Ты моя сложность

«Нет, это безумие… И не покажется ли это насмешкой? А вдруг покажется? Я не хочу, чтобы он злился. В крайнем случае… О, просто скажу, что это в знак благодарности. Да, точно, я очень ему благодарен, поэтому и решил это сделать…» — размышлял парень, прижимаясь к двери кабинета и нервно кусая губы. Там, за этой темной дверью, сидел тот, кто спас его от смерти на улице, и поэтому он каждый раз, когда что-либо делал, боялся, что сделает что-то не так. Знакомьтесь, этот нерешительный двадцатилетний паренек — Влад Мягких. Фамилия на первый взгляд обычная, но кто бы мог подумать, что для него эта фамилия станет страшным проклятьем. Она, кстати, отчасти и есть причина, по которой он сейчас стоял и пытался предугадать развитие событий. Влад глубоко вдохнул, медленно выдохнул и приоткрыл дверь. Затаив дыхание, он посмотрел на своего спасителя. Мужчина, чья возрастная цифра приближалась к тройке с нулем, задумчиво читал какую-то бумагу. Его звали Вацлав Рене, один из богатейших и занятых людей, которых знал Влад. Этот бизнесмен даже дома носил строгие костюмы, его черные волосы всегда зачесаны назад, только небольшие прядки изящно падали на высокий лоб. Влад не помнил, чтобы Рене когда-нибудь улыбался. Отблески улыбки были, но чтоб от души — редко. Или никогда. Вацлав всегда занят, всегда в делах, всегда задумчив. — В… Вацлав, можно войти? — Конечно, — не отрываясь от документов, ответил мужчина. — Что ты хотел? Влад поспешно вошел в богато обставленный кабинет, закрыл за собой дверь и мелким шагом приблизился к дубовому столу, за которым и сидел Вацлав. Его отражение на секунду возникло в зеркале — пепельные волосы и среднее телосложение. Сопоставляя себя с бизнесменом, Влад всегда чувствовал неловкость от своей… обычности и невзрачности. — Тут вот из бухгалтерии бумаги дали… И несколько заявлений насчет отпусков… На подпись все… — паренек положил документы на край стола, куда по просьбе хозяина кабинета и требовалось класть новые бумаги. — Хорошо, спасибо. Влад посмотрел на восседающего мужчину и снова ощутил эту неловкость, это смущение. — Эм… Вацлав, у меня вопрос… Нет, я хотел сказать, что… Ну, мы с тобой уже месяц с лишним знакомы, ты так много для меня сделал… Я хочу отблагодарить тебя, поэтому… ну, я подумал, что ты будешь рад прогуляться сегодня, отдохнуть… Завтра все равно выходной. У Влада сердце забилось с такой скоростью, будто хотело выпрыгнуть из его груди к черту. Он хотел сказать другое! Точнее, то же самое, но по-другому. Вацлав положил изучаемые им документы, отметил выбранные пункты и подписал очередной договор. — Прости, не вижу связи между твоими словами и благодарностью, которую ты хочешь мне преподнести. — Я предлагаю тебе прогуляться. Перекусить где-нибудь за мой счет. Вацлав отложил все бумаги и размял шею. Его глаза уже который час били тревогу. Вроде бы из года в год, изо дня в день он работает, пора бы уже и привыкнуть. Но сейчас был переломный момент в жизни, и давался он ему с трудом. — Влад, ты работаешь на меня здесь и дома, не утруждай себя ничем другим. Сколько времени? — Все ушли давно, уже десять часов… — растерянно ответил паренек. — Но… Вацлав, мне не трудно. Хорошо, не хочешь идти куда-то, давай просто прогуляемся. Пожалуйста, на тебя смотреть уже нельзя! Рене вздохнул, провел рукой по лицу и поднялся. Влад поспешил схватить со спинки кресла пальто бизнесмена и помочь его надеть. Мужчина поблагодарил его, взял со стола несколько пачек бумаг и спрятал их в свою черную