Facade.

Когда поцелуев становится мало, они возвращаются в квартиру и падают на диван переплетая ноги. Луи нависает над Гарри, путая пальцы в кудрях тем самым наклоняя его голову, чтобы углубить поцелуй и проникает языком ему в рот. Гарри глухо стонет ему в рот, захлёбываясь от ощущений кожи Луи на своей коже. Он отчетливо чувствует стояк, которым так пошло Луи трется об его тоже вставший член, принося то желанное трение которое окончательно сносило крышу. Луи оторвался от губ Гарри и прильнул к его шее. Стайлс откинул голову назад, пытаясь контролировать своё дыхание. Боль от укусов на шее смешалась с удовольствием, разум помутнел. Не отрываясь от шеи, Томмо пытался справиться с нахрена-такими-узкими джинсами Гарри. Стайлс не много отодвинув от себя Луи резким движением стянул с себя футболку, бросая ее на пол. Томлинсон пробежался взглядом по оголённому торсу тяжело дышавшего Гарри. Его тело было настолько прекрасно, что Лу не спешил отводить свой взгляд, разглядывая рельеф и кубики пресса. Выпирающие ключицы на фоне всего выглядели особенно прекрасно. Он облизал губы, представляя, как пробует на вкус его кожу. Справившись с джинсами, которые вместе с боксерами теряются где-то под подушками, Луи дрожащими руками помогает Гарри избавить его от таких же узких джинс, которые были так некстати в данную секунду. Распрощавшись с последней одеждой Луи, взял в руки член кудрявого, начал медленно водить по нему влажной ладонью, слушая, как парень под ним стонет, кусает свою ладонь. Гарри схватил руку Луи и поднес ко рту, после чего начал облизывать и посасывать три пальца, прикрыв глаза. Чувствовать под собой податливое тело для Луи и чувство наполненности для Гарри, уносило их в далекие миры. Никто из них не смог продержаться так долго как им бы этого хотелось, но это было лучшее, что случалось в их жизни. Кончая, Луи тянет волосы Гарри, а тот в ответ закусывает нижнюю губу Томлинсона изливаясь между их телами. Все произошло слишком быстро, слишком горячо, слишком идеально. Но разве в жизни Луи бывает все идеально? : Он всё испортил: огромное слово «ОШИБКА» возникло в его голове, и он тут же убрал руку Гарри со своей талии и начал искать свою одежду. Луи попытался не обращать внимания на сконфуженный взгляд кудрявого, когда забирал свой телефон с кофейного столика, и ему хотелось, чтобы его голос не дрожал, когда он прощался с Гарри, даже не взглянув на него. Это должно было быть легко. Томлинсон должен был пробормотать: «Полагаю, что теперь мы не просто сообщники по порче своих жизней», и Гарри должен был бы улыбнуться в ответ и еще раз поцеловать Луи; Все бы имело смысл. Но у него в голове все было наоборот. Он представлял себе, как Гарри удивленно смотрит на него и говорит, что на самом деле нет, что они просто бунтуют против менеджмента, и что секс ничего не значит. Луи не хотел быть использованным, он боялся отношений после смерти Аделин. И вообще, это только второй раз, когда он виделся с Гарри лично. Легче было просто сбежать. Может быть, Гарри тоже чувствовал, как кровь начинает бурлить в венах, когда они касались друг друга. Возможно, у него тоже были бабочки в животе, когда он получал смс от Луи, но что, если Луи ошибается? Томлинсону нужно было все обдумать и подготовиться к тому, что он скорее всего просто очередная насечка на спинке кровати (или дивана) Стайлса. Он спросит Гарри — в этом не было никаких сомнений, но прежде чем он это сделает, ему нужно время и моральная подготовка. Когда Луи вернулся домой, Олли все еще был там. Финн вернулся от Джеймса, и Уилл и Хайди тоже сидели на диване. Он понятия не имел, почему они все собрались сегодня вечером, но все четверо, должно быть, заметили, что с ним что-то не так, потому что он сбросил куртку и пробормотал «привет». — Ты в порядке? — Спросила Хайди удобней сев на диване, чтобы лучше видеть его. — Черт, что Гарри сделал с тобой? — Произнес Олли вглядываясь в лицо шатена. Нет смысла объяснять его внешность, его смутные и расстраивающие мысли, поэтому Луи просто покачал головой. — Это не имеет значения, — солгал он. Никто не поверил ему, и Луи ожидал этого, но это был способ сказать им, что он не готов говорить об этом. — Вы поругались? — Спросил Финн, когда Луи сел рядом с ним на диване. — Нет, — коротко ответил шатен. — Мы можем не говорить об этом, пожалуйста? Они неохотно кивнули, но Олли не отводил взгляда от Луи, в его глазах читалось беспокойство. Уилл пытаясь разрядить обстановку завел разговор о Brit Awards. — Итак, с чем мы выступаем в среду? Было бы разумно, если бы группа исполнила трек, который они много репетировали, так что Луи предложил именно его. — «No control». Все её любят, и мы её хорошо отрепетировали, это фаворит. — Да, но на этот раз мы исполняем две песни. — Пояснил Уилл, и Луи сел, смущенный. — Какие? — Джонс звонил мне сегодня утром и сказал, что мы должны исполнить две; Многим исполнителям была предоставлена возможность исполнить две в этом году, и я думаю, что мы можем исполнить «Look after you» в качестве второй песни. — Олли и Финн кивнули в знак согласия, Хайди тоже согласилась с ними так, как она любит эту песню, но у Луи были сомнения. Они никогда не исполняли «Присмотрю за тобой» группой, и, хотя планировалось, что это их следующий сингл Томмо не был уверен, понравится ли она кому-нибудь. Это была песня не группы, это была песня Луи. Песня состояла из Луи, играющего на фортепьяно и поющего ее, в то время как Финн тихо аккомпанировал ему, а Уилл и Олли вступали в самом конце. Песня была не сложная в плане исполнения. Луи сам написал партию фортепиано и сочинил лирику на это ему понадобилась всего лишь одна ночь, но эта была очень личная песня. Он долго упрямился из-за ее записи, ему не хотелось, чтобы все слышали о его боли, но парни восторгались ей и ему пришлось согласиться. Это была песня Аделин. Эта песня была посвящена ей, она была написана в ту ночь, когда та рассказала Луи, что врачи не думают, что она дотянет до Рождества. Томлинсон должен был лететь в Лос-Анджелес на следующее утро, у него не было выхода, поэтому он сел за рояль, Аделин присела рядом с ним и он выплеснул свои чувства. Это вылилось в самую личную и искреннюю песню, сочиненную им. Луи потребовалось четыре ночи, чтобы записать вокал, потому что он не мог это сделать, не сбившись. Альбом был выпущен спустя неделю после смерти Аделин, и все услышали песню, она сломала Луи. Песня не должны была стать публичной, она должна была играть только на похоронах Аделин. Луи кричал, он чувствовал себя одиноким и грустным. — Я не думаю, что смогу это сделать, — сказал Луи своей группе. — Я… нет. — Ты уверен? — спросил Финн, недоумевая по поводу решения Луи. — Я думаю, это нереально. Все привыкли к тому, что мы играем заводные песни, такие как «Alive», «No Control» и «Little Black Dress». Если мы исполним «LAY», то люди могут понять, что не все наши песни посвящены сексу и вечеринкам. — Шатен понял, к чему вел Финн, и это имело смысл, для группы было вполне логично исполнить две свои совершенно разные песни. Если они начнут с «LAY», то привлекут всеобщее внимание нежной балладой, но потом напомнят всем, что они The Rogues и их фирменный стиль — это песни о сексе и о девочках. «О, господи, вы слышали „Присмотрю за тобой“? Это было так по-другому; Я мог бы послушать больше их песен» — Это было бы то, что люди сказали бы, и сингл преуспел бы, и Джонс был бы счастлив. Но опять же, есть шанс, что Луи расплачется на сцене, и люди свяжут с его расставанием с Элеонор. Люди могут подумать, что Луи психически больной (об этом он и сам задумывался довольно часто), и люди могут засомневаться в его способности справляться со славой, деньгами и давлением. Томлинсон мог посвятить песню Аделин на сцене, не так ли? Джонс мог сказать ему, чтобы он не говорил «это для Аделин», но Луи мог бы это сделать, так или иначе. Может быть, если бы все узнали кому посвящена эта песня ему бы стало легче? Брит транслируют в прямом эфире, и Джонс ничего не смог бы сделать во время награждения. Если Джонс разозлил бы их, они могли бы бросить тень в прямом эфире по телевизору и разрушить все. — Ты уверен, что не сможешь сделать это, дорогой? — Мягко спросила Хайди. — Мы все знаем, что это песня Аделин, но она хотела бы, чтобы ты спел ее для всех. Она любила эту песню и напевала её всем, кого встречала в хосписе, ты сам мне это говорил. Она не хотела, чтобы ее песня осталась неуслышанной. Хайди была права: Аделин не хотелось, чтобы песня хранилась, не сыгранной и не услышанной где-то в глубине телефона Луи, она была написана, чтобы рассказать историю. Аделин жила для концертов The Rogues и была в VIP-зале, она подпевала каждой песне. Она бы этого хотела, конечно же. — Что, если я сломаюсь? — Спросил Луи. — Что, если я буду плакать на сцене или не попаду в ноты? Олли произнес с улыбкой: — Выплачь все глаза. Джонс не может остановить тебя, и это заставит людей говорить. Люди знают, что играло на похоронах Аделин, и они свяжут это и твои эмоции. — Я могу подумать над этим? — Спросил он, не желая сразу давать ответ. Он хотел, чтобы люди услышали песню, и чтобы они знали, что она об Аделин, но в то же время, и в первую очередь Луи не хочет, чтобы люди знали о ней. Они были вместе не для СМИ, между ними все было реально. Люди будут делать предположения, и люди будут распространять любую историю, но реальная — воспоминания Луи о Аделин исказятся тем, что все остальные скажут о них. Но шатен хотел этого: он хотел быть свободным. Единственная причина, по которой никто не знал об Аделин, была цвет ее кожи, и это было важной вещью. Конечно, Олли был в «Разбойниках», и он был наполовину пакистанцем, но у него было британское имя благодаря фамилии его отца и страху его матери, которая опасалась, что над ним будут издеваться. Ему не разрешили исповедовать его собственную веру из-за страха общественности перед его религией. Афроамериканское сообщество в Западном мире было меньшинством, которое осуждали из-за другой пигментации. Томмо мог привлечь внимание к несправедливости этого, показав людям, что он любил темнокожую девушку и должен был скрывать часть своей жизни из-за этого. Разговор перешел к альтернативным песням, которые The Rogues могли исполнить, и было решено, что, если Луи не захочет исполнять «LAY» — то решение будет полностью в его руках и тогда они будут исполнять Alive. — Студия для репетиций забронирована с девяти до трех, — объявил Олли. — А потом мы сможем отрепетировать на сцене Брит с половины третьего до четырех. Мы давненько не играли No Control, но отработать ее не займет много времени, будем делать упор на вторую песню. В живую мы не играли с тех пор, как продвигали альбом, а Look After You для нас совершенно новая. — Я не думаю, что нам нужно вставлять бас и гитару в конце Look After You, если мы собираемся сыграть ее, — решил Уилл. — Что если будет только Луи за роялем и Финн на ударных? Это получится более эмоционально, что ли… Я не думаю, что мы все должны исполнять ее, может быть это должен быть только Луи и его чувства? — Для этого нам потребуется меньше репетиций, если будем только мы вдвоем. — Произнес Томлинсон. — Лу, все что я знаю про завтра так это то, что все будет отлично. Нам будут нужны альтист и виолончелист, если мы сыграем ее, но мы легко найдем их, не волнуйся об этом, — Уилл пожал плечами. — Ты упаковал свои вещи для четверга? Что? — Для четверга? — Четверг — день звона колокола в голове Луи. День, когда никто не работал в музыкальной индустрии. Этот день был, посвящен чистке беспорядка после Брит и опровержениям всего того, что спьяну разболтал прессе, после того, как получил награду или две. — Зачем мне упаковывать вещи? — Мы собираемся в Лос-Анджелес, — напомнил гитарист и его глаза расширились от шока. — Ты забыл? Мы едем в Лос-Анджелес, чтобы продвигать тур. Мы идем на шоу Эллен и Джеймса. Пиздец, Луи, ты забыл? Бля, бля, бля. Как он мог забыть об этом? — Дерьмо, мы собираемся на неделю, не так ли? — Луи быстро встал, но не знал, что делать. Если он поедет в Лос-Анджелес, он не увидит Гарри лицом к лицу в течение еще одной недели. Он хотел поговорить с ним, он отчаянно хотел, но неделя была длинной. Конечно, он увидит Гарри на Брит, но там будут камеры и сплетни. Гарри сделает там предложение Кендалл так что Луи нет шансов поговорить с ним наедине, Кендалл всю ночь будет около него. — Что случилось, Лу? — Нахмурился Олли. — У тебя были планы? — Я.Эм… — Что он должен ответить на это? У него не было конкретных планов на предстоящую неделю, потому что он знал, что он будет работать, но он забыл, что будет в другой стране. — Не совсем, но мне… мне нужно… мне нужно собрать вещи. — Вздохнул он и сел. — Ты хорошо себя чувствуешь? — мягко спросила Хайди, явно беспокоясь о нем. — Это потому, что мы вспомнили Аделин? — Нет. — Луи покачал головой. — Мне просто нужно поспать и разобраться кое с чем. — Тогда иди спать, — твердо сказал Финн Луи. — Ты не можешь заболеть перед Брит, это самая большая ночь в году для нас. Иди и отдохни, я сделаю тебе суп, а завтра ты со всем разберешься. Шатен не хотел делать то, что сказал ему Финн. Он не хотел, чтобы с ним обращались как с ребенком, но на него смотрели четыре пары глаз, и он не стал перечить Финну, поэтому кивнул и встал, направляясь в свою спальню. Чемодан Луи был под кроватью, и ему нужно было собрать его; Луи нужно было спросить Финна, не попросил ли он соседей забирать их почту и поливать их растения; Луи нужно было поговорить с Гарри; Луи нужно было принять решение о том, какую песню исполнить завтра; Луи нужно было поспать. Он начал с чемодана. Финн сказал ему спать, но Луи не сможет, пока не будет уверен, что он сделал то, что ему нужно. Певец вытащил чемодан и у него ушла минута на размышления о том, что ему понадобится в LA. Нижнее белье. Луи нашел пару своих боксеров Marvel, которые он получил на Рождество, и кинул их в чемодан. У него также была коллекция крутых носков, которую Лотти послала ему на день рождения, они полетели к боксерам. Так, это сделано. Штаны. Луи схватил три пары одинаковых черных узких джинс и пару джинсовых шорт на случай, если в Лос-Анджелесе будет слишком жарко. Если этого будет мало, то он сможет докупить что-то. Майки. Лос-Анджелес, как правило, был горячим, поэтому он упаковал несколько маек и футболок, но на всякий, к ним он добавил две толстовки с капюшоном и джемпер. Обувь. Луи носил вансы, но он также упаковал две пары кроссовок Adidas. Если он получит одежду Adidas бесплатно, он мог бы также поносить ее. Так же он достал запасную зубную щетку и тюбик зубной пасты из шкафа в ванной. Не глядя кинул в сумку пару флаконов из ванны надеясь, что они ему понадобятся. Прежде чем Луи успел подумать, что ему нужно было взять, кто-то постучал в его дверь, и вошел Олли с большой миской супа и хлебом. — Ты плохо выглядишь, Лу, — мягко сказал ему Олли. — Что произошло у вас с Гарри? — Мы поцеловались. — Он пожал плечами. Глаза Олли расширились от удивления, и это даже не половина всей правды. Шатен не рассказывал Олли о том поцелуе, который произошел около двери их с Финном квартиры, но, вспоминая, Луи почувствовал пустоту внутри себя. После этих поцелуев он чувствует себя под кайфом от эндорфинов, благодаря которым он ощущает себя молодым и взволнованным подростком. Теперь он понятия не имел, что ему делать дальше, и откровенно боялся, что все это не взаимно. — Мы поцеловались, но я не разговаривал с ним после, а просто ушел. — Продолжил певец, на что Олли печально покачал головой и передал ему миску. — Это еще не все? — Спросил он и Луи снова пожал плечами. Он точно знал, почему он чувствовал себя неловко, но Олли не нужно знать об этом.  — Я пошел к нему, извинился за тот шуточный звонок, мы посмеялись над статьей Дэна Вуттона о нас, потом я рассказал ему об Эйдене, Алексе и Аделин, а он рассказал мне о нем и Нике, а также то, что Кара сказала обо мне. Мы говорили о том, какого это — жить в «шкафу», затем вышли покурить, и он поцеловал меня. Вот и все. — Это было все, что ему нужно было знать.  — Тогда почему тебя так беспокоит Лос-Анджелес? — спросил Олли, и Луи вздохнул. — Я просто забыл про это, и мне стало не по себе. Вот и все, друг. Олли чертовски хорошо знал, что это не все, но Луи молчал. Он разберется с этим сам, и все будет хорошо.

