Тепличный дух

      6 Танки грязи не боятся, твердил я себе, пробираясь с утра пораньше, через топкую вязь. Практично одетые группой сапоги, с предусмотрительности Джерома, спасли нас от потери нормальной пары обуви и штанов. Мы идём сформированной группой из четырёх человек, вслед хвостом плетётся ёжащийся от утреннего холода отряд авроров. Зашуганные некоторыми потревоженными видами, они вздрагивают от каждого шороха. Пусть лучше так, чем кого-то сожрут местные, быстро усмиряемые Сидхой (нашей единственной девушкой в группе) подобия плотоядных Drósera — из семейства крупных росянковых. Чёрт дёрнул авроров упустить каких-то контрабандистов так, что те за границу чуть не утекли. Благо спугнули маглы. Эти приколисты засели в топях под Уэльсом. Приколисты, потому что пытались протащить незарегистрированных мантикор в порт. По мне бы, так упустили. Возиться с этой мутью… ни желания, ни сил. Главное место выбрали удачное — самих тоже могут за добрую душу сожрать, утопить, придушить. Кто бы сказал, что Англия спокойное местечко — покрошил бы на салат. Нервы потихоньку сдавали. Нам опять не дали отряд поддержки из сектора с фауной. А ну, как поймаем кого-нибудь или оно нас! И у кого спрашивать, есть ли оное в Красной книге или это тварюшка из Чёрного списка. Интересно, под видом кого собирались вывозить мантикор? Львов? Уж больно мелкие. Скорпионов переростков — больно крупные. Сканеры магии в болоте эффектно сбоили, мы уже второй заход начали делать, и напряг в отряде задержания закономерно возрастает. Пока вдруг совершенно случайно не находим следы людей. — Хорошо окопались, — прошипел Джером, указывая командиру подобравшей сопли группы защитничков на холм посреди поляны. Большой холм. Это напомнило сказки о мифических фейри и их холмах. Только фейри в болотах не живут. — Место открытое, нас уже должны были заметить, — отозвался тот и отошёл на раздачу команд своим. — А мы пока проверим удалённо, чтобы им ничего не помешало, ребятки. Крот, на тебе подземное, — скомандовал он. — Пушистик, внешний контур — нужно обхватить территорию (у меня при себе как раз были те самые артефакты защиты, но они универсальные, их легко перенастроить на антиаппарацию). Сидха, поможешь мне, твоя сторона справа. Каждый занялся своим делом, и закончили почти одновременно. Аврорат, не вдаваясь в подробности описания, показал себя на отлично. Для последнего-то шанса выловить контрабандистов. Те, частично успели смыться, пока мы до них добирались, но самые упёртые, и, видать повязанные обетами, остались отбиваться. Не знаю, на что они надеялись, прос… дули вчистую. — Мы дольше добирались, — прошипела Сидха, её в секторе в раздевалке мы утром встретили с мягкими бигудями и в чепчике — экстренно же. Благо форма хранится у нас в шкафчиках, быстро переоделись и ломанули. Крот просипел что-то музыкальное под нос, явно по теме. Он вообще слушает всё, всегда и везде. У него дома коллекция пластинок, кассет, аппаратов воспроизведения и радио-магнитол. Тоже такую хочу. Хотя бы коробочку с радио на кухню, чтобы болтала, пока я готовлю. Этот индивид даже людей слушает и в ухе таскает усилитель вибраций, собственно, поэтому ему мы обычно и доверяем немагическое сканирование, первичное, так сказать. Чувак низок, сбит как боксёр, про мышцы не знаю, и рядом с тростиночкой-студенткой Сидхой смотрится как непокрашенный гидрант: вроде бы есть, но надо взгляд опустить, чтобы заметить. Короче, пока не споткнёшься или не запоёт, не вспомнишь. Имени чела не знаю, его нам сразу представили как Крота и уже бывалого. Я тихонько восхищаюсь его непробиваемым похуизмом — пинки и откровенная ненависть дамы отряда его никак не задевает, а задевает она обычно эмоционально — связкой неприятных заклинаний. Что