Любовь к жизни.

- Право, я с трудом могу описать юношу, который ночью поёт у Воронятника,- как бы извиняясь, произнёс архимейстер Райам,- Да и незачем: молодёжи нужно куда-то выплёскивать свою неуёмную энергию, почему бы и не петь? Он вам мешает? - Мне? Нет. Но в Цитадели начали происходить странные события,- серьёзно произнёс мейстер Марвин,- Засохшее чардрево расцвело. Загорелась вторая свеча. Вдобавок я чувствую, что мир мёртвых приблизился к миру живых. Это может привести к… - Архимейстер Марвин! Мы все признаём ваш разум, ваши заслуги, но верить в магию…чардрево расцвело, потому что его сезонный цикл сбился, а в почве наконец-то появилось достаточно полезных веществ. Вторая свеча загорелась по той же причине, почему и первая. А все эти «миры мёртвых», «асшайские колдуны»…это не серьёзно. - Но у меня есть ученик, который умеет колдовать,- тихо, но очень внятно произнёс Марвин,- Он не согласится с вами. - Вот когда этот ваш гипотетический ученик получит звено из валирийской стали при ВСЕЙ нашей комиссии, при всех архимейстерах, тогда я, возможно, и изменю своё мнение о магии. Но до тех пор я буду считать магию вымыслом и шарлатанством. Марвин вздохнул – они в упор не видели и не хотели видеть очевидного: среди учеников появился настоящий колдун. Не те шарлатаны на ярмарках, не фокусники, а мощный маг…маг с прекрасным голосом, чёрными как драконово стекло глазами и губами цвета сочной вишни. Мейстерские обеты имели один существенный недостаток: их очень хотелось нарушить. Но Рейн из Королевских Земель был талантливым, тихим и послушным юношей, очень симпатичным. Будь он опрятнее, его можно было бы принять за красивую девушку. Но он будто намеренно оставлял открытые части тела грязными, волосы немытыми, а глаза держал полуприкрытыми, чтобы никто не польстился на него. Но долгие годы воздержания позволяют видеть красоту, даже если она скрыта грязью и копотью, даже она если сторонится людей и предпочитает общество воронов и больного Валгрейва обществу сверстников. Рейн сразу понравился Марвину: он не просто верил в магию, но и сам умел колдовать. Марвин прекрасно знал, кто поёт по ночам, из-за чего расцвело засохшее чардрево и почему загорелась свеча. Вдобавок юноша уже умел писать, читать и выполнять сложные математические расчёты (пусть в столбик на бумаге, но быстро и качественно), что позволило ему сразу приступить к слушанью лекций и чтению книг. Поселили его совсем рядом с покоями архимейстера Валгрейва, чему сам юноша явно был рад. А Рейн в это время сидел у цветущего чардрева, читал трактат по истории и, параллельно, вспоминал неделю в Королевской Гавани. Не составило особого труда договориться о постое, пропитании и проникновении в замок в нужный день. Хотя…нет, последнее Рейлине проделал и сам, пройдя через тайный ход прямо в покои Оберина Мартелла, который перед поединком с Горой развлекался с любовницей и, грхм, любовником. Поэтому пришлось тактично (или, вернее, терпеливо) подождать, пока они закончат, унять похоть, привести себя в порядок, и только после этого пройти в спальню Оберина. Мужчина не сразу понял, что происходит, но намётанным взглядом оценил вошедшего и попытался продолжить хороший вечер. Удар коленом в пах скорректировал его планы. - Молчите. Ваша сестра хочет спасти вас, и для этого послала меня предупредить вас о смертельной опасности… - Но о какой сестре идёт речь?