Черные розы на могиле моей матери

— Ты уверена, что это правильно? — Не-а, — довольно протягиваю я, а оборотень нервно оглядывается. Я не могу сдержать смеха, но все же завожу машину своего парня без ключей и, естественно, без его осведомленности. — Не боись, сейчас напишу ему, что решила угнать тачку. Все нормально. — Нормально? — Переспрашивает тот, но все же садится на переднее пассажирское, когда я пишу Стайлзу смс с кучей сердечек и поцелуйчиков, после чего выключаю телефон и выкидываю его на заднее сидение. — Напомни, зачем ты это делаешь? — Чтобы мне потом влетело от шерифа, зачем еще? — Сдаю назад и замечаю вампира, выскочившего из здания школы. Он, стараясь не применять способности на людях, быстро бежал в нашу сторону, но я лишь послала ему воздушный поцелуй и, широко улыбнувшись, нажала на газ, сразу же выжимая сто. — Ох, надеюсь, все штрафы именно на его имя и придут. — Для вас это и правда нормально, — Данбар оглядывается на остановившегося посреди дороги Стайлза, после чего неуверенно смотрит на меня. — Мы ведь пропустим три урока — нас по головке не погладят. А учитывая твои проблемы с учебой...       Я закатила глаза, после чего демонстративно показала парню язык, на что тот покачал головой и тихо рассмеялся. — И... что мы будем делать? — Наслаждаться жизнью, как это делают обычные подростки, — я пожала плечами, как ни в чем не бывало, сворачивая на очередной улочке, но уже наперед зная, куда приведет эта дорога. — Я, вроде как, оборотень, а ты, вроде как, ведьма... — Но это вовсе не отменяет того, что мы с тобой еще в школе учимся, согласись. Вот, например, Стайлз уже с головой окунулся в свою "вечную жизнь", хотя является вампиром без пяти минут, а Скотт взял на себя ответственность за свою стаю, пусть даже она не состоит целиком и полностью из оборотней, но мы голову оторвем друг за друга, уж поверь. Поэтому... не отстраняйся от нас и не считай свои способности чем-то, что помешает тебе вести тебе нормальную жизнь. Все в твоих руках. Дерзай. — ..А я и не знал, что Стайлз — вампир... — С заминкой произнес Лиам, явно задумавшись над моими словами, но я промолчала, таки решив закончить этот разговор. Он мог помочь, я понимала это. Теперь понимаю, ведь то чувство, что охватило меня при контакте с ним, это то самое чувство, которым я руководствовалась всю свою сознательную жизнь, пытаясь сбежать от своей сущности, от самой себя. — Ты правда думаешь, что все будет таким же, как и раньше? То есть жизнь останется такой же, и в ней ничего не изменится? — Ну, изменится кое-что в любом случае. Ты будешь немного тронутым во время полнолуния, но, со временем, это уже будет поддаваться контролю; должен будешь, в большинстве случае, держаться за стаю, ведь это словно вторая семья — без нее практически не выжить; ну... выпить ты не сможешь, ибо оборотни не могут напиваться... — Вот последнее вообще не радует, — сквозь смех произнес парень, на что улыбнулась и я, остановившись у нужного магазина. Не выключая машину, я загадочно посмотрела на друга. — Ты что-то задумала? Что-то, опять же, противозаконное и явно то, что мне не понравиться. — Еще одна сторона быть сверхъестественным существом — у тебя есть то, чего нет у других, из-за чего можешь считать себя... особенным. Поднимает самооценку, — подмигнув, я выбежала из машины и забежала в ближайший магазин. Повезло на то, что посетителей совершенно не было, а молодой парень — продавец — и вовсе не обратил на меня внимание. Это было ужасно неправильно, но я махнула рукой, сосредоточив силу, и тот упал, уснув за доли секунд. Осматриваюсь вокруг на наличие видеокамер, после чего утверждаю, что владелец — жмот, и беру то, что хочу.       Через несколько минут, как ни в чем не бывало, выхожу из магазина с черным пакетом, улыбаясь. Кладу пакет на заднее сидение и сажусь за руль, пока Данбар в большом смятении и смотрит то на меня, то на то, что я своровала. Никогда бы не подумала, что буду делать нечто подобное, ведь всегда следовала правилам, всегда была хорошей и приличной девочкой, а тут... сломала я всю систему всего за какие-то полчаса: сбежала с уроков, пропуски за которые закрыла всего ничего, угнала машину собственного парня, а теперь и вырубила человека, не забыв украсть несколько бутылок с алкоголем. В принципе, последнее было вынужденной мерой, но я, почему-то, впервые почувствовала такую большую свободу действий.       Снова выруливаю на дорогу и включаю музыку на всю громкость, подпевая совсем не впопад и изредка толкая в плечо сидящего рядом парня, мол "подыгрывай мне". Сначала он лишь улыбается и качает головой, словно родитель, которые застал своего маленького ребенка за какой-то глупостью, но уже спустя полчаса мы вместе кричим и танцуем под песни, просто наслаждаясь этим временем, потому что нет ничего лучше, когда ты — "особенный".