странно, в него ни разу не запулила, только попинывает иногда. Беглецов повязали и, вытащив на пятачок не мокрой земли, жёстко сбросили. Как выяснилось позже, можно было ещё и надавать до отказа вменяемости. Или хотя бы по почкам. Клеток в ухронке под маскировочным тентом стояло около десятка и не все только с мантикорами, некоторые с птицами, явно ещё птенцами (я шуганулся от такой, сообразив, что ЭТО ещё подрастёт), и… детьми. Никогда себе не представлял, что вживую лицезрею один из человеческих… не грехов… недостатков, пороков? Это точно вопреки морали и нравственности. Детей явно хотели вывезти и продать на чёрном рынке. Мелкота сидела запуганная хуже диких зверей в клетках и только смотрела. Никто не заговорил. Не удивлюсь, если это маглы. Кошмар. Вопль с улицы сообщил, что нервы не у всех железные и моё желание уже исполнили. Вызванный нами двенадцатый (звериный, символичный) сектор послал тоже только дежурный отряд, прибыли медики и кинулись к детям. — Обратно уйдём ключами, сейчас подмога явится, — подошёл к нам командир Красных плащей. Поручкались с Джеромом, уговорились потом отдельно перетереть ситуацию и разошлись. — Писать отчёт и по домам, — скомандовал наш шеф. Намёк понял, снял купол и сложил артефакт. Он, кстати, довольно простой, его даже как кулон носить можно, что я и делаю во избежание потери или тыринга. Состоит он из цепочки и прикреплённого к нему шарика диаметром два сантиметра. По кругу к сферке крепятся (без понятия, как и чем в неактивированном виде) четыре небольших острых клинка-колышка (пораниться им легче лёгкого, сплю с оглядкой), последние работают от ментального посыла. Вещица эта — полностью моя, из фамильного сейфа достал, работает от мысленного посыла. Честно, не замечал за собой склонности к ментальным навыкам, и почти уверен, что жизнь мне облегчает особое строение кулона — цепочка, висит на шее, недалеко от мозга, и соединена с шариком цельной цепочкой, звеньев не видать, настолько работа тонкая. И возможно, именно последнее наделяет его нужным свойством, так как снятым он не работает. Поспать я сегодня, в общем, не успею. Пока напишем отчёты, пока сдадим удостоверяющие личность кольца, сменим гардероб и т.д. Ложиться нет смысла. Через три часа уже открывать магазин. Уже перешагнув порог дома, и поднявшись по лестнице наверх, почувствовал адский голод — предшественник грядущего дня невменяемости. Нужно постараться всё успеть до начала состояния не стояния. Поэтому быстро сообразил себе завтрак-обед-ужин из молока и гречки, потому что другой пищи хотеться не будет, полил в авральном режиме верхнюю, домашнюю теплицу и кинулся к Афанасию Каримовичу. Тот бодрячком для свежего утра выполз из зарослей с сектором и указал на приготовленные корзины и ящики. — Постарайся вечером занести, я тебе завтра разноцветных роз подгоню. Перенёс сразу всё на завтра, потому что фиг его знает, когда оклемаюсь. К девяти бегом расставил, что мог и стал дожидаться Ханну, чтоб передать магазин. Хвост уже начал почёсываться и слегка дрожали руки. Пиздец подкрадывался неотвратимо, как экзамены в конце года. Мысль завести когтеточку пришла как раз с появлением первой совы с письмом в лапах. Работа, работа и срочно отвлечься. Почему я так боюсь? Противный страх беспомощности — именно он бесит. Если бы только мучило возбуждение, то я бы и не обратил такого пристального внимания, а так — сложно, просто сложно принять беспомощность и расслабиться. Мысль какая-то не даёт, что-то в памяти царапает, но не попадает в поле осознания. Всегда так. Чуть не психанув, скинул в мусорное ведро письмо от заказчика, порвав на мелкие кусочки перед этим. Сова, принёсшая его, посмотрела с опаской и вызовом. — Отправлю, не беспокойся. Птица отошла бочком к краю