Черные розы на могиле моей матери

      Знакомые места меня невероятно пугают, потому что я снова иду по уже знакомой дороге. Я снова в лесу, снова иду к Неметону, который сожгла к чертовой матери, а снова зовет меня! Тем не менее, внутри меня не борется страх или гнев, я чувствую... какое-то ненормальное спокойствие. Уже знаю, что ждет меня в конце, но, почему-то, совершенно не сопротивляюсь. Все ведь хорошо. — Кристи-и, — протягивает мое имя любимый голос, который я узнаю из тысячи. Губы расползаются в счастливой улыбке, а впереди я вижу силуэт матери. Она стоит ко мне спиной и смотрит на обугленные остатки священного древа друидов, сложа руки на груди. — Мама, — зову я, а женщина вздрагивает и поворачивает голову набок, и в глаза бросается ее неуверенное состояние, даже полное страха. Я чую это своим вампирским чутьем. Уже бросаюсь к ней, но ведьма оборачивается ко мне, уже обнимая себя за плечи и всячески избегая мой взгляд. — В чем дело? — Беги... — Тихо-тихо шепчет та, до меня эхом доносятся ее слова. Причем множественным эхом. Тысячи голосов говорят что-то непонятное, а голова начинает невыносимо болеть. Я сжимаю ее в тисках и осматриваюсь вокруг, пытаясь найти источник своих мучений. Прямо на глазах, вдруг, обугленности вновь приобретают форму, становясь полноценным древом. Я завороженно гляжу на эту картину, не в силах оторваться. — Я ЖЕ СКАЗАЛА! БЕГИ!       Широко распахиваю глаза, вырываясь из тревожного сна и резко принимая сидячее положение. Тут же слышится звук разбившегося стекла. Замираю и с ужасом смотрю на то, как одного моего взгляда на вазу для цветов, стоящую на столе, хватило на то, что бы она взорвалась. Мгновенно просыпается лежащая рядом Арджент, принимая боевую стойку, а я все еще со сбитым дыханием смотрю на место всплеска эмоций. Очередного всплеска эмоций, черт подери.

***

— У нас все хорошо, ничего нового, не волнуйся, — монотонно произношу я в телефон, рассматривая свой идеальный маникюр, сделанный несколькими минутами ранее, мой собеседник на весь мой "энтузиазм" устало выдыхает. — Понятно. Мы будем в Бейкон Хиллс к вечеру завтрашнего дня. Надеюсь, город за этот промежуток времени не вымрет, — слышу саркастичные нотки в его голосе, и меня это, почему-то, смешит, даже как-то успокаивает. Этот парень определенно сумел как-то завоевать мое доверие. — Виделась со своими друзьями? — Нет, альфа ты мой ненаглядный, — я ехидно улыбаюсь и кидаю пачку с кровью только что проснувшейся Эллисон. Девушка ловит и садиться рядом на диван, приступая к завтраку. — Доверяй мне хоть немного, Тео. Мне не нужны проблемы с Врачевателями. Я не собираюсь иметь с ними контакт раньше того момента, как ты представишь меня, как часть своей стаи. — А ты, кажется, пытаешься подорвать доверие Скотта к себе, я прав? — Хмыкает в ответ оборотень, на что я упрямо молчу, наблюдая за вампиршей, сидящей рядом. — Впрочем, это не так важно. И не волнуйся, я не дам Врачевателям сделать что-то с тобой или Эллисон. Вы обе под моим покровительством. Ты знаешь, я — неплохой парень, доверяй мне, Крис.       По коже прошелся мороз, и я прикусила нижнюю губу, не зная, что ответить на подобные слова. Рейкен был прекрасным актером, хорошим лгуном, что вычислить его ложь так просто было невозможно. Тем не менее, за эти месяцы я успела привыкнуть к нему и к его отношению ко мне, к его поступкам и словам. Я упрямо не доверяла ему первый месяц, второй... Сейчас же какое-то странное чувство заставляет мне довериться. Я хочу защитить друзей, хочу помочь им, но какую мне стоит выбрать сторону, если обе такие хорошие?       Я перевожу взгляд за окно, где ярко светит солнце. Возможно, нам стоит сегодня походить по-магазинам, чтобы хоть как-то убить время. Делать все равно нечего. Внезапно я натыкаюсь на стоящего парня, упорно смотрящего в эту сторону. Темный оттенок кожи, черные короткие волосы и какой-то напряженный взгляд, направленный прямиком сюда. Жуть. Тело само повинуется секундному порыву и встает, подходя к окну, только вот мимо парня проезжает мимо машина, после чего он исчезает, словно не бывал там ранее.       