***

      Подходило уже пять часов, когда я, наконец наездившись и накрутив сотню кругов, остановилась у пляжа. Игнорируя лежащий на сидении телефон, на который, наверняка, уже пришло миллион сообщений и столько же пропущенных звонков, беру пакет с двумя бутылками незаконного алкоголя и спешу на совершенно пустой пляж. Ну да, пляж в начале весны — то, что нужно, верно? Но местный климат не такой уж и суровый, из-за чего и волны тут все так же достигают берега, а солнце приятно греет кожу, запах соли разносится по всей местности, отчего внутри появляется какое-то чувство спокойствия. Не забыв выключить мотор, я вытаскиваю за собой и Лиама. — Ох, давненько я не была на море! — Скидываю в песок пакет и развожу руки в разные стороны, улыбаясь. — Мы ездили этим летом вместе с отчимом, — сказал голос позади. Я обернулась и увидела, как друг садится на песок рядом с пакетом, после чего села рядом с ним сама, достав бутылку виски. — Ты же говорила, что оборотни не напиваются. — Оборотни — нет, а ведьмы — да. Твое здоровье, — я демонстративно поднимаю руку и делаю несколько обжигающих глотков, с трудом сдерживая рвотные позывы и кашель, ну, и свое неумение пить. — И да, ты же говорил, что у тебя мама и папа имеются или я что-то перепутала? — Я соврал, — даже не задумываясь, произнес тот, и я протянула ему бутылку. На его губах проскользнула ироничная улыбка, но он все равно взял ее и сделал несколько больших глотков, после чего долго откашливался. — Черт, я думал, что мы вообще ничего чувствовать не будем! — Наивный, — издевательски протянула я и отложила ее на некоторое время, снова посмотрев на Лиама, ожидая продолжения его слов. — Я отца своего не знал, а отчим был всю мою сознательную жизнь. А потом... мама умерла. — Прости, я не хотела затронуть... — Да нет, ничего страшного. На самом деле, я... хочу тебе верить, хочу считать своей "второй семьей", так ты говорила, да? — Он улыбается мне, и я снова берусь за бутылку, вытягивая ее вперед. — Аминь, братишка!       Несколько часов подряд я продолжала глагольствовать по поводу того, что жизнь, из-за изменения твоей сущности, никак не меняется, даже становиться лучше, после чего демонстративно это показывала. Понятия не имею, кого я в этом хотела убедить — себя или Лиама — но выходило довольно неплохо, потому что и я, и он в это поверили. На второй бутылке я остановилась, так как уже не чувствовала даже земли под ногами, но, почему-то, продолжала туда-сюда бегать, даже чуть ли не купаться, настолько сильно я напилась. Данбара же все это смешило, и он останавливал меня каждый раз от незапланированного купания.       И в этот момент я, кажется, даже смирилась с тем, что будет происходить всю мою оставшуюся жизнь. Меня будет окружать чертовски много всякой сверхъестественной чепухи, я частенько буду на грани смерти, как и мои родные, мои близкие, мои друзья, но все равно буду бороться за то маленькое счастье, которое настигнет меня в самом конце, когда я приду домой, поцелую любимого человека и скажу, что это конец, что все закончилось, что теперь все будет хорошо. Бежать было бессмысленно, и я всегда это понимала, но, почему-то, упорно отвергала. Всю свою жизнь я тратила на то, что бы моя жизнь была обычной и прекрасной, как у всех окружающих меня детей, но меня всегда боялись, всегда избегали, я была белой вороной среди остальных, несмотря на то, что никогда не знал о том, кем являются я и мои семья.       