take you home

— Ты прямо как девчонка, — прыскает в кулак Джемин, сидящий в позе лотоса в комнате Донхёка. — Даже уши вон покраснели. Донхёк готов убивать. — Я бы посмотрел на тебя в моей ситуации, я бы тоже посмеялся! — он в бешенстве машет кулаком прямо перед носом лучшего друга, но тот от такой угрозы и вовсе падает на пол от смеха, держась за живот. — Зачем я вообще тебя позвал, вали домой, сам разберусь! Джемин пытается совладать с собой и сдерживает рвущийся наружу хохот, но в глазах всё равно невозможно скрыть озорных беснующихся чертят. Ему весело, конечно, ему весело, этот идиот же никогда не попадал в такие щепетильные ситуации. Донхёк точно сейчас его убьёт. Вот точно. — Всё, я держу себя в руках, — Джемин откашливается и думает о тающих ледниках в Антарктиде, вообще о глобальных проблемах этого мира, только бы не засмеяться снова, Донхёк в этот раз не простит. — Итак, ты утверждаешь, что нецелованный, а упасть в грязь лицом перед Марком-хёном не хочешь. Может быть, я тебе помогу? Джемин складывает губы уткой и тянется к другу, закрывая один глаз и не решаясь закрыть оба сразу. Донхёк со всей дури бьёт его по лицу подушкой, принимая нападающую позицию. — До свидания, На Джемин, пошёл вон отсюда, — Ли шипит угрожающе и всё ещё держит в руках подушку, Джемин снова заливается откровенным смехом и дёргает худыми ногами в воздухе, лёжа уже на спине. — Тоже мне, лучший друг, больше никогда ничего тебе не расскажу! Донхёку немного обидно, что его проблемы не воспринимаются всерьёз, но в то же время он понимает, что это и проблемой-то назвать сложно. Марк Ли, какого чёрта ты позвал на свидание тогда, когда Донхёк был совершенно не готов? А нельзя было это сделать попозже? Скажем, лет через пять? Ли плюхается в кресло и устало фыркает уже на самого себя — что за чушь, ты же сам так хотел этого. Нет, Донхёк не сталкерил Марка в школе, нет, Донхёк не узнавал, где живёт старший, нет, Донхёк не специально знакомился со всеми его друзьями, чтобы знать наверняка, кто они и что они из себя представляют. Просто… оно само так получалось? Донхёк хмуро наблюдает за покатывающимся на полу другом и ворчит себе под нос о том, что чем я думал, когда с тобой связался и придёт ещё моё время расплаты. Джемин будто слышит его мысли, вмиг выравниваясь и делая серьёзное выражение лица. — Какие будут предложения? — начинает он. — Помидоры? А может сразу огурцы? Джемин жалеет почти в тот же момент, что вообще ляпнул такое, Донхёк ведь точно выгонит. Но тот на удивление и бровью не ведёт, отмахиваясь от тупой шутки как от назойливой мошки. — Я не знаю, помидоры это как-то совсем уже для идиотов, — размышляет он. — Нет, никаких помидоров. Лучший друг склоняет голову набок и мысленно ищет альтернативу, прикидывает, как можно выкрутиться и одновременно научить Донхёка целоваться. За один вечер, пожалуйста. — С чего ты вообще взял, что у вас до поцелуев дойдёт? Может вы просто погуляете или что там, кино посмотрите? Донхёк смотрит на него как на придурка и Джемин тушуется: он и сам понимает, какую глупость ляпнул, но ведь просто пытался разрядить обстановку. Ничего больше. Марк, конечно, не озабоченный извращенец, нет, но как-то глупо ожидать, что он не пойдёт ва-банк. — Ладно, вали домой, я что-нибудь придумаю, — Джемина выпроваживают неожиданно и настойчиво, тот немного зависает, но послушно идёт к выходу. Донхёк закрывает за ним дверь и прислоняется лбом к прохладному металлу, мысли в голове хаотично сменяют одна другую и охота волком выть от досады. Ну почему всё так сложно?

