Мой милый, я не дам тебе жениться!

      Эмиль направлялся в свой кабинет, прижимая к груди книгу. Его шаги гулким эхом разносились по каменному коридору усадьбы. «Только бы без происшествий добраться до кабинета, а там можно засесть и за чтение…» — думал его высочество, то и дело оборачиваясь. Пусто. Никого нет. Следом никто не идет.       Одиночество. Наконец-то.       Кареглазый блондин чуть ли не бегом достиг дубовой двери. Быстро сунув ключ в замочную скважину, он повернул его и вошел в кабинет, тут же заперев дверь. Облегченно выдохнув, он опустил голову. На губах играла улыбка самого настоящего счастья.       — Один. Наконец-то, — он повернулся и облокотился спиной на гладкую деревянную поверхность.       Тишина. Перед глазами лишь носки белых ботфорт. Круглый аметист, вставленный в обложку книги, прижат к сердцу. Эмиль смог добиться уединения и тихо засмеялся своему успеху. Потом поднял глаза, все еще смеясь, но тут смех резко прервался криком:       — Боже, что за черт?!       Ответом был смех сидящего в его кресле. Брюнет тряхнул кудрями и широко улыбнулся. По его внешнему виду можно было предположить, что он — гоблин-жертва неудачного химического опыта. Все лицо в саже, волосы торчком, изо рта выглядывают мощные клыки. Ну и воротник с топорщащимися перьями, будто его плащ только что подрали собаки.       — Ты весьма верно поставил вопрос. Только Бог может тебе сказать, какого черта ты видишь, но я же не черт, — сказал Ризон.       — Господин Бейсарсских, вам вообще говорили, что нельзя заходить в кабинет без разрешения? Тем более, если хозяина кабинета здесь нет! Ризон надул губы, как обиженный ребенок, и скрестил руки на груди.       — Ну, милый, ты же мне разрешаешь брать твои вещи, твоих людей, твоих союзников. Почему бы мне не зайти в кабинет, взяв твой ключ?       Блондин нахмурился, решительно подошел к столу и бережно опустил на него долгожданную книгу. Сверкнув глазами, возмущенно заметил:       — Между прочим, я никогда не разрешал брать что-либо, принадлежащее мне!       Ризон удивленно поднял брови. Сев прямо, он вытащил из длинных рукавов плаща несколько свитков.       — Ну вот же. Договор о расторжении союза с Арвией и Морданией. Вот твоя печать, — он развернул одну бумагу и продемонстрировал красный герб с изображением восьми звезд над головой орла. Эмиль покраснел от возмущения и хотел уже вырвать из рук наглого лорда договор, но тот успел его убрать и развернуть два других. — Вот здесь, смотри, ты соглашаешься на продажу земель за одну сотню тысяч золотых и эти территории отдаешь мне. А вот здесь ты даришь мне две тысячи пехотинцев, тысячу верховых и два десятка катапульт. Я очень тебе признателен, милый Емик.       — Эмиль… — процедил принц и выпрямился. — Вы хоть понимаете, что это повод для войны? Вы намерены устранить мой суверенитет? Вы просто лорд, я могу одним своим указом упечь вас за решетку!       Ризон улыбнулся и поднялся. Он был выше принца почти на целую голову. Однако, этот факт никак не смущал Эмиля Рантенто, главного претендента на престол великой империи Барьяз, поэтому он даже не отступил и не попытался скрыть своего негодования. Но все возмущения он излить не успел, его перебили:       — Ты можешь упечь меня за решетку, но при этом ты обращаешься ко мне на вы. Малыш, ты сам себе противоречишь.       — Просто я человек, у которого есть совесть и который соблюдает приличия. А вот вы…       — Да-да, я мерзкий и противный лорд Ризон Бейсарсских, еще и тифлинг в придачу. Кстати, насчет войны… ну, хорошо, мальчик мой, я обязательно поиграю с тобой в эти игры, только ты не забудь, что я все-таки здесь почетный гость. Моему любимому дядюшке станет плохо, если сын его друга вдруг захочет популяться с нашими мирными бойцами только из-за каких-то неурядиц со мной. И я думаю, что и твой отец будет не очень-то рад терять такого союзника.       Эмиль закатил глаза и отвернулся от него. Мерзкий, ужасный, вредный, бесящий идиот! Уже целый год его высочество терпит его. Сначала Ризон был его наставником, а как только Эмиль достиг совершеннолетия (это произошло два месяца назад), тифлинг остался здесь почетным гостем. Он иногда уезжал, конечно, на неделю или на несколько дней, но в основном жил на территории Барьяз. В королевском дворце или в специальном корпусе около посольства. И он очень любил пугать, путаться под ногами и всячески гадить Эмилю, пользуясь его молодостью и своей бессовестностью. Нередко за его проказы попадало именно Эмилю.       — Я вижу, ты очень рад моему присутствию.       — Господин Бейсарсских, покиньте мой кабинет! Это приказ! — зарычал принц и обернулся.       Ризон нахмурился.       — Утю-тю, какие мы грозные. Сильно-то нос не задирайте, ваше высочество, а то корона спадёт.       Принц промолчал. Ризон же, изящно уронив все бумаги, лежавшие на столе, мило улыбнулся и пошел к двери. Произнеся заклинание и открыв дверь, быстро покинул кабинет юного Эмиля. «Маленький капризный ребенок!» — подумал он, вспоминая полыхающие гневом глаза. Может, Ризон вел бы себя нормально, но как можно отказаться от этих красных от бешенства щек? А от злобного пыхтения? Не-е-ет, он слишком любил бесить людей. А Эмиль стал его фаворитом в этой сфере, поэтому тифлинг старался всеми силами получить больше удовольствия.       Навстречу попалась какая-то служанка и, глянув на лорда, отшатнулась. Ризон вспомнил, какой он красивый сейчас, тихо выругался и свернул в сторону уборной. «Не хватало еще его величеству в таком виде на глаза попасться» — усмехнулся тифлинг.