***

— Я спою её. Кэрри, Хайди, Олли, Финн, Джеймс и Уилл все удивленно уставились на Луи, когда он рассказал им о своем плане в девять часов утра следующим утром. — Мы и не думали, что ты согласишься — признался Олли. — Это круто, приятель. — Я могу разреветься, — продолжил шатен, — и я могу не попасть в ноты, потому что не играл больше месяца, но я хочу сделать это. Аделин хотела бы этого, и мне нужно двигаться дальше, я думаю, это поможет. — Мы гордимся тобой, Томмо, — Радостно сказал Финн и похлопал его по спине. — Ты и я на сцене Брит, не так ли? — Луи кивнул и улыбнулся. Сегодня утром Гарри написал ему:

«Я не хочу, чтобы это было неловко. Макги проговорился, что вы репетируетена О2 перед нами, ты можешь остаться, чтобы мы могли поговорить? Наши репетиции будут сфотографированы, потому что Кендалл будет там, и будет идеально если камера поймает тебя на заднем плане. Пусть Олли останется с тобой или еще кто-нибудь, чтобы тебе не одному потом влетело. Я думаю, это было бы смешно. Мы сможем и поговорить, и сотворить очередную хуйню одновременно.

Как тебе?»

Луи не знал, что ответить, поэтому просто отправил:

«Хорошо.»

