PlayBoy Pak Jimin.

Глава 8. Ты мне нужна

«Я очнулся в каком-то фургоне.Не было ни одного просвета. Сплошная темнота. Рядом с собой я заметил ребят. Но… Что они тут делают? Ребята были слишком подавлены. Даже весельчак-Хосок не улыбался. — Что происходит? Почему я нахожусь здесь? — тихо спросил я, но на мои вопросы никто не решился ответить. Лишь самый мрачный из нас, Юнги, встал с места и открыл дверь фургона. Солнечные лучи пробились внутрь. Слишком ярко. — Пошли, — негромко сказала Хосок и, взяв меня за руку, потянул за собой. Солнце всё продолжало слепить глаза. Кажется, я долго просидел в темноте. Приведя своё зрение в порядок я, наконец, заметил массу народа. Так много и все в чёрной одежде?! Что произошло? Люди скопились у одного места и только в стороне от всех раздавался истерический смех Наны. Толчок в спину. Чонгук легонько пихнул меня в плече, указывая, чтобы я шёл вперёд. Что я, конечно же, и сделал. Все взгляды падали на нас. Люди, замечав нас сразу же расходились, уступая нам проход. Мы остановились около Джина. Он ужасно выглядел. Похоже, измотал себя сильно. Бледная кожа, мешки под глазами и… И слёзы на глазах. — Она так и не узнала, что это ты… Почему ты молчал? Ты ведь знал, что это она, и молчал?! Сохен умерла, так и не найдя тебя. Так много сил потратила. Столько боли перенесла, а так и не узнала, что тот самый ребёнок, это ты, — хриплым и ослабленным голосом проговаривал Джин. Слёзы продолжали катиться с его глаз. Я не понимал, что творится… Почему он вдруг заговорил обо мне и Сохен?! Почему он сказал, что она умерла? Немного постояв, до меня начало доходить.Неужели… Метнув с места, я отодвинул Джина в сторону и вдруг увидел то самое. Передо мной стоял красный бархатный гроб. В котором лежала она… Сохен лежала в гробу, одетая в свадебное платье.» РOV Сохен Боже, как же болит голова. Такое ощущение, что на меня что-то тяжёлое упало. — Сохен, милая, очнись… До жути знакомый голос. — Сохен, пожалуйста. Папе больно смотреть на тебя. — Папа?! Я не могла поверить. Рядом со мной сидел мой отец. В своё любимом махровом зелёном халате, с чашкой кофе и в тапочках. Он улыбался, но глаза были заплаканные. — Папа. Папочка. Папуля. Как же я скучала. Я дала волю слезам. Обнимала такого родного мне человека, вдыхала запах его шампуня и парфюма. Как же мне этого не хватало. Он обнял меня и стал гладить рукой по моей спине. Я стала успокаиваться, но не отпускала его. — Тише-тише. Все уже хорошо, я с тобой. Как ты себя чувствуешь? — Я? Нормально. А должно быть не так? — Ну, ты ведь в больнице. Ты не помнишь, что с тобой приключилось? — Нет, — и тут резкая головная боль. В глазах стали мелькать картинки. Вот я повздорила с Нам Джуном. Теперь я иду в лес, затем уже сижу возле дерева, нога в крови, а сознание затуманено. — Что со мной случилось? — Ты заблудилась в лесу и провела без сознания долгое время. Сейчас ты в коме. Но в данный момент не это самое главное. — Не это?! — я была в шоке. — Ты нашла его? — данный вопрос ввёл меня в ступор. Я молчала минуты две, все смотря на отца. Но тут до меня дошло, о чем спрашивает он. — Нет. И вряд ли найду, — в моём голосе можно было услышать нотки печали. — Я так и думал, что ты до сих пор не замечаешь его. А он прямо у тебя под носом. — О чем ты папа? — резко в глазах стало мутнеть. И силуэт папы попросту начинает исчезать, — что ты хочешь сказать? Ты знаешь, кто это? Скажи мне, пожалуйста. — Дам тебе подсказку, — и он стал напевать мне мелодию. До жути знакомую