Я громко сглатываю и сжимаю свободную руку в кулак. Происходящее напоминает мне времена преследования Дженнифер, кельтских друидов и Неметон, когда я тряслась под столом или под одеялом, молясь о том, что бы меня никто не заметил. Во мне возрастал страх, медальон не успевал его поглощать, поэтому он и возрастал во мне все больше и больше. — Крис? — Пожалуй, я не откажусь от твоей опеки, даже защиты. Есть одна вещь, которую я умолчала и из-за которой тебе стоит поспешить, — гробовое молчание на той стороне давало согласие на все мои условия. Защита друзей не кажется таким сложным делом, чем сражаться с моим собственным, личным проклятием, на которое я обречена даже после смерти. — Как ты знаешь, сила салемских ведьм не терпит вмешательства в природу, в равновесие мира во всем мире. Поэтому каждая ведьма, которая стала вампиром, теряет свои способности без возможности их вернуть. Есть небольшой аспект в том плане, что я — потомок не только салемских ведьм. — Хочешь сказать, что твои силы проявили тебя? Силы кельтских друидов. — Нет, я не к этому вела. Когда я только-только узнала о том, кем, скорее всего, являюсь, я начала изучать всевозможные книги и летописи. Мне удалось достать информацию, ненужную на тот момент, но сейчас я понимаю, как хорошо, что успела ее прочитать. Короче говоря, друид не зависит от того, какую магию он применял. Они использовали абсолютно любую магию и ритуалы, вплоть до некромантии, что уже является черной магией. В о отличии от салемских ведьм, которые поддерживали мир во всем мире, кельтские друиды поддерживали мир лишь в своем племени, народе. И я вернулась к истокам своей силы, здесь я начала получать силу своих предков. Не сказала бы, что все настолько хорошо, как ты себе уже вообразил. — Так в чем же подвох? — В том, что эта самая сила уже принадлежит мне — она разрушительная, сводящая своего хозяина с ума — и я отказываюсь от нее, борюсь с ней. Все то время, что я провела в Бейкон Хиллс, она меня преследовала, заставляла принять ее, уничтожать. И, кажется, сила снова меня нашла.

***

      Под вечер поднялась целая буря. От солнечного летнего денька не осталось и следа. Мое шестое чувство голосило во всю силу, из-за чего я и не находила себе места, постоянно ходя по дому и обнимая себя. Волнение накрывало все больше и больше. Я прямо чувствовала, что наш план пойдет не так, как должен был. То, что мы "без причины" поторопили Врачевателей уже говорит о том, что все пойдет очень-очень скомкано. Я не знаю, врет ли мне Тео, но он не рассказал о том, что со мной происходит, просто сказал, что нам стоит поторопиться, что планы начинают срываться... Уверена, все равно это не прошло мимо них.       И поэтому я волнуюсь еще больше. — Нет, я так больше не могу. Одевайся, мы лично встретим Тео у въезда, а там уж как получится, — наспех хватаю кожаную куртку, которая нисколько не спасет от того сильного и холодного ветра на улице, но и не сказать, что меня больше всего на свете беспокоит погода. Арджент кое-как поспевала за мной, одеваясь на ходу.       Мы забрались в машину, и я мгновенно дала по газам. Пожалуй, если бы мы не властвовали над смертью с нашей бессмертностью, то живыми бы нас наш альфа точно не увидел. А если бы и увидел, то убил бы за машину. Оно того стоит, поверьте, у него классная тачка. Еще я не понимаю, почему раньше медальон пожирал все мои чувства, которые могут спровоцировать голод, а сейчас дал мне некую свободу от своих свойств? И ведь именно тогда, когда нужен больше всего. — Стой! — Вдруг кричит Эллисон, и я резко даю по тормозам, из-за чего мы бы обязательно вылетели через лобовое, если бы не ремни безопасности. Несколько мгновений я отхожу от шока, а потом смотрю вопрошающим взглядом на брюнетку, которая так же озабоченно смотрит на меня. — Ты пугаешь меня, Крис. — Сама себя, порой, пугаю, — срывается с губ слишком глупый каламбур, после чего я устало выдыхаю и прижимаюсь лбом к рулю. Хорошо, что мы были одни на дороге, иначе аварии не миновать. Закрываю глаза и, наконец, ощущаю, как медальон снова начинает работать. Мне становится все легче и легче, а потом я ощущаю, как Арджент кладет руку на мое плечо и сжимает в поддерживающем жесте. И ведь точно, не я одна на нервах. — Прости, что все так происходит. Я знаю, что ты сейчас запуталась, и не можешь