И показалось солнце...

Помню, как она глядела — Помню губы, руки, грудь — Сердце помнит — помнит тело Не забыть. И не вернуть.

1977г. 19 июля. Все девушки седьмого курса дружно сошли с ума: они выбирали платья, прически, аксессуары, а главное спутника, ведь на носу выпускной бал! Мародеры и их пары тоже не отставали, и сейчас эта семерка расположилась в гостиной Гриффиндора. Они мило болтали, предаваясь воспоминаниям… — Хах… да, это были лучшие годы моей жизни — изрек в конце концов Джеймс. — Хм, а ведь моей тоже… — подтвердил следом Сириус. — Они были лучшими для всех нас, ребят — подытожил наконец Римус, — мы встретили свою любовь… ну, почти все, я рад, что мы вот так здесь сидим и просто разговариваем, попивая тыквенный сок! Все поняли, на что намекал Люпин, ведь за окном шла война. Она была жестокой, кровавой и беспощадной, но, будучи еще детьми, гриффиндорцы приняли одно из самых важных в жизни решений — вступить в Орден Феникса* и сражаться за любимых не на жизнь, а на смерть. Однако, сейчас никому не хотелось думать об этом: они были просто подростками, строящими планы и смеющимися над глупыми шутками… Они были просто подростками, верящими в победу добра и уверенными в том, что никто из них не погибнет в этой войне… Они были просто подростками… И вот, наконец, девушки решили, что им пора собираться: — Да, верно, уже поздно, мы пойдем… — Серьезно? Вечеринка через… через 20 часов! Неужели вы не успеете?! Да быть не может! Все, Марлин, милая, прости, но я расстаюсь с тобой! — Не шути так со мной, Блэк, а не то тебе сильно достанется! — светловолосая девушка быстро повалила парня с дивана на пол, но и Сириус не растерялся, он просто перевернул ее на спину и поцеловал. — О, ребята, хватит, сейчас стошнит! — Джеймс изобразил только что сказанные слова. — Ага, так бывает только в маггловских фильмах, — поддержала возлюбленного Эванс. — Ну, хорошо, но нам правда пора, ребят, простите, — Маккинон поднялась и поспешила в комнату девочек, пока Сириус не придумал что-нибудь еще. Остальные девушки решили попрощаться со своими парнями более дружелюбно, чем сумасшедшая парочка «Мистер и миссис Блэк». Но Мародеры не собирались отпускать своих дам просто так: — Подождите, объясните, зачем вы так быстро уходите? Мы же не увидим вас до самого бала! — Лунатику тоже стало интересно: что же такого девушки скрывают? — Да, Мерлиновы, ничего такого, просто нам долго собираться! — Лили начинала злиться. — Нет, правда, Римус, все хорошо, просто прически, платья, бла-бла-бла… — «Миссис Луни», как прозвали Мелиссу Мародеры, использовала отвлекающий маневр, поцеловав оборотня, и вместе с Эванс убежала в комнату. А парни тем временем продолжили прерванную беседу: — Хорошо, что нам можно брать пару любого возраста, а то Луни и Бродяге пришлось бы изменить своим прекрасным девушкам! — в Поттера полетели подушки. — Ага, эти «прекрасные» дамы бы нам потом все глаза выцарапали, а «любовниц» поубивали бы, наплевав на закон. — Мда… Повезло же мне влюбиться в кого-то с фамилией Блэк… — Римус притворно застонал, схватившись за голову. — Хвост, а ты с кем пойдешь? Осталось не так много времени для выбора… партнерши, — Джеймс искренне волновался за друга, как, впрочем, и остальные Мародеры. — Не знаю… наверное, один… — Питер лениво растягивал слова, всем своим видом показывая, что его не интересует данная тема. — Да, ладно тебе, пригласи какую-нибудь мелкоту, они точно не откажут, — Сириус как мог старался подбодрить Петтигрю. — Или, например, ту пуффендуйку… Скарлетт Кэсседи? Она вроде положила на тебя глаз, — Люпин говорил вполне уверенно. — Она уже, наверное, нашла пару… она же такая красивая… — Хвост, казалось, даже не хотел попытаться найти себе даму. — Ладно, план такой: завтра ты, Хвост, пойдешь и пригласишь эту Скарлетт на бал, а мы будем совершенствовать нашу последнюю шалость, но пока предлагаю всем идти в комнату! — Джеймс изрядно устал и уже почти вырубался. — Да, Сохатый прав, пошли, а тебе, Хвост, заранее удачи! — Сириус тоже спал на ходу, а потому вся компания дружным строем двинулась в спальню. 