Кэсседи Винчестер

Две недели спустя. Я иду по вечернему городу. Моя жизнь оборвется уже через час. Совсем недавно я вышла из родного дома и сейчас брожу по вечернему городку. На узких улочках много суетливых людей, которые спешат поскорее вернуться домой и наконец улечься под тёплый плед. А я иду в никуда. Иду к своей смерти. Тайлер сказал, что подойдёт к маленькой кофейнице, чтобы что-то сказать. А вот и он. Как только я подошла, он аккуратно убрал небольшую прядь волос с моего лица и осторожно поцеловал в губы, сразу же нежно отстранившись. По моей щеке потекла слеза. Я не хочу никуда отходить от него, никуда убегать. Хочу остановить время и жить здесь. Прямо в этом моменте. Тайлер мягко смахивает слезу, которая уже докатилась до уровня носа. Его потрескавшиеся губы опять коснулись моих, но тут же отстранились. Он словно не хотел меня ранить или обидеть. Эти осторожные прикосновения, лёгкие поцелуи, тихий шепот… На город находит закат, и этот момент становится ещё более прекрасным. Подул тяжёлый ветерок, наполненный всем, что произошло в этом городке за этот день. Уже к утру всё изменится, но я этого не увижу. Мои глаза закроются. Навсегда. За то я больше не увижу ни смертей, ни болезней. Я точно знаю — это не зря. Мы с Таем идём по очередной узкой улочке. Он крепко держит меня за руку, словно не хочет отпускать. Я сжимаю его руку в ответ. Я тоже не хочу его отпускать. Мы проходим мимо уже давно известного мне «парка одиночек», идём к мосту. Мосту, под которым проходит маленькая речушка. Она тоже отражает пастельно-розовый оттенок неба. Белая толстовка Тайлера словно светится в сумерках. А я опять замерзла, потому что в +15 вышла в одной футболке. Тайлер это видит и молча снимает свою толстовку. Я отнекиваюсь, вроде «не стоит, не нужно», но он настаивает. Я одеваю теплую толстовку пропитанную особым запахом. Вроде такого уютного аромата старых книг. Мы сидим на дряхлом деревянном белом мостике, свесив ноги над речкой. Я смотрю на часы и понимаю — пора. — Тайлер, мне пора. Он с особой встревоженностью смотрит на меня своими милыми шоколадными глазами и наклоняется к моему лицу, а затем целует в губы. После чего прижимает и шепчет на ухо такие дорогие слова. — Я тебя не хочу отпускать, потому что не смогу без тебя. Знаешь, возможно я совершу самоубийство… Знаете, как страшно слышать эти слова от дорого тебе человека, когда он говорит это на полном серьезе. Без смешков, без улыбок…просто смотря прямо тебе в глаза. — Нет, не смей. — Кэс, мой мир рухнет без тебя. Я не хочу страдать. — Тебе все равно так легко не умереть. У Винчестеров есть свой ангел для таких случаев. Тайлер улыбается и продолжает смотреть прямо мне в глаза. — Он не поможет. Мы идём к старой церкви по той же улочке. Идти до неё всего-то пять минут. Вот поворот, затем ещё один. На улицах уже зажглись фонари, заметно похолодало. Тайлер обнял меня за плечи и продолжил своё «смотрение в пустоту». А вот и старенькая деревянная церквушка, на вершине которой стояла тёмная фигура девушки и мужчины. Разглядеть их лица невозможно. Особенно в сумерках. — Прощай, Тайлер. — Прощай, Кэс. По его щеке покатилась слеза. Я никогда не видела Тайлера таким подавленным и разбитым. Он подошёл ближе и какой раз за вечер поцеловал, затем неохотно отстранившись. Я смахнула слезу с его щеки. Не могу видеть его таким…