Инстинктивно даже я сама отгораживала от себя окружающих. — Я такая пьяная... — Пробурчала я, повиснув на Лиаме, который тащил меня к машине, ведь на улице давно стемнело, а время, кажется, переваливало за полночь. — Лиам, давай куда-нибудь уедем, а? Ты не представляешь, какие проблемы меня ждут в Бейкон Хиллс. Я не хочу туда... — Ну, как минимум, мы должны вернуть машину Стайлзу... — Уф, Стайлз ничего не понимает, даже не подозревает о том, что меня ждет... через что мне придется пройти... Это затишье не на долго, и все это знают, только, почему-то, не хотят признавать... — Затишье? О чем ты? — Наклоняется ко мне Данбар после того, как сажает на переднее пассажирское сидение сидение, чтобы застегнуть ремень. Я устало выдыхаю и закрываю глаза, откидываясь на спинку машины. — Я либо умру, либо всех убью, вот что. Все они об этом знают, но ничего не предпринимают, это так... раздражает. Черт возьми, зачем мне друзья, если они не могут меня убить?! — Действительно, зачем, — сыронизировал тот, наконец, закончив с ремнем безопасности, но я в тот же момент наклонилась в его сторону и улыбнулась. — Ну, все? Поехали? — Я хочу ехать сзади! — Путаясь в большом количестве собственных пальцев, которые еще и умудрялись раздваиваться, я таки освободилась и вывалилась из машины, благо парень успел меня поддержать, чтобы я не "поцеловалась" с полом, потом еще и заднюю дверь открыл, когда я намылилась уже лечь спать прямо на этом холодном песке. — Черт, Стайлз меня убьет. Он обожает эту машину. — Тогда не будем его огорчать и немедленно вернем ему ее, — резонно заметил Данбар, помогая мне залезть и спокойненько улечься. — Теперь довольна? Заведешь мне машину? — М-м... нет, — я потягиваюсь, задевая голыми ногами друга, так как каблуки я выкинула уже через полчаса нашего небольшого "отпуска". Я даже почувствовала, как он закатил глаза, но таки взял меня за ноги и попытался аккуратно запихнуть их обратно, чтобы закрыть дверцу. — Ложись со мной, Лиам. — Нам ехать надо. Отчим убьет меня за прогулы и позднее возвращение из ниоткуда. — Ну, скажи, что завел девушку — он поймет, что дело с бушующими гормонами, и все дела, — пожала плечами я, громко зевнув. А пока оборотень думал, я быстро поднялась и, схватив его за руку, потянула к себе. — Ты же уже звонил и говорил, что останешься у друга, чего волноваться? — Но завтра школу все равно никто не отменял, — продолжал упираться, что невольно мне захотелось применить магию. Но даже так разум сработал быстрее, ведь при таком состоянии я могу перепутать одно заклинание с другим, и случиться что похуже. Я продолжала его тянуть, и он наконец сдался. Подвинувшись почти на самый край, я очередной раз зевнула и посмотрела на друга, который продолжал что-то недовольно бормотать себе под нос. — Мне что, теперь всегда придется мириться с этим? — Да ладно, согласись, я просто чудо. И со мной не соскучишься... И я... хочу тебе помочь. — Как новому оборотню? Кажется, мне надо обратиться с этим к Скотту, — усмехнулся тот, подперев щеку рукой, на что я тихо фыркнула и посмотрела в потолок. — Нет, как человеку, как простому подростку, который не хочет подобных перемен в своей жизни. Я тебя понимаю, это сложно. — Почему же? Это весело, разве ты не так говорила? — Да, самооценка на высоте, но... когда от тебя начинает зависеть чья-то жизнь, и ты лажаешь... Врагу не пожелаю подобной участи, — на несколько мгновений я замираю, вспоминая, как нашла труп своей матери в ванной, как Елена вместе с Кэролайн оттаскивали меня от медицинской машины, как Деймон пытался играть моего папочку, всячески поддерживая... — Все мы проходим через это. Когда-нибудь умрет невинный человек, и ты подумаешь, что все это твоя вина, что не будь ты тем, кем являешься, то все было бы хорошо... В некоторых состояниях оборотни и вампиры совершенно себя не контролируют, они могут навредить близким и родным, даже не задумываясь. И самое страшное после этого — осознание, понимание совершенного поступка. Что ты не подумал, даже не задумался, ты просто это сделал. По моей вине... умерла моя мать... Я не смогла быть той, кем должна была быть для нее. Я не оправдала надежд, а потом сбежала, подумав, что сделаю только лучше, если смогу зацепиться за ее слова, за ее предположения и догадки, но, в итоге, сделала только хуже. Я... не должна была рождаться... — Родители любят своих детей, несмотря ни на