Группа сначала отрепетировала «NoControl», потому что они её знали, и она взбодрила их. Луи может исполнить ее во сне, но он все еще любит эту песню и немного расстроился, когда они закончили с ее репетицией, но, возможно, это было потому, что Уилл и Финн катили рояль в центр комнаты. Олли запрыгнул на крышку фортепиано, а Луи присел на скамейку разминая пальцы. — Когда ты играешь, моя задница вибрирует. — Смеясь сказал Олли Луи, в то время как тот проигрывал несколько гамм, на что Кэрри покачала головой сидя в углу. Она разбирала электронные письма, делая телефонные звонки и вероятно задаваясь вопросом, что она сделала в прошлой жизни, что теперь была наказана тем, что должна отвечать за «Разбойников». Кэрри было тридцать два года, у нее была трехлетняя дочь по имени Эми и она была с The Rogues с их первого дня. У нее были идеально прямые рыжие волосы и толстые очки из-за плохого зрения. Когда The Rogues впервые были замечены, она работала с другой группой под названием Union J, но Джонс пообещал больше платить и переманил её в свою группу. — Нам нужна скрипка и виолончель, — сказал ей Уилл. — У нас есть ноты для них, возможно, ты могла бы связаться с теми, кто играл на записанной версии. Кэрри кивнула и вернулась к своему телефону ища нужные номера. Луи уже разогрел свой вокал, и его пальцы были готовы к игре на клавишах, поэтому он кивнул Финну, который сидел наготове за своими ударными. Комната наполнилась тихой мелодией «Look After You». Его пальцы промахнулись пару раз, а вокал дрогнул, когда он наигрывал мелодию, но он мог это сделать. Финн играл тише, мягче, чем в версии альбома, и Луи чувствовал, что это звучало лучше — более эмоционально. Ему удавалось сдерживать свои эмоции, пока он не добрался до финального куплета. Аделин сидела рядом с ним, когда он написал эту часть песни, положив голову ему на плечо. Её рука покоилась на его бедре, пока она потягивала чай, наблюдая, как он записывает стихи и ноты.

Это всегда есть и никогда не удержать,

Ты начинаешь чувствовать себя как дома,

Что моё — то твоё, чтобы оставить или взять.

Что моё — то твоё, чтобы сделать это своим.

Пальцы Луи сбились. Шатен прикрыл лицо ладонями склонив голову, его тело вздрагивало от всхлипов. Он был разочарован в себе за то, что позволил этой песне взять контроль над ним. Он был разочарован в себе за то, что все еще зависел от Аделин. Он был разочарован в себе, потому что он тянул группу вниз. Уилл подошел к нему первым. Он обнял Луи за плечи и держал его, пока тот дрожал. — Все в порядке, Томмо, — пробормотал он, положив подбородок на голову Луи. — Мы знали, что тебе будет нелегко. — Ты все еще можешь передумать, — предложил Финн где-то с другой стороны рояля. — Мы все понимаем. Луи покачал головой. — Нет. — Он сел, вытирая глаза. — Я могу сделать это. Мне это нужно. — Не хочешь сделать перерыв? — Спросил Финн. — Нет. Я просто… Вы можете оставить меня одного на десять минут. Позвольте мне поиграть, пока меня не отпустит? Парни так и сделали. Олли пробормотал что-то насчет кофе, и трое из них вышли из комнаты. Кэрри осталась, все еще поглощенная своим ноутбуком, но, когда она подняла глаза и поняла, что находится в комнате наедине с Луи, она покраснела и встала, чтобы уйти. — Нет, — пробормотал Луи. — Ты можешь остаться. — О, хорошо. — Кэрри снова поставила свой ноутбук на стол, но вместо того, чтобы сесть, она подошла к пианино, и прислонилась к нему. — Ты можешь поговорить со мной, ты же знаешь? Была причина, по которой Луи не говорил о смерти Аделин с Кэрри, и это было потому, что ему было стыдно. Кэрри была похожа на Луи. Кэрри потеряла мужа, когда Эми было шесть месяцев, и вместо того, чтобы опустить руки она осталась сильной и настояла, чтобы её вернули к работе, когда могла бы взять отпуск, который ей предлагали. Было неловко, что Кэрри, которая потеряла мужа и имела ребенка, смогла преодолеть это и оставаться сильной, когда Луи все еще, четыре месяца спустя, ломался, когда пел эту чёртову песню. Певец ничего не смог ответить и только пожал плечами на вопросительный взгляд Кэрри. — Мне неловко спрашивать, — сказал ей Луи. — Спрашивать о Ричарде? Почему? — Потому что я все еще чувствую себя дерьмово, когда люди спрашивают меня об Аделин. — Выговариваться полезно, — напомнила Кэрри Луи. — Это лучше, чем позволить этому сидеть внутри тебя и терзать твое сердце. — О чем я должен говорить? — Спросил шатен. — Никто не хочет слушать мое нытье о том, как сильно я скучаю по ней. — Хорошо, в этом есть смысл — призналась Кэрри. — Я даже не знала любимого цвет Аделин. — Она отказалась выбрать какой-то определенный, — сказал Луи. — Она чувствовала себя хреново по отношению к другим цветам. — Кэрри засмеялась своим заразительным смехом, и на лице голубоглазого появилась печальная улыбка. — У нее была любимая кружка, — добавил он. — На ней C-3PO из Звездных войн, держащий чашку чая на одной стороне, а с другой надпись — «Это не те напитки, которые вы ищете». Луи и Аделин провели один из их редких выходных вместе смотря всю франшизу Звездных войн. Аделин жила и дышала ими и настояла на том, чтобы они посмотрели их, когда он однажды спросил, «А Звездные войны — это где Спок бегает с необычным неоновым мечом?» Они провели день, свернувшись под одеялом на диване, в студии Аделин, расположенной к югу от реки Темзы, и наблюдали за всеми шестью эпизодами в порядке их выхода. На следующий день Луи настоял на том, чтобы пересмотреть их, чтобы все стало понятнее –они его зацепили. Теперь он понял, что Аделин никогда не удастся увидеть Эпизод VII и печально вздохнул–он возненавидел эти фильмы, как бы хорош они не были. — Тебе разрешено скорбеть, ты же в курсе? — Сказала Кэрри после недолгого молчания. — Я все еще иногда плачу. Луи поднял глаза на Кэрри и нахмурился — этого не может быть. — Ты все еще плачешь? — Кэрри кивнула, удивленная тем, что Луи нужно было подтверждение ее слов. — Конечно, Лу. Я заплакала, когда Эми сделала первый шаг, потому что ее отца не было там, чтобы увидеть это. Я заплачу в первый день ее учебы, потому что ее папа не сможет пожелать ей удачи. Я заплачу, когда она убежит после нашей ссоры из-за того, что я не пустила ее на вечеринку или ночевку к подруге, а Ричарда не будет рядом чтобы он смог нас рассудить. Луи все еще не мог представить, что Кэрри плачет, но это было не плохое напоминание о том, что она человек, что у кого-то в этой индустрии есть сердце и эмоции. — Если тебе нужно выпустить эмоции наружу, Томмо, просто сделай это, — сказала Кэрри. — Отпусти себя и тебе станет легче, поверьте мне. — Ладно, Спасибо. Она обняла шатена, и он с благодарностью ответил на объятие. — Наверное, мне пора продолжить, — пробормотал Луи, когда Кэрри отпустила его кивнув. — Мне еще нужно найти виолончелиста, так что да, вернемся к работе.

***

К тому времени, когда The Rogues были в машине на пути к O2 для звуковой проверки и финальной репетиции, Луи мог спеть Look After You, не плача. Ему удалось сделать это дважды на пианино в центре O2 до того, как The Rogues дважды проиграли «No Control». В конце второй проходки их встретили бурными аплодисментами, криком и даже свистом. В замешательстве все четверо повернулись в сторону зала, чтобы посмотреть, кто аплодировал — большая часть персонала уже слышала их репетиции, поэтому им не было дело до них. Им аплодировали Найл Хоран, Лиам Пейн, Зейн Малик И Гарри Стайлс стоя и наблюдая за ними; Прибыл White Eskimo. Олли подыграл их аплодисментам, сделав экстравагантный поклон и послал им воздушный поцелуй. Первым к ним подошел блондин: — Привет, я Найл. — Представился тот, пытаясь сделать серьезное лицо. Луи нахмурился на это странное формальное приветствие, прежде чем вспомнить, что на самом деле, это был первый раз, когда две группы встретились. Томмо познакомился с «Белыми эскимосами» на их концерте, Уилл и Лиам переписывались несколько раз до этого, хотя Олли и Найл уже пару раз встречались вместе. Это был довольно знаменательный момент в истории The Rogues и White Eskimo. — Олли Смит, — ответил Олли, двигаясь, чтобы пожать руку Лиама. Шатен не смог сдержать себя и подошел к Гарри протягивая руку для приветствия: — Привет, я Луи. Мы встречались один или два раза раньше, но я не уверен, помните ли Вы меня. — Думаю, да, — кивнул кудрявый. — Я Гарри Стайлс, я целуюсь с парнями перед камерами, и я очень хорошо не делаю то, что должен.

***

— Итак, гм… — Гарри сделал паузу, подбирая слова перед тем как произнести их. — Мы снова поцеловались и занялись сексом. — Да, мы сделали это. — Луи кивнул, боясь посмотреть в глаза младшего. — А затем я свалил, будто бы ничего и не произошло. — Да, ты свалил. — Гарри кивнул, и между ними повисло неловкое молчание. На сцене позади них были слышны разговоры персонала, которые расставляли таблички с именами на столах и звуки настраиваемых инструментов. Найл, Зейн и Лиам тихо беседовали где-то позади них, ожидая, когда сцена будет готова к их репетиции. — Я… — Мы… Они взглянули друг на друга и покраснели. Гарри шумно вздохнул. — Мы не можем сделать это здесь. — Сделать что? — Спросил Луи, не уверенный в ответе. — Поговорить, — вздохнул Гарри. — О нас и… — Он пожал плечами. — Завтра будет награждение Brit Awards. Наша договоренность все еще в силе? — Они опять вернулись к этому. — Да, конечно, — Луи кивнул. — Есть какие-то идеи?

