Тайная любовь

Я часть лета провела с родителями и с горечью выслушивала, что те хотят оставить меня дома, ведь в новостях столько странных смертей. Но когда я надавила на них, они согласились, и я отправилась в Нору. Несколько дней пробыла со всеми Уизли и Флер, или как её называла Джинни - Флегма. Рон был таким милым и забавным. С Джинни мы проводили большую часть времени, болтая о мальчиках. Похоже, рыжая заметила, какими глазами я смотрю на её дурака-братца. Но, лишь только я напомнила, что её подруга влюблена в нашего общего друга - Гарри... В общем, мы с Джинни решили, что о чувствах будем рассказывать только дневникам. Резонно. И вот в один такой обычный вечер прибыл Гарри. Конечно, Джинни обняла его первая, чему они оба были рады, но когда на кухню ввалилась вся семейка Уизли, они остранились друг от друга. Всё-таки они идеальная пара. Рон похлопал друга по плечу, а когда я в свою очередь обняла Гарри, Уизли побагровел и очень мило слился со своими волосами. И вот первого сентября мы дружной компанией отправились на Кингс-Кросс. Как старосты, мы с Роном ушли в специальное купе. Встреча там была пренеприятнейшая. Не знаю, но во мне каждый год теплится надежда, что Малфой уедет и будет учиться в Дурмстранге или где-нибудь ещё. Но только не со мной в Хогвартсе. И каждый год мои мечты рушатся, когда я вижу его. Надо сказать, что за лето он похорошел. Светлые волосы небрежно растрепаны. Хм... Он что? С Гарри пример взял? Хорёк подрос и даже возмужал! Только уж слишком бледен. Наверное, допоздна отвечает на письма влюбленной Паркинсон. Я улыбнулась, не сводя с него взгляда. Рон был ошеломлен и всю дорогу до купе Гарри со мной не разговаривал. И он прав. Я что ли думала о Малфое, как о симпатичном парне?! Теперь, вдалеке от него, меня передернуло, но тогда, глядя в его серые глаза... Хватит! Думаешь о Малфое больше, чем о предстоящей учебе. А об учебе подумать следовало, ведь в этом году нас ожидает столько всего нового и трудного, что мне не терпелось приступить к занятиям. Сдать ЖАБА в следующем году на "превосходно" - вот моя цель на ближайшее будущее. Конечно, война портит мою радужную картинку, но все в порядке, выкарабкаемся! В купе я, пару раз назвав Малфоя хорьком, увидела облегченный взгляд Рона. Ладно, теперь он меня простил за странное поведение. Улыбнувшись ему, отчего парень чуть не потерял сознание, я спрыгнула с поезда и поспешила в Хогвартс. Малфой. Почему он сегодня на меня так смотрел? Наверняка растрепал всему змеиному факультету, что грязнокровка пялилась на него. К его выпадам я была готова. Я не удивилась, увидев фестралов, но немного непривычно было видеть, что кареты кто-то везет. Вплоть до пятого курса я считала, что ими управляет магия - но нет. Даже здесь предпочли магии человеческую дрессировку. Интересно, конечно, но верить в магию было проще и привычнее. Хм... Где же Гарри? Из других карет он не вышел, да и потом не появился... Рон даже не заметил, что его лучшего друга нет. Вот бездушная скотина. А вот Малфой успел пройти, только опоздал. Интересно, почему? Как бы Гарри с Хорьком не подрался, а то Малфой тут, а друга нет - не к добру. Спустя пару минут в двери вошел сам Гарри, а вел его... Профессор Снейп. Бедный, как, наверное, устал выслушивать едкие замечания профессора. Почему им так сложно договориться? *** Мерзкий Поттер! Чуть было не подслушал, как я признаюсь этим олухам в том, что я... Я так и не смог выговорить слово "Пожиратель", даже в мыслях. Чёрт! А ещё Грейнджер! Уставилась на меня в вагоне для старост как будто впервые увидела. Я скривился. А она изменилась! Симпатичнее что ли стала? Или просто не высовывается. Из-за неё я даже прослушал, что там профессорша говорила про старост. Тупая грязнокровка Грейнджер! Как я мог смотреть на неё. Не удивительно, что Панси взбесилась. И что я нашел в её карих, как молочный шоколад, глазах? И каштановых волосах? Которые как обычно похожи на гнездо гиппогрифа. И её улыбка... Нет, Драко, ты сошел с ума, окончательно. Как ни странно, но в глубине души сумасшедшим я себе не казался. Скорее, даже наиболее адекватным, чем некоторые студенты. Поттер, например. Я вновь скривил губы. Что за вечер такой сегодня, что мои мысли только о тех, кто раньше моего внимания не заслуживал. Нет, о Поттере я думал часто. Представлял как его пытают Круциатусом или Авадой запускают. А вот Грейнджер... О ней я не думал никогда. Тут я слукавил. Самому себе. Несколько лет назад, когда Грейнджер ударила меня по носу кулаком, я потом пару дней был "влюблён" или, скорее восхищён тем, что она не такая зануда, как кажется. Но потом, подумав над ситуацией, я решил, что это было сумасшествие, вызванное совсем не слабым ударом в лицо. И Грейнджер оставалась Грейнджер, не важно, красивая или нет, она была собой, чем жутко меня раздражала. Я прокручивал моменты стычек с Поттером, сидя в зале и вполуха слушая старого волшебника. Мне придется его убить. Это моё наказание за отца. Почему я должен платить за его ошибки, расплачиваться за его грехи и оплошности? Почему я? Ох уж эта аристократия. Ребенок слушается приказов отца и так далее. Надоело! Но ничего не поделать, я просто обязан убить Дамлдора, иначе убьют меня. Ладно, если умру я, не жалко, если умрет отец, но мама не заслужила такой участи. Помню старые времена, когда она сама готовила, а не заставляла это делать эльфов, часто улыбалась и играла на рояле. Но теперь в поместье не играет музыка, разве что на светских раутах. Приёмы, которые мне так осточертели, вся аристократия в нашем поместье, а я просто обязан быть на виду. Лучше было бы усесться у камина с интересной книжкой, как Грейнджер. Вспомнив, как приятно хрустнул нос Поттера, я улыбнулся, невольно взглянув на Грейнджер. Нет, а она и вправду изменилась. Не горбится, стала чаще улыбаться, зубы вперед не выдаются. "Зубы у неё нормальные с четвертого курса, когда моё заклинание попало в неё, и она что-то там сделала", - осекся я. Она изменилась, да, но она грязнокровка Грейнджер, которой никогда не будет места у нас. Упрямая, гордая, храбрая, такая гриффиндорка. Тьфу ты! Всё-таки надо зайти к мадам Помфри, а то, по-моему, со мной что-то не так, слишком много мыслей о недостойных даже моего взгляда.