понять всего, но... — Первое, о чем, а точнее о ком, я сейчас думаю, это ты, — ласково произносит Лис, и я очередной раз закрываю глаза, окончательно успокаиваясь. Я не могу быть такой нервной для встречи со стаей, я должна выполнить свою задачу, должна быть такой, какой образ придумывала все это время. Я просто-напросто не могу сдаться какому-то там пеньку и своим генам, какая бы чертовщина со всем этим не происходила. — Я буду рядом с тобой. Держи меня за руку. Я здесь. — Да, — киваю, беря себя в руки и откидываясь на спинку сидения. Не даю вампирше отстраниться и хватаю за ее руку, покоящуюся на моем плече. — И ты тоже запомни это. Когда встретишься с ними, держи меня за руку. Быть рядом столько, сколько сможешь. — Обещаю, — ее губы трогает милая улыбка, как и мои, после чего мы собрано и уверенно киваем друг другу. — Поехали.       И внезапно машину сносит в сторону нечто очень сильное и непонятное, из-за чего автомобиль оказывается перевернутым, а сверхъестественное существо убегает, как ни в чем не бывало. Я отчетливо слышу его шаги. Тем не менее, перед глазами быстро сменяются картинки, и вовсе не от того, что машина перевернулась несколько раз. Вроде бы, и держусь за руку Эллисон, ощущаю ее рядом с собой, а потом перед глазами один из Врачевателей, заставивший моего отца тормозить, после чего я снова перемешаюсь из одного времени в другое. Потом и вовсе отключаюсь.       Настойчиво пихают в плечо и кричат на ухо, я же продолжаю прибывать в какой-то прострации. Это все паника. Паника. Я должна успокоиться, и все будет в порядке, все хорошо. Хорошо. Делаю глубокий глоток свежего, вечернего воздуха и жмурюсь, сосредотачиваясь на настоящем, а не на прошлом. Кое-как принимаю сидячее положение, в чем мне подсобляет Арджент. Мы больше не в машине, и это невероятно успокаивает. Продолжаю глубоко дышать и опускаю взгляд на руки, пока вампирша прижимает меня к себе со спины. Руки мои дрожали так, как они дрожат у наркомана во время ломки. Впрочем, у меня, наверное, и вовсе сердечный приступ случился, раз я снова пережила этот кошмар. Точно. Я умерла. — Уже время, — оповещает подруга, на что получает только кивок с моей стороны, потому что я все еще в шоке. Не могу собраться, а медальон не спешит сожрать все эти эмоции. Лис поднимает меня на ноги, что замечаю запоздало, после чего все-таки беру себя в руки. У меня есть задание, и я не должна облажаться. Не сейчас. Тео может в легкую убить Эллисон за этот мой прокол. — Я в порядке. Идем, — меня все еще трясет, и я кое-как стою на ногах, потому и продолжаю держаться за руку брюнетки. — Поспешим.

***

      На дороге пробка, и множество машин стоят без движения уже около получаса. По крайне мере, мы практически добежали до самого конца, но машину Рейкена не увидели, что наталкивает на не самые хорошие мысли. Лить начинает, как из ведра, а холодный и сильный ветер только способствует этой ситуации. Телефон, разумеется, при таких климатических условиях даже не думал ловить, вот и приходиться искать "альфу" старым способом.       Буря быстро набирает обороты.       Наконец, мы видим знакомую машину, которую видели накануне отъезда, когда говорили с Тео о дальнейших планах. Впереди сидят ожидаемые люди, но куда более спокойные, чем когда мы находимся в пределах их поля зрения. Быстро преодолеваю то небольшое расстояние, на котором мы держались от пробки, дабы не быть заметным. Лис бежит за мной, тщетно пытаясь скрыться от дождя. Только вот оборотня не оказалось в машине, а довольно спокойные "родители" тут же напряглись, как только мы нараспашку открыли задние двери с обеих сторон одновременно. Разумеется, эти двое понятия не имеют, куда запропастился их любимый сыночек. А вот мне сейчас совершенно не до шуток. Разные эмоции продолжают одолевать меня, а руки все еще трясутся. Что, если тот, кто попытался нас, точнее, думаю, меня убить, и сейчас наблюдает за нами?       