сумку. — Ладно, хорошо. Подышать свежим воздухом не помешает. Я и правда засиделся. Отпусти тогда водителя, — Вацлав посмотрел на парня. Тот улыбнулся, кивнул и понесся выполнять поручение. Так уж получилось, что Влад стал личным помощником Вацлава в офисе, отличным соседом по дому и просто хорошим для него человеком. Месяц с лишним назад Рене буквально подобрал Влада Мягких. Паренька выгнали с единственной работы, на которую ему удалось устроиться. Отчим со скандалом выдворил его, крича вслед, чтобы он нашел себе место, дабы было чем платить за квартиру. Мать не была против этой жестокой расправы. Влад в отчаянии решил попытать удачу и выиграть немного денег в карты, да только оказалось, что карточные игры не для него. И вот, избитый отморозками, должник, без дома, Влад замерзал на улице. Он даже начал впадать в ту дрему, предвещающую смерть от переохлаждения, когда рядом присел кто-то, от которого пахло так вкусно и веяло таким теплом, что парень захотел жить. Это был Рене. Он остановился, ибо Влад не был похож на типичного бомжа. Рене понял, что у этого незнакомого парня проблемы, и решил помочь. Он привел Влада домой, умыл, накормил и вылечил (у того начиналась лихорадка, да и сломанный нос доставлял некоторые неудобства). После рассказа парнишки предложил ему работу в своем офисе. Жить его он тоже оставил у себя, пока тот не встанет на ноги и не найдет свой путь в будущее. Так и началась их дружба. Влад еще дней пять, правда, обращался к нему на «вы»…. А еще через некоторое время Мягких понял, что испытывает нечто большее, чем просто дружеские чувства. Паренек спустился на первый этаж и, пролетев мимо охраны, выбежал на улицу. Дремавший в машине водитель был разбужен и обрадован, что не придется ехать в другой конец города, отвозя хозяина. Козырнув, усач-водила завел машину и быстро-быстро выехал на трассу. — Влад, — окликнул парня ровный голос. Кареглазый обернулся. Вацлав спускался по каменным ступеням, держа в одной руке сумку, в другой кожанку. — Ты забыл свою куртку. Надень, а то заболеешь. — Ох, спасибо… — парень быстро натянул свою кожанку, ощущая холод. Еще бы — на улице конец декабря. — Пойдем? Они пошли. Шли молча довольно долго. Да какой там — полдороги они будто бы забыли, что умеют разговаривать. Вацлаву нечего было сказать, а Влада прямо распирало от желания прервать молчание, но он не мог придумать фразу для начала разговора. Ему хотелось сделать из этой прогулки что-нибудь большее, а вышло как всегда. Город улыбался вывесками, украшениями к Новому году, мерцал снег, спешили куда-то люди, а наши друзья продолжали безмолвно идти. Уже видя их дом, Влад нерешительно спросил: — От Софьи что-нибудь слышно? — Ничего нового. И все. Вацлав только нахмурился на одно мгновение, а больше ничего. Софья — его невеста, с которой у них сейчас все сложно. Они ждали ребенка, но случилось горе — выкидыш. Девушка в депрессии, ни с кем не говорит, ничего не хочет. И видеть Вацлава не желает, но причину не афиширует. Через десять минут Вацлав и Влад уже забрались в свою квартиру. Первый пошел в ванную, другой — разогревать ужин. Последний нервно кусал губы, коря себя за то, что напомнил мужчине о Софи. Ему было очень жаль эту пару, он гневался от собственных же слов и действий. А Рене, греясь в ванной, раздумывал о том, как ему жить дальше. Не забывая, конечно, о своем небольшом секрете. Но об этом позже… — Вацлав, ты будешь чай? — Влад подошел вплотную к двери в ванную. — Я не хочу есть, спасибо. «Что?.. Но… я же