the chicken nugget thief

Сокджин устал. Уже десять вечера. Он пропустил свой поезд, решив, что желудок важнее и что лучше поесть после работы в макдаке, чем прийти домой пораньше. И вот он здесь, готов съесть заказанные наггетсы. Сегодня была адская работа. Пару месяцев назад, когда он только устроился на должность в аэропорту, то думал, что будет интересно. Что проверка билетов в международной авиакомпании сделает его дни красочнее и даст возможность общаться с интересными людьми. Так и было, до того, как Сокджину пришлось успокаивать какого-то шведского бизнесмена, разгневанного из-за отмененного рейса. Сейчас Джин не ненавидит свою работу, просто больше не питает иллюзий на ее счет. Было бы лучше без грубых пассажиров, уверенных, что, если кричать на кассира (на него), то можно добраться куда угодно. Было бы лучше без тупых вопросов («нет, сэр, я не знаю, какие сигареты продаются в пекинском дьюти фри»). Было бы лучше, если бы его не использовали в качестве справочного бюро, когда он вообще-то работает на авиарейсах (сэр, мне надо знать, какой авиакомпанией вы летите, в Дубай много рейсов). Просто удивительно, как часто его спрашивали, где регистрационная (и не только. вот как так много людей приезжают в аэропорт и не знают, какой авиакомпанией они летят? А ему приходилось это всё узнавать, чтобы не раздражать клиентов). В общем, Джину было бы лучше без людей, оставляющих свои мозги за пределами аэропортного терминала. (ок, может он сейчас немного резок. Длинный всё же был день) Фишка в том, что Джину пришлось задержаться на час дольше, потому что рейс «Нариты» отменили. 148 пассажиров (этого гребаного рейса в Нарнию) были крайне недовольны. Как и Джин. Но всё уже закончилось. Как только последний пассажир ушел, Джин свалил оттуда и рванул на станцию. Он планировал сесть на следующий поезд, добраться до дома и завалиться спать дней на пять, но что-то пошло не так. Его желудок дал ясно понять, что немедленно нуждается в еде. И вместо того, чтобы отправиться на станцию, Джин отправился в макдак и заказал 20 наггетсов и два чизбургера. До следующего поезда осталось 40 минут, и надо было решить: остаться в кафе или пойти на платформу и поесть на скамейке. В итоге Джин не может объяснить, почему пошел на станцию, вместо того, чтобы поесть в теплом помещении. Может, его мозг слишком устал от работы, может, желудок заставил его принять необдуманное решение. В конечном счете он оказывается на холодной улице с долбаным ветром, успев сожрать по дороге два чизбургера. Хотя и поздний час, но вокруг ещё гуляет много людей, что необычно для Сеула, особенно в пятницу ночью. Джин заглушает весь шум и разговоры наушниками и открывает коробку с куриными наггетсами. Он аккуратно кладет их возле себя на скамейку и достает из сумки упаковку со сладко-кислым соусом. Какая ирония. Если бы Джин ел в кафе, этого бы не произошло. Если бы Джин не надел наушники, чтобы заглушить шум, то услышал бы рядом шуршание и негромкий лай. Если бы Джин обратил внимание, он бы увидел собаку, запрыгнувшую на скамейку, сожравшую половину всех наггетсов и раскидавшую оставшиеся. Вместо этого Джин застал ее в самом разгаре этого безобразия и просто онемел. На секунду он думает, что это глюки, игра воображения, а может, он наконец просто сошел с ума от всех этих безмозглых пассажиров. Он видит миленькую воображаемую псинку, крадущую его наггетсы на станции. Пока чьи-то руки не хватают эту самую псинку, оставляя Джина пялиться на разорванную коробку с остатками наггетсов- грустную картину того, что могло бы быть, но уже