Там, в машине, я умерла. Я точно почувствовала это, и то, как сущность вернула меня обратно, хоть это и показалось мимолетным процессом. Но убил меня вовсе не страх снова оказаться в машине с отцом, снова пережить тот кошмар, а нечто иное. И да, кажется, я теперь еще долго не смогу сесть в машину. Меня трясет от одного ее виду — уж лучше прогуляюсь, по-старинке, собирая людей, желающих поделиться со мной своей кровью. Да, определенно, это будет намного лучше. Но где, черт подери, Тео Рейкен?! — Тео, черт бы тебя побрал! — Выкрикиваю я, со злость хлопая дверью и отходя от нее на расстояние, потому что мне до ужаса страшно. Что ты говорил мне, Тео?! Только сегодня утром! Что?! Быть беспомощной и быть уязвимой — две крайности, в которые я впадаю, в этой непростой ситуации с друидами и ведьмами, и мне, как никогда, нужна помощь со всем дерьмом, что творится вокруг. — Он прислал мне адрес. Кажется, Врачеватели начали действовать раньше, впрочем, как и предполагалось по плану, — вампирша мгновенно оказывается рядом со мной и показывает экран телефона. Не будь он водонепроницаемым и вообще стойким, то не выжить ему в нашей сверхъестественной компашке, как и моему. — Как ты? — Все н-нормально, — я глубоко вдохнула и выдохнула, мельком посмотрев на медальон, который, к счастью, все еще пожирал мои эмоции, но слишком медленно для происходящего.       Уже через несколько минут мы оказались в нужном месте, откуда и начинался первый этап. Хотя, нас только в этот этап и посвятили, остальное — не нашего ума дело; нет, это не Врачеватели или Тео так сказали, просто я сама понимала, что чем меньше я задаю вопросов, тем целее остаюсь, как и мой отец. Да и отсутствие нужных эмоций тоже заставляло меня, честно говоря, плевать на ход событий, лишь бы только все остались в живых, все было хорошо.       Но здравым смыслом-то я понимаю, что все очень и очень плохо. Мне не удастся спасти всех, только одну половину, пожертвовав другой. Так я спасу себя, отца и Эллисон, если убью Скотта и отдам Тео остальную часть стаи; в этом случае, я не уверена, что останусь в живых, являясь гребанным альфой. Ужасно глупо звучит. Тем не менее, я спасу друзей, но тогда точно и безоговорочно погибнет мой отец, возможно, нам с Лис удастся сбежать, но не надолго. Я порядком изучила этих людей — они кого угодно найдут, достанут даже с того света, уверена в этом. Бежать бессмысленно. Но какую надо выбрать сторону, чтобы самой прожить еще небольшое такое количество своей вечности?       Очередной эксперимент Врачевателей — оборотень, но слишком сильный для простой бетты, поэтому сказать, что он является только волком невозможно. Рейкен рассказывал, что Врачеватели положили не один десяток лет на создание сверхъестественных существ нетрадиционными методами — экспериментами, и ушли гораздо дальше, чем простое обращение. У этого существа наверняка с десяток козырей в рукаве, если мы просто разинем рты, ожидая следующего удара. Эллисон бросилась в бой раньше меня, снеся Скотта, когда химера уже намеревался нанести ему сильный удар, но пожертвовала собой. Зуб даю, если погибнем здесь и сейчас — это только наши проблемы, а не гребанных экспериментаторов. Рейкен, сидящий до этого момента на асфальте после сильного удара, тут же подскочил к существу, пытаясь освободить брыкающуюся девушку. Это был отвлекающий маневр, которым я и воспользовалась, пока обе руки эксперимента были заняты.       Тем более, мы с Лис и так должны были убить его в случае поражения. А поражение был — по крайне мере, мы с вампиршей постарались. Не долго думая, я преодолеваю расстояние между мной и недо-оборотнем, заходя со спины и резким движением руки, со всей силы, сношу химере голову. Как ни странно, получается очень даже хорошо... или это потому, что я сейчас на эмоциях? Арджент тут же освобождается, а тело безвольно падает на землю. Мои руки в какой-то непонятной черной субстанции, но я, даже не задумываясь, быстро налетаю на Рейкена. Альфа удивлен, очень сильно, но все же оказывает поддержку, повернув голову в сторону другой девушки. — Все нормально? — Мы... Я думаю, об этом лучше поговорить дома, — на полуслове замолкает брюнетка, пока я продолжаю радоваться этому кроткому моменту спокойствия. Буря внутри, наконец, более-менее успокаивается, и настает тишина, которой невозможно не радоваться. — Эллисон? Кристи? — Прерывает всю идиллию явно лишний голос. Я возвращаюсь в жуткую реальность, и меня практически выворачивает от собственной роли во всем этом