уже…подогрел…» — Влад замер перед дверью. Он понимал, что и без того малоактивный Вацлав теперь станет совершенно недвижим. По одной только фразе Мягких мог определить, какое настроение у его благодетеля. Они так мало знакомы, но Влад изучил Вацлава практически полностью. А то, что он еще не знал, зажигало в нем желание разгадать эту тайну. Получив отказ, Влад пошел на кухню, сел за стол и стал ужинать в одиночестве. Теплое пюре с котлетами на пару и великолепной мясной подливой. Кареглазый наслаждался едой, которую он, собственно, всегда готовил. Нет, Вацлав не был пассивным человеком, за которого все делали. Мужчина нередко и сам готовил, и его шедевры очень нравились Владу. Да какой там, он просто обожал то, чем кормил этот молчаливый брюнет! «Зря сказал про Софью, сейчас бы вместе ели…» — думал про себя парень. Звук дважды щелкнувшего замка двери в ванную свидетельствовал об окончании водных процедур Вацлава. Парень заметил краем глаза белое пятно халата — на его памяти Рене никогда не щеголял по дому полуголым. Он послушал, как мужчина тихо говорит со своим попугаем Каро, тихий шелест страниц книги и, наконец, шебуршание одеяла. Посидев немного на кухне, Влад вымыл посуду и подошел к спальне хозяина квартиры. Опять тихонько приоткрыл дверь и в течение минуты смотрел на спящего мужчину. Затем кареглазый ушел в гостиную, к себе на диван. *** …Рене сидел, откинувшись на высокую спинку кровати. Пышное, совершенно невесомое белое одеяло волнами укрывало кровать и тело мужчины. Влад медленно подошел к нему, затем поставил одно колено на кровать, а брюнет одновременно с этим сел прямо и обнял парнишку. Сильные руки обвили его шею, заставляя Влада наклонить голову. Пара слилась в жарком поцелуе. Рене перевернулся и, прижав собой парня, стал исследовать губами его трепещущее тело. Мягких сдавленно застонал, вцепился в волосы своего любовника и прогнулся в спине. А Вацлав спускался ниже, оставляя поцелуи тут и там, подбираясь к подрагивающим бедрам мальчишки. Влад застонал громче, ощутив губы Рене на… — Нет, наша компания не может принять ваши условия… Нет. Вы не сможете выполнить свою часть сделки… Это достоверная информация. Да, это мое последнее слово. И вам всего доброго. Этот телефонный разговор вырвал Влада из безумного сна. Сев на диване, он испуганно оглянулся на Вацлава, положившего телефон, а затем посмотрел на оттопыренное в одном месте одеяло. «Черт-черт-черт!» — парень поспешил завалиться набок, больно ударившись головой о подлокотник, и свернуться клубочком. — Все нормально? — Вацлав подошел к нему и сел на край дивана. — А? Да-да, все нормально. Просто это… сон слишком реалистичный и немного… страшный в общем… — Влад натянул одеяло до самых глаз, чувствуя, что краснеет. Вацлав приподнял один уголок рта и похлопал мальчишку по бедру. Влад молил всех языческих богов, которых только знал, чтоб не обнаружили его забавное состояние. — Ты долго еще будешь валяться? Так ведь всю жизнь проспишь. Вставай, лежебока, уже полдень скоро, — мужчина посмотрел на часы. — Да-да, я уже встаю… — протянул Влад и выглянул из своего укрытия. Вацлав внимательно смотрел на него и, кажется, чего-то ждал. Только потом до парня дошло, что он ждет, пока некоторые выполнят свое обещание. Тогда он еще больше смутился, не хотелось обнаружить свой стыд. — С тобой все нормально? — Вацлав с легким беспокойством посмотрел ему в глаза и положил руку на лоб парня. — Ты весь красный. Нет температуры? Как себя чувствуешь? — Все