что... — Тебе ли говорить о родительской любви, Лиам? Разве не твой отец бросил тебя? — Он был козлом. — Мой тоже, — несколько минут молчания, после чего на моих устах появляется ироничная усмешка. — Знаешь, ты — классный парень, и ты мне очень нравишься. Я хочу помочь тебе всем, чем только смогу. Поэтому... постарайся идти ко мне на встречу, хорошо? И когда все будут против тебя, я помогу тебе, что бы не случилось. Я верю тебе. — Кажется, ты совсем пьяная... — Он усмехается, и в этой усмешке столько боли, столько грусти и тоски, столько недоверия и непонимания. — Зато пьяные люди даже не задумываются, они говорят так, как есть. Можешь назвать меня глупой или наивной — первое, кстати, больше подходит — но я...       Я не успела договорить, как меня просто-напросто заткнули, да еще и довольно нетрадиционным способом. Лиам прервал меня, просто поцеловав. Мой мозг долго думал, прежде чем все-таки ответить на этот поцелуй, пусть даже за этот шаг я буду себя проклинать еще несколько ближайших лет. Его рука легла мне на талию, я же осторожно подняла руку и положила ее на его щеку. Было странно целоваться с... с практически младшим братом, ведь именно за него я и принимала Лиама. И я даже предположить не могла, что... нравлюсь ему? Или же ему, как и мне, ударил алкоголь в голову? — Ты что делаешь? — Шепчу я, когда мы не на долго отстраняемся друг от друга. — Кажется, целую девушку, которая мне нравится, — так же шепотом ответил он мне, после чего снова поцеловал, но уже более настойчиво. В какой-то момент я даже успела подумать, что у него неплохие навыки имеются в подобном деле, только вот... у меня же есть парень, которого я люблю, за которого отчаянно цепляюсь. — Что-то не так? — Прости, я не думала, что ты так воспримешь меня и мои действия... Я... — У тебя есть парень? — Я его люблю. — О-о, черт, — Данбар отстранился, приняв сидячее положение и зарывшись рукой в волосы. — Ты... извини, я не так тебя понял. Просто ты всегда общалась со мной, улыбалась, и я подумал, что... — Лиам, погоди, ты совсем не виноват. Это я неправильно себя повела. Я вовсе не намекала на что-то между нами, я... Я просто увидела в тебе себя. Ту себя, которая отчаянно бежала, сбегала от проблем, делая вид, что все это меня не касается. Тебе сейчас очень сложно, и я понимаю тебя, как никто другой, правда. Я хочу быть полезной, ведь... ведь я постоянно приносила одни неприятности окружающим. Магия никогда не поддавалась мне, она пыталась выйти наружу, пыталась уничтожить то, что с таким трудом создавалось. Так и в тебе... Сейчас ты чересчур импульсивен, эмоционален — оборотень внутри тебя словно пытается захватить над тобой контроль. Но ты не должен поддаваться, не должен путать чувства и людей, которые окружают тебя. Нас никогда не поймут... — Теперь заделаться отшельником, что ли?! — Вдруг выкрикивает он, после чего жмурится и пытается успокоиться, явно выходя из себя. Я села и подтянула к себе ноги. — Я просто... хотел нормальной жизни. Я перевелся из другой школы, даже из другого города! Но почему уже так быстро появились проблемы?! Почему я не могу быть обычным, почему я теперь какой-то... монстр?! Я не хочу им быть... — Лиам, целый день я пыталась донести до тебя именно это. Ты вовсе не монстр, и у тебя обычная жизнь, просто со своими проблемами, впрочем, как это бывает и у всех. У тебя новая жизнь, шанс на что-то более лучше, чем обычное существование. Я не хочу сказать, что ты сразу же стал каким-то героем или еще что, но ты... ты можешь достигнуть любых высот, если постараешься, если просто... поверишь в себя. Ты должен обрести контроль над оборотнем внутри себя, и тогда ты станешь кем-то лучше, чем был раньше... — Пока парень молчал, я потянулась к своей сумке на полу и достала от туда медальон с небольшим камнем, неуклюже перевязанным ниткой, после чего протянула его Данбару. — Это лунный камень. Именно его я пыталась тебе сегодня