***

Весь день напролёт Донхёк старательно​ избегает любых пересечений с Марком, не отвечая даже на мимолётные смс, скорее всего, Марк волнуется, но Донхёк ничего не может с собой поделать, ему страшно куда больше, а волнение в груди разрастается с каждым приближающим к вечеру часом. Он подсылает к старшему пустоголового Джемина, тот бессвязно бормочет о том, что Донхёку сегодня нездоровится и он пораньше ушёл домой, Марк расспрашивает его обо всём, но Джемин тупо отмахивается, что ничего особо не знает. Донхёк бьёт себя по лбу за тупого лучшего друга и его длинный язык. Донхёк сбегает с последнего урока, чтобы не идти одной дорогой домой с Марком, он украдкой выходит из школы, осматриваясь вокруг. Когда на плечо ложится рука, осторожно сжимающая худое предплечье, Донхёк даже вскрикивает. Марк прижимает указательный палец к его губам и призывает к тишине. — Чего расшумелся-то, — старший растягивает губы в тёплой знакомой улыбке, в которую так беззаветно влюбился однажды Донхёк. — Ты разве не должен был быть дома? — Должен, вот, собственно, иду, — младший выдумывает оправдание прямо на ходу, потому что Джемин идиот, а Марк делает вид, что верит. — А у тебя разве не занятия? Марк смущается так мило, что Донхёк замирает, чувствуя как где-то внутри теплеет и в голову ударяет нечто дурманящее. — Ну да, вообще да, занятия, но я решил уйти пораньше и проведать тебя. Марк опускает свою руку вниз, берёт ладошку Донхёка и заключает их пальцы в крепкий замочек. — Пойдём ко мне? — предлагает он и наблюдает за реакцией младшего — тот расплывается в улыбке и даже скотч ему сейчас не поможет. Марку нравится, он смотрел бы вечно, а то и на повтор бы поставил. — Встретимся вечером, — отмазывается младший, испуганно хлопая ресницами и высвобождая собственную руку. Когда Донхёк скрывается за поворотом, Марк всё ещё смотрит ему вслед всё с той же мягкой улыбкой.

***

— Джемин-а, я не хочу никуда сегодня идти, мне страшно! — Донхёк почти воет в трубку лучшего друга, а тот недовольно цокает языком. — Он сегодня так на меня смотрел, я не выдержу этого взгляда ещё раз! — Ты идиот, — заключает Джемин, громко откусывая яблоко прямо в динамик телефона. — Ещё и трус к тому же. Хочешь сказать, что после всех этих месяцев сталкерства Марка Ли ты просто вот так спрыгнешь? Нет, не позволю. Силой потащу, если придётся, ты меня знаешь. Он жалобно скулит, но Джемина не пробрать абсолютно ничем, когда он что-то твёрдо решил, Донхёк знает. — Всё, удачи, не хочу ничего слышать, — друг отрезает пути к отступлению и Донхёку хочется пустить пулю себе в висок, только бы не это всё. Спустя пару минут Джемин присылает короткое сообщение: «напишешь потом, как всё прошло, не дрейфь! ♡ „ У него всегда так просто получается говорить о таких сложных вещах, что Донхёк даже завидует этому навыку.