20 июля. Итак, вечер был в самом разгаре: все танцевали, смеялись, ели и веселились. Великая шалость Мародеров заключалась в лепестках роз, падавших с потолка вот уже третий час, и коробочках с хорошими пожеланиями всем, кроме слизеринцев. У последних были глупые шутки и ужасные конфетки Берти Боттс. Да, даже в семнадцать лет эти парни оставались детьми. В Большом зале зазвучала прекрасная плавная музыка, означающая медленный танец. Все девушки тихо стояли в ожидании приглашения, и пар оказалось очень много. Даже преподаватели решили потанцевать: профессор Слизнорт пригласил профессора Стебль, а директор Дамблдор завладел вниманием Минервы Макгонагалл. Мародеры также решили пригласить своих возлюбленных: Блэк вальяжно подошел к Марлин и, просто взяв ее за руку, потащил в середину зала, а она, надо сказать, была совсем не против. Римус спокойно подошел к Мелиссе и, опустив голову в шутливом поклоне, подал ей руку. Девушка, сделав неглубокий реверанс (она все-таки Блэк) положила руки на плечи юноше и прикрыла глаза, наслаждаясь моментом. Джеймс, как ни странно, подоспел к Лили последним и, обняв ее за талию, мило улыбнулся. Эванс вздохнула, но согласилась на танец, положив голову на грудь своему молодому человеку и обвив руками его шею. Питер так и не смог найти девушку, а потому тихонько сидел в углу зала, завистливо смотря на друзей. Спустя еще пару часов праздник кончился, оставив лишь огромное количество работы для завхоза. Но никто из присутствующих никогда не забудет этот прекрасный вечер… А ровно через четыре года произошло еще одно важное для Мародеров событие… 1981г. 20 июля. Был поздний вечер, почти ночь, и в парке оставались лишь двое. Они держались за руки, гуляли, смеялись, просто радовались жизни, ведь в последние годы это стало роскошью. Война… одно слово, а сколько боли и потерь? Сириус и Марлин уже сбились со счета погибших на ней. Друзья, близкие, родные, да просто знакомые умирали каждый день! За мир, за эту тишину, за этот чистый смех, заставляющий забывать обо всех трудностях и бороться, жить, чувствовать! Парень внезапно остановился, будто решившись на что-то: — Маккинон, а не хочешь стать Блэк? — он спросил это так непринужденно и спокойно, что девушка и не поняла ничего. — Ч…что? Ты же не хочешь… — договорить ей не дали, так как Бродяга со вздохом опустился на одно колено и после недолгого ворчания произнес: — Марлин Маккинон, не соблаговолишь ли ты оказать мне великую честь, выйдя за меня замуж и став впоследствии Блэк? Так понятней? — парень улыбался, протягивая возлюбленной невероятное кольцо. — Да, конечно да, идиот! — гриффиндорка была счастлива, а Сириус надел ей на пальчик кольцо и, подняв на руки, закружил. Их радости не было предела: они бегали по парку и вели себя как дети, но через полчаса девушка устала и, сообщив об этом жениху, решила идти домой. — Ладно, милая, хочешь, я пришлю к тебе Лиссу? — О, да, Сириус, если она согласится, пожалуйста, позови ее ко мне! — Марлин уже хотела трансгрессировать, но Блэк удержал ее долгим поцелуем. — Мне правда пора, любимый, прости… — и она исчезла с негромким хлопком. Дома девушка перебудила всех родных, но, узнав причину такого счастья, они просто порадовались за нее, лишь младший брат был возмущен: — Тоже