- не понял Оберин. - Об Элии Мартелл, разумеется. Она не хочет, чтобы вы присоединялись к ней на том свете. - Вы бредите,- мужчина вынул из под подушки кинжал,- Вы ещё можете уйти… - Не могу, я пообещал. Уберите кинжал, он не причинит мне вреда. Даже если он смазан ядом. Завтра вы пойдёте против Горы, вам суждено победить в поединке, победить и умереть. - С чего мне верить вам? В ответ Рейлине меланхолично насадился на его кинжал. Лезвие вошло в ладонь, как в масло или желе, но когда Оберин отдёрнул кинжал, сквозная рана начала быстро затягиваться. Через минуту об ужасной ране напоминал лишь ужасный рубец, а вскоре и его не стало. - Кинжал был смазан ядом,- прошептал Мартелл. - Я знаю,- кивнул Рейлине,- Я это чувствую. То, что мертво, умереть не может. Лишь восстаёт вновь, крепче и сильнее, чем когда-либо. - Так ты с Железных Островов, юноша,- усмехнулся Оберин, немного успокаиваясь,- И что, моя сестра действительно считает, что я погибну в схватке? - Да,- снова кивнул Рейлине,- Но я не с Железных Островов. Если останетесь живы, я скажу вам своё имя, фамилию и происхождение, но если погибнете – я вывезу ваше тело, сожгу в диком огне и похороню на перекрёстке. Оберин заинтересовался. Высокий худощавый юноша, неумело сокрывший природную красоту под слоем грязи и пыли, вызвал интерес. Под слоем пыли он видел белоснежную кожу, из-под длинных ресниц смотрели сияющие чёрные глаза, а корни волос были…серыми? Да, точно. - Хорошо, смелый юноша,- Оберин улыбнулся,- Я буду осторожен и быстр, как сумрачный кот. Но смогу ли я увидеть тебя на поединке? - Нет,- улыбнулся Рейлине,- Иначе вы будете не сражаться, а искать меня. Я буду видеть вас, но меня вы не найдёте. Слушайте меня очень внимательно… Так и случилось: перед боем Оберин не смог разглядеть среди зрителей даже очертания незнакомца, но чувствовал на себе пристальный взгляд не врага, но друга, соратника. Он поразил Григора Клигана и не сводил с него глаз, пока тот не отдал душу Семерым, и в тот же миг ему показалось, что где-то за гранью вздохнула с облегчением его сестра, и свершилась месть Мартеллов Ланнистерам. Тирион был оправдан, а Оберин избежал того, что было суждено. Увенчанный славой, он покинул ликующих людей, прошёл в свою спальню, где его уже ждал незнакомец, готовый исполнить свою часть долга. - Я выжил, я исполнил своё обещание, исполни же и ты своё. Как тебя зовут? - Рейлине Рокалион, Король Севера. Я пришёл из края, откуда нет возврата. Если вам понадобится однажды убежище, вы можете пройти сквозь Предел Севера и остаться там. - Предел Севера? А, таинственная стена…но король говорил, что она неприступна. - Неприступна, но только для врагов. А вы, пусть и распущены, но не враг мне: вы сможете пройти сквозь Предел Севера с теми, кто связан с вами кровным родством по прямой линии. Бастарды считаются. - Рейлине,- проговорил Оберин необычное имя и остался доволен звучанием,- Край, откуда нет возврата, это из-за Стены? Из земель одичалых? - Нет,- Рейлине усмехнулся,- Разве я похож на одичалого? Меня, как правило, принимают за железнорожденного, но не выходца из-за Стены. Будут ещё предположения? - Нет, только один вопрос. Твоя рука быстро зажила, это колдовство? - Относительно,- пожал плечами Рейлине,- Я специально ничего не делал, но и рука не сама заросла. - Ты так спокоен, будто побывал на том свете и смог вернуться,- пошутил Оберин, но неудачно: Рейлине побледнел сверх обычного и непроизвольно сжался…будто Оберин догадался. Но не успел дорниейц сказать хоть что-то, Рокалион сбежал; в коридоре никого уже не было, лишь мелькнуло что-то за углом. Догонять его Красный Змей не стал, потому что понял: Король Севера боится людей. Особенно тех, кто знает. Рейлине же немедленно столкнулся с сиром Лорасом Тиреллом, спокойно шедшим на обед. - Простите, сир, я вас не заметил,- тут же начал извиняться вконец перепуганный Рейлине,- Сир, вы в порядке? Лорас же ударился головой при падении, а потому сейчас она у него кружилась. Он ошарашенно смотрел на чуть-чуть расплывающегося незнакомца…грязного, но красивого. Очень. Почти как… - Нет, ничего,- соврал рыцарь и попытался встать. Попытка успехом не увенчалась, он пошатнулся и упал бы снова, если бы незнакомец не подхватил его и не помог добраться до открытого окна. Ветер дул с моря, поэтому Тирелл быстро оправился. Память некстати напомнила ему, что вот уже больше полугода он хранит верность тому, кого больше нет. - Хм…сир Лорас Тирелл?- поинтересовался незнакомец…или не совсем?