Потомок Люцифера.

Первый день, на мой взгляд, прошёл неплохо, хотя сам замок путал нас. Хогвартс был очень похож на лабиринт с кучей головоломок. Но, по моему мнению, худшей его частью были лестницы, которые просто жили своей собственной жизнью, перемещаясь, как им вздумается. Старосты, конечно, привыкли к такому безобразию и часто рассказывали нам, как сами блуждали по ним первое время, но меня не особо все это устраивало. Ночью я опять разговаривал с Лилит, и она тоже жаловалась мне на школу, говоря, что даже со всеми своими силами она не может спокойно ходить по ней. Но зато весьма неплохо изучила подземелья и нашла несколько проходов. Правда, не смогла открыть: они были зачарованы на какой-то пароль, так что она оставила попытки их взломать. Все же эта школа была по-настоящему волшебной, и Лилс побоялась навредить ей. Я же с удовольствием разговаривал с ней, понимая, насколько соскучился по дому и отцу. Я привык, что Люцифер каждый вечер беседует со мной. Хорошо, что он отправил со мной Лилит, мне будет не так одиноко, как представлялось. Утром я снова спокойно проснулся и умылся. Пока я одевался, проснулся Блейз и немного испуганный Нотт. Видимо, всю ночь ждал от меня мести, бедный мальчишка. Но ничего, он свое получит только тогда, когда забудет об опасности с моей стороны. К тому же Лилс поддержала меня в этом решении. Нельзя спускать такие слова. Никому. Хотя вчера меня удивил декан. Видимо, он не так уж и плохо ко мне относится. Или к моей матери. Я знал, что они учились вместе, все-таки, пока я был с отцом, он мне много чего давал почитать. Так что я, в принципе, знал большинство сокурсников своих родителей. В том числе своего крестного и ещё двух друзей моего родного папы. Но Сириус Блэк сидел в Азкабане за предательство моей семьи и убийство магглов и одного своего друга, а Ремус Люпин пропал в неизвестном направлении. Хотя отец сказал, что он не простой волшебник, ведь нить его жизни необычна — принадлежит оборотню. Так что вопрос о том, куда он пропал, исчерпывался. Таких личностей в магическом мире не любили. Хотя, скорее, просто боялись. С этими мыслями я вышел из спальни, чтобы посмотреть расписание на сегодня. Первым уроком была трансфигурация, две пары. Затем обед, а после — ЗОТИ и история магии. Вернувшись, собрав книги и оставив записку с расписанием Забини, я снова ушел в гостиную. Я сел и стал дожидаться однокурсников и старосту. Первым, как ни странно, появился Малфой. Он увидел меня и пошел в мою сторону, внимательно осматривая. Я легко ему улыбнулся, откладывая книгу, которую читал в ожидании остальных. — Доброе утро, Гарри. Готов к трансфигурации? — спросил он, кинув взгляд на мою книгу, которая, к слову говоря, была запрещена для чтения в Британии. Я спокойно убрал её в рюкзак и заговорил. — Да, предмет интересный, правда, довольно сложные формулы, не находишь? — ответил я, смотря на него. — Да, но в дальнейшем станет легче понимать, что мы делаем. Формул много, но они обычно зависят от того, какого размера или формы должен быть окончательный вариант преображения, — ответил он, смотря в сторону двери, из который появился Блейз. — Тоже много читал, пока не поступил в Хогвартс? — заинтересованно спросил я с улыбкой. — Не больше тебя, судя по всему. Отец тебя обучал? — спросил он, кивнув в знак приветствия Забини. — Доброе утро, парни. Кто готов к встрече с грозной МакГонагалл? — с лукавой улыбкой спросил нас мулат. — Мы готовы, а вот ты? Да, отец меня учил, Драко. И его помощники, — ну не буду же я говорить им о слугах, ведь для них это простые домовики, и они не знают, что кто-то другой может прислуживать. А вот для меня слуги — демоны, которые многому научили меня. — Я готов, а ты, Малфой, изучал эту отрасль магии? — спросил у блондина Забини. — Конечно, Блейз, — сказал он, подчеркнув имя, — ведь мои родители не хотели, чтобы я прослыл неучем. Мулат фыркнул, переведя свое внимание на приближающихся девочек. — Леди, как приятно видеть вас этим утром, — с улыбкой поздоровался с ними Забини. — И тебе доброе утро, Блейз, — спокойно ответила Панси. Другие просто кивнули, как и мы с Драко. Говорить пока не особо хотелось, так что мы наслаждались тишиной. Вскоре пришел староста, и мы отправились на завтрак. В Большом зале было, как и вчера, шумно, так что мы спокойно расселись по местам, приступив к трапезе. В этот раз я уделил внимание более сытному варианту. Лилит бы понравился мой выбор. На трансфигурацию, куда нас снова проводил Флинт, мы пришли вовремя (в отличие от гриффиндорцев). Но и профессора не наблюдалось на месте. Когда все наконец-то расселись, кошка, что сидела на столе, спрыгнула, в одно мгновение превращаясь в МакГонагалл. Надо же, а я не знал, что она анимаг. Эту отрасль магии редко изучают. Считается, что она сложна и даже опасна. Хотя МакГонагалл же профессор трансфигурации. Так что это