Потомок Люцифера.

      Очнулся я на чем-то твердом. Хотя, «очнулся» — довольно громкое слово. Ощутил себя и свое место в пространстве — будет точнее. Все тело ломило так, будто я несколько дней без перерыва тренировался с Лилит. Я чувствовал какую-то пустоту и холод, что было очень непривычным для меня. И у меня не получалось открыть глаза. Хотя, я слышал голос, который звал меня, и я очень хотел пойти за ним, но что-то меня не пускало. Какая-то сила удерживала меня. Сквозь легкий шум я слышал слова, среди которых упоминалась и моя печать, что некогда поставил мне Смерть.       Как сквозь вату, я слышал голос отца. И понимал, что пока я здесь. И, судя по всему жив, раз ощущаю боль. Хотя, не был так уж и уверен, раз все еще не смог открыть глаза. Главное, что я чувствовал свое тело. Это многое значило. Но, было еще нечто новое во мне. Точнее было непривычное. Я не ощущал магии. Значит, вот чем была плата за тот ритуал? И тут я почувствовал знакомый вкус. Чистая сила, сладкая, как мед, полилась в мое горло, вместе с кровью создателя. В следующий миг я резко открыл глаза.       Надо мной склонился Люцифер и его отец, который залечивал порез на своей руке. И на моей. Как я почувствовал, по телу стала растекаться родная магия, знакомая до боли, и я вздохнул свободней. Все-таки такая плата была мне не по душе, и я рад, что получилось изменить это. Я попытался заговорить, но понял, что у меня не выходит. Но вот Всевышний начал разговор сам, правда, с моим отцом, а не со мной. — Он лишил крыльев твоего брата, ты понимаешь, что это значит для него? — спросил его отец, а я был удивлен этим словам. Не этого я желал, вырисовывая символы ритуала своей кровью. — А твой Гарри скоро окончательно придет в себя. Но уже не будет таким могущественным. — Почему? — спросил отец очень хриплым голосом. Видимо, сильно переживал за меня. Я же мог только молча смотреть на них. — Потому что я не могу полностью отменить последствия его действий. В нем больше нет его магии. Личной. Только дарованная мной. И ты, мальчик, должен распоряжаться ей с умом. И во благо. — Почему? — прохрипел я, задав тот же вопрос, что и мой отец. — У тебя еще много врагов, Гарольд. И я не мог оставить своего родственника слабым и беспомощным.       Я удивленно посмотрел на него. — Спасибо, — прошептал я, прикрывая глаза. На меня накатила волна слабости. — Спи. Теперь все будет хорошо, — послышался далекий голос отца, и я с улыбкой погрузился во тьму.       Может, мой главный враг и жив, но теперь не опасен для меня. Ведь он простой смертный. И не имеет такой защиты, как я. Хотя, я мог и ошибаться. Ведь я еще не так умен и прожил слишком мало, чтобы судить столь древних существ. Но, судя по тому, что меня поддерживал Всевышний, правда была на моей стороне.       В следующий раз я очнулся на мягкой поверхности, но совершенно в незнакомой комнате. Здесь было очень светло и легко. И ощущения во всем теле были непревзойденные. Подобное чувство меня одолевало лишь в момент полета. Я вздохнул чистого и вкусного воздуха полной грудью и улыбнулся, не открывая глаз. Сбоку послышалась возня и моего лба коснулась знакомая с детства ладонь. Отец был рядом со мной. Я медленно открыл глаза и посмотрел на него. Люцифер был напряжен и явно думал о чем-то не совсем приятном. Я немного напрягся, и нахмурился, смотря еще более пристально. — Я чуть не потерял тебя, сын, — тихо прошептал он. — И ты теперь слабее, чем был прежде. Нужно придумать другие тренировки. Я не хочу, чтобы впредь ты так рисковал.       Я закатил глаза, улыбаясь. В очередной раз, находясь на краю пропасти, я не упал в пустоту. Я среди живых. Как бы ни старались мои враги, я еще дышу и до сих пор обладаю силой. Пусть они и уменьшилась, но магия все еще при мне. Я взмахнул рукой создавая птиц, которые тут же запели приятную мелодию. Я не ощущал, что стал слабее. Скорее наоборот, чувствовал прилив сил. — Но я не чувствую, что во мне меньше магии, отец, — прошептал я, поняв, что мне, почему-то, тяжело говорить. Но не стал заострять на этом внимание. — Всевышний дал тебе очень много крови. Уже после меня. Ты больше не человек. Но отец позволяет тебе жить на земле, ведь твоя сила не столь велика и будет влиять на его создание. А мне придется продолжить свою работу. Хотя, я теперь могу спокойно покидать ад, по своей воле и на любое время. — Он нашел выход, чтобы никому не было плохо от твоего присутствия на земле? — удивленно спросил его я, ощущая, что голос возвращается. — Да. Мы сделаем артефакт, но это не важно, Гарри. Ты победил. Я рад, что все получилось. Хотя, и цена была довольно высока, — он помрачнел. — Главное, что ты свободен, отец. Я делал все ради тебя. Мне, пока, ничего не нужно.       