должны были идти на похороны. Тёти девочки не было дома, она была на работе.       — Чего ты боишься, Крис? — грустно улыбнулась бабушка и заправила непослушный локон девочки за ухо. Бабушка старалась быть веселой, но глаза, норовили вот-вот заплакать.       — Я не верю, что папочка мёртв! — воскликнула Кристи, стараясь не заплакать. Она должна быть сильной. Много вопросов крутилось у неё в голове. И она их не раз спрашивала. Снова и снова. — Кто его убил? Почему он лишил моего папу жизни?       Бабушка помрачнела.       — Диана говорит, что полиция так ничего не сказало на счёт этого…       Кристи замолчала. И тут ей стало действительно страшно.       — А если тот, кто убил папу, убьёт и нас?       — Этого уж точно не случится! — сказала бабушка. — Я этого не допущу. И не думай даже об этом. А пока… Давай я тебя заплету нормально, чтобы папа мог на последок полюбоваться своей красивой дочкой.       Она принялась заплетать её. И пока бабушка заплетала темные волосы внучки, у девочки не выходила та страшная картина, которую она увидела ночью. Прямо перед тем, как оказалось, что её папу убили.       — Бабушка? — тихо позвала Кристи. Бабушка уже заканчивала заплетать вторую косу.       — А?       — Перед тем, как папу убили, мне снился сон, будто чёрная тень мужчины разрезала лазером меня, на темной улице… Это что-то значит?       Кристи не видела лица бабушки, но почувствовало, как оно изобразило удивление. Закончив заплетать, женщина сказала:       — Ничего, тебе просто это приснилось. А теперь пойдём, через полчаса надо быть на месте.       Бабушка, одетая в тёмную одежду, поднялась с кровати и направилась к выходу из спальни, явно не желая продолжать разговор. Кристи повесив голову, поплелась за ней. Страх никуда не исчез.

***

      — Я рада, что вы смогли найти телепортационное устройство раньше Империи, — сказала сенатор Мон Мотма, стоя перед командой Призрака.       Было девять утра. Я стояла вместе со всеми и наблюдала, как Мон Мотма поручает отнести телепорт на исследование двум повстанцам в костюмах. Настроение у меня было не самое лучшее.       — Мы отдадим его на исследование нашим самым лучшим ученым и механикам. Также спрячем его в самое безопасное место нашей базы. Сейчас самое главное, чтобы его не получила Империя, — сказала сенатор, когда телепорт осторожно унесли. — Я сообщу вам, когда мы узнаем, как им пользоваться, но нельзя допустить слухов о том, что он здесь, на нашей базе. Хотя если Империя сама не догадается.       — Конечно, сенатор, никто из нас никому не скажет о нём, — заверила Мотму Гера.       Женщина кивнула и посмотрела прямо на меня:       — По связи Гера мне сообщила, что это ты его нашла.       Я сначала не поняла, что она это мне, а потом до меня дошло, что нужно кивнуть.       — Назови своё имя, — попросила женщина.       — Меня зовут Кристи, — сказала я, а спустя секунду, поняла, что нужно представляться полностью. — Кристина Мишон Блэр. Лучше просто Кристи.       — Благодарю тебя, Кристи, от лица всего нашего альянса, — улыбнулась сенатор, я немного засмущалась. Наверняка, похвалу от сенатора не так-то просто заполучить. — Теперь у нас есть больше шансов спасти многих людей и победить Империю.       — Оу, спасибо, — ответила я, не зная что сказать. Обычно меня хвалили лишь на уроках, когда я получала хорошие оценки или работала.       — Я прошу вас выполнить одну миссию, — сказала Мон Мотма и посерьёзнела.       — Конечно, мы готовы, что нужно сделать? — спросил Кэнан. Сабин и Зэб, стоявшие впереди меня переглянулись.       — Это миссия по спасению одного человека, — пояснила сенатор. Мне стало интересно. Речь о спасении чей-то жизни?       