мелодию. — Папа, я не понимаю. — Когда ты её услышишь — ты поймёшь. И помни: половина сердца всегда с тобой. А теперь проснись, Сохен. «Где я?» — первое, что пришло в затуманенную голову. — «Что происходит? Кто все эти люди?» — Сохен? Ты очнулась? Врач, сюда. Она очнулась! — громкий крик сильно резал по ушам. Я не сразу поняла, кто в моей комнате. Но голосов было явно много. Когда я смогла сфокусировать взгляд, то увидела перед собой своих подруг и… Бантан?! — Сохен, милая моя! — закричал кто-то неподалеку. Голос явно мужской, но перед собой я вижу только мужчин в масках и белых одеяниях. Врачи. Их много, и они крутятся вокруг меня. Один из мужчин сказал что-то второму (я не слышала что, мой слух ещё не пришел в норму), затем второй приоткрыл пальцами мой глаз и стал светить микрофонариком или чем-нибудь похожим на него. В глазах в тот же миг на секунду померкло и я скривилась, но позже фонарик убрали и зрение восстановилось. — Как себя чувствуешь? Ты меня слышишь? — наконец, до меня начинают доходить слова, которые я уже более-менее разбираю. Я слабо киваю и чувствую, как голову пронзает резкая боль. Жмурюсь и стону. — Ким Сохен! — снова мужской крик. Он такой знакомый, но я не могу понять, кто это. В голове моментально закручивается ураган из тысячи разных голосов. Женских, мужских, детских. Все они вихрем проносятся в моем разуме, отдаваясь глухой болью где-то в районе затылка. Я снова стону. — Голова-а, — тяну я охрипшим голосом и ощущаю, как в глазах снова всё плывет. — Скоро полегчает. Потерпи, — раздается мужской голос, а что было дальше, уже не помню.

***

Второй раз я очнулась, когда в комнате никого не было. Белые стены… Абсолютно всё белое. Даже мои ладони, которые я поднесла к лицу, дабы разглядеть, были бледными и холодными. — Сохен! — снова тот же крик, и ко мне подбегает Джин. Так это его голос я слышала всё время? Неужели это он? Такой бледный, растрёпанный. Совсем на себя не похож. Что же случилось за это время, пока меня не было? — С тобой всё хорошо? Ничего не болит? — взволнованно расспрашивает Ким. — Воды, — хриплым голосом попросила я. Брат тут же кинулся дрожащими руками наливать мне стакан воды. Непривычно. Приподняв меня, я смогла сделать пару глотков воды и лечь обратно. Только сейчас заметила тех, кого точно не ожидала. Бантаны, как ни в чем не бывало, стояли в углу и внимательно наблюдали. Как же приятно было их сейчас видеть. Если бы случилось обратное, то я, наверняка бы, их больше не увидела. Больно. Джин сел рядом со мной и внимательно начал наблюдать. Он был так поглощён тоской, что сейчас не может нормально улыбнуться. — Скажи что-нибудь, — попросил Джин, натянув легкую улыбку на своём бледном лице. — Неси еду. Сейчас я буду тебя откармливать, — кажется, именно эти слова он и ожидал от меня. Ведь прекрасно знает, как я отношусь к его здоровью, и мог понять, что я догадалась. Явно он мало пытался. На его глазах появились слёзы. Больше не сдерживаясь, он кинулся в объятия.