- Король Ренли Баратеон просил меня передать вам кое-что. - Король Баратеон умер уже давно,- грустно напомнил рыцарь,- Не стоило вам издеваться надо мной… - Я не издеваюсь. Кто сказал, что мёртвый не может послать весточку живому?- незнакомец теперь показался Лорасу смутно знакомым – где-то он видел мельком эти странные тёмные глаза…но где? Когда? - Кто вы?- спросил Тирелл. - Король Севера,- прошептал Рейлине и стёр серый налёт с подбородка, показывая белоснежную кожу,- Только тихо, меня здесь не должно быть. Твой король по тебе скучает, но не хочет, чтобы ты к нему присоединялся. Он не держит зла на Станниса, убившего его с помощью теней Мелисандры, но просит остерегаться их обоих. Ещё Ренли упоминал, что может явиться тебе в септе после захода солнца. - Если только вы не врёте… - Зачем мне врать? Я же не Мизинец, и не Варис, и не Серсея, чтобы обманывать людей. Правдой порой можно добиться куда большего. К тому же, я чувствую в тебе что-то родственное,- Рейлине улыбнулся уголками рта и осторожно покинул задумавшегося Лораса. Ещё Рейлине встретился с Серсеей и Томменом. Серсея, оказавшись в сложной ситуации, заливала горе вином, но даже будучи в подпитии распознала Рейлине, несмотря на крашеные волосы и грязь на лице. Ему пришлось зажать ей рот, чтобы она не позвала стражу. Потом, когда она начала рыдать и рассказывать, что у Юга огромные проблемы с финансами, управлением и даже пропитанием, что мейстеры обещают ощутимую зиму даже в их землях, что Церковь Семерых набирает всё большую власть, тогда Рейлине сказал следующее: - Ваша вина вполне ощутима. - Моя вина? Да…да как…- Серсея осеклась под пристальным взглядом Рейна,- Моя вина. - Но ещё можно смягчить ситуацию. Ваш сын, Томмен, может вырасти хорошим королём. Пусть его обучает мейстер. - Он может его отравить! - Тогда отправьте в Цитадель. Ему незачем приносить мейстерские обеты, но там он обретёт характер. Страдания закаляют душу. - Там он погибнет. - Здесь тоже. - Он не сможет жить один. - Я же смог. - Кто защитит его в Цитадели? Кто будет править страной в его отсутствие? - Я защищу вашего сына, а править страной будете вы от его имени. - С чего мне верить вам?- грустно спросила Серсея Рейлине,- Я не могу быть уверена даже в себе, не то, что в вас. Вы пришли из-за Предела Севера, явно влияли на ход поединка Оберина и Григора, а теперь предлагаете отдать вам Томмена? Вы в своём уме? - Вполне. - Мне нравится ваше спокойствие. Я могу позвать стражу и бросить вас в темницу. Но вы уже смогли один раз сбежать из Королевской Гавани, сможете и второй. Хорошо…пусть Томмен отправляется на обучение, но если с ним что-то случится – я лично сверну шею вам, вашим людям и любовницам. - У меня нет любовниц. - Даже не знаю, завидовать вам или сочувствовать. Хорошо. Заберёте Томмена завтра на рассвете из его комнаты, причём покинуть Королевскую Гавань вам придётся в течение часа – я позабочусь об этом. Но если план вскроется, я скажу, что всё это – ваше колдовство. - Хорошо. Это было второе одолжение Рокалионов Ланнистерам. Эту ночь Рейлине провёл в септе Бейлора, причём перед входом туда он обтёрся водой и подкрасил корни. В прошлой жизни он не верил в Бога и относился со снисхождением к верующим, но сейчас, когда боги вернули его к жизни и дали волшебный голос, красоту и бессмертие, ему нужно хоть изредка благодарить их. Хотя бы из чувства благодарности. В Бога он по-прежнему не верил. - Благодарю Отца за душу и разум,- зашептал привычную благодарность Рейн, ставя свечу у статуи,- Благодарю Мать за поддержку. Благодарю Кузнеца за тело из стали и воска. Благодарю Деву за красоту. Благодарю Старицу за прямой, как луч, путь. Благодарю Неведомого за жизнь. - Позвольте, юноша, почему вы не поблагодарили Воина?