От ненависти до любви один шаг, и никак иначе...

— Вот скажи мне, — начал Акнология, подойдя к чернокнижнику, — что со мной твориться? — А что-то не так? — повернулся к нему тот. Ему в глаза сразу бросился опустошённый взгляд Апокалипсиса. Маг заметил перемены в драконе, но не говорил о них. Раньше, когда с ними жила Хартфилия, он был неузнаваем. То уставится на неё не отводя глаз, то улыбка мимоходом проскакивала. А иногда даже можно было увидеть взгляд влюблённого мальчишки. Такого с Акнологией никогда ранее не было. А теперь, после ухода златовласки, драконоборец сам не свой. Ходит как в воду опущенный, почти не разговаривает, улетает на долго, постоянно вздыхает и лицо у него такое, как буд-то хто-то умер. — Мне нужен твой совет. — С каких это пор я стал давать тебе советы? — приподняв бровь спросил Зереф. — И вообще, чего это ты помощи просишь? — Ладно, забей. — вздохнул Акнология. — Я знал, что это бесполезная затея, просить у тебя помощи, — и уже развернулся, чтобы уйти, как чернокнижник его остановил. — Я знаю, что с тобой, — немного помедлив, продолжил, — Разве ты сам не догадался, что влюбился? — Что за бред ты несёшь? — возмутился дракон. — Чтобы я, Акнология, король драконов, да влюбился? Быть такого не может. Да и тем более в кого? «Такой же тормоз как и мой брат», — подумал Зереф. — В дочь мою, Люси, идиот, — раздражённо произнёс он. — И с чего это ты решил? — Да ты просто слеп! — разозлился маг. — С тех пор как она ушла, ты ходишь, как привидение. Я давно заметил твоё отношение к ней. Вот скажи мне, что ты чувствуешь, когда Люси рядом. Тепло, уют? Тебе не хочется обнять её, сердце не бьётся быстрее? Неужели ты не нервничаешь находясь с ней наедине? — От куда ты это знаешь? — удивился Акнология. — Ты читаешь мысли? — Ну ты точно идиот, — вздохнул чернокнижник. — Это потому, что ты её любишь. — Ладно, допустим. И что мне теперь делать? — Ты должен идти к ней. И если не дай Бог ты спросишь меня «ЗАЧЕМ?», тоя тебе врежу. — Понял, осознал, улетел, — протароторил Апокалипсис превращаясь в дракона, в то время пока от Зерефа исходила смертельная аура. «Боже мой, какой критин, и как его только весь мир боится? , — вздохнул маг, — Крепись Люси, тебе понадобится много нервов, у него хоть и много сил, но мало по ходу мозгов.» — Эй, погоди, -остановил он дракона, пока тот не взлетел, — ты что, собираешься в таком виде появится в городе? — А что? — А ты не подумал, что всех там инфаркт схватит? Превратись лучше в человека, когда выйдешь из леса и выпей зелье, чтобы тебя не смогли учуять. — Ага, хорошо. Что бы я без тебя делал? — Повесился, — закатил глаза маг. — Вали давай. И если обидишь мою дочь, то я тебя убью самолично. На этом их разговор закончился. А Акнология отправился в Магнолию. *** Магнолия. Утро. 9:00 — Так, что бы мне купить на обед? — идя по торговой улочке бормотала Хартфилия. — Надо по любому брать в три раза больше, а то придёт ещё Нацу с этой тупой шавермой. Простите, можно пожалуйста по килограмму яблок, картошки, лука и капусты? — Да, конечно, — улыбнулся старичок из прилавка. С сто десять золотых, но для вас отдам за девяносто. — Спасибо большое, — и расплатившись, побежала в гильдию, решив оставить покупки у Миры, посидеть в гильдии и забрать их в конце дня. — А вот и я, — открывая дверь произнесла златовласка. — Привет Люська, — налетела на неё Леви. — Рада, что ты пришла. — Я же не могу тебя оставить, — улыбнулась Хартфилия, но оглянувшись, заметила отсутствие одного человека. — А где Нацу? — Не знаю, недавно сдесь был. А вот он! — указала на клубень, который катался по всему зданию, Леви. — А ты что-то хотела от