***

У него трясутся ноги и зуб на зуб не попадает, и он даже не уверен, от холода ли. Донхёк пришёл к назначенному месту на пятнадцать минут раньше и сейчас думает, что не зря — ему должно хватить, чтобы морально настроиться. Когда светлая макушка Марка показывается издалека, Донхёку хочется убежать. Сорваться с места и убежать куда-нибудь в другую страну. Или на другую планету. — Прости, что опоздал, — старший неловко улыбается этой своей сводящей с ума улыбкой и Донхёк его ненавидит, вместе со своей тупой влюбленностью. Марк смотрит на часы и с удивлением отмечает, что пришёл раньше положенного. — Я думал, буду первым. — Я поторопился, пожалуй, — неловко оправдывается младший, переминаясь с ноги на ногу. — Прости. Марк берёт его руку в свою и отрицательно качает головой, показывая, что всё в порядке. До фильма у них остаётся в запасе немного времени, поэтому Марк ведёт его в небольшое кафе в двух шагах от кинотеатра и занимает столик поближе к выходу. На улице глубокий вечер и людей можно пересчитать по пальцам одной руки, что несказанно радует их обоих. Не хочется привлекать лишнего внимания, этот вечер сегодня должен быть лишь для них двоих. Марк рассказывает историю за историей, рассказывает о своей жизни в Канаде и у Донхёка глаза светятся то ли от того, насколько ему интересно, то ли от трепета в сердце от такой близости с Марком. ‚Ты как девчонка‘ проносится в его голове джеминовским голосом, но сейчас Донхёку абсолютно наплевать — он готов терпеть насмешки лучшего друга ради этих секунд единения с Марком Ли. Когда старший поднимается с насиженного места, Донхёк будто бы отмирает, понимая, что всю болтовню успешно прослушал, витая где-то в собственных закромах разума. Фильм на удивление глупый — слишком романтический и бессмысленный — замечает Донхёк спустя двадцать минут просмотра. Кто вообще его выбирал? Младший откровенно начинает скучать, когда главная героиня рассказывает подружкам о издевательствах над ней в школе, сюжет кажется до боли фальшивым, Донхёк уверен, что в конце девчушка останется с главным красавчиком школы. Ну разве не банально? Младший машинально вырисовывает на руке Марка причудливые невидимые фигуры, водит пальцем по выступающей вене и поддевает парный браслет, такой же красуется и на его собственном запястье. Марк давно не следит за действием на экране, ему кажется более интересным Ли Донхёк и его голова на марковском плече. Старший невесомо целует его в висок и сжимает в своей руке его ладошку, когда тот погружается в сон. Донхёк просыпается, когда в зале зажигают свет и первым делом обращает внимание на сцепленные руки, а потом на Марка, который потягивается от долгого сидения в одной позе. Старший замечает, что тот проснулся и быстро клюёт его в нос, Донхёк стыдливо отводит глаза и изо всех сил молится, чтобы тот не заметил его пылающих щёк. Поздняя осень на улице сейчас ощущается намного сильнее, чем было до сеанса в тёплом кинотеатре, поэтому младший кутается в красную куртку, пряча руки в карманы. — Тебе холодно? — Даже не думай об этом, не смей, — ворчит он, пресекая попытки Марка побыть джентльменом. — Не загоняй мою самооценку ещё ниже, спасибо. Старший хочет съязвить, что и не собирался, но решает, что умнее будет прикусить язык. Дорога домой выходит на удивление молчаливой, Донхёк мёрзло ищет тепла в не по погоде лёгкой куртке, а Марк делает вид, что не замечает. — Паршивый фильм, — начинает Донхёк. — Полная херня, слишком много драмы на пустом месте. — Ага, только ты сам его выбрал, — старший встречает непонимающий взгляд карих глаз и добавляет. — Ну, когда я спросил, что смотреть будем, ты ткнул именно в этот фильм. Донхёк мысленно хлопает себя по пустой голове. Не говорить же, что в тот момент, когда старший позвал его в кино, Донхёку было абсолютно наплевать на какой фильм идти, главное — идти. — А, — выдаёт короткое он. — Так это Джемин мне посоветовал, неудивительно, он же дурак. Марк смеётся искренне и так заразительно, что младший не может не улыбнуться в ответ. — Хорошая у вас дружба, настоящая. — Ещё бы, с детского сада с ним мучаюсь, угораздило же меня, а, — Донхёк походит на пожилую ворчливую женщину, когда причитает. Они заходят во двор донхёковского дома и стоят возле детской площадки, не решаясь попрощаться первым. Марк обходит его со спины и обнимает крепко, обвивая руками за талию и укладывая голову на плечо Донхёка. Тот ластится всем телом и прижимается ближе. — Пора, — выдыхает облако пара младший, кладя свои руки поверх чужих. — Спокойной ночи, хён. Марк не выпускает его из своеобразного кольца из рук и мягко целует в висок, вдыхая аромат Донхёка. — Ещё немножко, — просит он и младший не может отказать, не умеет просто. — Не уходи. Донхёк разворачивается лицом к нему и несколько секунд смотрит в чужие глаза, будто хочет найти там ответы на все свои вопросы. Марк не отводит взгляд, но не смотреть на его губы не может, удержаться не может. Донхёк делает шаг навстречу первым — он прижимается своими губами к чужим трепетно и боязливо, страх быть отвергнутым всё ещё живёт в нём, глупо, но так и есть. Старший отвечает медленно и неторопливо, пробуя на вкус каждый миллиметр губ Донхёка. Поцелуй не спешит разрываться и затягивается на несколько секунд дольше, чем рассчитывал младший, но так даже и лучше. — Ты мне очень нравишься, Ли Донхёк, — шепчет ему в губы Марк, не разрывая зрительного контакта. — Выходи за меня замуж. У Донхёка голова соображает не сразу, а после он сгибается пополам от рвущегося наружу смеха. Марк улыбается в ответ. — Спокойной ночи, хён, — всё ещё посмеиваясь произносит младший. — До завтра. Он собирается уходить, но Марк тянет его на себя и целует в последний раз, на прощание. Донхёк мычит в поцелуй и отталкивается руками. — Спокойной ночи, — с нажимом повторяет он. Марк хочет проводить его до самой квартиры, но младший отнекивается и уверяет, что десять метров до дома дойдёт и самостоятельно.

***

Спустя две недели и три дня Джемин обрывает телефон Донхёка и вопит во всё горло, что, кажется, его пригласили на свидание и он не умеет целоваться. Донхёк предвкушающе потирает руки. Похоже, веселье только начинается.