Он фыркнул, проведя рукой по моим волосам. Которые, судя по ощущениям, все растрепались и спутались, пока я лежал. — Со временем, все поменяется. Но, надеюсь, в лучшую сторону. Завтра нужно идти к Малфоям. Я купил для тебя новый костюм.       Я вновь закатил глаза, представляя, что он вновь накупил кучу тряпок, половину из которых, я, скорее всего, так и не надену. — Он, конечно, был необходим, — фыркнул я, а он улыбнулся, расслабив плечи. Видимо он начал успокаиваться. И крылья перестали постоянно двигаться, что вызвало у меня непроизвольную улыбку.       К вечеру я уже смог встать, чтобы выйти на ужин. Мы были все еще в гостях у Всевышнего и за столом была вся его семья. И мой отец в том числе. Люцифер тут же подскочил ко мне, забыв о приличиях, вызвав тем самым у большинства присутствующих улыбку. Я фыркнул, спокойно беря его за руку, и он подвел меня к месту рядом с собой. Стал накладывать гору еды и молча поглядывал по сторонам. Он все еще волновался, но я не подал вида, что замечаю это.       Оглядев тарелку, и заметив гору мяса и овощей, я приступил к трапезе, как и другие. Все было безумно вкусным, я никогда не ел столь изысканной на вкус еды. Отец с улыбкой наблюдал за мной, как и всевышний. Я же всеми силами пытался их игнорировать. Вскоре все закончили, и молча пили разные напитки. У меня был апельсиновый сок, видимо, для придания сил. Хотя, я чувствовал себя намного лучше. Правда, до сих пор не верилось, что все так обошлось. И мне вернули мою магию так скоро, что я даже не успел ничего понять. — Гарри, ты же понимаешь, что ты теперь практически равен моим детям? — спросил меня Всевышний. Я осторожно кивнул, а Люцифер напрягся, смотря на своего отца. — Но я не буду поручать тебе работы. Ты можешь оставаться на земле, пока не надоест. Все-таки кто-то должен приглядывать за моим творением изнутри, — с улыбкой заметил он, а я оторопело кивнул. — Отец, ты доверишь ребенку следить за магами и людьми? — удивленно спросил у него Михаил.       Создатель удивленно посмотрел на него и фыркнул, с улыбкой вернув мне свое внимание. — Этот ребенок только что лишил одного твоего брата крыльев и бессмертия. А второго — вернул домой. Так что не стоит обижать моего внука, — заметил Всевышний. — Единственного в своем роде, могу заметить.       Все молча уставились на меня. — Так что вам пора домой. Небо может слишком повлиять на твои силы Гарри, и тебе будет сложнее на земле, не говоря уже про Ад. Так что не стоит находиться здесь слишком долго. — Хорошо. Спасибо вам, Всевышний.       Он фыркнул, но ничего не сказал. Мы встали, идя к выходу из дома. Все, кроме меня, Люцифера и его отца остались в столовой. — А можно вопрос? — Да? — вскинув бровь, спросил меня Создатель. — А какое у вас имя? — он рассмеялся, откинув голову. Я удивленно следил за его реакцией. — У меня нет имени, Гарри. В этом суть моей силы, — говорил он, ведя нас к выходу. — Я не завишу ни от чего. Я выше условностей и многого другого. Но не думай, что сменив свое имя или отказавшись от имеющегося, ты сможешь быть подобным мне. Я заметил, что тот, кто виноват в смерти твоих родителей практически добился этого. Но он очень ошибается. Ведь его мать нарекла его именем. В этом и была сама магия и суть его. — А вам почему не дали имени? — Она не успела. Да, у меня были родители, как и у Смерти. Но они погибли, дав нам жизнь. Хотя, я и не могу точно сказать, что тогда произошло. Но имен у нас с братом нет. Он младше, как мы поняли потом и полная моя противоположность, хоть мы и близнецы.       Я удивленно уставился на Всевышнего, остановившись. Он улыбнулся, смотря на мою реакцию. — Но он полная моя противоположность. Я создаю, а он — разрушает. Знал бы ты, как нам не просто в детстве было делить игрушки.       