***

Луи сходил с ума. Ему придется подтвердить слухи о том, что он расстался с Элеонор, он должен вести себя тихо и скромно, и он увидит, как Гарри опускается на колено и просит Кендалл выйти за него, НО Саймон Джонс не запретил «Разбойникам» взаимодействовать с «Белыми эскимосами» и, что еще важнее, он ничего не сказал Луи на счет «Позвонить или удалить» или об увольнении Гарри и сокрушающих слухов сегодня. В голове Томлинсона все еще раздавался этот противный голосок, напоминавший ему, что он не знает, что за хуйня происходит на самом деле между ним и Гарри после этого — «Не хочешь сделать одну ебанутую вещь, Луи?» Премия Brit всегда была чем-то вроде дерьмового шоу, особенно для любого музыканта, пытающегося сохранить респектабельную репутацию: кто-то будет пить слишком много и ругаться; Выступления всегда были со слегка дерьмовым звуком, и тебе всегда нужно быть осторожным в отношении озлобленных речей. Четвертый год подряд обе группы были номинированы на«лучшую британскую группу». Впервые шатен действительно хотел, чтобы White Eskimo победили. Если бы они выиграли то, он мог бы поздравить их с победой, и камера могла бы поймать гордое лицо Луи, когда они бы вышли на сцену. Он не сомневался, что Гарри поступил бы так же и чувствовал бы ту же самую гордость, если бы «Разбойники» победили, но было бы неплохо, если бы он дал Гарри знать, что он был там для него. Так же «Белые эскимосы» впервые боролись с The Rogues за MastercardAlbumoftheYear. Итак, Луи сходил с ума. Его волосы были в полном беспорядке (тщательно уложенные на самом деле), и на нем был черный, классический костюм, ему заплатили чтобы он надел его (он не помнит, что за бренд ему заплатил, но точно знал, что на этот раз это не Adidas). Слева от него стоял Олли в темно-зеленом костюме. Его волосы цвета вороньего пера были в таком же «творческом беспорядке», что и у Луи, только уложенный на другую сторону. С право от шатена — Уилл, чьи рыжевато-каштановые волосы были уложены в современном стиле «помпадур» их стилистом Адамом. Адам — гей, и Адаму можно быть геем, потому что Адам не был в группе. На данный момент у него были ярко-розовые волосы, «хипстерские» очки в роговой оправе, и он стоял рядом с Джонсом, Кэрри и Хайди, за камерами. Джонс не хотел брать с собой Адама, однако за столом было дополнительное место, и его взяли. Еще два места были предназначены двум мужчинам, с которыми они работали в студии. Уилл был одет в темно-синий пиджак ив светло-синюю рубашку под ним, контрастируя на фоне Луи и Олли, а рядом с Уиллом стоял Финн, который был одет во все черное. Его светлые волосы были короткими по бокам и немного длиннее сверху, торча в разные стороны. Вчера The Sun выпустили статью о том, что Луи и Элеонор расстались, поэтому каждый журналист считал свои долгом спросить о этом: «Луи, почему ты расстался с Элеонор?» «Луи, правду ли говорят о том, что у тебя появилась новая девушка?» «Как The Rogues относятся к этому?» «Будет ли Элеонор приглашена на твою свадьбу, Уилл?» Это не имело смысла. Элеонор не была знаменита и никогда не была чем-то большим, чем просто девушкой, которая держит руку Луи и иногда лайкает его фотографии в Instagram, — только теперь у всех появился интерес к ней. Кэрри подвела The Rogues к различным камерам и микрофонам и, к счастью, выбрала только тех, кто не хотел знать только о разрыве Луи и Элеонор. Парни ответили на вопросы о туре, рассказали о выступлениях сегодня вечером и дали свои предположения относительно того, кто что выиграет. — Итак, у меня есть вопрос, — улыбнулся интервьюер. — Опять же, это про вас и «Белых эскимосов», вы, парни, являетесь фаворитами в номинации на «Лучшую британскую группу», как думаете, кто из вас сегодня уйдет с наградой? — Луи не мог проигнорировать этот вопрос. — Это был отличный год для обеих групп. White Eskimo провели отличный тур, и мне посчастливилось быть на его закрытии, и у них вышел отличный альбом. У них не плохие шансы на победу. — Если они выиграют мы опять увидим ваши знаменитые средние пальцы? — Поинтересовался интервьюер с дерзкой улыбкой на лице, Луи решил, что он ему нравится. — Нет. — Луис покачал головой. — Мы повзрослели с тех пор, и мы дружим с White Eskimo, мы гордимся ими и будем за них рады, потому что они этого заслуживают. — Мне сказали, что «Эскимосы» только что прибыли и вот-вот мы увидим их на красной ковровой дорожке. Как думаешь, они скажут то же самое про вас, если я спрошу их? — Надеюсь на это. — Луи улыбнулся и украдкой оглядел красную дорожку туда, где «Белые Эскимосы» направлялись к микрофону BBC RadioOne. Рука Кендалл покоилась в ладони Стайлса, они выглядели красивой парой. Интервьюер продолжал спрашивать Уилла о планах на свадьбу, и Луи продолжал пялиться. Гарри не много говорил, он просто смотрел на Лиама, Найла или Зейна, пока те отвечали на вопросы, а затем перевел свой взгляд в другую сторону: прямо на Луи. Гарри выглядел напуганным. Гарри выглядел чертовски напуганным, и Луи увидел, как он сглотнул и трясущейся рукой потянулся к карману. Луи не мог на это смотреть. Шатен повернулся обратно к интервьюеру и посмотрел прямо на него. Он услышал вздохи с другого конца красной ковровой дорожки, и интервьюер остановился запнувшись, его внимание привлекло происходящее. Луи не обернулся. Финн, Олли и Уилл все, все смотрели на Луи. Томмо и так знал, что там происходит. Как только можно быстрее он покинул красную дорожку направляясь в раздевалку своей группы, оставив всех позади, и идя туда где тихо и нет камер. Он просто хочет быть подальше от всего этого. — Луи! — Он остановился и повернулся лицом к Олли, который шел за ним по коридору О2. — Не похоже, что они реально хотят помолвки. — Знаю, — отрезал Луи. — Но это дерьмо собачье. Это просто ебанутось, что он должен притворяться, что помолвлен, а я вскоре должен буду притворяться, что у меня ребенок, и все это МакГи и Джонс пла… — Что? — Олли нахмурился и схватил Луи за руку, чтобы остановить. — Повтори. — МакГи и Джонс планируют всякую хуйню на тот случай, если Гарри и я действительно захотим быть в отношениях. — Нет, придурок. — Олли покачал головой. — До этого: ты должен притворяться, что у тебя будет ребенок? — О-о, — шатен подумал если он не расскажет правду, не расскажет никому об этом, то этого и не произойдет. Он был в ужасе, совершенно ошеломленный тем, что случится с этим воображаемым ребенком, и что люди подумают о нем. — Да, — он задыхался. — Одна девушка в Лос-Анджелесе, я даже не помню ее имени, я встречаюсь с ней на этой неделе впервые, и через несколько месяцев в прессу просочится новость, что она забеременела от меня… Я не хочу этого делать. — Боже мой, Лу. — Олли втянул Луи в объятия, шатен и не знал, что они ему так необходимы. У него был Олли. Олли, как и Финн и Уилл, был там, когда Аделин скончалась, и Олли будет здесь, когда это дерьмо с подставным ребенком начнется. Луи нужен Гарри. Луи хотел, чтобы Гарри был там, пока он притворяется, что счастлив иметь сына, потому что он собирается поддерживать кудрявого с этой дерьмовой помолвкой, но Луи нужно будет рассказать Стайлсу об этом ребенке, и перспектива этого сама по себе была ужасающей для Луи. — Чувак, мне это надоело, — он всхлипнул в плечо Олли. — Я так чертовски устал, что со мной обращаются как с дерьмом. — Ты этого не заслуживаешь, Лу, — успокаивающе говорит Олли, похлопывая его по спине. — Так, пошло это все! Тебе не нужен Гарри, у тебя есть Уилл, Финн и я, и мы здесь для тебя. — Спасибо, приятель, — пробормотал Луи. — Но, типа… может быть, ты пока не будешь рассказывать Уиллу и Финну о ребенке? Я скажу им в самолете. — Не держи все в себе, друг. — Не буду, — пообещал Луи. — Хочешь пойти и посмотреть, где наш стол или ты все еще хочешь потеряться где-нибудь? — Я не потерялся, — пробормотал Томмо, но он не помнил, как попал в этот коридор. Он и Стэн были тут когда они посещали концерт «Эскимосов», но он понятия не имел, где находится главная арена. — Хорошо Томмо, — улыбнулся Олли. — Как скажешь. Они плутали по коридорам в течении нескольких минут, затем наткнулись на Эда Ширана, с которым остановились, чтобы поговорить, и случайно столкнулись с напряженным Гарри Макги, который агрессивно кричал в свой телефон: — Я ГОВОРИЛ ТЕБЕ НЕ САДИТЬ ИХ ТАМ! Я ГОВОРИЛ ПОДАЛЬШЕ, А НЕ РЯДОМ! ТЫ РЕАЛЬНО ИМБИЦИЛ?! — Луи и Олли удалось прокрасться мимо незамеченными, и они оказались в дверях на главную арену. Войдя в зал, Луи и Олли застонали.  — Где, черт возьми, наш стол? — Спросил шатен Олли, который просто безнадежно оглядывался. — Я оставил остальных и пошел за тобой. — Олли пожал плечами. — Ты хочешь посадить меня на плечи? Возможно это поможет, и я увижу голову Адама. — Луи рассмеялся, но брюнет отклонил предложение. — Может быть, мы сидим там же где и в прошлом году? Олли просто покачал головой. — Томмо, я не знаю, помнишь ли ты, но в том году, я напился так, что моя голова была на промежности Уилла пока я пел детские стишки. Я бы вспомнил этого если бы на утро не увидел видео. Я ничего не помню, кроме бесплатной выпивки. Решив, что «Разбойники» достаточно известны, чтобы сидеть близко к центру арены, Луи и Олли пробились к центру, беседуя со всеми, кого они знали, и расспрашивали всех, видели ли они Уилла и Финна. Большинство людей указывали налево от центральной сцены, и парни медленно, но верно пробирались туда. Дойдя до столика, они заметили розовые волосы Адама и раздраженное лицо Джонса. — Что не устраивает задницу Джонсона на этот раз? — Спросил Луи, однако, был уверен, что его не устраивало последнее интервью шатена, которое он дал перед уходом с дорожки. Джонс не сказал ни слова, когда Луи и Олли сели на свои места. Уилл спросил, где они были, на что оба ответили «потерялись», Финн налил им немного воды, чтобы они не напились слишком быстро этим вечером, и Хайди сказала им, что похоже организаторы премии действительно хотели драмы.  — Что ты имеешь в виду под словом «драма»? — Спросил Олли. — Она тут происходит каждый год. — Посмотрите, кто сидит за соседним столом. — Хайди улыбнулась, и Олли и Луи обернулись, чтобы увидеть соседний столик, за которым сидели Кендалл Дженнер, София Смит и еще несколько мужчин, вероятно, продюсеры или менеджеры. Впервые в истории «Разбойники» сидели рядом с «Эскимосами». — Вот почему Макги был зол.