Мон Мотма спрятала руки за спину. Я увидела несколько морщинок на её лице. Видимо, служение в альянсе требовало действительно много сил и энергии. Собственно, это сказывалось и на её облике. На вид ей было примерно сорок пять лет. Хотя она выглядела довольно молодо для своего возраста, но скорее всего она скрывает морщины под косметикой,       — Что нужно сделать? — спросил Зэб.       Мон Мотма изложила цель. Нужно спасти одного человека, который сейчас находиться в тюрьме на Лотале. Ещё она объяснила некоторые детали и поручила нам это сделать. Возможно, сегодня я смогу вернуться на Лотал и поискать джедаев там. Но почему-то мне не хотелось возвращаться туда.       — А почему Мон Мотма не предложила нам бы телепортироваться на Лотал? — проворчал Зэб, стоя в кабине пилота, я стояла рядом с ним, скрестив руки на груди, не находя себе места. Точнее, не зная, что делать. — Призрак же узнают!       — Да, но будь оптимистом. — улыбнулся Эзра.       Я посмотрела на парня и поразилась его оптимизму.       — Зэб, не забывай, телепорт изучают лучшие механики и учёные альянса. Мы же не можем нажать на какую-нибудь кнопку и оказаться там, где захочешь, — сказала Гера, я фыркнула. Ещё как можем.       Она повернулась ко мне:       — Зато когда вернёмся на Лотал, ты можешь остаться там. — невесело сказала Гера. Корабль вошёл в гиперпространство. Мы летели на Лотал.       Я мрачно кивнула. Уже не так хотелось вернуться туда. Да и я не знаю где искать джедаев. Но оставаться здесь нельзя надолго.       — Ты так быстро уходишь? — расстроенно спросил Эзра, который стоял в дверном проеме, в его глазах что-то промелькнуло. — Я думал, что ты останешься с нами на этой миссии.       Я подумала, а потом сказала:       — Ну... я останусь на эту миссию, при условии, что вы возьмёте меня с собой, — согласилась я, решив, что время у меня есть, до приезда Дианы. Да и меня почему-то тянуло на приключения. Более или менее мне хотелось спасти кому-то жизнь. Все-таки тот человек может оказаться чьим-то отцом. А я-то знала, каково потерять близкого человека.       Шел уже шестой день, ровно после того, как я оказалась в этой вселенной. Можно гордиться! Я продержалась здесь почти что неделю, но всё-таки стоит провести оставшиеся дни в поисках ответов. Не зря же бабушка оставила для меня голокрон и телепорт.       — Ладно, Кристи, ты не могла бы выйти? Нам с Эзрой нужно поговорить, — вежливо попросил Кэнан, сидя в кресле, даже не видя его глаз, мне показалось, что он немного встревожен и раздражён. Может быть он против, чтобы я здесь оставалась? Я не стала спорить и тихо вышла из кабины пилота.       Я вошла в каюту Геры и приснилась собирать вещи. На мои глаза попался голокрон и телепорт. Они аккуратно были обёрнуты в мой спальный мешок. Так они не сломаются.       «Лучше оставлю я их здесь, а потом, после миссии заберу», — решила я.       Я положила в рюкзак все свои вещи и повесила бластер Сабин с кобурой себе на пояс.       «Думаю, повстанцам действительно не хватает бойцов, раз у них подростки носят оружие», — весело подумала я. Не буду никого обманывать. Мне понравились эти ребята. Хоть и нужно было скоро уйти от них. А потом и навсегда телепортироваться с этой вселенной. Сабин могла бы стать мне хорошей подругой. Вот только вряд ли это случиться. Она мне напоминала немного Алину, мою старую подругу. Которая позже предала меня… Такая же веселая, я не была уверена, что Сабин поступит так же, как она, но все-таки. Зэб. У него хорошее чувство юмора, он добрый. Гера тоже добрая и отзывчивая. Она напоминает маму. Хоть я и не знала свою маму, но я её всегда представляла именно с такими качествами, которые есть у Геры. Кэнан - лидер, хотя охотно слушается Геру. Возможно даже между ними что-то есть. Но слепой мужчина необычайно силён и каким-то волшебным образом видит. Это пугает. Чоппер - милый дроид, хотя я не раз видела, как он зло подшучивает над повстанцами и любит поворчать. Эзра хороший парень. Даже мне спас жизнь. Немного напоминает Влада. Возможно я могла бы когда-нибудь (например, в параллельной вселенной) подружиться со всеми ими. Но не хочу к ним привязываться и потом разочаровываться. Всё равно я через восемь дней телепортируюсь обратно. И от этого мне грустно.       «Интересно, о чем говорят повстанцы?» — подумала я, ходя туда-сюда по каюте. И тут до меня дошло. О чем они могут говорить, когда попросили тебя выйти? Неужели они говорят обо мне?       Я тенью выскользнула из кабины и оказалась прямо у двери, которая вела в кабину пилота. Как могла я напрягла слух и уперлась в стенку, рядом с дверью.       — Но Кэнан! Она хочет уйти, поэтому нужно попробовать задержать её. Нам нужно это понять. Это может изменить многое, ты же сам говорил. Я знаю что в ней есть.., — говорил Эзра, а я недоумевала.       Как бы я ни напрягала слух, разобрать последнее слово не удалось. Тут я услышала спокойный голос Кэнана:       — И как ты предлагаешь задержать её? Навряд ли Кристи поверит. Ведь она нам не доверяет. Она даже не сказала правду, откуда она.       Я сильнее вжалась в стену, прислушиваясь. Сердце запрыгало. Он з-знает?!       — А не лучше ей прямо сказать об этом? — спросил Зэб.       Голоса стали тише, я с дрожью в коленках оказалась в каюте Геры и забралась на свою кровать.       «О чем они говорили»? — вертелся у меня один вопрос. Я знала одно, они хотят меня здесь задержать и сказать что-то. Может быть они нашли у меня телепорт? Значит нужно было действовать и бежать отсюда.       «Может быть притворюсь, что ничего не слышала, а во время миссии сбегу на Лотал в гостиницу. Сниму там свою комнату. И потрачу последние сто кредитов на её плату. А если питаться сухими пойками и самой дешевой едой в лавке, то смогу начать поиски и не беспокоится, что придётся спать снова на крыше». — я составила примерный план. Прямо как главная героиня какого-то фантастического фильма, которая учится выживанию во вселенной. Хотя судя по тому, могло быть хуже и я могла бы не найти мистера Вэвиона, чтобы обменять деньги. Значит, во мне есть чуток везения. А раньше думала наоборот. А может быть... Вселенная сжалилась надо мной и решила, что мне и так постоянно не везёт и подарила немного везения.       Но все же мне было горько думать о том, что повстанцы меня предали. Или могут предать. Даже не верится…       Я перевернулась в кровати лицом у стенке. Спать не хотелось. Да и утро было. Тут в каюту вошла Гера.       — Мы скоро прилетим на Лотал.       Я перевернулась к ней лицом и спрыгнула с кровати. Пытаясь быть безмятежной, будто ничего не слышала, выпалила:       — Правда? Так… эм… быстро?       — Да. Нам удалось замаскировать сигнал, так что есть шанс, что Империя нас не заметит, — сказала тви’лек. — Кристи, я думаю, что было бы лучше, если ты ты осталась у нас на несколько дней. Империя… Хорошо запоминает тех, кто как-то связан с повстанцами. Мы не можем рисковать твоей жизнью.       Тви’лек села на свою кровать, а я осталась стоять посреди каюты, активно соображая. Что же делать? Конечно, лучше было бы согласиться, чтобы потом без подозрений убежать. Правда, с рюкзаком возникнут проблемы.       — Я согласна, но только ненадолго, — неуверенно пролепетала я, конечно, я наврала. Пилот улыбнулась.       — Ну вот и хорошо. Чувствуй себя как дома.       Гера вышла из каюты. А я осталась так и стоять. Гера была подозрительно слишком добродушной. Нет, она добрая, но замечалась явная перемена в настроении. Даже сказала, чувствовать себя как дома. Ну разве Гера может пожелать мне зла? Или Сабин? Или другие?       Глубоко вздохнув, я села на кровать Геры, посмотрела на железный потолок и еле-слышно прошептала:       — Бабушка, что мне делать?