нормально, честно. Вацлав, конечно, поверил ему, но все же решил в течение дня проследить за его состоянием. Мужчина встал, пошел на кухню и по пути пригласил Влада на завтрак-обед. Тот лишь гукнул и, завернувшись в одеяло, побрел в ванную комнату. Правда, на полпути остановился, повернулся к шкафу, где хранились его немногочисленные вещи, и достал футболку «SWAG» вместе с коричневыми штанами, которые уже давно хотел выбросить. Они были ему малы, цвет тоже не удовлетворял, но сейчас это был единственный выход. Хотя нет, не единственный, было еще два выхода из неловкой ситуации, но рассказывать Вацлаву о своих снах он пока боялся, а рукоблудие не практиковал. Наскоро вымывшись, Влад переоделся, еле впихнувшись в штаны, привел в порядок волосы и посмотрел в зеркало. Он кое-как ухаживал за собой, ему не нравилось уделять внимание своему «жалкому телу, похожему на нечто непонятное», а «смазливое личико» вызывало рвотный рефлекс. Хоть парень выглядел далеко не так, как он видел себя, никто не мог убедить его в обратном. Кроме, наверное, Вацлава. Да, ему бы Влад поверил. Покривлялся, покапризничал, но поверил. Влад не любил в себе не только внешность, внутренний мир состоял из двух противоречивых частей. Одна была разумной, расчетливой и серьезной, насколько это было возможно и доступно двадцатилетнему парню, не взбалмошенному райской жизнью золотой молодежи. И эта сторона ненавидела вторую часть, состоящую только из желания быть рядом с Вацлавом. Влад до этой встречи считал себя среднестатистическим натуралом, у него было две девушки, но теперь все как-то изменилось. Мягких по-черному шутил над собой, называя себя в мыслях такими грязными словами насчет нетрадиционной влюбленности, и стоило только Вацлаву Рене появиться где-то рядом, как все эти мысли сменялись одной, самой мягкой и безобидной: «Я просто идиот». Итак, приведя себя в порядок и радуясь своей смекалке, парень вышел из ванной. Штаны были малы ему именно в той степени, когда сидели впритык, ограничивали движения, но сдерживали природу. Возбужденного друга было почти не видно, да и длинная футболка прикрывала его. Влад кое-как засеменил на кухню, подобрался к своему месту и очень осторожно сел. Швы на штанах угрожающе напряглись, но пока что не разошлись. Вацлав, как раз закончивший с приготовлением завтрака для Влада и обеда для себя, накрыл на стол. — Тебе же малы эти штаны, — от внимательно взгляда не укрылась хитрость Влада. Тот поспешил засунуть в рот бутерброд, чтобы было время на придумывание ответа. Пока прожевал, пока подумал, проглотил и напоролся на внимательный взгляд бизнесмена. Прокашлявшись, ответил: — А я это… мне показалось, что я похудел. Дай, думаю, надену. — Они же тебе не нравятся, — как бы напомнил Рене. — Ну, так… Это единственные штаны, которые могли показать, похудел я или нет. Другие же все мне как раз. — Судя по твоим движениям, ты не похудел, — мужчина снова приподнял уголок губы. Влад улыбнулся, как бы говоря, что он прав. Тогда последовало следующее. — Если они тебе малы, так почему ты их не снял сразу же? Плюс ко всему, изменение в массе тела можно проверить с помощью весов. Влад зарделся, поняв, что его поймали на таких элементарных вещах, но все же не оставил попыток: — Я не хотел искать по всему дому весы. Внимательно посмотрев на парня, Рене чуть подался вперед и сказал: — Влад, весы стоят в гостиной около беговой дорожки на самом видном месте. Влад тихо запищал, съеживаясь под взглядом этих глаз. Кривенько улыбнувшись, он хотел уже встать и