Подарки зимы

      Небо раскрашивали яркие цветы фейерверков. Их разноцветные отблески плясали на стенах кабинета Хокаге, но даже они не могли создать праздничную атмосферу. По крайней мере, для Цунаде, которая сидела на своём рабочем столе и небольшими глотками пила саке.       «Ещё один новый год в одиночестве… Интересно, будет ли когда-нибудь иначе?»       Она медленно спустилась на пол и подошла к окну. Где-то там жители деревни обменивались подарками и поздравляли друг друга с праздником. Можно было пойти к ним, но в толпе одиночество казалось ещё острее. И ещё болезненнее ощущалось, насколько сильно рядом не хватает кого-то своего, родного.       В новогоднюю ночь все дороги ведут домой. Но правда ли это? Цунаде почти не верила, что её бродягу-отшельника дорога сегодня приведёт в Коноху. Это было бы слишком неожиданным и дорогим подарком судьбы. Легендарной неудачнице так повезти не может.       Цунаде прислонилась лбом к прохладному стеклу и закрыла глаза. Зря она, наверное, столько бегала от своих чувств и смеялась над Джирайей. Он мог быть полнейшим болваном с непормерным самомнением и пошлыми шуточками, но он всё-таки её любил…       — Но моя любовь — яд. Кому она может принести счастье?.. — вполголоса пробормотала Хокаге и с силой стиснула бутылку саке. Голова шумела от выпитого алкоголя, а вместе с тем росли жалость к себе и желание разреветься.       — Ты сама на себя не похожа.       Цунаде распахнула глаза. В отражении на стекле зыбкой тенью виднелся Джирайя. Довольный, улыбающийся… счастливый.       — Ты вернулся, — она боялась обернуться, боялась узнать, что это лишь игра воображения.       — Решил встретить новый год дома, — Джирайя смущённо усмехнулся. — Так и знал, что найду тебя здесь. Пост Хокаге на тебя здорово повлиял, даже в праздник теперь без работы не можешь?       Цунаде всё-таки медленно повернулась и взглянула на санина снизу вверх. Столько всего хотелось сказать, но вместо этого она выдала скупое:       — Какие новости? Жабий отшельник молчал, странно рассматривая Цунаде и заставляя её нервничать.       — Мы стоим под омелой, — наконец доверительно сообщил он и шагнул ближе. Опустил большие ладони Цунаде на плечи, осторожно привлёк её к себе и коснулся губами лба.       — Я тебя ударю, — тихо предупредила Цунаде, ненавидя сейчас свой дрожащий голос. Кожей ощутила усмешку Джирайи и поняла, что не ударит. И вообще больше никуда не отпустит. Возможно, дело было в количестве выпитого саке, но ей ещё никогда не было так хорошо и уютно.       Бутылка выскользнула из рук, когда Джирайя бережно обнял её и погладил по волосам.       — Ты что, плачешь? Ты же Стальная Принцесса, — похоже, санин не удержался от попытки поддразнить. Цунаде в ответ лишь жалобно всхлипнула, всё больше понимая, что вместо отдельных слезинок вот-вот появится целый поток рыданий. Она сдерживала его слишком долго, с тех самых пор, как потеряла брата и Дана, чаша переполнилась.       — Ты сама не своя, да что случилось?       Теперь Джирайя уже тревожился. Цунаде неуверенно улыбнулась и запрокинула голову.       — Я рада, что ты вернулся. И даже прощу тебе этот обман с омелой и… Она не договорила, Джирайя её наконец поцеловал, а потом обнял ещё крепче.       — Можешь избить меня до смерти, но я тебя больше не отпущу. Мы уже не в том возрасте, чтобы бегать и обманывать друг друга. Я тебя всё ещё люблю.       В другое время Цунаде отправила бы его в нокаут за разговоры о возрасте, но сейчас лишь тихо рассмеялась и спрятала раскрасневшееся лицо на широкой груди Джирайи.       — Хорошо. И я тебя… тоже.       Новый залп фейерверков осветил кабинет Хокаге и застывшие на фоне окна фигуры. Похоже, наступающий год обещал быть счастливым.