стола и оттуда с места ломанула в открытую дверь. Фори бы посмеялась над ней, а потом смылась на охоту. Ан нет, именно ей нести коробочку с уменьшенным букетом роз. — Невилл, ты сегодня бледный. Что-то случилось? — оторвала меня от медитативного разглядывания прохожих девушка. Бледный я был на день поминок бабушки. Сейчас я злой. Но обижать Ханну грубостью не хочу. — Плохой сон приснился, — неудачная улыбка меня, наверное, выдаст. Впрочем, девушка только посоветовала выпить горячего чаю с сахаром для настроения. Выпил, руки дрожать перестали, но общая слабость не ушла. Год! Год я скрывал от крёстного свою ежемесячную беду. Шило в мешке, блин. В сундуке уж под горой и в пещере с драконом. Хвост неодобрительно свернулся колечком. Всё это время мучительные сеансы продолжались с завидной регулярностью, но я специально выкраивал несколько дней без причины, выдумывая разные поводы и больше тратя его на чтение бабушкиной, нет, теперь уже моей, библиотеки. — Я принесу завтра сбор из трав для чая. Мне его всегда при плохом настроении заваривает мама. Попробуешь? — Конечно, спасибо. В дверь, как обычно зацепившись лямкой рюкзака, влетел Стив и принялся с ходу за уборку. Наконец, Ханна отошла от меня поправить вазы, а я трусливо сбежал на магловскую часть. Не хочу делиться своим чрезмерно деликатным секретом — хвост ребята не видели. И, надеюсь, не увидят вообще. Упомянутая скрытая невидимостью конечность обвилась вокруг ноги и замерла. Покупатели с утра шли не очень бодро, день, всё же, будний, и я немного прискучал, глазея на переливающиеся блики солнца в луже перед витриной. В ней отражается соседняя сторона улицы с заклеенной клеёнкой рамой на первом этаже, на втором у хозяйки подоконник занят горшками для цветов. В них сидят простые специи для дома и овощи: лук, петрушка, базилик даже. Недавно она высадила салат, но света ему не хватает. Звякнул колокольчик на входе, выдернув меня из отражения и перевернув обратно в реальность. На пороге возник молодой человек в длинном пальто — такие предпочитают волшебники для выхода на эту сторону — и с художественно растрёпанной белой без жёлтых бликов причёской. Блондин натуральный огляделся в поисках продавца, и совесть выпнула меня встретить посетителя. — Добрый день. Вы ищете что-то особенное? Маг из принципа не зайдёт в простой магазин — это аксиома. Значит, сюда его пригнал Великий и могучий Поиск последней идеи подарка. — Невилл? — через минуту разглядывания моей бледной физии удивился парень. Я бы дал ему на вид не более двадцати. То есть мы могли быть знакомы. Ещё один чужой знакомый? Хотя, такие чистые блондины могут быть только у Малфоев. Ханна ещё шипела над его фоткой перед помолвочной статьёй в Ведьмополитене, что цвет поразительно настоящий. Я тогда тоже из интереса заглянул в издание, нагло скопировав страничку с рецептом пирога. — Ты Драко? — Да, мы учились вместе. Ты не помнишь? Бинго. Конечно, не помню, но если вместе учились, то должно быть и пересекались в Хоге. Мда, название школы помню, остальное опять же смутно. — Прости, не признал, — нос зачесался, я поспешил успокоить зуд и спрятать слегка дрожащую руку. — О, ты же за цветами? Блин, прорвался жест лжи. Случайно помню, что человек, в разговоре прикасающийся к бровям и носу, может врать. — Нет, — потерянно оглядывается, — в смысле, может быть. Какой-то он пришибленный, — думаю я с весельем. — Точнее я заранее ищу маман подарок, а сюда зашёл почти случайно. Не знал, что это твой магазин. Второе бинго. Действительно, идея подарка выгнала мага к маглам. Каламбур. — Есть такое, — спасибо миссис Скитер, мы знамениты. — Ты не удивляйся, у меня тут много всего. Даже для не-магов набор цветов просто невероятный… — Ты используешь чары сохранности, да? Подкативший