- удивлённо спросил септон, протирающий витражные окна. - Воин покровительствует воинам. Я же не могу драться. Следовательно, благодарить мне его не за что. Свечи достаточно. - А почему тогда вы поблагодарили Неведомого? - Когда я уже умирал, он разрешил мне вернуться в мир живых. - Раз даже Неведомый дал вам что-то, значит, и от Воина вы что-то получили,- миролюбиво заметил септон. - Хм…разве что…Благодарю Воина за меч, данный в руки Теона Грейджоя, да будет крепкой его рука, и пусть карает он моих врагов. - Знаете, юноша,- септон подсел к Рейлине,- Вам стоит исповедаться. Вас что-то гложет. Пройдёмте со мной в каморку. Рейлине действительно исповедался в ту ночь, рассказав септону про свои грехи. Упомянул он и о духовной связи с железнорожденным, подчеркнув отсутствие плотских отношений. Его спокойствие, с которым он переносил свои невзгоды, его нежные чувства и добровольный целибат, всё это заставило септона отпустить ему все его грехи, от сожжения людей до отношений с мужчиной. А утром Рейлине вместе с Томменом покинул Королевскую Гавань и отправился в Старомест. - Что ты делаешь здесь?- поинтересовался у задумавшегося Рейлине мейстер Марвин. - Читаю. На свежем воздухе мне легче,- улыбнулся Рейн. Архимейстер Марвин был добр к нему, и стоило отвечать честно,- К тому же, в Цитадели дурно пахнет. - Уж не хуже, чем от тебя,- усмехнулся Марвин,- Когда будешь сдавать первый экзамен? - Историю буду сдавать через месяц. А медицину – минимум через полгода. Магию – точно не первой. Математику, возможно… - Сообщи, когда точно будешь сдавать экзамен на магию. Все в Цитадели должны знать, что магия существует. - Хорошо,- кивнул Рейлине. Он сообщит. А пока что он вернулся к чтению. Но надолго погрузиться в книгу не получилось – прибежал Томмен. Он отнёсся к идее учения вдали от Королевской Гавани с восторгом, а Рейна вообще счёл за настоящего мейстера, а не за такого же школяра. В Цитадели он оказался самым младшим из школяров, поэтому старался не отходить далеко от Рейна и посещал лекции только вместе с ним. - Рейн, Рейн, я не понимаю… - Что не понимаешь?- вздохнул тяжело Рейлине. - Не мог бы ты объяснить мне астрономию?- попросил мальчик. - Хорошо. Сегодня ночью мы пойдём к Ваэллину, я попрошу его позаниматься с тобой дополнительно. - Не хочу. Он страшный. - Уж не страшнее, чем другие. А по мне – он интересно рассказывает материал,- улыбнулся Рейлине. - Он назвал меня поросёнком и хотел отправить на кухню. - Ничего страшного, через пару месяцев лишний жирок сойдёт, и тебя перестанут дразнить. Но тебе стоит больше читать. - Это сложно,- пожаловался Томмен. - Вовсе нет. Чем больше ты будешь читать, тем проще это будет тебе даваться. - Но эти книги очень сложные! В них столько незнакомых слов… - Вовсе нет. Я буду объяснять тебе значение непонятных слов, но их не может быть уж слишком много. Тебе стоит чаще посещать лекции, хотя бы по одной в день, как я. Или…тебе страшно? - Нет!- вспыхнул принц,- Значит, я должен попробовать ещё раз? - Разумеется. Учёба – слабый противник. Её можно победить в честном поединке, пробовать разрешено сколько угодно раз, а за проигрыш наказания не последует. Но к Ваэллину мы пойдём сегодня же. - Хорошо,- кивнул обречённо Томмен. Сначала ему казалось, что Рейлине очень мягкий и внушаемый человек…но не зря тот молился Кузнецу – не только тело, но и душа его была сделана из стали. Мягким Рейлине был во многом, но только пока не затрагивало его интересы. Тогда воск становился твёрже железа. Особенно Рейну нравились лекции Марвина и Райана, лекции по математике и астрологии он не посещал принципиально: ничего нового математики этого мира ещё не открыли, а в астрологию он не верил, считая её бесполезной для того, кто разговаривает с мёртвыми и колдует с помощью голоса. Он не собирался давать никаких обетов. Но получить образование необходимо, так он сможет доказать хотя бы себе свою значимость. Кроме того, здесь проявилась жадность Рейлине. Ему хотелось больше…если уж он не может получить больше Теона, он получит больше знаний. - Рейн, Рейн, спой мне,- попросил Томмен. - Что тебе спеть?