***

Вот я и на крыше той самой церквушки. Отсюда можно разглядеть небольшой район города, но всё плохо видно из-за сумеречной дымки. — Привет, лапуля. — Кроули, я просила тебя заткнуться, — сказала девушка в красном платье. Странно, раньше я её никогда не видела. Я даже не знаю кто это… Девушка лет 20-25 с прямыми чёрными волосами и в платье в пол. — Привет, Кэсседи Винчестер, — Кроули в этот момент не мог пошевелиться и только вяло мычал. Видимо, это она наложила заклинание…- Я рада увидеть тебя. Кроули помог мне выйти в свет. Моё имя Иллиомина, и я — дочь Великой Тьмы. — Про Тьму мне известно, а вот про тебя не слышала… — Я хочу тебе показать Астральное измерение. Ты сможешь увидеть жизнь своих родственников после своей смерти. Ты хочешь этого? — Да. Она блаженно улыбнулась. — Для этого мне нужна твоя кровь. Соооовсееем немного. — Я согласна. Она подошла ко мне и грубо выхватила мою руку и поднесла к ней лезвие серебряного ножа. Затем сделала небольшой надрез на тыльной стороне ладони. От туда полилась тоненькой струйкой алая жидкость. Она поднесла светлую чашу под мою руку, предварительно сильно сдавив. Чаша начала заполняться. Затем она подняла чёрные волосы и под ними оказалась светлая прядь. Иллиомина вырвала один белый волосок и кинула его в чашу. Потом вытащила и сказала одеть на запястье. Я одела и на моей руке осталась тоненькая бордовая полосочка. Иллиомина приказала мне сесть. Она всё так же держала свой волосок на моём запястии. Затем мои глаза закатились и я увидела светлую белую комнату. Но в ней не было ни стен, ни потолка, ни пола. Это скорее просто белое пространство. Тут появилась Иллиомина и прошептала мне «НЕ ГОВОРИ ЛИШНЕГО». Её шепот отразился по всему пространству эхом. Впереди нас появилась маленькая девочка без глазниц и в светлом платье. Запачканном, видимо, кровью. Её чёрные волосы были заплетены в две косички. — Здравствуй, Иллиомина. Кто это с тобой? — Это Кэсседи Винчестер. Познакомься. — Здравствуй, Кэсседи. Я — помощник Астрала. Я могу показать ответ на один твой вопрос. Я знаю, ты хочешь видеть будущее своих близких, но я не могу показать их всех. Назови одно имя. На его выбор тебе даётся десять секунд. -Тайлер Джозеф. — Смотри вниз. Я посмотрела под ноги и увидела там ванную, в которой на полу сидел Тайлер с небольшим охотничьим ножом. Он делал небольшой надрез у вены. Тут дверь в комнату, где он сидел на полу зашёл Сэм. Он отобрал у Тая лезвие и пошёл за аптечкой. — Опять…зачем вам меня останавливать? Затем всё опять стало белого цвета. — Ты можешь задать один вопрос. Что тебе непонятно? — Они все будут живы? Девочка хитро улыбнулась и бледными губами прошептала «ДА». Это слово начало отражаться эхом. Словно это говорит не один человек, а сразу миллионы. Мои глаза встали в исходное положение. Так же, как и у Иллиомины. Кроули всё так же мычал что-то себе под нос, солнце не изменило своё местоположение. Всё осталось так же. — Мы вышли из хода времени, когда были в Астрале. Она, видимо, прочитала мои мысли. Хотя я больше ничему не удивлюсь. — Ты спросила всё, что хотела? — Да. Девушка щелкнула пальцами и растворилась в воздухе. Кроули размял спину и подошёл ко мне, прямо лицо к лицу. — Лапуля, пора. Я не стал приводить сюда своих любимых псинок, ибо зла на тебя не держу. Ты должна будешь выброситься с крыши этой церквушки, согласна? — Да… Мой голос немного подрагивал. Я подошла к невысокой оградке возле крыши. Толстовка Тайлера пидавала мне уверенности, что это не зря. Из-за сильного ветра она колышилась на ветру. Я перелезла через парапет и встала на самый край. Та часть города, которая видна отсюда, вся в дымке. Воздух чист и обладает особым запахом, который невозможно описать. По трассе едут машины, по тротуара неспеша идут люди, а я лечу. Чувствую себя птицей, можно расправить руки и наблюдать за приближающейся землёй. Вот только птица не сможет разбиться, превратиться в лепешку. Ветер меня подхватывает и сносит немного вправо. Я вспоминаю всё, что произошло со мной за шестнадцать лет моей жизни. Вот и земля. Я слышу крики людей, кто-то вызывает скорую… Но хорошо, я знаю, что Тайлера спасут, и с ним ничего не случится…если только эта девочка не обманула. Я слышу чьи-то шаги, звуки скорой. Последнее, что я видела это испарившегося в темноте Короля Ада.