мне повод… — и он с ворчанием ушел в свою комнату. — Мама, папа, сейчас придет Лисса… мы будем тихо-тихо… можно? — Ох, раз ты теперь будешь ее сестрой, ладно, но только сегодня! — мистер Маккинон был искренне счастлив за дочь, но его строгость нисколько не уменьшилась от этого. Через пятнадцать минут в доме послышался негромкий хлопок и в комнате Марлин «образовалась» ее лучшая подруга, которая была явно воинственно настроена, сходу забрасывая невесту вопросами: — Как? Когда? А какое кольцо? А на колено вставал? А что говорил? Он мне ничего не рассказывает! — девушка волновалась и радовалась одновременно. — Тише, тише, вот колечко, — с этими словами она протянула Мелиссе левую руку, — а остальное… — далее последовало длинное и красочное описание всего вечера с периодическими вздохами со стороны мисс Блэк. Так прошел час, потом подруги переключились на обсуждение свадьбы, платья, церемонии, букета и тому подобного. Внезапно со стороны входа послышался треск и непонятный шум. Гриффиндорки подготовили палочки и стали медленно спускаться вниз, но спустя секунду они услышали множество голосов и женский визг. Марлин и Мелисса бросились в коридор и не поверили глазам: на полу замертво лежали мама и маленький братик Маккинон, в углу один из Пожирателей издевался над ее отцом: — Грязный маггл, что ж, ты мне надоел, последний раз, Круцио! — мужчина закричал и стал извиваться на полу, словно змея. Мародерки застыли, Лисса первая пришла в себя: — Экспеллиармус! — но заклинание не попало в цель, а лишь разозлило приспешника Волан-де-Морта. — Глупая девица, я разберусь с тобой! Авада Кедавра! — он убил отца Марлин, а затем направил палочку на Блэк. — Удачи! — девочка вступила в неравный бой с Пожирателем. Тем временем Маккинон сидела на полу, отсутствующим взглядом смотря на родных. Зеленый луч полыхнул в сантиметре от ее головы, но она не заметила этого… Следующий удар нашел свою цель, и девушка погибла. Вот так просто, в день помолвки, и последней ее мыслью был жених. Слишком ужасно, чтобы быть правдой, но, увы… Мелисса все еще сражалась с неизвестным под маской, но, услышав глухой стук и поняв, что ее верная подруга погибла, девушка не желала больше бороться и просто опустила палочку. Последними словами был шепот, обращенный ко всем, кто любил ее: — Простите… — Мелисса Блэк упала рядом с Марлин Маккинон, даже после смерти находясь поблизости… Сообщение о гибели пятерых человек поступило незамедлительно, и уже через час Орденцы знали, кто погиб… Мародеры не верили до самого конца, пока не увидели тела девушек там, в полуразрушенном доме. Невозможно описать, что чувствовали Римус и Сириус. Они опустились на колени рядом с любимыми: — Мы обручились… пять часов назад… представляете? — голос Бродяги был надломлен, как и он сам. — Что… что она здесь делала? — из глаз Люпина текли слезы… он не мог понять: как? Как же так? — Наверное, болтали о кольцах… Сестренка, что же ты так подводишь меня? За что?! — Сириус сорвался на крик, он дрожал: сегодня парень потерял двух самых важных в жизни людей! Одновременно, в одну ночь… — Я… я хотел встретиться с ней завтра… сходить вместе на пикник… а потом, может, зайти к моим родителям… они так любили ее… — из глаз оборотня все еще капали горячие слезы. Он держал в руках мертвое тело возлюбленной, не веря в ее смерть. — Нет, нет! НЕТ! Такого не может быть! Только не они! Кто… Кто сделал это?! — Блэк будто только что осознал смерть девушек и решил мстить. — Мы не знаем, но мы найдем их! Обязательно! — подал голос Джеймс. Мародеры еще долго просидели там, в тишине, оплакивая невинных… А за окном продолжалась жизнь. Они вышли на улицу, и… И показалось солнце…