не так уж и необычно, ведь анимагия — высшая ступень её предмета, который, судя по всему, она знает очень хорошо. — Доброе утро, класс. Сегодня вы начнете изучать новый предмет. Трансфигурация довольно многогранна. Вы можете превратить практически что угодно во все, что пожелаете. И живое, и неживое. Даже сами себя. Есть разные виды превращения. Как вы заметили, я анимаг, что тоже входит в мой предмет, но в школе этому не обучают. В будущем вы поймете причины. Для правильного преобразования предметов необходимо много нюансов помимо формулы и взмаха палочки. Например, чтобы добиться достоверности, вы должны как можно четче и полнее представить то, что хотите получить в итоге. Магия, как и все вокруг, строится на вашем желании. Так и в моем предмете. Но необходимо быть сосредоточенным, при применении заклинания это очень важно, ведь ошибка часто приводит к весьма неприятным последствиям. На наших уроках мы изучим теорию преобразования неживого в неживое и проведем практику. И прошу заметить, что я не терплю шума и нарушения дисциплины. Так что если вы хотите дальше обучаться моему предмету, вы должны помнить об этом. Дальше началась лекция о свойствах различных материалов и важных моментах о том, как нужно представлять их преобразование. Самое легкое, как я понял, для начала работы — это дерево. Так что в конце урока я не был удивлен, увидев перед собой деревянную спичку. Но само задание заставило меня улыбнуться. Очень сложно представить, как кусок дерева, превращается в тонкую и изящную металлическую иголку. В этом и было главное испытание. Понять, насколько хватит твоего желания и воображения для дальнейшей практики. Моего, хвала Всевышнему, хватило. Но я долго думал о моменте перехода дерева в металл, так что немного затянул с выполнением задания, и меня опередила девочка с Гриффиндора. Хотя и не удивительно — она уже заработала статус заучки и зубрилки, судя по недовольным взглядам её сокурсников. И это самый благородный факультет? Хотя чему я удивляюсь? Львы не самые лучшие представители животных. Ведь они весьма жестоки и могут убить собственное потомство. Даже здоровое. За другими животными такого не водится. Так и представители этого факультета, как я погляжу, весьма оправдывают мое мнение об их гербе. Такие же надменные и жестокие. Да и цвета. Кровь и золото. Кто говорил о свете и чистоте? Глупо считать, что на Гриффиндоре не могут учиться предатели и убийцы. Но я опять отвлекся. Иголка у меня все-таки получилась, что подарило мне пять баллов, как второму в классе. Но меня это совершенно не расстроило. В конце концов, у меня не было цели стать лучшим в школе по успеваемости. Я и так знаю свою силу и умения. И выставлять это я не намерен. Все-таки я не дома. ЗОТИ меня разочаровало. Когда Пьюси нас вел после обеда к кабинету, я успел вспомнить все заклинания и щиты, которые могли бы пригодиться, но… Профессор Квиррелл оказался слишком нуден и академичен. Он не хотел учить нас практике, так как считал, что для первокурсников это не важно. Я же просто сидел и пытался не уснуть под его монотонную лекцию. Как и Блейз, стоит заметить. Но, хвала Всевышнему, рано или поздно всё заканчивается, даже пытки в аду, так что мы выдохнули, когда услышали гонг, означающий конец лекции. На Историю магии мы шли уже уставшими. Так что никто бы не удивился, увидев, что практически все ученики уснули на уроке призрака. Хотя вначале я был обескуражен, увидев его возле доски, но оказалось, что он и есть преподаватель. Но более интересным смерть его, к сожалению, не сделала. Так что мы со спокойной душой уснули, заранее зачаровав перья на диктовку профессора. Хорошо, что я знал некоторые заклинания. А Блейз так вообще был в восторге от моего решения. После уроков мы решили прогуляться во внутреннем дворике, к тому же нам вполне понятно объяснили дорогу, в которой не были задействованы движущиеся лестницы. Так что мы спокойно вышли на улицу, что оказалось весьма неплохой идеей. Погода была чудесная. Оказывается, что и днём, при свете солнца, замок прекрасен, но выглядит немного массивней, чем ночью казалось. Драко и Блейз сели на скамейку у какой-то забавной статуи и стали обсуждать будущий урок полетов, а я стоял неподалёку, подставив лицо под лучи солнца. Мне не хватало таких простых действий в моей жизни. В аду нет ни неба, ни солнца. И летал я в адских пещерах с помощью магии отца, он создавал мне призрачные крылья, которые держали меня в воздухе, и управлял ими сам. Хотя позволял мне чувствовать всё, в том числе и свободу полета. Люцифер был не просто родителем для меня, но и другом. И летать мы обожали. Вдруг к нам спикировала сова. Я внимательно посмотрел на невзрачную, серую птицу, которая протянула мне небольшую записку. Я осторожно взял её, стараясь избежать острого клюва. Развернув известие, удивленно уставился на строки, написанные ровным