Я не стал говорить, что с того времени мало что изменилось, но удивление все еще не уходило из моего разума. — Вам пора. — Пока отец, думаю, скоро увидимся, — сказал Люцифер, с напряжением смотря на нас. Но я не стал спрашивать его, почему он так недоволен. Или — чем. — Не сомневайся, Люци, — усмехнулся он и щелкнул пальцами. Мы оказались на земле, в каком-то красивом саду. — Все в порядке? — спросил меня Люцифер, а я кивнул, сдержав смешок.       Я ни разу не слышал, чтобы его имя сокращали. Он улыбнулся и в следующее мгновение мы оказались дома. Ад больно ударил меня своей темнотой и жаром, отчего у меня закружилась голова. Отец поддержал меня и усадил в кресло. — У меня было более плохое состояние, когда я здесь оказался впервые, — тихо сказал он. — Привыкнешь со временем. К тому же нам все равно можно будет подниматься наверх так часто, как захотим.       Я кивнул, соглашаясь с ним. Он поднял меня на руки, а я чувствовал такую слабость, что даже не стал сопротивляться. По дороге нам попалась Лилит и стала ходить вокруг нас, внимательно разглядывая меня. И заметив что-то, удивленно посмотрела на отца, но ничего не стала спрашивать. Они дошли до моей комнаты и уложили меня. Уснул я очень быстро. Мне просто нужно было закрыть глаза.       Проснулся я сам, и до сих пор ощущал давление ада. Если я раньше думал, что не очень хорошо здесь себя чувствую, то теперь я ощутил это в полной мере. Рядом с моей кроватью сидела Лилит и что-то читала. Заметив, что я проснулся, она подскочила и протянула мне стакан воды. Я удивленно вскинул бровь, но все выпил, почувствовав в воде восстанавливающее зелье. Я понял, кто его приготовил, но не стал ни о чем спрашивать. — Люцифер сказал, что ты практически погиб. И теперь ты не человек. Ты все еще хочешь, чтобы я была твоим учителем? — Почему я должен передумать? — удивленно спросил я. Голос со сна был немного хриплым и я все еще ощущал слабость. Хотя, думал, что в небе будет легче. Или на земле. — Ты больше не человек, Гарри. А наши виды не особо дружат.       Я удивленно посмотрел ей в глаза. — А как же мой отец? Неужели он плохо к тебе относится? — спросил ее я, внимательно смотря за ее реакцией. — Нет, — быстро ответила она. — Но ты другой. Я ощущала себя равной тебе. Но не теперь... — продолжила она, погрустнев.       Я фыркнул и поднялся с кровати, подходя к ней и вставая на колени возле нее. — Ты не просто равна мне, ты для меня как сестра. И ничего не изменит моего отношения к тебе. Ведь только благодаря тебе и твоим урокам я сейчас жив и говорю с тобой. Без тебя мне бы и магия не помогла бы.       Она фыркнула и провела рукой по моим волосам. — Я рада, что ты не меняешься, Гарри. Все-таки у тебя прекрасная душа. И теперь это еще более видно. Да, тебе нужно начинать собираться. Если не хочешь опоздать к Малфоям.       Я кивнул и поднялся с колен, идя в ванную. Душ разбудил меня окончательно, и я стал чувствовать себя лучше. Обсушив себя магией, и не почувствовав разницы с тем, что было раньше, может они ошиблись, и я не стал слабее? По крайней мере, я на это надеялся. Зайдя в гардеробную, я заметил чехлы с новой одеждой. Взяв с надписью: «Бал», я открыл ее и увидел прекрасный смокинг, вполне себе в классическом исполнение, правда, брюки были уже, чем положено. К тому же здесь была мантия с изумрудной подбивкой, в цвет глаз и под запонки, которые были в коробочке кармана смокинга. Я фыркнул и стал одеваться.       Вскоре я вышел из комнаты и увидел в гостиной Люцифера и Лилит. Они о чем-то говорили и широко улыбались. Это улучшило мое настроение, и я наложил на себя чары, чтобы не помять и не замарать вещи. Сев в свободное кресло, я призвал себе чашку чая. Кофе не хотелось. Отец проследил за моими манипуляциями, но ничего не сказал на этот счет. — Как ты себя чувствуешь? — он все-таки не выдержал и задал вопрос.       Я улыбнулся, чуть не фыркнув в горячий напиток и не расплескав его. Хотя, магия должна будет защитить меня от такого. Правда, сейчас во мне не было такой уверенности. Ведь мне говорили, что теперь я слабее, чем был. Но в чем именно? — Хорошо, но вы говорили, что я слабее, но в чем? Я такого не чувствую?       Люцифер удивленно посмотрел на меня и спросил: — Ты ничего не заметил? Странно, посмотри на руку.       Я последовал за его взглядом и увидел девственно чистую кожу там, где должна была быть метка Смерти. — Отец сказал, что она может только помешать, но ты теперь более уязвим, хотя ты и не человек. — Но в чем слабость? — удивленно спросил его я. — Если тебя захотят убить, то у них получится, Гарри. Смерть теперь влияет на тебя так же, как на всех существ, людей, магов и небесных воинов с архангелами. Только Всевышний выше этого, но ты — не он. — Да, но с чего бы я собирался умирать? Ты думаешь, что есть такая вероятность?       