Осколки любви

Я сидела на диване и читала книгу. Адриан дома не появлялся, да и мне не особо хотелось видеть его, так как он хорошо разукрасил мне лицо. Хорошо хоть Ани и Макса на репетиции не было. В конце концов, я совсем отвлеклась от чтения и принялась размышлять обо всём, задумчиво смотря в окно. Куда мог пойти Адриан? Учитывая то, что он не из робких и рыдать в плечо другу не будет, то скорее всего хотел пойти развеяться. Может, кафе? Нет. Адриан сам говорил, что ненавидит эти дружеские посиделки в ресторане. Может, он пошел на своё любимое фехтование? Я знаю, что когда он расстроенный, то идёт тренироваться, выплеснуть всю злость. Эх, где же он? Ближе к девяти вечера скрипнула входная дверь. Я вздрогнула и прислушалась, а затем вышла в коридор. Там стоял Адриан. Хотя, стоял — это громко сказано… Еле держался на ногах, оперевшись об дверь. — О! Али-и-и-на! Готовь ужи-и-н, парень вернулся с рабо-о-ты! — Ты пьян? — тихо спросила я. — Ну что ты! Я трезв, как пробка-а! Он схватил меня за запястья. Я вскрикнула и, вырвавшись, убежала. Ноги самии принесли меня на этаж выше. — Кто? — Кастиэль, это я, Алина. Открой, пожалуйста. — Алина? — Дверь распахнулась. — Какими судьбами? Заходи. — В общем, Кас… Мы сидели на кухне красноволосого втроём. Я, Кастиэль и Лизандр, гостивший у друга. Я поведала им эту историю, мальчики внимательно слушали, не перебивая. — Мне страшно возвращаться в квартиру… Он в неадекватном состоянии. — Я понимаю, — Кас вздохнул. — Ладно, заночуй у меня. Утром вместе с тобой пойдём. — Спасибо, — я выдавила из себя подобие улыбки. — Ты уверена, что он пьян? — подал голос Лизандр, не проронивший до этого момента ни единого слова. — Абсолютно. Он на ногах еле держался. Да и перегаром несло, — Я поморщилась. — Я постелю тебе на диване. Ты не против? — Конечно, нет, Кастиэль. Спасибо вам огромное, парни, — Я тепло улыбнулась. Лиз ответил на мою улыбку. Положил свою ладонь на мою. — Мы всегда рядом, слышишь? Всегда. Ну, морально так уж точно. А Кас и вовсе живёт этажом выше. После того, как Лизандр ушёл, мы с Кастиэлем немного поболтали и легли спать.

***

— Ты абсолютно не помнишь, что было вчера? — Я снова повторила этот вопрос и снова вздохнула. — Адриан, ты просто алкоголик. Нельзя тебе пить, — хмыкнул Кас. — Говорю же, не помню я и не понимаю, о чём вы говорите. Помню только, что пошёл спать… Один… Алина, а где была ты? — чуть прищурившись и вздернув подбородок, спросил Адриан. — Ты даже в таком состоянии умудряешься ревновать! — всплеснула я руками и укоризненно покачала головой, но все же решила успокоить беднягу и, вздохнув, ответила: — У Каса ночевала. Кажется, мой ответ ничуть не успокоил парня: он продолжал сверлить меня ревнивым взглядом. Я устало потерла переносицу — Адриан, ты во мне сейчас дырку проделаешь, — недовольно заметила я. — Слушай, Адриан, вообще, какого фига ты так напился? — Кас все же решил выпытать у Агреста причины его безудержной пьянки. Тот нахмурил лицо, а потом хлопнул себя по лбу. — Вот я дура-а-ак! Я хотел извиниться. — Перед кем? — вздохнула я. — Перед тобой. Прости меня, — абсолютно не убедительно произнес парень. Я подумала и задумчиво сказала: — А знаешь, Адриан, я тебя не прощаю. Вот так! Я уже устала от твоей ревности. Мне кажется, скоро ты меня к Алекси будешь ревновать! И к Розе. Да что уж там, к Спрингу! Я уже у-ста-ла! — отчеканив по слогам последнее слово, я хлопнула по столу. Кастиэль шепнул мне: «Удачи» и понимающе ушёл. Я раздраженно плюхнулась на диван и грозно посмотрела на пристыженного Адриана. — Алина… Мне правда… Очень, очень жаль. Я обязательно исправлюсь, — Меня, как током ударило. Его слова… Как тогда, в больнице, когда он не мог меня вспомнить. — Я перестану быть таким ревнивым… Обещаю. Я лишь вздохнула и, закрыв глаза, зарылась в любимые шелковистые волосы… — Адриан, знал бы ты, как я устала… — Я поцеловала его в макушку и уже мягче спросила:  — Ты есть не хочешь? Он отрицательно покачал головой и попытался встать. — Без резких движений, алкоголик. — Ты теперь вечно меня будешь называть так? — Ха, неплохая идея. — Слушай… А… Сильно… Болит? — Он указал рукой на мою щёку. Я махнула рукой. — Не-а. Просто неприятно ходить, как жертва пьяной акушерки, — Он прыснул в кулак.

