Часть 7
8 июня 2017 г., 20:23
Машина остановилась на парковке дорогой частной клиники. Егор вышел из машины, открыл Нади дверь и подал ей руку.
-Куда ты меня привёз?
-Сейчас сама всё узнаешь. А будешь плохо себя вести я тебя дома накажу.
Егор взял Надю за руку и они зашли внутрь. На ресепшене Егор назвал свою фамилию и им сказали в какой кабинет проходить.
-Егор, дорогой. Я очень рад, что вы приехали. Присаживайтесь — доктор улыбался во все 32 зуба.
-Надюш, я доктор Соколов. Личный врач семьи Егора. Он мне рассказал о твоём состоянии, о попытке самоубийства. И я хочу с тобой поговорить. Егор можешь выйти и оставить нас?
-Если, что зовите — Егор покинул кабинет.
-Надюш, ты можешь довериться мне и рассказать о том, что тебя тревожит.
-Меня тревожит Егор, он псих. Надо было не меня вести к психиатру, а его. Знаете сколько боли он мне причинил? — Надины глаза наполнились слезами.
-Тише, Надюш, успокойся — Соколов подошёл к Нади, вколол ей в шею снотворное и позвал Егора.
-Егор, я сделал так, как ты сказал. Она считает тебя психом и нормально поговорить не удалось.
Егор взял Надя на руки, вышел из клиники, положил её на заднее сиденье машины и отправился домой.
В доме Егор отнёс Надю в комнату, проделал определённые манипуляции и оставил Надю до утра.
-Это твоё наказание, куколка. До завтра.
На утро Егор зашёл в комнате, где оставил Надю. В ней можно было увидеть узкое ложе с ремнями, столб для фиксации с деревянными колодками, свисающие со стен цепи с кольцами, клетку и какой-то странный ящик в одном углу, и хрупкий девичий силуэт, распятый с помощью растяжек и цепей на островерхой «деревянной лошадке» в другом.
Из одежды на Наде был только латексный корсет. Голова девушки была затянута в глухой, облегающий латексный шлем, устало свешивалась на грудь, насколько позволял стальной ошейник и цепь. Кляп на шлеме был снабжён тонкой резиновой трубочкой, из которого стекала тоненькая ниточка слюны. Острый верхний край бревна впивался в киску, в самое нежное место между губками.
Под Надину попку было подложено что-то вроде кожаного седла для верховой езды, правда, намного неньше по размерам. Согнутые в коленях ноги девушки были заведены назад, и цепь, переброшенная через бревно, обеспечивала им относительную поддержку. Руки девушки были раскинуты в стороны и привязаны в локтях на распорке, насколько позволяла цепь наручников. Наручников было две пары: одна — на запястьях, и вторая — повыше локтей. Браслеты были кожаные, их туго натянутые цепи тоже находились за спиной. Торс и талию Нади поддерживал плотный резиновый корсет. Два массивных латексных стержня были установлены вертикально на поверхности «седла» — дильдо и батт-плаг, до основания вошедшие Нади в оба её нижних отверстия.
Егор подошёл и погладил Надю по тугой резиновой щеке, зашёл с другой стороны, ощупала шлем сзади, нашел шнуровку и осторожно принялся её распутывать. Когда он дошла до середины, раздалось мычание и тихий стон.
— Тихо, куколка — прошептал Егор.
Егор ослабил шнуровку на четырёх последних дырочках, высвободил нижние края маски из-под железного ошейника и потянула латекс вниз и вперёд. Надя замычала, затрясла головой и бросила на Егора из-под маски умоляющий взгляд. Егор натянул маску обратно и принялся возиться с кляпом. Кляп был надувной и заполнял рот девушки до отказа, вытащить его просто так было просто невозможно. Нащупав клапан Егор надавил на него, воздух с шипением вышел, маска соскользнула, и взору Егора предстало измождённое Надино лицо.
Егор повертел в руках снятый с Нади резиновый капюшон, сделанный специально по его заказу. Толстая, литая резиновая маска была выполнена в точности по форме девичьей головы и лица. В ней не было ни прорезей для глаз, ни дырок для ушей, только два отверстия для ноздрей с коротенькими трубочками, которые вставлялись в нос. Внутри капюшона был кляп — продолговатая резиновая груша, полая внутри и вся усаженная толстыми короткими резиновыми бугорками. В кляпе было маленькое отверстие — сток для слюны. Напротив ушей внутри торчали силиконовые пробки берушей. Низ маски — воротник и прочее — представлял собой высокий шейный корсет.
Освободив Надю полностью Егор взял её на руки и отнёс в душ. Егор искупал Надю, тщательно вымыв её, затем аккуратно побрил мелкий пушок на лобке, смазал всё Надино тело ниже шеи мазью, которая была смыта через несколько минут.
-Волосы в местах, смазанных мазью, расти не будут — съязвил Егор.
Вытащив Надю из душа Егор вытер её махровым полотенцем, одел и понёс на кухню.
Принеся Надю на кухню Егор приковал её наручниками к стулу, одел ей слюнявчик и стал кормить.
-Надюш, со мной шутки плохи. Если будешь себя плохо вести наказания будут только хуже. Я не хочу причинять тебе боль. Веди себя хорошо, ты меня поняла?
-Да — с ноткой обиды проговорила Надя.