- вышел из раздумий Рейлине. - Ту самую, о любви,- попросил Томмен, присаживаясь под деревом и готовясь услышать прекрасный голос Рейлине. А Король Севера улыбнулся и начал: В свете гимнов и молитв, В хладе храмовых колонн Душа моя давно огня ждала. И вот он запылал! И вот ворвался он! Во взгляде врага я его нашла… Так пусть ранит он меня, Пускай опалит ладонь! Где страх – там и борьба, Где боль – там и любовь. Лишь прошу: не прерывай Мою смертельную игру! Его одолею я в ней Или умру… - Рейн, стой!- попросил вдруг Томмен,- Как красиво вокруг становится, когда ты поёшь…скажи, ты колдун? - Ну да,- удивился Рейн,- Разве архимейстер Марвин не сказал это при всех ещё неделю назад? - Мне рассказывали, что колдуны – злые, в чёрных балахонах, варят супы из непослушных мальчиков и девочек, у них носы крючком и когти в целый фут длиной! - Я не из этих колдунов. Кроме того, я ещё молод, эти колдуны должны быть старше меня лет…на сто минимум. Да и кто сказал тебе, что зло не может быть облачено в красивую оболочку?- подмигнул Рейлине Томмену. - Мейстер Пицель говорил, что Джоффри – настоящий злой колдун. - Мейстер был прав. А в это время далеко на Севере Джейхе…Джуди Уок играл с Ширен Баратеон в шахматы. Он умел обращаться с маленькими девочками, потому что сам имел четырёх сестёр от двадцати до пяти лет. Ширен была тихим, ласковым, грустным ребёнком, с которым никто не играл дома: братьев и сестёр у неё не было, Эдрика Шторма спрятали далеко, дворовые от неё шарахались, хотя её болезнь заразной уже не была, а сир Давос и Пестряк были взрослыми, у которых не всегда находилось время на маленькую наследницу. А у Джуди оно было – после того, как было открыто его происхождение, он перестал быть поваром, а стал чем-то средним между гостем и доверенным помощником Теона – Джуди, как и Рейлине, умел быстро считать, а Теон имел с этим проблемы. - Скажите, а вы уже долго в Винтерфелле?- задала вдруг вопрос Ширен. - Да вот уже месяца три как,- почесал голову Джуди,- А что? - Как вы за это время так привязались к его величеству Рейлине? - Сам не знаю. Я же его увидел, когда он из Миерина возвращался: я его тогда, признаться, принял за красивую леди. Ну, подошёл, заговорил…неудобно получилось. Этот кальмар на меня ещё зыркал странно, будто я на святыню покусился. Теперь-то я понимаю, почему он на меня так смотрел, а тогда я подумал, что раз уж этому Рейлине служат даже железные люди – король из него нормальный. А там…мне стало интересно, что из этого Рейна получится. Ничего так получилось. - Вы как-то упомянули, что знаете короля. Откуда? - Не то, чтобы знаю…просто кажется, что я его уже знаю, видел неоднократно. А ещё…иногда мне кажется, что я читаю его мысли. - Читаете его мысли?- изумилась Ширен и чуть не проворонила ладью,- Как? - Ну…вот помнишь, он объявил о своём намерении учиться? Так вот, я за день до этого подумал: «Да Рейн уже, небось, все книги в библиотеке перечитал, скоро в Цитадель захочет». И захотел! Ещё я, помниться, когда Рейн с чахоткой свалился, подумал: «Да что с этим лордом сделается? Он же явно железных кровей, а у них что не умирает, то становится сильнее». И надо же! Выжил-таки. Ну, ты меня понимаешь. - Понимаю,- согласилась Ширен,- Вам мат. - Что?- Джуди внимательно посмотрел на доску,- Хм, действительно, мат. Чего ещё ожидать от дочери Станниса Баратеона? - Интересно, как там отец…- прошептала грустно Ширен, глядя в окно. За окном бушевала метель. Станнис был в Чёрном Замке. Как выяснилось, у Севера уже оказался король, и притом его поддержали лорды. Этот король предложил Станнису покинуть Предел Севера через брешь на западе или востоке. С одной стороны, Станнис ясно видел, что у Севера теперь есть законный король, пусть и не Старк, но взявший на себя правление и достаточно благожелательно относящийся к законному королю: в Дозор направлены сто человек и обоз с провизией, самому Станнису предложено покинуть Север с миром. Но с другой стороны… - Мелисандра, что показывает тебе огонь?