отдать. Лунный камень является помощником для оборотней, ведь... ну, ты понимаешь почему. Если ты будешь его носить, то он поможет тебе контролировать себя, в последствии, может еще дать неимоверную силу — увеличить твою собственную в несколько раз. Их не так просто найти, на самом деле. Пришлось по-копаться в маминой шкатулке... — Отдаешь такую важную вещь мне, а не Скотту? — С сомнением переспросил тот, протягивая руку, на что я просто кивнула и отдала ему медальон. — Он... красивый. Спасибо. — Мы — я, Скотт, Лидия, Стайлз, Кира и Малия — твоя новая семья, твоя вторая семья, твоя поддержка и опора, твоя стая. Мы — люди, которые будем тебе помогать и оберегать, и мы сделаем все возможное, чтобы защитить друг друга и дорогих нам всем людей. Никто не пострадает. — Никто не пострадает? — Никто, — кивнула я, еле заметно улыбаясь. Лиам долго смотрел на камень в руках, крутя его из стороны в сторону, и я почувствовала себя крайне неловко от того, что не смогла придумать какую-ту нормальную застежку или еще что. — Эм, да, надо было придумать что-то по-лучше. — Что? — Ну, неопрятно выглядит. Я просто так спешила, что не смогла... — Нет, мне нравится. Завяжешь? — Данбар повернулся ко мне спиной, не забыв отдать камень. Замешкавшись, я неуверенно обвила веревкой шею парня, после чего сделала несколько узелков, чтобы он не смог развязаться и потеряться. — Я буду носить его, не снимая. — Они очень редки, так что если надумаешь найти такой, то помогут тебе в этом лишь ведьмы. В магазинах сейчас одни подделки. И, кстати, да, кажется, алкоголь практически выветрился из меня... Это надо исправить. — Хочешь, что бы я тебя точно не довез до дома? — Хочу, что бы ты посторонился, потому что меня сейчас стошнит.

***

— Так, ладно. Мы прочесали весь Бейкон Хиллс и ничего не нашли. Замечательно, — парень снова набирает номер, который за эти часы стал самым ненавистным набором букв в его жизнь, но снова слышит одну и ту же фразу оператора, оповещавшего, что номер недоступен. — Какова черта, вообще твориться? — Ну, твоя девушка угнала твою тачку с парнем, которого я укусил несколько дней назад, — оповестил Скотт, пожав плечами. Стилински недовольно на него оглянулся, когда как губы МакКола расплылись в издевательской улыбке. — О-о, ты думаешь, что она уехала с ним в закат, бросив тебя? — Я так не думаю, — фыркнул в ответ вампир и снова набрал ту же серию цифр, когда мимо прошел Деймон с полной сумкой непонятно чего. — Эй, ты куда? — Ну, как "куда"? Крестница снова сбежала, когда я этого не ожидал, ведь ты должен был присматривать за ней, теперь надо ее снова найти и сделать это до того, как Энзо узнает, что я ее упустил. По-хорошему, я обещал ей, что сверну шею каждому из вас, если она что-то вычудит, но обойдусь лишь тобой, новообращенный ты наш. — Так, спокойно, без всяких ненужных смертей. Мне вообще-то тоже интересно, куда она делась, — Стайлз сделал несколько шагов от Сальваторе и снова приложил телефон к уху. И... О, Аллилуйя — пошли гудки! — Если сейчас не найдем, то нам понадобятся ее личные вещи и носы Скотта и Малии, даже Киры. — Любимый мой, родной, — нараспев ответила Кристин, и все устремили свои взгляды на парня, который заметно выдохнул после того, как услышал голос возлюбленной. — А я уже еду домой. Точнее я сижу, а Лиам ведет, то я такая пьяная... Совсем забыла, что напиваться оборотни не умеют, поэтому просто споила несколько бутылок Лиаму, а тот ни в одном глазу... Господи, вот ведь человеку не повезло... — Где вы едете? Я сейчас же выезжаю, — перебил девушку Стилински, подгоняя остальных. — Да черт его знает. Одна же темень. Но мы определенно скоро будем в Бейкон Хиллс, да, Лиам? — Я так не думаю. Мы ехали сюда несколько часов подряд, при этом заплутав. И да, у меня нет прав! — Ответил Данбар, из-за чего вампир крепко зажмурился, пытаясь проснуться от подобного кошмара. Целый день они провели за тщетными