– Сказал Олли обращаясь к Луи. — Он, должно быть, попросил, чтобы «Белые эскимосы» сидели подальше от нас, но организаторы поняли это неправильно. — Он имеет право злиться, — сказал Джонс напряженно. — Мы с Гарри решили, что было бы выгоднее обеим сторонам, если бы сегодня вечером между двумя группами было расстояние, однако я вижу, что организаторы проигнорировали это. Луи все еще смотрел на Кендалл, сидевшую за столиком «Эскимосов». Она искала кого-то через комнату и часто поглядывала на свой телефон, бриллиантовое кольцо сияло на ее пальце. Кендалл, казалось, почувствовала, что Луи наблюдает, потому что она взглянула на него. Голубоглазый покраснел от того, что его поймали, но прежде чем он смог отвести взгляд, Кендалл прошептала ему одними губами: «Мне жаль». Луи был озадачен. В глубине души он знал, что это не было идеей или выбором Кендалл. Она не хотела притворяться, что хотела замуж за Гарри больше, чем Гарри хотел надеть кольцо на ее палец; Кендалл была в том же положении, что Луи и Гарри. Она была пешкой в ​​чужой шахматной игре, и люди были готовы пожертвовать её свободой, чтобы быть в выигрыше. Но для чего? Кто были эти два игрока? Аналогия Луи была очень дерьмовой, если быть честным, но с другой стороны, так и выглядела вся эта ситуация. — Но где White Eskimo? — Спросил Олли у Кэрри. — Они были позади нас на красной дорожке. — Они открывают шоу. — Кэрри ответила, и Луи заметил, что программа в ее руке заменилась на список всех номинантов. Она закатила глаза и объявила. — Тейлор Свифт умудрилась забить на представление, Кендалл лучше присматривать за ней, потому что, несомненно она будет сплетничать про них с Гарри. — Разве она не делала это в прошлом году? — Вставил Финн, но Кэрри пожала плечами, а затем на ее лице появилась улыбка. — У нее много заголовков, может быть, тебе стоит начать новый кулачный бой с «Белым эскимосом». — Заткнись, Джонс услышит тебя, — пробормотал Финн. Джонс теперь беседовал с Макги, который вернулся, и Луи не был уверен, что он хотел знать, что они планируют сейчас. — Когда начинается шоу, Кэрри? — Спросил Луи. Как только Брит началось, Макги и Джонс ничего не могли сделать. Томмо не был уверен, планировал ли Гарри что-нибудь безрассудное для его выступления, и Луи изо всех сил старался придумать что-нибудь для себя. Если он посвятит «Look after you» Аделин, то слухи о Гарри и Луи потеряют свою скандальную искру, а им нужно было возродить ее — в данный момент все сосредоточились на бриллиантовом кольце, сверкающем на пальце Кендалл. Когда огни О2 потухли, и женский голос представил White Eskimo, Луи так же громко, как все остальные, аплодировал и встал с Олли, готовый танцевать. Он действительно надеялся, что камеры поймают его, пока он будет наслаждаться выступлением их группы. «Я подсчитывал свои ошибки, и есть только одна, Которая находится в списке проступков, Которые я совершил. Все мои прежние преступления даже рядом не стоят С тем, каким было твое лицо, когда ты уходила.» Луи вернулся в последний раз, когда он был в O2, и когда Гарри пел «Where Do Broken Hearts Go». Это была ночь, когда все началось, и с тех пор многое произошло. Он, блять, трахался с мужчиной, который поет, который сияет на этой сцене. На этот раз Гарри не играл на гитаре, вместо этого у него был микрофон в руке, чтобы он мог прогуляться с кошачьей грацией в центр O2, ближе к Луи. «Сейчас я обыскиваю все одинокие места» Гарри пел толпе, просматривая каждый стол. « Каждый угол, зовя тебя по имени.» Он еще раз окинул взглядом зал и теперь смотрел на сторону Луи. «Пытаюсь найти тебя, но я не знаю, куда уходят разбитые сердца?» Когда он пел последнюю строчку, его глаза нашли Луи. Трудно было сказать из-за вспыхивающих огней, да и это произошло так быстро, но Томлинсон мог поклясться, что Гарри подмигнул ему. Прежде чем шатен смог попытаться проверить, это было ему или Олли, Стайлс начал петь следующий стих, танцуя невероятно сексуально на середине арены. « Ощутить вкус твоих губ у себя на языке — это главное мое желание. Мои мысли кружат вокруг тебя и меня, все, кто стоит между нами — враги.» Когда Гарри спел эту строчку, его палец четко указал на Гарри МакГи, который стоял всего в нескольких футах позади Луи за соседним столиком, а затем Гарри оглянулся на Луи. « Тени приходят с болью, от которой ты бежишь, любовь — то, о чем ты недостаточно наслышана. Да, это заняло какое-то время, но я осознал, как вылечить сердце, которое разбил. » На этот раз Луи пропел слова вместе с Гарри, который улыбнулся. Следующий припев он пел, шагая обратно по подиуму в своих золотых сапогах.Когда он пел, он поднял руку вверх, а рукав рубашки скользнул, чтобы показать две знакомые радужные полоске на руке. На большом экране было четко видно, что на кудрявом были радужные браслеты, которые Луи видел недавно на одной из своих фанаток. « Детка, ты спишь одна? Или с кем-то?» Гарри опустил руку, и браслеты были спрятались под рукавом. « Скажи мне, скажи мне сейчас, скажи мне, куда ты пойдешь? Будет ли тебе страшно?» — пропел Гарри. «Скажи мне, скажи мне сейчас, скажи, сможешь ли ты полюбить меня еще раз? Начать все с чистого листа?» Гарри уже вышел на главную сцену и пел около Найла, лаская его щеку. « Сейчас я обыскиваю все одинокие места, каждый угол, зовя тебя по имени.» Арена уже пела танцуя. « Давай, детка, приди и освободи меня!» Это были не оригинальные слова. Это были самые незначительные лирические изменения, но фанаты могли заметить. Это было самое тонкое и крошечное изменение, которое Гарри мог бы сделать, и есть вероятность, что Макги даже не заметил. Вероятно, он понял, что Гарри называет его врагом и видел радужные браслеты на его руке, но Гарри удалось получить даже больше, чем это. Это было прекрасно. Как только началось шоу, шумиха, которую создали «Белые эскимосы», немного утихла. Когда «Эскимосы» вернулись за их столик, в своих костюмах Луи увидел, как Макги что-то сказал Гарри. Кудрявый засучил рукава и показал МакГи, что его запястья пусты, и менеджер нахмурился. Затем Луи увидел, что Гарри сказал что-то типа «Должно быть, тебе показалось из-за игры света». Томлинсон прекрасно знал, что это не так. Благодарственные речи для первых нескольких премий были всегда унылыми, таким образом, Луи перестал обращать на них внимание. Он всегда предпочитал смотреть, кто был номинировал и на какую награду. Новых исполнителей всегда можно было заметить, около столов, принадлежащим крупным лейблам. Они, надеясь, что один из изворотливых богатых ублюдков признает в них талант, однако прошло много времени с тех пор, как The Rogues были в таком положении. Группа была на достаточном количестве наградных церемоний, чтобы знать, что болтание вокруг таких столов только заставляло вас выглядеть отчаянно, и что все реальные контракты подписываются на вечеринке после, когда все важные люди были достаточно пьяны, чтобы сказать «да» чему угодно. Во время первого рекламного перерыва Луи почувствовал пару рук на своих плечах и повернулся, чтобы увидеть, как Гарри ухмыляется. Джонс и МакГи внимательно наблюдали за происходящим, но ничего не говорили — что они могли сказать, когда Томлинсон все еще должен был выступать, и может выкинуть все что угодно. — Хорошее исполнение, Хаз, — улыбнулся шатен. — Подвинься, что бы я смог влезть, — сказал Гарри и сел рядом с Луи. Томлинсон увидел, что остальные «Белые Эскимосы» тоже подходят. Это было так не похоже на последние несколько лет: «Эскимосы» собираются сидеть рядом с The Rogues. Голубоглазый заметил, что Кендалл осталась за столиком, и что Кара присоединилась к ней; Кендалл выглядела счастливее, чем он видел раньше. — Как насчет фотографии? — спросила Хайди мальчиков, доставая телефон. — Скинем ее в твиттер, да? Прежде чем Джонс или МакГи смогли возразить, все мальчики кивнули и позировали для камеры Хайди, Гарри обнял Луи, когда они уместились на маленьком сиденье. Луи положил руку на бедро кудрявого и слегка сжал пальцы. Гарри повернулся и мягко улыбнулся старшему и в его глазах что-то промелькнуло, что-то что Луи не совсем понял. — У меня есть билеты на 5 Seconds of Summer, — пробормотал Гарри Луи. — Я столкнулся с Эштоном за кулисами, и он тут же вручил мне два VIP-билета. Не хочешь пойти со мной через две недели? — О, — Луи улыбнулся. — Да, если смогу. — Отлично, — с улыбкой произнес кудрявый. — Я с нетерпением жду этого. Когда фотография была сделана, «Белые эскимосы» были отправлены Джонсом за свой стол. Он не сказал Хейди, удалить фотографию с твиттера Уилла и не показал никакого раздражения, когда каждый из двух групп не репостнули фото в течение следующих двух минут. Следующая часть шоу была немного интереснее. Мадонна упала со сцены, Ant и Dec случайно врезались в Саймона Коуэлла, когда шли поговорить с The Rogues и White Eskimo. — Хэээй! Посмотри, кого мы нашли, Дек! — Ант улыбнулся и встал у кресла Луи. –Это «Разбойники!» — Эй, и «Белый Эскимос», — ответил Дек, стоя у стула Гарри. — Безопасно ли вам сидеть так близко друг к другу? Нам не нужна кровь. — Ее не будет, — пообещал Гарри. Ант рассмеялся и снова повернулся к Луи. — Следующая награда — «Лучшая британская группа». Обе ваши группы рассчитывают победить, кто, по твоему мнению, кто уйдет с наградой, Луи? — Хм… честно говоря, я не знаю, кто победит. — Луи хихикнул. — Может быть, The Wanted? — Я не думаю, что они здесь, Луи, — вздохнул Дек. — Как насчет тебя, Гарри? Кто, по-твоему, может победить? — Эмм… Wham! , — решил Гарри. — Я большой фанат. –Конечно, да, — смеялся Дек, очевидно, ссылаясь на гей-слухи, которые сейчас следуют за Стайлсом. –Подожди, кто пел «Sweet Disposition»? The Temper Trap, я одержим ими в данный момент. — Луи задумался, но Дек только покачал головой и двинулся дальше. — Ладно, здесь, чтобы вручить награду за лучшую британскую группу — Ник Гримшоу и Рита Ора. Все обратили внимание на сцену, когда Ник и Рита вышли с золотым конвертом. Кандидатуры на Лучшую Британскую Группу показали на экране, The Wanted и Wham! конечно же отсутствовали, а затем Рита открыла конверт. Сердце Луи было в горле, он ждал, когда услышит имя победителя. Что, если это не были «Белые Эскимосы» или «Разбойники»? Что, если Coldplay или Alt-J выиграют? –И победитель…–Рита распечатала конверт, взглянув на Ника, когда они оба прочитали имя с улыбками на лицах. — «Белые эскимосы»! — Они одновременно прокричали в микрофон и Томлинсон поднялся со своего стула для аплодисментов. Во второй раз «Белые эскимосы» сделали это, и Луи чувствовал гордость за них. Он заметил, что Кендалл вежливо хлопает победе «Эскимосов», но Гарри не поцеловал ее перед выходом на сцену за наградой. Но  — Молодец Хаз, –прошептал ему Луи, когда тот притянул его к себе, чтобы крепко обнять по дороге на сцену. Он был так рад, что Макги и Джонс были опрокинуты с планом посадочных мест, потому что Луи мог видеть увеличенное изображение того, как он и Гарри обнимаются на большом экране, транслируемом в прямом эфире. Он почувствовал, блаженство, когда похлопал кудрявого по спине и отпустил его. — Вы, ребята, заслужили это! — крикнул Луи, когда тот отошел, и Гарри обернулся с широкой улыбкой на лице, которая показывала его очаровательные ямочки. Он продолжал улыбаться и аплодировать, когда Олли прошептал ему на ухо: «У тебя есть яйца». Лиам заговорил первым, поблагодарив руководство, команду, их друзей и родственников, прежде чем вручить микрофон Гарри. –Я… мне особо нечего добавить, но все знают, что мы боролись с The Rogues за эту награду четыре года подряд, и они заслужили её так же, как и мы. Я хотел бы сказать моему лучшему другу Луи и остальной части The Rogues, что эта награда так же ваша, как и наша. Хочу выразить свою благодарность всем нашим фанатам, спасибо за то, что вы верите в нас и остаетесь с нами, поддерживаете нас как групп. Вы удивительны, и вы воплощаете в жизнь наши мечты, благодарю вас за эту награду.