него? — Да нет, ничего. — Знаешь, Люська, это первый раз, за этот год, пока тебя не было, он дерётся, — хмыкнула маг слова. — Серьёзно? Но ведь Нацу не был бы самим собой, если бы не дрался. — Но после того случая, — МакГарден запнулась, — он даже не появлялся в гильдии. Уже под конец начал приходить, и то только сидел в углу и пил сидр. — Ясно, — расстроилась Хартфилия, но вдруг взбодрилась, — тогда приготовлю ему ужин, он заслужил, а пока пойду присяду. Ещё увидимся. Попрощавшись с подругой, заклинательница подошла к барной стойке и заказав коктейль села на стул. Как же ей не хватало всей этой суеты, шума, друзей. Но даже сейчас она грустная, потому что нету его. — Грей! Собери шмотки! — Ох мать! Когда успел?! — Ахах! Ну ты даёшь король труселей! — Нарываешься, ящерица? — А то! — НАЦУ! ГРЕЙ! ВОТ ЖЕ СЦУКИ! ВЫ ИСПОРТИЛИ МОЙ ТОРТИК! ХАНА ВАМ ДЫБИЛЫ КРИВОРУКИЕ! ВСЕХ ПОРЕШАЮ! — Простите сер, то есть мем! — Эх, ничего не изменилось, — вздохнула Хартфилия. В этот момент кованные двери слетают с петель и все обернулись на шум. На пороге стоял он. *** POV Акнология Вот я и в этом жалком городишке. Боже, как Хартфилия сдесь живёт? Все вокруг такие добрые, прямо сахарные. Аж блевать охота. Ненавижу это всё, но потерпеть можно, ради неё. Так, Зереф говорил выпить зелье, которое убирает запах и превратиться в человека. Готово. Осталось только добраться до этой гильдии. Как они все меня бесят. Эта их дружба, «умру ради друга», бла…бла…бла. Гггрр… Так, это сдесь. Прямо чувствую эту мерзость, это веселье. Всё, задолбало. Беру её и ухожу. Стоп, неужели я буду себя вести как они? Ага, аж десять раз. Выбью дверь, нафиг, и не извинюсь даже. END POV Акнология *** — Ей, вы! — крикнул дракон на всю гильдию, которая пребывала в недоумении, после того, как выбил начисто дверь. — Где Хартфилия? Она мне нужна! — А кто её спрашивает? — не обращая внимания на грубость гостя, спросила Миражанна с улыбкой. — Кому надо, тот и спрашивает, — огрызнулся дракон. — Слышь, — подошёл к Акнологии злой Лексус, — ты что себе позволяешь? — вокруг него начали собираться молнии. — А ты кто такой, чтобы мне указывать ничтожество?! За всем этим наблюдала офигевшая златовласка и сейчас у неё в голове крутилось только одно: «Какого чёрта он припёрся?! Не знает что ли, что это опасно? И куда папа смотрел?» — Да я сейчас тебе устрою, мразь неблагодарная, — разозлился громовержец, — Алебарда громового дракона! — и в Апокалипсиса полетели молнии. Раздался взрыв. Место, там где стоял дракон, было окутано дымкой, а когда она рассеялась, то в таком же положении можно было увидеть его оскал и то же положение, что и до атаки. Все стояли охиревшие, да чтобы после атаки Лексуса кто-то остался жив? Невозможно! — Слабовато будет, — оголил белые клыки Акнология, — я повторюсь, где Хартфилия? Если не скажите, я тут всё разнесу в щепки. — А ну стоять! — послышался загробный голос за спиной дракона, что у всех мурашки пробежали. Там стояла заклинательница, от которой исходила чёрная аура смерти. — Кого ты там убить собираешься, а? (все дружно вспомнили морду Водолея) — Я? — испугался драконоборец, — да нееее… тебе послышалось. — А ну-ка выйдем на минутку, — злобным голосом прогремела Хартфилия. — Да, мэм, — протароторил Апокалипсис и удалился из гильдии в след за девушкой. — Это что сейчас было? — недоумевал Лексус. — Не знаю, — пожал плечами подошедший Грей, — но даже мне стало не по себе от этого зрелища. *** — Какого чёрта ты сюда припёрся? — злилась Хартфилия, шагая взад и вперёд, — Ты не должен находиться сдесь. Ты же враг всего человечества. — Я просто хотел увидеть тебя, — обиженно буркнул дракон — Хотелось бы знать, зачем? — изогнула бровь златовласка, — почему ты при… — но договорить ей не дал Акнология. Он притянул её к себе и впился в столь желанные губы. Как долго ждала этого заклинательница. Она просто не могла поверить в случившееся. Из глаз неосознанно полились слёзы, слёзы счастья. Разорвав поцелуй, Апокалипсис посмотрел на девушку и мягко улыбнувшись вытер с её глаз слёзы. — Я здесь, потому что понял, что люблю тебя, Люси, — прошептал он. — Я… Тоже тебя люблю, — не переставая плакать сказала девушка и обняла Акнологию. — Знаешь что я решил для себя? — отстранился он от неё.- Я решил, что никогда не оставлю тебя одну, и поэтому я хочу вступить в вашу гильдию. — Чего? — неосознанно крикнула заклинательница, но взвесив всё, успокоилась и спросила, — ты действительно хочешь этого? Просто тебе прийдёться терпеть всех моих друзей. Я же знаю как ты ненавидишь людей. Ты готов к этому? — Ради тебя я пойду на всё, — заявил Апокалипсис. — Ну ладно. Тогда пошли представим тебя ребятам. Но ты не должен называть своего настоящего имени, так как это плохо кончится, и не пользуйся своей силой, а то заподозрят неладное. И не дай бог ты скажешь что я твоя ученица и у меня есть особые силы. — пригрозила пальцем Люси. — Да понял я, понял. — обиделся дракон. — Но как меня будут звать? — Твоё имя Акно, сокращение от Акнология, — не задумываясь протароторила девушка. — Ну всё, хватит болтать, пошли к ребятам. *** — Эй, — войдя в здание, златовласка помахала рукой, тем самым привлекая к себе внимание. — У меня для вас новость. В нашей гильдии пополнение. — Люська, ты что, беременна? — крикнул кто-то из зала. Все аж поперхнулись. — Нет же, — впала в каплю Харьфилия, — в общем, его зовут Акно, это мой друг. — Из за спины девушки вышел никто иной как Акнология. — теперь он тоже будет состоять в гильдии. В это момент кто-то упал со стула кто-то поперхнулся бухлом, где-то что-то разбилось. Да и вообще от такого заявления даже птицы по ходу онемели. (Вспомните стычку Акнологии и Лексуса) — Здорово, — буркнул дракон. И знаете каким был ответ зала? — Давай смахнёмся! — догадайтесь кто. Правильно Нацу. Снова как в старые добрые времена. У Апокалипсиса задёргался глаз от тупости сынка Игнила. «Я думал он поумнее будет», — ппонеслось у него в голове. — А давай, — ухмыльнулся Акнология. — Ты помнишь что я тебе говорила? — шикнула Люси. — Не волнуйся, — улыбнулся тот. — Нападай Саламандр, — обратился он к Нацу. — Сам набросился, — оскалился Драгнил. — Кулак Огненного Дракона! Он понёсся прямо на Акнологию, но тот на удивление всех даже не пошевелился. И вот когда оставалось пару сантиметров между ними, дракон резким рывком нанёс точный удар кулаком прямо по челюсти Саламандру. От чего тот отлетел на приличное расстояние, а точнее к противоположной стене и пробил её напрочь. — Думаю, я выиграл, — оскалился Акно. Все охирели. Просто не знаю, что ещё добавить. — Ну что же, — всё ещё в шоке, сказала Люси, — пойдём к мастеру…что ли. И ухватив самодовольного идиота, тобишь Акнологию, за руку, поволокла на второй этаж в кабинет. — Он мне не нравится, — шепнул Гажил Джувии, провожая нового согильдийца презренным взглядом, — он какой-то подозрительный. *** — Можно? — спросила златовласка прежде чем войти в кабинет дедули. — Да, да, — ответили из-за двери. — А это ты Люсичька. Рад видеть тебя. А кто это с тобой? — Здравствуйте мастер, — поклонилась девушка. — Это мой друг Акно. Он бы хотел вступить в нашу гильдию. Она указала на парня, который с пофигическим лицом стоял и пялился в окно. Стукнув его по рёбрам, Люси зло покосилась на него. Тот понял свою ошибку и