убежать куда-нибудь, но Вацлав внезапно оказался совсем рядом (Влад готов поклясться, что мужчина не двигался с места). Теплые руки легли на его плечи. Бизнесмен внимательно посмотрел парнишке в глаза и с расстановкой сказал: — Мне ты можешь рассказать все, что тебя тревожит. Влад замотал головой, но так неактивно, что это сразу же выдало его готовность сдаться. Опустив глаза и что-то бормоча себе под нос, он принялся объяснять, что его уже который раз мучают нескромные сны. Только вот парень говорил это вот так: «Ну. я вот.а сны, и там все., а потом мне. и ты., но я надеюсь… не пойми меня, пожалуйста, не так… и когда мы. ну, это как…». Вацлав совершенно ничего не понял из этого, а потому хорошенько встряхнул его. — Влад, соберись! Иначе мне придется пытать тебя, а ты знаешь, как я не люблю насилие. — Вацлав! — воскликнул Влад. Сердце вдруг участило ритм. Парень понял, что это имя, выкрикнутое с таким чувством, все определило. Он сейчас признается! Влад сбросил с плеч руки Вацлава, встал со стула и, смотря прямо мужчине в глаза, открыл рот… Но так ничего и не смог сказать, кроме: — Я… я… Ты… Издав стон, Влад вырвался и поспешно пошел прочь с кухни. На полпути в комнату послышался треск. Это разошлись по швам штаны. Причем разошлись на пятой точке. Влад остановился. — Влад? Вацлав вышел вслед за ним и прекрасно видел, как ткань разъехалась, открывая всему миру веселые красные трусы. Примерно такого же цвета были щеки и у Влада. Со шлепком положив руки на дырень, парень развернулся и, сгорая от стыда, невидящим взглядом посмотрел на Вацлава. — Мне надо проветриться. Я тебе все объясню вечером. Мужчина кивнул. Решив как-то помочь ему, быстро сходил до шкафа и взял джинсы Влада. Вернувшись к нему и отдав одежду, ободряюще улыбнулся. — Не бойся, об этом конфузе никто не узнает. Влад обронил неловкое «спасибо», стремительно пошел в ванную, где и переоделся. Буквально пробкой вылетев оттуда, схватил по пути куртку с бумажником. Вацлав успел только пожелать удачи, когда дверь за мальчиком захлопнулась. Едва холодный воздух остудил щеки, Влад позволил себе спокойно выдохнуть. «Так опозориться! В такой момент!» — сетовал он, идя по тротуару. Парень отправился блуждать по городу, с завистью глядя на влюбленных людей. В воздухе витал праздник, предвкушение нового счастья, радости, удачи. Влад с каждой минутой становился все мрачней и мрачней. «Нужно с этим что-то делать. Срочно что-то делать! Иначе я сойду с ума!» — думал он. Через несколько часов повалил снег. А парень все еще был на улице, руки замерзли. Он решил зайти в бар и немного набраться смелости. После трех рюмок ему стало ясно, что уже хватит пить. Влад вообще старался не пить, ибо быстро пьянеет. А ему нужно было всего лишь стать смелее. И он стал. Вывалившись из бара, Влад направился в сторону дома. Стараясь держать равновесие на скользких участках, он медленно продвигался к своей цели. Уже стемнело, и если бы не огни города, горевшие так ярко, парень точно бы не дошел. Когда его нога ступила на лестницу, началось неладное. Сначала никак не открывалась дверь в подъезд, потом не ехал лифт. Затем этот лифт застрял на несколько минут с открытыми дверьми. Но когда злосчастная кабинка была оставлена, на ее место вступила дверь в квартиру, ключи которой никак не хотели ее открыть. Влад, однако, недолго боролся с замком. Войдя в квартиру, он уже твердо знал, что скажет Вацлаву. Сам бизнесмен сидел в гостиной со своим попугаем и… пил. Тоже пил. Только не дешевый алкоголь, что