– Под звуки аплодисментов «Эскимосы» вернулись к столу. Луи поймал взгляд Джонса через стол и снова погрузился в себя. Саймон Джонс выглядел вне себя от злости, и когда Луи осмелился взглянуть на Гарри Макги, ему хотелось, провалиться под землю. Стайлс снова улыбнулся шатену, когда вернулся и Луи улыбнулся в ответ. Он почувствовал себя немного потерянным на некоторое время. Он смутно осознавал, что Тейлор Свифт указывала на Гарри, когда пела «Это закончится крахом» и не мог не рассмеяться, когда она запнулась на следующей строке, но все равно ему было не по себе. Гарри проявил себя, у Луи все еще впереди, но ему пиздецки страшно. Его не пугало то что группу могут уволить из-за него, он боялся Стайлса. Он хотел пойти с ним на концерт 5 Seconds Summer, потому что там будут люди, которые могут их увидеть или потому, что он искренне хотел пойти туда с Луи? Гарри назвал его другом на сцене, потому что он на самом деле рассматривал его на эту роль или просто потому что ему выгодно притворяться? Луи решил, что лучше ему пойти в раздевалку, чтобы он переоденется для выступления The Rogues и соберется с мыслями. Томмо посмотрел на пианино и глубоко вдохнул. Он сидел в центре O2 на сцене, один. Финн будет играть с главной сцены, на которой будут установлены его барабаны, но теперь Луи хотел, чтобы рояль стоял там же, около них, чтобы он мог хотя бы видеть Финна и знать, что он не одинок. Все что парень мог видеть со своего места — это стол White Eskimo до того, как погасли огни, и были объявлены «Разбойники». Последнее, что он увидел был Гарри наблюдавший за ним своими изумрудными глазами. Затем над роялем загорелся прожектор. — Я бы хотел посвятить эту песню моему другу по имени Аделин Комптон, которая покинула нас, — заикаясь, сказал Луи. — Она любила эту песню, и мне жаль, что она, возможно, не слышит этого. Шатен сказал то, что ему было нужно и начал играть: « Если я не скажу это сейчас, то наверняка буду сломлен. Ведь я покидаю то, что я хочу забрать.»Лицо Гарри было все еще было в мыслях голубоглазого, и он пытался проигнорировать слова и факт, того что это транслировали по телевидению — это была просто бессмысленная песня. «Прости назойливость, но торопись и жди. Мое сердце начало разлагаться» Луи пел с закрытыми глазами, не заботясь о том, как он выглядит. Если он откроет их, то польются слезы, а он не хотел этого, он не мог этого сделать, не здесь и не сейчас. Вступили скрипка и виолончель, и Луи открыл глаза, позволив одной слезе катиться по его щеке, пока он пел следующий стих, не сводя глаза со своих пальцев, которые порхали над клавшими. «Сейчас сильная любовь редко кому достаётся. Будешь ли ты, будешь ли ты той единственной, которую я всегда знал. Когда я теряю контроль, город начинает вращаться. Ты единственная, кто знает, как замедлить его.» Изображение Гарри слилось с Аделин, а затем снова в Гарри. Они танцевали вокруг Луи, когда он пытался спеть следующий куплет. Его голос дрогнул, но он не дал пальцам остановиться и вспомнил, что от этого зависит его работа. «Если были сомнения, то моя любовь как опора, это имеет значение, они сказали, что уверены».Луи не мог поверить, что сделал это, но у него получилось. Незапланированное местоимение меняет в песне от «нее» к «ним». Люди не поймут, если у них нет записи на диске, но, скорее всего, поклонники Луи заметят это. Это было лучшее из того, что он мог сделать, потому что эта песня была уже не об Аделин, она была о Гарри. Луи нужно, чтобы он знал, что любит его и хочет больше, чем просто бунт против менеджеров. Певец почувствовал, как все больше слез собирается в уголках глаз, потому что ситуация была дерьмовой, потому что Гарри сидел там с девушкой, которую он не любил, и которая не любила его, но у нее на пальце было обручальное кольцо и потому он не знает, сможет ли рассказать кудрявому о своих чувствах, не знает взаимно ли это. «Это всегда есть и никогда не удержать, ты начинаешь чувствовать себя как дома.» Гарри понял, что это было про него? «Что моё — то твоё, чтобы оставить или взять. Что моё — то твоё, чтобы сделать это нашим.» Луи впервые за песню поднял свой взгляд от клавиш. Из света был только прожектор, направленный на него, но он помнит, где сидит Гарри, где он внимательно наблюдал за ним, прежде чем началась песня. Томмо посмотрел туда, слеза скатилась по щеке, когда он пел, отчаянно надеясь, что Гарри хотя бы это понял. «Будь моей деткой, и я присмотрю за тобой». Луи вытянул последнюю ноту и прожектор погас, все погрузилось во тьму. У него есть максимум пятнадцать секунд, чтобы привести себя в порядок. Он снял черный свитер, в котором был, под ним на нем была надета футболка «The Rogues», нащупал гитару под пианино и перекинул ее ремень через плечо. Зажглись огни, и Луи ухмыльнулся, зная, что камеры направленный на него. Он поднялся вверх по лестнице и встретил Уилла на полпути, пока Олли кричал в микрофон разогревая толпу: — Привет, O2! Мы — The Rogues, вы только что услышали «Look after you», а сейчас зажжем под… No Control! — Звучали последние аккорды вступительной части песни, в то время как Луи побежал к своему микрофону, отпустил гитару и схватил его, чтобы начать петь, встречаясь глазами с Уиллом и заставляя его смеяться. «Пустая чашка из-под кофе, отпечаток помады, но этого недостаточно.»Поигрывая ему, Уилл облизнул губы, и Луи знал, что Хайди будет ругать их обоих, потому что они уже это обсуждали ранее. «Сон, в который ты погружен, всё еще хранит следы твоей невинности». Шатен снова взял гитару в руки, в то время как Уилл подошел к его микрофону, и они вместе начали петь: «Просыпаюсь, рядом с тобой я заряженный пистолет, я больше не могу сдерживать это я полностью твой, не могу себя сдерживать, потерял контроль». Томмо посмотрел налево и увидел, что Олли отлично играет на своей гитаре тот поймал его взгляд и ухмыльнулся, очевидно, что гордый Луи сделал переход на «Нет контроля» более плавно, чем когда-либо на репетициях. «Бессильный, и меня не волнует, что это видно всем. Я просто не могу насытиться тобой педаль в пол, глаза закрыты, потерял контроль». «Вкус на моём языке — Я не хочу забыть о том, что произошло прошлой ночью.» Луи поморщился, когда Олли пропел эту часть. «Твоя жаркая постель, я могу лежать здесь весь день и медленно сгорать.» Он собирался сделать это настолько похотливо, насколько способен. «Совсем с ума сошел, я беззащитный. Его духи возбуждают меня.»Шатен изменил местоимение. «Кисло-сладкие. Я вдыхаю полной грудью, лёжа здесь, я считаю часы.» Луи перевел дыхание, когда Уилл снова начал припев. «Просыпаюсь, рядом с тобой я заряженный пистолет, я больше не могу сдерживать это я полностью твой, не могу себя сдерживать, потерял контроль!» Когда выступление подошло к концу, Луи почувствовал будто прошел год с того момента как он сегодня сел за рояль. Кара снова была около стола «Белых эскимосов», когда «Разбойники» вернулись и улыбнулась, увидев, что Луи направляется к ней. — Привет, Томмо. — Она улыбнулась, подтянув Луи за руку, чтобы поцеловать его в щеку. — Давно не виделись. — Ну, ты была слишком занята, флиртуя с симпатичными девушками. Луи вздохнул — он еще не был пьян, просто был возбужден после выступления. Он предложил Каре присоединиться к нему за столиком «Разбойников» (потому что Джонс не посмел бы что-нибудь сказать при ней), и не стесняясь села к нему на колени так как там не оказалось свободных стульев. Кара продолжала сидеть на его коленях, пока продолжались награждения. Она не видела ни Олли, ни Луи больше года, поэтому им было, о чем поговорить, да и Джонс не возражал против девушки, сидевшей на его коленях. Однако, Гарри выглядел так, будто он возражал. Шатен поймал его взгляд трижды, когда он мрачно смотрел на ноги Кары, которые лежали поверх его ног. Его фальшивые отношения с Карой никогда не обсуждались. Луи просто должен был пару раз упомянуть о ней по радио, на этом все, и Гарри знал об этом. Это была встреча не двух любовников, а двух старых приятелей. Стайлс же понимает это? Олли надрался задолго до окончания шоу.