- спросил он у жрицы. - Рейлине Рокалион…Р’глор послал мне видение…но, право, оно ужасно,- если уж и красную жрицу пробрало, значит, видение действительно странное,- В нём я видела танцующих мертвецов, во главе которых шёл человек в фиолетовых одеждах, а за ним шли ваши братья, ваш племянник, ваши родители, другие люди, которых уже нет в живых, а рука об руку с человеком в фиолетовом шёл человек в чёрном с золотым тиснением…но там, куда они ступали, распускались цветы, и звучала красивая музыка, и все они чему-то радовались. - Разве это страшное видение?- усмехнулся Давос. - Не слишком, но ещё никогда видения о смерти не сулили ничего хорошего,- возразила жрица. - На дне морском вишни и кракены лежат на белом блюде, а бесплодная земля даёт плоды. Уж я-то знаю!- снова завёл свою шарманку Пестряк. Но в этот раз Мелисандра попросила его повторить «шутку» ещё раз. Нахмурилась. Что-то слишком часто шутки этого безумца оказываются пророчествами. И что это за белое блюдо? - Ладно,- кивнул Станнис,- Мы покинем Север через Белую Гавань. - А ваша дочь?- спросил Давос. - Ей лучше остаться здесь,- чуть ли не впервые проявил заботу о дочери Станнис. - Хм…- Давос внимательно посмотрел на Станниса,- Да, точно. Лучше. - Мирта, Мирта!- закричал вдруг Валгрейв,- Мирта, так вот куда ты запропастилась! Малышка, принеси мне вина! - Мейстер, вы опять ошиблись,- улыбнулся ласково Рейлине,- Но вина я вам принесу. - Ох, прости, Рейн. Принеси, конечно,- старик улыбнулся и потрепал Рейна по макушке,- Эх, ты так похож на мою сестру, она была такая же хорошенькая и чумазая. - Не называйте меня Миртой. Я не женщина,- попросил тихо Рейлине и пошёл за вином. Валгрейв, когда к нему возвращалась память, был прекрасным учителем. Только называл иногда Миртой, а в целом был очень приятным дедком. И Рейлине пошёл прочь. После пары бокалов вина Валгрейв повёл Рейна смотреть воронов, решив, видимо, провести лекцию для него одного. Но когда за ними увязался Томмен, старый мейстер не прогнал его. Он позволил мальчику взять на руки большого серого ворона и покормить с рук. К Рейну же немедленно слетелись несколько птиц, громко каркая – как объяснил Валгрейв, им Рейлине явно понравился. Они даже позволили себя погладить по жёстким перьям. А когда мейстер отвернулся, Рейлине проворно привязал к лапке одного покрупнее письмо Теону и шепнул «Винтерфелл». Ворон (или, вернее, ворона) понятливо каркнула и полетела прочь из птичника. - Чего это она?- почесал голову Валгрейв. - Может, на охоту? - Может, может…ну, Мирточка, пойдём теперь к белым воронам… - Я Рейн! - Ох, склероз-склероз… Теон получил письмо, как он думал, от Аши – но когда разобрал подпись, чуть не издал победный клич железнорожденных на весь замок. Остановило его только то, что сейчас было уже за полночь, а сам он вышел на прогулку из-за ночных кошмаров. Отправив ворона в птичник, Теон кинулся к себе в комнату, зажёг несколько свечей и начал читать, с трудом разбирая в полутьме отдельные слова. «Добрался до Цитадели я нормально. Жив, здоров, питаюсь относительно неплохо, скучаю по всем вам. Построены ли Врата Белой Гавани? Выведены ли войска Станниса? Покинул ли север Виктарион Грейджой? Передайте Теону, что мне без него плохо. Впрочем, со мной в Цитадели учится сын Серсеи, так что мне тут не скучно. Думаю скоро сдавать математику и магию, пожелайте мне удачи. Ответ пришлите с тем же вороном». Теон, решив не затягивать с ответом, начал писать его немедленно и самостоятельно: «Врата Белой Гавани уже почти достроены, через неделю-другую начнём использовать. Войска Станниса Баратеона медленно продвигаются к выходу, дядя мой уже покинул Предел Севера через западную брешь. Вы не представляете, милорд, как я соскучился. Пишите, по возможности, чаще. Удачи с экзаменами, заканчивайте скорее своё обучение. Если что-то нужно, пишите – всё найду, всё пришлю». И решил отправить письмо на следующий день – ворон должен отдохнуть. Теон усмехнулся: «А ведь ещё каких-то полгода назад я бы так не написал. Я бы вообще никак не написал, я бы мейстеру надиктовал».