***

      — Каков план, Сабин? — спросил Эзра у девушки в броне. Сабин, Эзра, Зэб и я стояли у выхода из корабля. Призрак уже садился в космопорте Лотала. План сработал. Их замаскированный сигнал посчитали за сигнал другого корабля. Кэнан не пошёл с нами, назначил главной Сабин. Мне чудом разрешили пойти с ними. Хоть и я видела недовольство Кэнана, Геры и других. Один Эзра был рад моей компании.       — Когда Гера и посадит Призрак и откроется трап, нас встретят несколько штурмовиков, они проверят наши документы. Вот тут нужно заставить их поверить, что мы не повстанцы, — сказала Сабин и надела свой розовый шлем.       — И как же? — спросила я, вспоминая как обдурила штурмовиков на Лотале.       — Не волнуйся, я позабочусь об этом, — улыбнулся Эзра, я подозрительно посмотрела на него.       — А что потом? — спросил Зэб.       — Пленника переводят в другую тюрьму и его повезут на корабле. Туда-то нам и нужно, — сказала девушка, тут трап открылся.       Мне это ох как не нравилось. Но все-таки сама же согласилась пойти с ними. Хотя Гера и Кэнан предлагали мне двадцать минут назад, остаться на корабле.       Мы замерли. В космопорте туда-сюда ходили люди. Когда-то я здесь оказалась и совершенно не знала, что делать. Перед нами стояло двое штурмовиков. Они увидели такую картину: девушка в розовой броне, синеволосый парень, ласат и обычная девочка. Эзра вышел вперёд.       — Ваши документы, — сказал штурмовик, нет, потребовал.       — Мы не повстанцы, вам не нужно проверять наши документы, все хорошо, можете идти, — сказал Эзра и плавно махнул рукой перед шлемами штурмовиков. Я застыла, ожидая, что штурмовики поднимут бластеры и арестуют нас.       «Неужели Эзра думает, что это сработает»? — подумала в шоке я.       Но на удивление, штурмовики повторили его слова, повернулись и ушли восвояси. А я тем временем опешила и набросилась на Эзру с вопросами.       — Как ты это сделал?! Что произошло?!       — Я умею убеждать, — откликнулся Эзра.       Все мы пошли вперёд.       Везде ходили люди и существа других рас. Даже какая-то малышка плакала на руках у мамы на весь космопорт.       Я не замечала всего этого и всё думала о том, как Эзра заставил штурмовиков уйти и так убедить их. Дело принимало неожиданный поворот. И всё больше понимала, что не стоит здесь оставаться дольше.       Мы пошли к одной из стен космопорта. В стене была дверь, которая была закрыта. Рядом с ней стояли ящики. Над ней на потолке висела решетка, видимо, это была вентиляция. Там, где мы стояли ходило меньше людей. Все проходили мимо нас, а у двери стояло двое штурмовиков. Эзра подошел к ним и повторил свой фокус, он сказал штурмовикам, чтобы они шли и стояли у двери в другой коридор. Мне было не по себе и я всё думала, как он это делает.       Штурмовики послушно ушли. Это очень странно...       — Эта дверь ведёт в коридор, который ведёт в специальный ангар, — пояснила Сабин и показала пальцем на вентиляционную решетку. — Эзра, сможешь пролезть и открыть дверь изнутри?       — Запросто, — сказал парень и залез на ящик. Он аккуратно подцепил и снял решетку. Спустя мгновение он исчез в вентиляции.       Зэб поставил решетку на место за ним.       Я была удивлена ещё больше, хотя я бы тоже туда могла пролезть. Но судя по тому, как Эзра ловко туда залез, ему это было не впервой.       — Спектр 5, всё в порядке? — раздался голос Кэнана. Я поняла, что «спектр» — это их позывной.       — Спектр 1, всё хорошо, ждём когда спектр 6 откроет двери, — сообщила по комлинку девушка (это название я услышала на Призраке и Сабин объяснила мне что это). Я огляделась, четверо дуросов остановились напротив нас и о чем-то разговаривали. Мне показалось подозрительным, когда они при этом изредка поглядывали на нас. Может, заподозрили что-то? Зэб и Сабин этого не заметили, а я с вызовом смотрела прямо на этих подозрительных типов. Они переглянулись и рассмеялись, мне это не понравилось.       Тут закрытая дверь открылась. За ней стоял Эзра.       — Почему так долго? — спросила Сабин, проходя внутрь коридора. Зэб и я последовали за ней. Синеволосый парень пожал плечами:       — Возникли трудности с отключением сигнализации... Если бы я поспешил, то задел бы её.       Кивнув, я зашла в длинный серый коридор и оглянулась. Штурмовиков поблизости не было. На нас никто не обращал внимания кроме дуросов. Зеленокожие инопланетяне перешептывались и нехорошо поглядывали на нас. Сабин, Эзра и Зэб не замечали этого, повстанцы шли впереди меня и о чем-то говорили. Дверь закрылась и я не могла больше видеть тех подозрительных типов.       Я поспешила за остальными.