Луи предложил ему перед началом церемонии выпивать по шоту, если он угадает кто победит в той или иной номинации, а если он ошибается -то пьет сам. Оказалось, у Луи хорошая интуиция. Таким образом, в крови певца был всего один шот водки, в то время как Олли был чертовски пьян. Когда Кэрри напомнила им, что у них еще есть шанс подняться на сцену и забрать награду, они влили в Олли большой стакан воды, и Уилл начал беспокоиться о том, что сказать, если они выиграют. В конце их речи микрофон всегда оказывается у Уилла. — О, я и забыла, что представляю лучший британский альбом, — Вспомнила Кара. — Черт, наверное, мне стоит пойти и найти кого-нибудь, кто знает, что происходит. Она слезла с колен Луи, поцеловала его в щеку и скрылась в лабиринте столов. Когда рекламный перерыв, подошел к концу, голубоглазый почувствовал, как его сердце снова ускорилось. Альбом Mastercard года был большой наградой и имел большое значение. Победа в этой награде означала, что ваш альбом получил бесплатную рекламную кампанию, это несомненно скажется на его продажах, и ваши песни будут играть на радио без каких-либо вопросов. — Думаешь, у нас есть шанс выиграть его? — Луи спросил Олли, который все еще был немного подвыпившим. — Я все равно буду любить тебя, даже если мы не выиграем. — Промямлил Олли на что шатен покачал головой. Не было ни малейшего шанса, что Олли будет достаточно трезвым для интервью с наградами. Уилл и он оба были довольно трезвыми, но Финн был на третьей бутылке пива. Похоже, он и Уилл возьмут на себя инициативу до конца вечера. — А теперь, чтобы представить альбом Mastercard года, приветствуйте на сцене Кару Делевинь. Луи улыбнулся, увидев, что модель идет по сцене, похоже, она узнала, где ей нужно быть. — И кандидаты… — на экране появились клипы номинантов на данную награду. Вот оно. Луи любил притворяться, что ему все равно, или что он хочет, чтобы кто-то другой выиграл награду, но The Rogues уже потеряли одну награду сегодня вечером, они не могли отправиться домой с пустыми руками, не так ли? Это было бы неловко. Видео закончилось, и камеры вернулись к Каре, которая открывала золотой конверт. — И победитель… — Она прочла победителя и улыбнулась, еще больше затянув ожидание. — «Разбойники!» Арена зашумела, и Луи почувствовал, как его потянуло в сторону Олли. Они поднялись в объятиях друг друга, прежде чем Луи отвернулся, чтобы обнять Уилла, затем Финна, Хайди, Кэрри, Адама. Они блядь сделали это. Он улыбнулся Гарри, который хлопал в ладоши и гордился их победой. Луи почувствовал прилив адреналина, когда он и парни пробились на центральную сцену, чтобы получить награду. Кара ждала, пока они поднимутся на сцену. Она обняла Луи, поцеловав его в щеку, а затем и остальных троих. Когда зал успокоился Уилл взял микрофон и начал свою речь. Он поблагодарил их руководство, поклонников, друзей, семью и лейбл, всех, кого ему было нужно, затем передал микрофон Луи. Дерьмо. — Гм, мне особо нечего добавить к словам Уилла. — Луи пытаясь придумать что-нибудь. — Некоторые из вас, возможно, заметили, что я плакал, когда исполнял «Look after you». Я написал эту песню для моей очень близкой подруги по имени Аделин Комптон, и она скончалась на той же неделе, когда был выпущен альбом, за который мы получили эту награду. Я был очень потрясен смертью Аделин, но она была с нами, когда мы создавали этот альбом, и она любила его. Она сказала, что купит двадцать экземпляров, если еще будет жива. К сожалению, она не успела, но эта песня для нее, как и эта награда. — Луи взглянул на Олли, который наблюдал за ним с гордой улыбкой, затем он взглянул на Финна и вспомнил еще кое-что, о чем хотел бы рассказать. — Было много слухов о том, кто мы такие, как группа и о том, с кем мы встречаемся — Да, он собирается это сказать. — Как группа, мы здесь для всех, кто чувствует, что они не подходят, и мы не позволим, чтобы подобные слухи беспокоили нас, потому что, честно говоря это не важно, кто или что мы с точки зрения того, кем мы, по слухам, являемся. Например, гомосексуалисты мы или нет. Нас четверо и все мы разные, но мы лучшие друзья, и мы, как группа, всегда были здесь и всегда будем здесь для кого-то, кто думает, что он не важен. Это ты и ты нормальный. Ты не урод, и ты не разочарование для своей семьи, ты человек, как и любой другой человек на этой Земле. Если ты не чувствуешь себя частью своего дома, то знайте, что ты часть нас, ты часть фандома и ты часть наших сердец. — Огромная улыбка была на лице Финна, Уилл, казалось, не беспокоился о последствиях, потому что он похлопал Луи по спине, а Олли одобрительно кивнул. — Спасибо всем, кто помог нам получить эту награду, мы это ценим. — O2 снова взорвался аплодисментами, когда они сошли со сцены и вернулись к своему столу. Бейонсе закрывала церемонию, но Луи не беспокоился. Шоу могло быть закончено, но ночь продолжалась. Выступление Бейонсе было безупречным, как обычно, и Луи захлопал, когда его закончили вместе со всеми, но теперь это было время прессы снова. Кэрри привела The Rogues в пресс-зал, когда они закончили, и теперь они позировали с наградой, рука Олли крепко сжимала руку Луи, когда он успокаивал себя. Затем, когда фотографии были сделаны, их проводили в пресс-зал, где практически каждый ждал с микрофоном. Луи крепко стоял на ногах, пока Олли опирался на него. Ему и Уиллу пришлось взять большую часть вопросов на себя, натянуто улыбаясь. Вопросы были стандартные и скучные: «Вы ожидали победу?» и «Были ли какие-нибудь победы, которые вас удивили?», но Луи знал, что они все желают уже задать провокационные вопросы о нем и Стайлсе. — Итак, Луи, я слышал, как Гарри поблагодарил тебя в своем выступлении, но газеты пишут, что двое ненавидите друг друга. — Пфф, нет, — рассмеялся певец. — Этим так называемым журналистам больше не о чем писать. — А что вы думаете о его предложении Кендалл на красной ковровой дорожке? Будешь ли ты на их свадьбе? — Спросил другой. — Я не большой фанат отношений Кендалл и Гарри, и я не думаю, что это хорошо для любого из них. Что касается свадьбы — если они доберутся так далеко, то да, я приду. Где-то слева от Луи поперхнулся Уилл, а справа Олли хихикнул и пробормотал «Ты ебанулся» ему в ухо. Наступило короткое молчание, в то время как каждый человек в комнате проверял записала ли это их техника, затем кто-то тихо спросил: — Значит, ты не поклонник отношений Гарри и Кендалл? — Томлинсон покачал головой очаровательно улыбаясь. — Я слышал слух, что ты расстался со своей девушкой, поэтому ты заплакал на сцене? — Нет, не из-за разрыва, просто это песня очень эмоциональна, и она порождает много воспоминаний. — Как близки вы были с Аделин? Мы никогда не видели вашу дружбу в социальных сетях. — Прежде чем шатен смог сказать то что не следует, Уилл ответил за него. — Она была близким другом группы, так что ее уход потряс всех нас. Очевидно, Томмо был под большим давлением, просто потому, что он был один за фортепьяно в центре сцены, и он является главным автором этой песни, так что это очевидно принял все близко к сердцу. После ответа Уила все потеряли интерес к этой истории и поменяли тему спрашивая, правда ли, что он тусил перед Брит с Джези Нельсоном. Луи понятия не имел, откуда взялся этот вопрос, потому что он провел все утро с Финном, упаковывая последние вещи для Лос-Анджелеса, в то время как Джеймс сидел на диване с кратким комментарием ко всему, начиная с последнего твита Тейлор Свифт и заканчивая точным населением Земли (7,195 миллиарда человек). Луи на самом деле больше не обращал внимания на интервью, потому что «Белые эскимосы» показались в дверях. Видимо они следующие на очереди. Глаза Гарри были прикованный к Луи. Они все еще не толком не поговорили, после того как переспали, и с тех пор многое произошло: Гарри сделал предложение Кендалл, он обнял Луи по телевизору, так же он упомянул Луи в своей речи, потом он пригласил Луи на концерт, Томмо выступил на сцене, высказался за всех меньшинств в своей речи о принятии и сказал миру, что он не думает, что Гарри и Кендалл подходят друг у другу. На лице Гарри появилась теплая улыбка с искрами в глазах, это было полной противоположности его руки, которая вяло держала руку модели, что стояла рядом с ним. Это неправильно, что кудрявый стоит с ней, Луи знает, что это лишь игра на публику… Но ему это не нравится. «Разбойники» вышли из комнаты, полной камер и микрофонов, и Луи нашел руку Олли, встретившись лицом к лицу с Саймоном Джонсом. — Во что ты играешь? — прошипел Джонс, грудь тяжело вздымалась, и глаза чуть не вылетели из орбит. — Что, черт возьми, это за дерьмовое шоу? Макги хочет оторвать тебе голову, за то, что ты только что сказал о Гарри и Кендалл, и ты не можешь просто смотреть на него влюбленными глазами, когда тот входит в комнату. Ты похож на чертову девочку-подростка. Луи уставился на Джонса, решив на этот раз не сломаться, как это часто бывало. Джонс не имел права разговаривать с Луи так, он знал это и говорил себе, что, как бы то ни было, слова Саймона не важны ему. Томмо искал причину того, что он сделал. — Наверняка, это только привлечет больше внимания к их отношениям, если я буду их критиковать. Между нами вспыхнет вражда, люди будут полны решимости найти причины, чтобы доказать, что я неправ, и я буду наблюдать и смеяться, за этим. Глаза Джонса опасно сузились, и певец ждал следующей угрозы, своего следующего «последнего шанса» и следующей великой речи, которая заставляла Луи чувствовать себя никчемным. — Мне не нравится то, что ты сказал в своей речи о принятии, — продолжил Джонс — Провернешь подобный трюк снова, и я найду и тебе невесту. — Конечно, всем будет очевидно, что это все PR-чушь, копия идеи Макги, — пробормотал Луи, но тут же пожалел о том, что сказал. — Ты помнишь, что в эти выходные ты встречаешься с Брианной. Помнишь, кто она? — подсказал Джонс, и смутно помнил. — Это девушка, мать твоего будущего ребенка. Общеизвестно, что вы с Элеонорой закончили свои отношения, и, естественно, ты, как свободный человек, воспользуешься этим. Финн и ты пойдете в бар и уйдете с несколькими девушками, Брианна будет одной из этих девушек, а в июле она узнает, что она носит твоего ребенка. — Никто не купится на это. Моя мама — мед. сестра, и я знаю, что можно сделать аборт раньше двенадцати недельного срока, поэтому никто никогда не афиширует такое, особенно в мире знаменитостей, потому что что-то может пойти не так. Это будет выглядеть так, будто она врет. — Что ты знаешь об управлении группой? — прорычал Джонс. — У меня есть тридцатилетний опыт, а у тебя за плечами 5 лет выполнения моих приказов. — У тебя было тридцать лет закрытия знаменитостей и использования их успеха для оплаты собственных пластических операций. Почему я, блять, должен слушать твои советы? И Луи побежал. Луи бежал, пока не нашел Олли, а затем потащил его в такси и произнес название одного из мест проведения вечеринок. Его даже не волновало, будет ли там Гарри, ему было все равно, кого он найдет, и сделал что-то на публику. Он просто хотел поиметь Джонса. Саймону нужно показать, что Луи нельзя заставлять молчать, что Луи не пугают его пустые угрозы и что пока он скрывает, кем на самом деле является — Луи будет бороться против него. Швейцар даже не спросил ни удостоверения, ни имени Олли и Луи, он просто впустил их. Они пробирались сквозь толпу, и Луи наткнулся на двух знакомых. Кара стояла с какой-то длинноногой моделью около барной стойки и шатен направился прямиком к ним, теряя своего друга в толпе.

