I'm sick

— Джош? — Да? — Мне нравится один мужчина. Это странно? — Нет. С чего бы? Привычная невозмутимость. — Это же грех. Родители так говорят. — Но это же человек. Ты можешь любить кого угодно, хоть это и мужчина, — Дан лежал на кровати. Снова. Возможно он уже давно не поднимался с неё. — Почему тебе грустно? — С чего ты взял? — Ты всегда при нашем разговоре смотришь мне в глаза, — Тайлер сидел на краю матраса. Но ему казалось что он сидел слишком далеко. Хотелось придвинуться. Ты не осмелишься. — Я устал. — Ты не устал. — Тайлер, я устал, — он хмурился. Он редко это делал. Чтобы не обижать Тайлера. Он всегда хотел видеть на его лице улыбку, а не привычную запуганность. — Я тебе противен? — Тайлер мотал ногой, тем самым вызывая маленькое землетрясение на кровати с каждым высоким взмахом. Он часто вёл себя как ребёнок, что забавляло Дана. Маленькая невинность. — Нет, совершенно нет. Он врет. — Тогда, что случилось? — Дай мне подумать. Он просто хочет от тебя избавиться. — Ты не хочешь быть моим другом? — Я всегда буду твоим "другом". Тайлер усмехнулся. Молодец, сделай себе ещё больнее. — Что ты видишь во мне. Тайлер придвинулся к бледному телу. "Сколько ты уже не бывал на солнце?" — Ты — смесь, — Джош пристально смотрел в тёмные, как бездна, глаза. — Смесь всего живого на земле. Смесь всего важного для меня. Ты —мир. — Это смешно. — Тайлер, ты не смешон. А ему не стыдно так нагло обманывать тебя?. — Я доверяю родителям. — Значит, ты не доверяешь мне. — Я этого не говорил. — Я вижу это в твоей голове, — Джош коснулся лбом лба "друга". — Тайлер, я могу читать мысли. Какой идиот. — Ты не бог. Потому что Я им являюсь. — Да, я не святой, но и ты тоже человек. Повисла тишина. — Я не хочу терять тебя. — Тебе придётся. — Почему? Тайлеру хотелось ощутить прежний запах цитруса, который когда-то исходил от неоново-желтых волос. Он хотел ощущать желтый на себе. Он же является цветом радости? Ему хотелось измазаться в этом цвете, потонуть в нем. Потонуть в Джоше. Но единственное, что он сейчас ощущал — это запах лекарств. Но единственное, что он сейчас видел — это коротко обритая голова Джоша. Но единственное, что он сейчас хочет сделать — поцеловать его. Я тебя предупредил. — Тайлер, мне тяжело. — Мне тоже. — У тебя... — Заткнись, — по щеке парня скатилась слеза. — Хорошо. Он тебе никто. Почему он не спорит? Почему не кричит? Почему он терпит? — Почему? — Потому что я тебя люблю. — Ты врешь. — Ты тоже. — Нет. — Докажи. — Я тогда сделаю больно нам обоим. — Ты мне уже не сможешь сделать больнее, чем то, из-за чего я скоро умру. Тайлер смотрел в потолок. Слезы сильным потоком скатывались за ворот толстовки, посылая мурашки по телу. Потом останутся неприятные разводы. Он всегда носил мешковатую одежду. Чтобы скрыть свою худобу. Урод. Он знает. — Тайлер, ты теряешься. — Я уже давно потерян. — Тогда, дай мне тебе помочь. Темноволосый опустил голову. Минуту спустя он опустил свою голову рядом с головой Джоша, прижавшись спиной к его худому плечу. — Теперь меня можешь согревать только ты. — Не льсти. Ты навсегда останешься для меня самым горячим в этом мире. Джош прыснул от смеха и уткнулся носом в шею Тайлера. Так друзья не делают. Вот именно. Он хочет причинить тебе боль. Чтобы ты жил в муках и винил себя во всем. — Помнишь, как мы проводили наше свободное время? Тайлер прикрыл глаза. Они были бунтарями. Точнее, в их компании им являлся только Джош. А Тайлер — мини-версией плохого парня. Родители Джозефа всегда старались отгородить его от общения с этим человеком, обращая внимание только на его внешний облик: прокол в носу, волосы, цвет которых изменялся по несколько раз в месяц. Но самое ужасное для них оказалось то, что Джош — барабанщик. "Тайлер, это музыка дьявола" — причитала ему мать. Он всего лишь стучал по тарелкам и барабанам. "Ты станешь одним из них" — говорил ему отец, внимание которого в последнее время занимал только телевизор. Кто ему об этом говорил. Но это не останавливало его сбегать по ночам из дома и проводить по несколько часов вместе, просто шатаясь по городу. — Они говорили, что ты сатанист, сам дьявол. — Ну, может быть, они правы? Джош кашлял. Тайлер чувствовал его боль. Парень перевернулся на спину и повернул голову так, что носы парней почти соприкасались. Но это не смущало никого. — Ты самый добрый человек, которого я когда-либо встречал. — Прям самый-самый? — Джош широко улыбнулся. Как же ему нравилась эта улыбка. Жаль, что он больше никогда её не увидит. Парень с уставшими, и уже давно потухшими глазами, ожидал ответа. — Самый-самый. "И я такого больше никогда не встречу..."