боясь повторного пинка переменился в лице. — Приветствую вас, мастер Макаров. Могу ли я вступить к вам? — как можно приятнее сказал дракон, что получилось как-то коряво. «Хаха, ему не идёт такое поведение, » — мысленно смеялась заклинательница. — Для начала я задам тебе несколько вопросов и после этого решу, достоин ли ты зваться хвостатым. Для начала, какой силой ты обладаешь? — Я… — запнулся парень, он понял, что правда сдесь не поможет и поэтому решил увильнуть. — Можна не отвечать на этот вопрос? — Простите мастер, — начала спасать любимого заклинательница, просто из-за его силы пострадали его близкие и теперь он не хочет даже упоминать о ней. Так что, пожалуйста, давайте опустим эту тему. Дедуля прищурил глаза с недоверием глядя на парочку. Не нравится ему всё это. — Ладно, — вздохнул он, — Следующий вопрос: зачем ты решил поступить сюда? Почему-то Акнология не хотел врать по-этому поводу и указал следующую причину. — Из-за неё, — кивнул в сторону Хартфилии Апокалипсис. Макаров удивился и пришл в недоумение. Дракон понял, что выразился неточно и объяснил, — Просто я люблю её и она всё, что меня сдесь держит, — эти слова он произнёс чётко ни капли не сомневаясь. Люси была приятно удивлена. Никогда она не слышала столь приятных слов. На душе стало теплее. Девушка почувствовала как её возлюбленный взял её за руку, и эта рука была такой большой, что по равнению с тоненькой ручкой Люси она казалась в три раза больше. А теперь представте выражение лица Макарова, который наблюдал за всем этим чудом. Хоть этот парниша и не внушал доверие, но что-то в нм было такое…что-то необычное, и мастер хотел узнать что именно. — Так и быть, — закрыл глаза дедок, — с сегодняшнего дня ты являешься членом гильдии, но так как ты сдесь ничего и никого не знаешь, то оставляю тебя на попечение Люськи и по сколько жить, я так понимаю, тебе не где, то пока что поживёшь с ней. А теперь ступайте и пусть Мира поставит тебе знак гильдии, Акно. Два мага смотрели на дедулю в недоумении и единственная мысль, что крутилась у обоих в голове это: «Мы будем жить вместе. Это полный пиздец.» — Вы меня слышали? — повторил Дреяр. Двое волшебников, выйдя из шока, посмотрели на него и кивнули как болванчики. — А теперь, валите шпаньё! Они на ватных ногах, точнее только Акнология, спустились на первый этаж. Почему только он? Да потому что Люси уже давно привыкла к этому дурдому на колёсиках, А вот дракон совершенно не мог смириться со своим положением и даже успел пожалеть о своим решении вступить в гильдию. Еще эта новость о жилье. Одно дело когда они жили вместе как дракон и заклинатель, а другое — как парочка. Его от одной мысли выносило, а что будет дальше? Так они и подошли к барной стойке. Всё это время гильдия прибывала в гробовой тишине, всем было интересно, какой из себя этот новичёк, если он смог устоять против САМОГО Лексуса и уделать Саламандра, причём одним ударом. — Эй, ты, — грубовато позвал официантку дракон, — поставь мне метку. — Да конечно, — улыбалась Мира, а в голове было: «Я его расчленю, закопаю, потом откопаю, оживлю и ещё раз расчленю.» — Куда тебе ставить? — Сюда, — указал он на плечё. Через несколько секунд на этом месте красовалась метка гильдии такого же цвета, как и татуировки на коже Акнологии. — Так, с этим мы закончили, а теперь я тебе покажу где ты будешь жить. — улыбнулась Хартфилия и потянула бедного дракона в направлении своего дома, пока их провожали сотни любопытных глаз. И одна такая пара, изумрудного цвета со злостью смотрела вслед драконоборцу, порываясь надавать тому по первое число. И этот человек, а точнее Нацу, уже знал что будет делать.