приступ слабости почти усадил на пол, удалось замаскировать его под повышенное внимание вазам рядом. Мозг поплыл, а я выдал первое, что пришло на ум, благо в тему. — Конечно. Жаль, если такая красота не доберётся до получателя первозданной. На меня даже хотели донести за использование чар при магглах, но я обновляю их и композиции только после закрытия. Бабушка всегда следила, чтобы я не закопался в своих клумбах. Ей не очень нравилось моё увлечение, но идея с магазинчиком её. Что я несу? А если это чужой человек? — Приношу соболезнования. Что и следовало доказать. Собрал силы и заставил себя принять вертикальное ровное положение. — Ты разбираешься в маггловских вещах? Я хочу сделать полностью немагический подарок, — отличный шанс сбежать, — да, я думал о букете, так что на счёт обычного подарка? — Я тебе вряд ли подскажу, а моя помощница вполне, магазин состоит из двух частей, там (указываю назад) начинается магическая оранжерея. И чтобы не разрываться на два мира, я нанял несколько человек. Пока приступ откатился, я поспешил сделать ноги. — Я позову Ханну. Девушка моей просьбе вняла и даже согласилась посидеть на той стороне. Отговорился делами. Неубедительно, но хоть как-то. Лестница наверх показалась едва ли не вечной, аппарировать в таком состоянии я бы не решился. Уже наверху вспомнил про деликатный порт-ключ, но он настроен на первый этаж. Беда. В следующий раз так себя не подставлю. Да и сваливает меня посреди дня очень редко. Разделся на автопилоте, сидя на краю кровати и сразу упал поверх одеяла. Выдержка отказала окончательно, и все симптомы мигом показали себя во всей красе. Перед провалом последней разумной мыслью было открыть гард и добраться до подземелий, где в ритуальном зале в вековом древе засел кристалл из слез дракона. Приходил в себя я трижды: раз поднялся выпить воды, второй Фори раскудахталась, на тепличное ползучее, и её героически спасли феи, а в третий просто было тихо. Часы на стене в лунном слабом свете показывали второй час ночи. Круто меня прокобасило. В этот раз почти двенадцать часов отключки. Думаю, когда-нибудь я окончательно помучусь разумом, и все мои труды засохнут и превратятся в перегной. — Всё плохо, — констатировал я, запираясь в ванной и наливая в чугунную ёмкость горячей, настоящей воды. Мне что-то снилось. Но иначе как бредом, мои видения не назовёшь. И… там было много одиночества. Подскочив от звука неожиданно взбулькнувшего холодильника, я посмотрел со стороны на свой образ жизни. Пустая квартира, в которую никто ни разу кроме меня не входил. Расписанный по часам распорядок дня — так чтоб ни минуты свободной. Наличие комода с единственно моей одеждой и вещами — некому принести лишний сувенир. Никуда за прошедший год толком не ходил, разве что путешествовал до очередного места вызова группы сектора и пару раз с коллегами прошвырнулся. Не уверен, но желание обнять живое существо могло появиться только как результат сонного подсознания, подверженного… БРЕД! Мне кто-то нужен. Это аксиома. О, Боже, я уже думаю научным языком… Живое существо рождается с половиной себя. У разных народов это: душа, мозг, разум, жизненно важный орган, магическое ядро или банальное отражение. Всё просто — у меня есть правая рука, но вдруг что, левой я ей помочь не смогу. Человек дышит попеременно одним лёгким — второе отдыхает. И смотреть я могу только в одну сторону за раз. Логика буксует на ровном месте, но суть ясна: одному просто стрёмно. Желательно, чтобы это был нормальный человек, которому будет с высокой колокольни плевать на мои недостатки, о которых я могу и не ведать, и чтобы они его не сильно задевали. Пора перечитать одну запылившуюся на полке книжку, — подумал я и забыл о ней до следующего дня нестояния.