был в баре, а дорогой коньяк. Влад не помнил, чтобы Рене употреблял (праздники не в счет). Сняв куртку, Мягких прошел к бизнесмену, сел рядом и украдкой глянул в его сторону. — Что-то случилось? — Да, — незамедлительно ответил мужчина, поглаживая попугая. Влад посмотрел на свои руки, снова неуверенный в том, что ему следует сейчас в чем-то признаваться. — С Софьей что-то? — Да. Помолвка расторгнута. Мы расстались. Влада будто бы обухом по голове шарахнуло. Как? И это пока его не было? «Я настоящий идиот! Как я мог оставить его?! И он был один в момент, когда она ему об этом сказала?! О черт! Я идиот! Идиот!» — возопил он у себя в голове. Смутно понимая, какую боль сейчас должно быть испытывает Рене, но все же расчувствовавшись, Влад схватил его за руку, свободную от бокала. — Вацлав, мне жаль! Вы были такой прекрасной парой! Но почему? Что такое случилось? Рене перевел свои глаза на парня, и они казались сейчас такими темными. Скулы как будто заострились, неестественная горькая усмешка обезобразила губы. — Ей трудно со мной. Она не готова ждать меня с работы, нянчить детей, заниматься домом. Она уехала за границу, где выйдет замуж за того, кого нашел ей отец. — Кошмар…и ты не будешь ничего делать? — А что я могу? Судя по всему, даже искать новую девушку уже нет смысла — я слишком сложный. Мне ведь действительно некогда заниматься семьей. Почему я сразу этого не заметил? Вацлав замолчал и еще раз отпил, уже полностью осушив бокал. Влад сглотнул. Его легкое опьянение не давало ясно думать. И все же парень попытался это сделать. Сев поближе к Вацлаву, он осторожно положил его руку себе на колени и стал ее поглаживать. Да, возможно, он начал приставать. Возможно. — Ну, Вацлав… это же не конец жизни. Зачем ставить крест? Тебя обязательно полюбят. Может, уже кто-то любит. И этому человеку наплевать на то, есть у тебя время или нет. — Хотел бы я познакомиться с этаким дураком. «Вполне справедливо» — сказал сам себе Влад, когда его неосознанно назвали дураком. Подняв глаза на Вацлава, он повернул его лицо к себе. — Знаешь, тебе даже знакомиться не нужно. Тебя любят родители, твой попугай… Друзья, — медленно перечислял он. Глаза, смотревшие прямо в его душу, начали притягивать. Влад стал наклоняться к Вацлаву. Когда между их губами оставались считанные сантиметры, шепотом закончил. — И я… Глаза уже закрылись от предвкушения поцелуя, но парня отстранили. Тут до парня дошло осознание. Снова покраснев до ушей, он распахнул глаза и отпрянул назад. Опустив голову, он быстро пробормотал: — Прости. Прости, я, я не хотел. Пожалуйста, прости, я не хотел. Это ошибка. Честно… я немного пьян. И это не то, о чем ты подумал. — Влад, — прервал поток его мыслей Вацлав, — мне плевать, что это было. Спокойной ночи. Встав, мужчина взял своего попугая и отправился к себе. Влад же, так и не раздевшись, рухнул на диван и закрыл глаза. «Мне плевать» — звучало у него в голове. Мальчик чуть задрожал от легкого озноба. «Мне плевать». Свернувшись в клубок, Влад попытался унять стук сердца. Он не ожидал такого от себя. Ах, чтоб провалиться той минуте, когда он решил выпить! «Мне плевать». Парень сжался. Собственно, ничего и не произошло. Почти. Так почему ему так плохо стало? Возможно, это из-за алкоголя. Да, точно. Из-за него. Влад сглотнул. Через несколько минут его сморило. А Вацлав всю ночь так и не сомкнул глаз, разговаривая со своим попугаем и пытаясь отвлечься от мрачных мыслей. «Ничего, — думал он, — будет завтра день. Будут новые возможности».