Люцифер пожал плечами, отпив свой напиток. — У тебя есть еще враги, сын. И, боюсь, что все еще может измениться и не в лучшую сторону. Тренировки возобновите уже в школе. Пока, тебе нужно полностью восстановиться. Я побуду с тобой на Балу, Люциус уже в курсе, что я буду присутствовать.       Я широко улыбнулся, услышав это. И был безумно рад, что отец сможет развлечься вместе со мной и моими друзьями. — Лилит тоже там будет, ее Снейп пригласил, — сдал нашего демона Люцифер, а я фыркнул, смотря на нее. — Я рад, что у вас все хорошо. Когда идем? — Через час. Можешь отдыхать. Или позавтракать, тебе нужно быстрее восстанавливаться.       Кивнув отцу, я вышел из зала и вернулся в свою комнату. Взяв книгу, благодаря которой я смог победить, я принялся изучать другие ритуалы, которые могли бы мне понадобиться в жизни. Все-таки я не думал, что все будет так уж хорошо. В конце концов, знать — не значит использовать. Я так зачитался, что не заметил как прошел час. Ко мне в комнату зашли Лилит с Люцифером и вскоре мы перенеслись в знакомый Менор. Мы уже были здесь не в первый раз, так что теперь мы смогли перенестись не к воротам, а к дверям дома. Они открылись перед нами, и мы вошли в холл, где нас встречали хозяева дома. — Мистер Поттер, рад встрече. Люцифер, Лилит, — поприветствовал он всех нас.       Я удивился тому, что он так спокойно назвал отца по имени, но не стал заострять на этом внимание. Хотя, скорее всего зря, но после того, что произошло за эти каникулы, я уже не хотел ничего знать. Мне нужен был отдых от интриг.       Домовик проводил нас в Бальный зал, где было уже несколько гостей. И мой декан в том числе. Он быстро приблизился к нам, забирая у нас Лилит. Я же с отцом подошел к столу с напитками. Он налил мне сок, а себе - вино. Мы спокойно попивали из бокалов, и не заметили, как народу заметно прибавилось. Вскоре вернулись хозяева, а это значило, что все уже в сборе. Да, Блейз был прав, вечеринка явно будет скучной. По крайней мере, для нас.       Нашел своих друзей я только час спустя, оставив отца с Люциусом. Они о чем-то говорили, а я не стал вслушиваться, решив, что отец и без меня со всем справится. Не то, что мне не было любопытно, просто я знал, что если это важно, то отец сам мне обо всем расскажет. Все-таки этот Архангел не умел врать или скрывать нечто важное. Что было на руку всем, кроме него. — Гарри, как я рад, что ты все-таки пришел, — с широкой улыбкой сказал Драко. — Блейз где-то здесь, пытается сбить девочек со следа.       Я фыркнул, представляя эту картину. Но вскоре Забини нашел нас, и мы сбежали в соседнюю комнату. Где, к счастью, никого не было. — Как проходят каникулы? — спросил я парней, они стали по очереди рассказывать, о том, как им скучно и холодно, я с улыбкой слушал их, вспоминая свои «веселые» выходные. Но я, к сожалению, о таком рассказать не мог. — А ты как, Гарри? Выглядишь как-то странно, — вдруг спросил меня Драко. Я удивленно устаивался на него, не понимая, что он имеет ввиду. Он явно занервничал, но продолжил. — Я немного чувствую силу других волшебников, и твоя немного изменилась, — он слегка покраснел. — Ничего страшного, я немного поранился во время тренировки со шпагой, но уже все хорошо, — не моргнув глазом, соврал я.       А что я мог им сказать? Что совершил ритуал, за который грозит поцелуй Дементора, над Архангелом, сделав его тем самым — смертным? Думаю, меня тут же сочли сумасшедшим. Или поверили бы, но стали относиться по-другому. С испугом, скорее всего. Хотя, может я зря так судил о своих друзьях? Но мое мнение ничего не поменяет. Я все равно не могу рассказать им правду. — Ладно, не будем допрашивать, — сказал Блейз, махнув рукой. — Не стали же тебя пытать, когда ты стал намного сильнее за один час.       Я напрягся, смотря на них. — Не переживай, мы никому не сказали, и дали друг другу обет, чтобы не проболтаться. Ты нам друг. И мы не будет предавать тебя или рассказывать твои секреты. Даже родителям.       Я был ошарашен такой новостью, но в душе я ликовал. У меня были потрясающие друзья. И с ними я смогу все. Даже победить Смерть.