Он переживал за меня, как никто другой. Так же и я за него сильно переживаю. Он стал худее, чем прежде. Наши с ним посиделки в обнимках оборвал врач, который зашел в палату, чтобы посмотреть моё состояние. — Как самочувствие? — спросил он. — Не помру точно, — с насмешкой ответила я. — Шутить можешь, а значит скоро поправишься. — Сколько я пробыла без сознания? — спросила я уже более холодным тоном. — Месяц, — так долго? Но… Почему? Он покинул палату и в ней нависла гробовая тишина. Вот это сейчас и пугает. Месяц. Оппа, что же с тобой произошло за этот месяц, что ты так истощен? Я боюсь за тебя! — Ты пробыла в коме месяц. Мы не понимали, почему так много. Потому что твоё состояние было стабильное. Анализы в норме. Всё было хорошо, а ты продолжала лежать в отключке. Надежды на то, что ты очнешься — нет. Я скучал, — сказал он и снова прилип ко мне в объятиях. Именно этого мне и не хватало. — Эй… Мышь. Какого черта ты ушла в лес? Ты понимаешь, как я… Кхм-кхм… Мы переживали? А если бы ты померла? Что бы тогда? Ты хоть понимаешь как Джин износил себя? Мы думали, что и он поляжет, — сказал Джун. Сейчас даже его было приятно слышать. Засранец. — Оппа… Как только меня выпишут из больницы, то я займусь твоим воспитанием, а также здоровьем. Ты слишком мрачный. Не хочу больше тебя видеть в таком состояние. Поэтому ежедневно приносишь мне сюда наши с тобой любимые токпокки и мы будем наедаться до отвала, — я внимательно наблюдала за реакцией Джина. Сейчас он потихоньку приходил в себя. Это радует. — Ха-ха-ха… Хорошо, — произнёс он и быстрым шагом покинул палату, но куда он? — Ну, что Джун. Решил все-таки добавить меня в свой список друзей? — спросила я, натянув зловещую улыбку. — Нет. Просто меня притащили сюда Тэхен и Чонгук. Я не хотел идти, — Тэхен и Чонгук? Кстати говоря.Только с ними я не сдружилась. Даже с Чимином. Чимин… Где он? — Понятно. Я, пожалуй, отдохну. Спасибо, что пришли, — выдала я и, накрывшись одеялом, попыталось уснуть. Сейчас я чувствовала обиду и возмущение. Хотелось увидеть того, кто сейчас не присутствовал. Настроение сразу понизилось до минимума. Кажется, и парни это заметили. — С тобой всё в порядке? — коснувшись моей головы, спросил Хосок. Его прикосновениям я вовсе не поддалась. Раньше шарахалась этого. — Да, — спокойно ответила я и продолжила свой «сон». — Мы тогда пойдём. Тебе следует отдохнуть, — они так заботятся?! Бесит! От слов автора Чимин направлялся в сторону компании, так как его отец вынудил появиться. Поскольку так полагалось делать наследникам компании. Вот только он и вовсе не претендовал на неё. Но он угрозил отобрать все имеющееся у него. — Чего тебе надо? Я ведь сказал, чтобы ты меня к компании не приписывал, ибо работать в ней я не буду. Все понятно? — захлопнув дверь, выговорился Пак. Его взбесило резкое появление отца в его жизни. Те прошлые три года он и вообще забыл о нем, а тут он прям резко ему понадобился. — Не дерзи, сейчас я ухожу на важный переговор. И пока меня не будет, ты должен подготовить отчеты, — сказал мистер Ёнмин, кинув на стол папку с бумагами. — То есть три года никакой заботы обо мне, а тут сразу ворвался в мою жизнь и прям сразу завалил работой? — Чимин все так же продолжал огрызаться на отца. Ему было обидно за то, как он подло поступил. Мать… Она вообще не думает о нем. — Я же сказал. Компании нужен наследник. Ты единственный мой сын. Не смей мне больше возражать, Пак Чимин, — сквозь зубы проговорил мистер Пак. Чимину ничего не оставалось, как сесть за стол и начать работать. POV Пак Ёнмин — Здравствуйте, мистер Чхве, — и, пожав руки, оба сели за стол. — Вы все обговорили с супругой и сыном? Они не против брака по расчету? — спросил мистер Чхве, открывая документы. — Я вас умоляю. Чимин только за… Ваша девочка ему понравилась. И он не против вступить в брак. — Ну и хорошо. Тогда подпишите здесь и здесь, — указывая пальцем, произнёс Чхве. Тот послушано подписал документы. — Ну что, зятёк. Буду рад нашей совместной работе, — отозвался мистер Ёнмин.