my princess. my queen.

Огромная светлая квартира, убранная только в светлых, постельных тонах. Панорамные окна открывают великолепный вид на весь город, который сейчас медленно, но верно, погружался в темноту, горящий нежным пламенем заката. В гостиной их только двое. Они сидят на полу: он — облокотившись о мягкий диван, ее голова покоится на его коленях. У обоих в руках — книга. Каждый погружен в свой мир, но, тем не менее, они рядом. Молодой человек, на автомате, перебирая светлые волосы своей сестры, своим голосом выводит ее из «транса», в который та была погружена благодаря книге. — Милая, что ты думаешь на счет мистера Чона? Девушка, которая еще мгновение назад ни о чем постороннем не думала, теперь просто не могла вникнуть в строки, благодаря образу мистера Чона, который возник так некстати и теперь мешал сосредоточиться. Однако, девушка делала вид, что по-прежнему больше увлечена книгой, чем тревожными мыслями, которые вызывал у нее этот тип. — Даже не знаю, Джун… мы с ним особо не разговаривали… Нервно сглотнув, девушка заметно загрузилась, когда речь зашла о мистере Чоне. Не то что бы он ей не нравился. Ари в принципе в каждом человеке выдела что-то хорошее, просто в данной ситуации ничего не могла поделать со своими внутренними ощущениями. Кто знает, может быть девушка заблуждается от простого незнания. — Надеюсь ты не против, что я пригласил его на твое День Рождения… там вы сможете поближе познакомиться. Скорее предупредил, чем спросил Намджун, все так же не отрывая своего взгляда на книге. Он, в отличии от сестры, больше имел власти над своим разумом, и поэтому мог погружаться во множество дел одновременно, со всех сторон одинаково хорошо поглощая информацию. В отличии, конечно же, от его младшей сестры, которая, в силу чрезмерной братской нежности и заботы, привыкла опираться на сердце. — Нет, я не против. А даже если бы была, что бы это изменило? Разве можно объяснить брату, который старается ради ее же блага, что она не горит особым желанием «сближаться» с Чонгуком? Слишком тяжело. *** — Угадай, что у меня для тебя есть? Загадочно, по лисьи растягивая слова, в привычной ему манере, пролепетал Хоуп, падая в небольшом, но уютном ресторанчике напротив друга. Шуга, который в это время был слишком занят едой/а вкусно и хорошо поесть он любил, и выглядел сейчас не иначе, как хомяк, который забил свои огромные щеки едой/ лишь продолжал лениво жевать, пожимая плечами. Брюнет, достав что-то из внутреннего кармана пиджака, бросил на стол, прямо перед Юнги, довольно улыбаясь и явно чувствую себя как-то удовлетворенно. Но разве мог этот вечно довольный жизнью человек выглядеть по-другому? — Просили лично в руки. — Что это? Прожевав, недоверчиво спросил блондин, вытирая руки салфеткой. Перед ним лежал аккуратный конверт угольно-черного цвета, обвязанный белой атласной лентой. Сверху надпись: «Мистеру Мин Юнги». — Приглашение. Коротко отвечает Хоуп, подзывая проходящую мимо официантку, чтобы сделать заказ. Приподняв одну бровь, Юнги развязал ленту и, развернув конверт, принялся читать приглашение, которое было аккуратно написано от руки: «…Дабы не оттягивать на неопределенный срок то, что в наших силах приблизить, позвольте мне пригласить Вас, Мистер Мин, на торжество в честь моего совершеннолетия. Надеюсь лицезреть Вас в этот день рядом с собой и наслаждаться Вашим обществом…» Дальше — дата, время, адрес и подпись «Принцесса НаАри». На мгновение, кажется, забыв, что он находится сейчас не один и в общественном месте, Шуга, не сумев сдержать улыбки, откинулся на спинку удобного кресла, держа в руках приглашение. Он был готов поклясться, что вновь почувствовал этот апельсиново-карамельный запах. Ее запах. Забавно.