спектакле, но эмоции все равно поглощаются мгновенно, и я отстраняюсь от оборотня. Натыкаюсь на озадаченные взгляды большей части стаи, исключая только Лидию, и отступаю назад, давая все объяснить своему "новому альфе". — Ты же не помнишь меня, да? Кажется, я немного изменился с четвертого класса, — с усмешкой парень подошел ближе к стае, которая удивленно смотрела уже на него, пока мы оставались позади. Говорил он исключительно с МакКолом, смотря ему прямо в глаза. Именно так ему и удается получить расположение человека. В опешивших глазах истинного альфы промелькнуло удивление, смешанное с непониманием, а после нескольких секунд, и понимание, даже озарение. — Тео? — Поверьте, никогда бы не подумал, что встречусь с вами вновь, — теперь он переводил взгляд со Скотта на Стайлза, улыбаясь и пытаясь уже войти в доверие. Как бы не так, учитывая, как много стая пережила за это время. Я нахмурилась, и ко мне подошла Лис, беря за руки. Снова вспомнилась эта непонятная субстанция вместо крови на руках, что не мало волновало, и мы отвлеклись на лежащий недалеко труп взрослого мужчины. Меня пробил озноб. — Что это такое? Пахнет человеческой кровью, — вампирша поднесла мои руки к своему носу и даже уже собиралась проверить на вкус, как я отпрянула, боясь за ее самочувствие. Мало ли, что Врачеватели вкладывают в эти их эксперименты. Мне следует немедленно помыться, если я не хочу подхватить какую-нибудь заразу. — Странно, что, вроде бы, оборотень, но пахнет, как человек, — бормочу себе под нос и мельком гляжу на "своего" альфу, который продолжал разговаривать с Скоттом. В их компании находился еще и Лиам, который не отводил взгляда от меня, кажется, решив не заморачиваться ситуацией с Тео. В нос ударил запах свежего дождя, человеческой крови и... чертов вонизм, как от мокрой собаки. Понятия не имею, от кого именно она шла — от Скотта или от Лиама, но было очень неприятно. — ..Я вернулся в Бейкон Хиллс, вернулся со своей семьей, потому что намереваюсь стать таким же, как и ты. Я — не альфа, поэтому не могу обращать людей, но у меня есть стая. И, кажется, вы знакомы, — парень обратил на нас всеобщее внимание, и мы подошли ближе, дабы снова познакомиться с собственными друзьями. — Обе — вампиры, новообращенные. — Что с вами обеими случилось? — Тут же спросил Стайлз, делая шаг вперед, когда как мое тело так же резко поддалось назад, и этот жест ни от кого не укрылся. — О! Можно, я начну? — Тут же энергично вызвалась Арджент, словно отличница в классе. Кажется, она пыталась перенять все внимание на себя, чтобы я успела придумать подходящую историю. План был, история была, это я забыла, как говорить, как врать, как дышать. — Я попала в автокатастрофу на дороге и впала в кому. Аппараты жизнеобеспечения грозились отключить, потому что не было никакой информации обо мне и моей семьи, кроме, разве что, моего паспорта, но он ничем особо не помог. Тогда меня нашла Крис и обратила. У меня были подозрения на амнезию, и она в точности подтвердилась, когда я стала вампиром. Мне не удалось восстановить ее, как бы моя создательница не пыталась, поэтому... хм, надеюсь на вашу помощь? Хотя, я не уверена, что хочу что-то вспоминать. — Мы не связывались с Арджентом довольно давно, — Скотт, не долго думая, посмотрел на других ребят, только вот их взгляды были направлены на меня, и мне это совершенно не нравилось. — Я умерла с кровью отца в организме, не помню как точно, но... спустя какое-то время, после обращения Эллисон, я отключила эмоции, потому что не смогла контролировать себя. Тео спас меня, и я присоединилась к нему, став частью стаи. Ничего личного, — эти слова дались мне даже слишком просто, но я продолжала держать за вампиршу, стоящую рядом, которая помогала мне не выдавать остатки пережитого. Первый день, а странности уже настигли меня, где только можно. — Но где сам твой отец? — Стилински, кажется, всегда умел задавать самые умные и самые неуместные вопросы тогда, когда того ситуация совершенно не требовала. Я коротко пожала плечами и посмотрела на Рейкена, уже взглядом давая понять, что мне не терпится попасть домой, помыться, перекусить и лечь спать. — Нам надо что-то сделать с телом... — Быстро перевел тему он и обернулся.