поисками, чуть ли не подключая к делу и полицию, а тут... такой вот сюрприз. — Дай-ка трубку Лиаму, — не стерпев, потребовал шатен, уже выходя на улицу за всеми. Скотт и Кира вместе сели на байк, а Лидия и Малия в машину, дожидаясь самого Стилински, Деймон же остался дома, обнадежив подростков, что точно убьет их, если в этот раз крестница не будет дома в целости и сохранности. Недовольно что-то пробурчав, Беннет передала трубку оборотню. — Лиам, все в порядке? — Да, вполне. Кристин при помощи магии завела машину, и мы поехали по дороге, по которой уже ехали, так что, думаю, мы все-таки будем в Бейкон Хиллс через пару часов. — Хорошо, это уже радует, — устало потер глаза вампир, задумываясь над тем, что должен еще сказать или спросить. — Ты... присмотри за ней, хорошо? Крис плохо дается контроль, и я не уверен, что любой ее взмах руки не приведет к возгоранию машины, так что... — Тогда вам лучше поспешить и встретить нас до того, как она вспомнит, что умеет делать нечто подобное. — Не волнуйся, я уверен, что она не хочет навредить тебе, тем более — моей машине, потому что ХОДЯЧАЯ НЕПРИЯТНОСТЬ ДОЛЖНА ПРЕКРАСНО ЗНАТЬ, ЧТО Я ЕЙ ГОЛОВУ ОТОРВУ ЗА ЭТУ ПРОКАЗУ! — Нарочно громко сказал Стайлз и услышал очередное фырканье со стороны девушку, чем радостно улыбнулся и сел в машину, дав команду ехать Мартин. — Довези ее в целости и сохранности, договорились? — Идет. — Я доверяю тебе, не подведи меня. — Знаешь, она мне тут предлагала уехать... — С издевкой уже начал было Данбар на смех Кристин. — О, заткнись, — буркнул вампир и сбросил вызов. — Едем к восточному выезду из города. Думаю, проедем несколько сотен и встретимся с ними.

***

— Тебе так нравится издеваться над ним, да? — О, да, у него просто потрясающая реакция, разве ты не заметил? — Я откидываюсь на спинку сидения и закрываю глаза. После того, как меня стошнило, и я благополучно таки уснула на холодном песке, Лиам перенес меня обратно в машину и начал уже сам химичить с проводами, что, разумеется, у него не получилось. Проснулась я уже более-менее трезвая с большой головной болью. — Слушай, по поводу сегодня... — Спасибо тебе за это, — прерывает меня парень, кажется, догадавшись, к чему я начала этот разговор. — Я благодарен тебе за то, что ты подбодрила меня и... даже помогла. Мне очень нужно было это. — Что же, рада стараться, — облегченно выдохнув, я пожала плечами и снова посмотрела на пустынную дорогу, на которой лишь изредка проскальзывали другие машины. — Довези меня до этого придурка, и мы будем в расчете. Главное — успешно притвориться пьяной, чтобы получить завтра, а не сегодня. Сегодня я к такому не готова. Мой крестный небось вообще забил тревогу, уже готовясь к убийству Стайлза и остальных. — Твой крестный настолько строгий? — Он просто боится моего отца. Точнее то, что он может сделать. — И что же он может сделать? — Ну, вырвать сердце, как минимум, потом, скорее всего, пойдет убийство его девушки... Отец умеет мстить, если верить Деймону — моему крестному. — Так твой отец все-таки заботится о тебе — это хорошо, нет? — Это вовсе не забота. Я ведь говорила, что сбежала. Я сбежала из-под пристальных взглядов друзей моей матери и начала ездить из города в город, из штата в штат, ища подробную информацию о родстве моего рода... Но в какой-то момент Энзо — мой отец — начал искать меня, подключив к этому и моего крестного. Мой отец... терпеть меня не мог. Он ненавидит меня и по сей день. Впрочем, как и я его. — Но почему? — Данбар бросил на меня вопрошающий взгляд, на что я только промолчала, поджав губы. Только Стайлз знал обо всем из всех моих друзей, потому что я доверяла ему, потому что понимала, что он действительно хочет это услышать, а не просто спрашивает, как по шаблону. — Думаю, — у меня вырывается усталый вздох, и я, повернув голову в сторону друга, еле улыбаюсь, — на сегодня хватит откровений. Давай просто скорее доедем до дома и ляжем спать.