красивым почерком с небольшими завитками. Темно-бордовые чернила и желтый пергамент напомнили мне Гриффиндор. Хотя директор в свое время учился именно там. В записке он просил меня подняться к нему в кабинет. И сказал, что после прочтения ко мне подойдет сопровождающий. Надо сказать, что я был удивлен, увидев домового эльфа. — Гарольд Поттер, сэр, Типпи проводит Вас к директору Дамблдору, — спокойно проговорил он. Я кивнул и махнул рукой удивленным Малфою и Забини. — Встретимся в гостиной. Там и поговорим, — с этими словами я последовал за эльфом. Идти, на мое счастье, пришлось не по двигающимся лестницам. Но, как я понял, проход был тайным и вёл только к кабинету директора. Но это может вполне мне пригодиться в будущем. Вскоре мы встали перед горгульей, и я назвал пароль, что указал мне профессор: — Сладкие тянучки. Горгулья отъехала, сложив крылья, а я встал на лестницу, что начала, крутясь, поднимать меня наверх. Я постучал в дверь, перед которой оказался, и она распахнулась. Кабинет директора напоминал склад антикварного магазина. Столько старинных безделушек и действительно ценных артефактов я ещё не видел. Пройдя к середине кабинета, я увидел массивный стол, заваленный свитками, а по краям — книгами, слева от которого стояла жердь с Фениксом. Это животное удивленно уставилось на меня. Да, чует во мне часть Люцифера. Я надеялся, что директор не имеет полную связь с ним: мне бы не хотелось, чтобы Дамблдор знал о моей природе. Пусть мой отец и говорил, что ему можно верить. Послышалась легкая поступь, и я обернулся, встретившись взглядом со сверкающим голубым цветом взором. Надо сказать, что у этого волшебника очень живые глаза. Это было явным отражением его души и, если честно, мне нравилось то, что я вижу. Я немного стал понимать отца. Правда, у директора было небольшое пятно в ауре. Сильное сожаление и боль от потери преследовали его. Но думаю, что это и не удивительно. Дамблдор прожил очень долгую жизнь, так что я удивлен, что пятно всего лишь одно. — Мистер Поттер, я рад, что вы пришли так быстро, — с легкой улыбкой сказал он, — Присаживайтесь, разговор не столь короток, чтобы провести его на ногах. Я кивнул, спокойно глядя на него. — Чая или сока? — Воды с лимоном, — с улыбкой ответил я. Это лучшее средство от зелья правды, ведь сок лимона способен его показать, оставив напиток слишком прозрачным. Тогда как если бы это была только вода, она лишь слегка помутнела бы от кислоты цитруса. — О, я вижу, вы многому научились, пока вас искало всё магическое сообщество. Я только пожал плечами, принимая летящий по воздуху стакан. А он силен, ведь делает это все без палочки. — Но я не преступник, чтобы травить ребенка зельями. Пусть и столь взрослого на вид, — закончил он с легкой улыбкой. — Вы сказали своему декану, что вас усыновили. Это был ритуал или просто признание кровного родства? — А это настолько важно? — спросил я с вежливой улыбкой. — Да, ведь при кровном родстве защита вашей матери вам поможет во многом. Вы же, должно быть, знаете всю эту историю, мистер Поттер? — Да, директор Дамблдор. Мой отец дальний родственник Поттеров по крови. Он кивнул, с явной улыбкой: — Что же, это очень хорошая новость. И чему тебя обучали? — Всему, правда, трансфигурация — новый предмет для меня. А вот историю магии я, пожалуй, знаю не хуже вашего преподавателя. Директор лукаво улыбнулся. — Открою вам секрет, мистер Поттер, многие знают её лучше, чем профессор Бинс. Я удивленно посмотрел в глаза Дамблдору и почувствовал легкий ментальный толчок. — Я владею окклюменцией, профессор, — чуть укоризненно заметил я. — Но почему вы тогда не найдете нового преподавателя истории? Ведь предмет важен, — с удивлением спросил его я. — Попечительский совет не хочет открывать новую должность и платить кому-то. Ведь профессор Бинс бесплатно работает. Я поморщился. Эти люди слишком сильно зависят от золота. Они стали хуже гоблинов, да простит меня Всевышний за такое сравнение. Но алчность явно их главный грех. — Но я не о профессоре хотел с вами поговорить. Дело в том, что я ваш магический опекун, меня назначили ваши родители согласно завещанию. И я должен знать, где и у кого вы живете. — Отец сказал, что вам можно верить, но не думаю, что вы примете мои слова. А врать я вам не намерен, — спокойно ответил я, смотря на Феникса. Тот недовольно курлыкнул. — Странно, Фоукс опасается тебя, — удивленно заметил состояние своего питомца директор и тут же уставился на меня, поправив очки. — О, что я вижу. Демоны, ну надо же. Тебя воспитывали не на земле? — Откуда вы узнали? — удивленно спросил я, проколовшись. Ну почему я не промолчал? — Значит, я прав. И кто, если не секрет? — Их хозяин. Дамблдор ошарашено уставился на меня. Хорошо хоть не перекрестился. Маги в этом плане намного терпимее. — Я его потомок. — Ты потомок Люцифера?! — удивленно воскликнул Дамблдор.