Мой маленький дьяволенок

Заметя такую реакцию от Кэнди, Кросс немедленно захлопнул раскрытую дверь кладовой. Кэнди упал на пол и медленно стал отползать от двери, закрывая глаза одной рукой, продолжая нести какой-то бред, вперемешку с просьбами не причинять себе боль и утверждениями, что это все нереально, вероятно, чтобы успокоить себя. Повезло, что почти никого в коридоре не было помимо них, а школьные стайки скопились в других концах холла, иначе вокруг этих двоих собралась бы нехилая толпа зевак. И, конечно же, всем бы пришлось объяснять то, что даже Кросс никогда не понимал и вряд ли когда-нибудь поймет. Кэнди все никак не мог успокоиться. Продолжая трястись, Конфетка закрыл лицо руками. Когда Крест отдернул руки Кэнди от его же лица, чтобы посмотреть, не царапает ли себя в припадке шизофреник, то быстро выпустил ладошки скелета, как только увидел его глаза. Они сверкали зеленым цветом, сильно и неестественно пульсируя. Из пустых глазниц шел просто неконтролируемый поток сладких слез, от которых сильно пахло мятой. Большие, отливающие нежно-салатовым слезы капали на пол и разбивались, оставляя после себя мокрые следы. -Его надо отнести к Негативу.-Подумал Кросс. Через силу, Крест все же смог заставить Кэнди принять вертикальное положение. Конфетка сильно шатался, но было видно, что он изо всех сил старается не падать и успокоиться. Под глазницами Карамельки провелись тонкие зеленоватые линии, намекая на то, что Конфета недавно рыдал. Кросс просто вытер несчастному психопату слезы краем своей рубашки. Кажется, шизофреник медленно успокаивался. Дыхание постепенно становилось нормальным, слезы перестали безостановочным потоком литься из глазниц скелета, а сам он перестал шататься, лишь немного покачиваясь. Спокойно выдохнув, Кросс подошел к нему и осторожно закинул его руку себе за плечо. Помогая идти вперед, он внимательно всматривался в лицо Конфетки, стараясь пресечь все признаки того, что у бедняги вновь может начаться припадок. Занятый помощью Кэнди, Кросс не заметил, как мимо них прошел Найтмер. Зато сразу почувствовал его прожигающий взгляд на себе. Сглотнув, Крестоносец не осмелился поднять глаза на предмет своего тихого обожания и продолжил идти дальше, придерживая Карамельку. С одной стороны, Кросса немного пугал этот маниакальный, жгучий взгляд, словно старающийся обратить и Кросса и Кэнди в прах, но с другой стороны, скелету было до чертиков приятно, что Найтмер испытывал пускай даже и зачатки, но ревности. Может, он просто уже полноправно считал Креста своей собственностью, хоть и явно без согласия последнего, но, это тоже было немного, но приятно. С горем пополам и не обращая внимания на смешки остальных учеников, Кросс добросовестно дотащил тело Конфетки до их с Негативом палаты. Открыв дверь, Негатив слегка охренел, а после, проклиная Кросса на чем свет стоит, затащил почти полуобморочного Кэнди внутрь и грубо вытолкнул Креста обратно в коридор Кросс понимал, чем вызвано такое поведение Негатива, и, поэтому, не слишком на него злился. Чувство злобы практически полностью вытеснялось всеоблемьющем чувством вины перед Конфеткой. За что именно стоит себя корить, Кросс пока не знал. Но, это ни на что не влияло. За всей этой детективной поеботней, любовными делами, общением с психами и миссиями невыполнимы, скелет почти полностью забил на учебу. Он слушал учителей вполуха, больше отвлекался. Но, пока, это не было катастрофической проблемой. Значит, об этом можно не беспокоиться. Из-за всех навалившихся на него дел, Крест почти забыл о книге и флаконе из архива. Все еще снедаемый чувством вины, он пошел назад к себе. Хлопнув дверью и пропустив мимо ушей недовольное бурчание Найтмера по этому и другим поводам, Кросс завалился на кровать лицом. Пролежав в положении гузном кверху минут пять, тот все же решил пытаться