***

— Алина… Алина… Проснись, чёрт тебя дери! — Чего тебе?! — Я сонно повернулась на другой бок. — Одевайся… Нужно сходить кое-куда. — Благославляю тебя. Иди. — Нет, пойдём, — настойчиво повторил он и отнял у меня одеяло. — Изверг. Дуй из комнаты, — буркнула я, подбирая с пола джинсы. Он ушёл. Я оделась, вышла в зал и посмотрела на часы. — Адриан, четыре, мать его, утра. Какого хрена тебе от меня надо? — Не ворчи. Пойдём. Мы вышли из квартиры. Стали подниматься наверх. — Если ты решил разбудить Каса, то меня не радует эта идея. — Нет. Адриан закрыл мои глаза руками и куда-то повел. Скрипнула открывающаяся дверь, и в лицо дунул прохладный утренний ветерок. — Адриан, мать твою, куда ты привёл меня? — Какая ты нетерпеливая, — Он опустил свои ладони. Я шумно выдохнула. Мы стояли на крыше нашего двадцатиэтажного дома. — Вау… Рассвет… То, что я увидела было поистине невероятным зрелищем. Багровый рассвет, переливающийся розоватыми и оранжевыми облачками. Светло-голубое небо без единого облачка и поющие птицы. Дурманящий запах свежего утра и только испечённых круассанов. — Тебе нравится? — вывел меня из раздумий любимый голос. Очнувшись, я чуть поежилась от холода, и Адриан обнял меня со спины. — Это лучшее… Что я когда-либо видела. Я повернулась и, приподнявшись на носочки, обвила его шею руками и потянулась, чтобы поцеловать. Пожалуй, единственный минус в наших отношениях — существенная разница в росте. Мало того, что мне нужно на носочки вставать, чтобы хотя бы поцеловать его, так еще и Адриан вынужден наклоняться ко мне. Все друзья шутят по этому поводу. — Как же я люблю тебя, Адриан Агрест.

***

Вечером я стояла на кухне и готовила жюльен (Это закуска из грибов со сметаной, посыпанное сыром) для Адриана. Он ушёл на фехтование и до сих пор не вернулся. Я посолила грибы и, вздохнув, присела не стул. Дождь начался. А у Адриана зонта нет… Посыпав сыром блюдо, плотно закрыла его крышкой и закутала в полотенце, чтобы не остыло. Мой взгляд упал на телефон, я взяла его и набрала номер. Раздались гудки, и услышала любимый голос. «Привет, это автоответчик Эдриана. Я сейчас занят, оставьте сообщение или перезвоните позже». Я тяжело вздохнула. Скрипнула входная дверь и я выскочила в коридор. Передо мной стоял до нитки промокший Эдриан. — Адриан, у тебя что, новое хобби — заставлять меня нервничать? — Я вскинула бровь и скрестила руки на груди. — Прости, я под дождём бежал. Если ты звонила, то я не услышал. — Я жюльен приготовила. — Мой любимый, — расплылся в улыбке парень, раздеваясь. Я снисходительно улыбнулась. — Дуй в душ. Заболеешь ещё, — Я снова тяжело вздохнула. — С каких пор ты стала такой пессемисткой? А-а-апчхи! — Приехали. Ну-ка… — Я коснулась губами его лба. — Адриан, у тебя температура! Тебе нужно принять душ и быстро в постель! — Есть, товарищ надзиратель! — Адриан приставил руку к виску. — Вольно. Пока Адриан был в душе, я приготовила чай с малиновым вареньем и мёдом. Поставив на поднос горшочек с жюльеном и чашки, понесла всё в зал. После душа Адриан совсем расклеился. Каждые пять секунд чихал, кашлял так, что у меня мурашки по коже бежали, да еще и температура зашкаливала под сорок. Выбравшись на минутку в комнату, я подлетела к шкатулке квами. — Тикки, а ты можешь его вылечить? — Я умоляюще посмотрела на нее. — Прости, Алина, но лечить я могу только тебя, — огорченно развела лапками волшебница. — Ладно, — Я улыбнулась. — Сама справлюсь. Мне пришлось перерыть шкафчики в поисках аптечки, но в конце концов сне удалось найти коробку с медикаментами. Я торжественно зашла в зал, держа лекарства в руках. Увидев гору упаковок, коробочек и баночек, Адриан округлил глаза и с улыбкой на губах, спросил: — Ты меня отравить хочешь? — Вылечить пытаюсь, дурачок, — Я щёлкнула его по носу. — Кхе-кхе-кхе! Ой… Апчхи! Горло-то как болит… — Потерпи, котёночек, — Я погладила его по голове. — Скоро пройдёт. Я сидела рядом с Адрианом до утра и вздрагивала каждый раз, когда он кашлял. Всю ночь он мучился: стонал, переворачивался и бредил. Когда он просыпался со стонами и жалобами на боль в голове или в горле, у меня сердце сжималось, я словно чувствовала его боль. В эту ночь я поняла, как он мне дорог. Я старалась не уснуть и оказывать помощь, когда потребуется, но бороться со сном было не просто, и я задремала. Часа в два ночи я очнулась от сна; Адриан тяжело дышал. Я потрогала лоб. Да он весь горит! Быстро соорудив компресс, приложила к его лбу. Он весь потный. Бедный… Наверное, ему очень жарко. Я вдруг вспомнила один мамин способ, как сбить температуру: дать больному выпить стакан теплой воды с соком лимона. К счастью, у нас нашелся лимон. — Адриан, проснись… Пожалуйста, выпей, — Я протянула ему кружку. Он выпил всё одним залпом. Я укрыла его ещё одним одеялом. — Алина, мне жарко… — Тебе нужно пропотеть. Станет легче. Под утро жар спал. Я убрала одно одеяло и посмотрела на Адриана. Бледный, потный и вымученный. Хорошо, что температуры нет. Я представляю, как он мучается… Даже во сне. Я устало опустила голову и не заметила, как сама уснула…