не будет (уже не будет в его желудке). Джин вытаскивает наушники. - Мне так жаль! Я на секунду отвернулся, а он удрал, а я некрепко держал поводок, и, о боже, он съел Вашу еду! О господи, я так, так сожалею! Джин всё еще в шоке, всё еще смотрит на остатки коробки от курицы (за которую он вообще-то заплатил свои денежки) и даже не поворачивается к хозяину, который всё еще рассыпается в извинениях. - Ваша собака съела мои куриные наггетсы… - Я отдам Вам деньги! Или куплю другую порцию! Давайте, прямо сейчас! И ещё что-нибудь, чтобы загладить эту неприятность! Мороженое! Что захотите! Джин собирается сказать, что не хочет этого, не хочет, чтобы какой-то незнакомец с ворующей-курицу-собакой приглашал его в макдональдс. Пока не поднимает взгляд. Оу чёрт… Владелец собаки, откровенно говоря, просто гребаное лакомство. Высокий, с полными губами и с высокими скулами (которые пылали смущенным румянцем), он держит миленькую (но ворующую курицу) собачку в руках. - О-о-о-о. - Я ещё раз дико извиняюсь, он никогда подобного не вытворял! - Ладно, - бросает Джин, и хозяин собаки на секунду запинается. - Ладно? - То есть, - теперь краснеет Джин, он чувствует себя немного глупо, потому что обычно способен отвечать спокойно и собранно. – Всё в порядке, Вы не виноваты. - Мне следовало лучше за ним присматривать. Я настаиваю на покупке новых наггетсов. Пожалуйста. Джин, не колеблясь, поднимается и… ух, парень даже немного выше Сокджина, такое редко бывает. Владелец собаки прижимает зверушку-воровку ближе к груди и кивает. На мгновение двое просто стоят, неловко смотря друг на друга, не решаясь сделать первый шаг. Медленно Сокджин начинает идти, владелец собаки следует за ним. Они не говорят, молча покидают станцию и идут в сторону макдака. - Я ещё раз очень сожалею. - Всё правда в порядке. Не могу сердиться на такую прелестную собачку, - и её прелестного хозяина, мысленно договаривает Джин. - Рэпмон, - говорит владелец животного, а Джин смотрит на него в недоумении. - Рэпмон? - Его имя. Рэпмон или Рэпмони. - А-а, так Рэпмони-воришка-наггетсов. Хозяин пса краснеет. - У него разборчивый вкус. Сокджин немного оттаивает, ведь владелец собаки такой восхитительный. - Почему такая кличка? Никогда подобного не слышал. Тот от этого краснеет сильнее и мямлит что-то слишком тихо. Джин не может разобрать, поэтому наклоняется чуть ближе и ждет, когда хозяин собаки (надо выяснить его имя) повторит. - Я эмм…это связано с эмм..с моим сценическим псевдонимом. - С Вашим сценическим псевдонимом? Вы артист? - Эм..нет… то есть, да… как бы, андеграунд рэп и всё такое. Джин поднимает брови и смотрит на владельца собаки (да спроси ты уже его имя!!), просто не ожидая такого от него. Он выглядит не особо похожим на грубого парня из андеграунд рэпа и хип-хоп сцены. Особенно сейчас, всё еще с небольшим румянцем и миленькой собачкой на руках. - Это действительно так! - И какое же у Вас сценическое имя? - Ах да…Рэп Монстр. Сокджин останавливается. - Рэп Монстр. - В любом случае, те куриные наггетсы. Пошли за ними. И давай на «ты», - «Рэп Монстр» продолжает идти. Джин давит фырканье, рвущееся наружу, и быстро нагоняет. - Ок, значит Рэп Монстр, и чем ты… - Намджун. - Что? - Зови меня Намджуном. Они добираются до макдональдса, и Сокджин улыбается Намджуну, который всё еще не может посмотреть прямо на него. Милашка. - Я Сокджин. Намджун повторяет имя, затем поворачивает голову и улыбается ему. И в этот момент Джин понимает, что пропал. У этого владельца собаки/Рэп Монстра/Намджуна есть ямочки на щеках. - Намджун, хочешь, разделим порцию?