вести свое недо-расследование дальше. Может быть, так он хотя бы постарается приглушить вину в груди, хоть Крест и не понимал, в чем он объективно провинился перед Кэнди. Подождав, пока Кошмар вновь уйдет по своим делам, Кроссовок лениво извлек из прикроватной тумбочки толстую и слегка пыльную книгу, которую нашел в архиве. На скелета накатила апатия, и делал он все это только из чувства долга (никого не напоминает?). Вздохнув, тот попытался собраться с мыслями и открыл книгу. Первая строка, вторая, третья… Все написанное оказалось, как ни странно, на родном и понятном Кроссу языке, но в то же время было абсолютным бредом, похлеще того, что говорил Кэнди. «Никогда не закрывай лес помимо здания», «Всегда следи за скрипом ворот и смехом леса», «Остерегайся низкой и высокой мелодии». Все эти бессвязные наставления не имели никакого смысла, заставляя мозги закипать. Буквы как будто размывались и быстро собирались обратно, что сильно затрудняло чтение. Возможно, это лишь игра уставшего зрения скелета, но, учитывая все произошедшее возможно все. Кросс перелистнул страницу. Из потайного кармашка выпала тонкая тетрадь и ударилась об паркет. Скелета это нисколько не удивило. Что-то в его жизни стало появляться слишком много всяких книг. Безразлично подняв тетрадь, тот раскрыл ее. Книжонка оказалась вся исписана. Предложения и буквы накладывались друг на друга, где-то соединялись стрелочками буквы друг с другом, где-то так же соединялись цифры. Кое-где вообще попадался язык, незнакомый Кроссу. От такого большого объема написанного бреда, у Креста зарябило в глазах. Тот отложил обе книги, вложив тетрадь обратно в потайной кармашек. Если бы только кто-нибудь мог помочь… Кросса осенило. Рэд. Если эта тварь сказал Кресту, что делать, так пускай поможет и в этом. Тем более, другого выхода у скелета все равно не было. Решив ничего с собой не брать, Кроссовок вышел из своего блока. Конечно, если Фелл и мог чем-то помочь, то все действо затрудняло одно большое но. Он-ангел, а значит, живет в соответствующем крыле. Повезет, если он окажется там, ведь зная этого дегенерата, он мог быть где угодно. Втянув голову в плечи, Кросс шел по длинному белому коридору. Группки ангелом недоуменно глазели на Кросса, ведь нечасто увидишь демона в таком месте. Игнорируя все взгляды на себя, скелет дошел до нужного общежития. Стоит добавить, что это было нетрудно. Дверь выкрашена в черно-красный цвет и залеплена полицейскими лентами, приказывающими не переходить их. Хмыкнув, Кроссовок набрал воздуха в грудь и постучался. Открыли ему не сразу. Пришлось немного подождать, пока ему все же открыл Санс. -Хм? Тебе чего? -Ангел приподнял костяную бровь и уставился на незваного гостя. -Я…Это… Тут… А Рэд дома? -Крестоносец (Deus vult!) совсем не подготовился к разговору, а появление Санса на пороге и вовсе заставило на секунду забыть, зачем он пришел. -Рэд? А, сейчас. Санс прокашлялся и повернув голову в комнату крикнул: -Рэд! Тут к тебе пришли! Из глубин комнаты послышался раздраженный и хрипловатый голос Фелла: -Назовешь меня так еще раз, я тебе ебальник снесу, шаболда древнерусская! -Не выделывайся! Впускать? Повисло недолгое молчание: -Если это из ментовки, меня нет дома! -Ты же сказал, что уладил все с ними! -Так надо было спросить, пиздабол я или нет! -Это все равно не менты. -О, заебись. Но если у них нет выпить, пусть идут нахуй! -Это Кросс! Вновь повисла недолгая пауза. -Ладно, пусть уж входит, раз пришел.-Благосклонно протянул Фелл. Санс вздохнул и покачал головой, уперев руки в бока, и уже тихо обратился к Кроссу: -Ты прости его. У него нелегкая жизнь, вот и привык слать в пешее эротическое всех, кого видит. -Как ты с ним вообще живешь? -Спросил Кросс, заходя к ним в комнату. На этот вопрос Санс лишь многозначно пожал плечами и закрыл дверь за Кроссовком.