***

      Мы дошли до конца длинного серого коридора, в котором не было дверей и окон. В его конце была стальная дверь с панелью. Дверь открывалась, если к панели подставить специальную карточку. Сабин взломала эту дверь специальным устройством и она открылась. Мы оказались в огромном здании. В нем находилось три больших корабля. Ну как больших, размером с Призрак. А он-то был большой. По крайней мере, больше пока я не видела.       Это был ангар. Одна стена была как огромное окно. На нём был синий щит, который не даёт проникнуть внутрь Ангара другим. Да и наверное, вылететь без разрешения. Около кораблей стояло около десяти штурмовиков.       — Спрячьтесь! — прошипела Сабин и прыгнула за большие ящики, которые стояли около входа в коридор, откуда мы пришли. Зэб последовал за ней, я немного растерялась, но тоже спряталась, Эзра уже был за ящиками. Штурмовики чудом не заметили нас.       — Карабаст! — выругался Эзра. Я ожидала услышать эту фразу от Зэба, но видимо, парень тоже любил её употреблять. Возможно, это было что-то вроде ругательства у ласатов. Но точно я не знала. — Их слишком много!       — Вон тот корабль нам нужен, -сказала Сабин, выглядывая из-за ящиков и указав пальцем на самый крупный из всех корабль. Он был серого цвета, форму имел почти как Призрак. — Мон Мотма сказала, что на таком корабле его доставят к Трауну на Имперский звездный разрушитель. А этого нельзя позволить.       — Значит, опять Траун, — вздохнул Эзра.       — Кто такой Траун? — спросила я.       — Синекожое существо с красными глазами, он гранд-адмирал, — пояснила Сабин. Я недоумевала, но виду решила не подавать, мол, окей, это в порядке вещей.       — Что будем делать, Сабин? — спросил Зэб у командира миссии.       — Нужно отвлечь штурмовиков, пока кто-то из нас не проникнет в корабль и не освободит пленника, — Сабин повернула свою голову в розовом шлеме к Эзре. — Я проникну в корабль, а вы отвлеките штурмовиков.       Все кивнули, Сабин тут же куда-то умчалась. Синеволосый парень махнул рукой в сторону штурмовиков.       — Кристи, вперёд! — приказал Эзра, и я с Зэбом принялись стрелять во врагов из-за ящиков. Тут же в нас посыпались ответные выстрелы, я успевала во время прятать голову за ящиком, чтобы в меня не попали. Стрелять было сложно и страшно. Руки то и дело дрожали. Сердце сильно забилось, впервые я стреляю в штурмовиков. Эзра вытащил своё лазерное устройство и начал отражать удары, меня поразило то, что он делает это с лёгкостью. Наверняка, если бы я взяла эту вещь, то отрезала бы себе руку. Но удары возвращались в точку назначения с двойной силой.       Перестав стрелять в штурмовиков, я опустила бластер и выглянула из-за ящика. Вокруг меня был бой. Нас повсюду окружили штурмовики, лазерные выстрелы свистели над головой. Зэб был чуть впереди меня (он прятался за соседним ящиком) и отстреливался своим гигантским бластером, его выстрелы попадали прямо в штурмовиков. Они все падали на железный пол огромного ангара. Я неотрывно теперь наблюдала за Эзрой, который не прятался за ящиками. Он ловко отбивал лазером удары бластеры врагов, попадая в них. Тут паренёк подскочил к двум штурмовикам, которые продолжали стрелять и зелёным лазером разрубил их бластеры. Один штурмовик от неожиданности рухнул на пол, Эзра невозмутимо принялся отбивать следующие удары. Мы держались все вместе, несколько раз заряды бластеры чуть не попали в меня.       — Кристи, стреляй, не стой! — закричал сквозь шум выстрелов Зэб. И я продолжила стрелять, мои удары не были чёткими. Они проносились мимо цели, но всё-таки попала пару раз. Штурмовиков изначально было штук десять, семь из них мы победили. Прошло пять минут боя (или больше) и к ним пришло подкрепление.       Я устала стрелять, капли пота катились со лба, оставалось надеяться, что Сабин вернётся поскорей. Ведь неизвестно сколько мы можем продержаться. Я стреляла и пыталась не думать о том, что при каждом попадании из бластера, кто-то испытывает боль. У меня бластер был переключён в такой режим, что разряды, вылетавшие из него, причиняли боль, но не убивали. Это вроде бы был «огонь на поражение».       Повернувшись, заметила, что Эзра стоит прямо перед моим ящиком и отбивает удары бластеры врага и от меня, своим лазером. Я подумала, что это устройство похоже на меч. Где-то я уже видела его… Но где именно, я не помню.       Во время моих размышлений, произошло неожиданное: штурмовик, который лежал в паре метров от Эзры, поднялся на ноги. Это был тот, которому парень разрезал бластер. Я испугалась и прекратила стрелять. Зэб не замечал этого и продолжал палить в цель.       Этот штурмовик накинулся со спины на парня. Тот от неожиданности выключил лазер. Штурмовик обхватил шею Эзры и начал душить. Я в ужасе наблюдала за этой сценой. Да он же убьёт его! Штурмовики прекратили стрелять. Их оставалось пятеро, остальные лежали на полу ангара. Третье подкрепление, скорее всего, уже шло на помощь.       Нельзя было допустить, чтобы штурмовик убил Эзру. Тут у меня внутри что-то перевернулось. Сердце забилось ровно. Бегло оглядевшись, я увидела, что корабли стояли все так же, где-то там Сабин освобождает пленника, пока мы берём удар на себя. Впереди меня стоит Эзра, а его душит штурмовик. Я чувствовала себя очень странно. На меня напало спокойствие и уверенность.       Нет, никто сегодня не умрет.       Мозг словно перестал меня слушаться и я, перепрыгнув ящики, побежала к Эзре, зажатом в смертельных объятьях врага. Выхватив бластер, выстрельнула в ногу штурмовика. Тот перестав «обнимать» Эзру, рухнул на пол от боли.       Штурмовики, спустя секунду, продолжали огонь из бластеров, я испугалась, увидев поток выстрелов, летевших к нам. Ведь мы стояли прямо перед ними и без укрытия. Посиневший парень быстро отдышался и активировал свой лазер как раз вовремя.       Он отбил потоки выстрелов, я заметила, что тот неугомонный штурмовик, лежавший в трёх метрах от нас, поднялся на ноги, чуть подгибая ногу. Враг снова кинулся на парня. Эзра не видел этого, он стоял к нему спиной и отбивал удары штурмовиков, отправляя их обратно.       Я уже собрала весь воздух в легких, чтобы предупредить Эзру, и приготовила бластер, чтобы выстрелить в штурмовика, но не успела. Передо мной встала ужасная картина, которую не забуду никогда: когда штурмовик прыгнул на Эзру, норовясь повалить его на пол, парень развернулся и с размаху разрубил того мечом пополам.