***

Олли нигде не было. Луи проверил каждый уголок клуба и нашел слишком много знаменитостей вместе с людьми, которые не были их партнерами, но ни один из них не был его гитаристом и лучшим другом. — Томлинсон! Он услышал через плечо и обернулся, это была Кара, подходящая к нему с той же моделью. — Делевинь, — он улыбнулся в ответ. — Давно не виделись. Кара рассмеялась над его шуткой и втянула вроде как в пятое объятие за вечер, он начинает к этому привыкать. — Луи, это моя подруга Джиджи, — представила их Кара. Шатен кивнул ей в знак приветствия и заказал в баре бутылку водки. Музыка была громкой, клуб был полон людей — так легко было потерять себя здесь. Однако Кара не допустила этого. Она сразу заметила, в каком настроении находился певец: он был готов к тому, чтобы напиться в хлам, а затем уйти с тем, кто бы захотел трахнуть его. — Лу, ты же не хочешь, чтобы эта ночь закончилась так быстро. — Сказала она ему, когда нашла его толпе людей через некоторое время, может быть, четыре шота спустя. — Через полчаса начинается хорошая вечеринка с неплохими людьми. — Я не хочу их видеть. — Луи покачал головой. — Эта девушка пыталась поцеловать меня раньше, я мог бы отвести ее к себе. Кара закатила глаза и снова потащила Луи в бар, заказав воду. Ее длинноногая подруга Джиджи ушла, он вспомнил, что не видел своего друга уже больше часа. О чем и рассказал Каре. — Он большой мальчик, это не первый раз, когда он так теряется. — Луи предположил, что Кара права, это не его работа, нянчится с Олли. Он выпил воду, а затем последовал за моделью на танцпол. Луи забыл, почему он злился на мир к тому моменту, когда Кара сказала ему, что им пора идти, и он проверял свой телефон, не звонил ли ему гитарист. Кара терпеливо ждала, когда Луи втащил его в карман и вытащил, текст из Олли, который гласил:

«я ни уверенн кАк, но Я на ккто дурой пвечеринкее.Я утт с Ниелом мы в крутй хате. Не безпокойся обо мне»

Кара поглядела на сообщение и хихикнула. — Я же говорила тебе, что Олли в порядке. Если он с Найлом, тогда мы будем в одном и том же месте, давайте пойдем и найдем такси. Кара и Луи пробились к выходу клуба, игнорируя папарацци, спрашивающих их, были ли Луи и Кара, вместе показывая им средний палец. Пара забралась на заднее сидение такси, и Кара продиктовала адрес водителю, в то время как Луи проверил свой телефон на другие сообщения. Ни одного от Джонса, что было неожиданным, также ни одного от кого-либо еще из руководства, просившем его вести себя тихо или заботиться о себе — обычно, было по крайней мере одно подобное смс. Поездка прошла как в тумане заполненная разговорами и пьяным хихиканьем, затем такси остановилось возле здания, и Кара расплатилась с водителем, не обращая внимания на протянутую руку Луи в которой были зажаты купюры.  — Я не бедная, ты, мудила. После этого ответа Луи засунул свои деньги обратно в карман и последовал за девушкой в здание. На улице не было папарацци, что было хорошим знаком и шатен подумал, не ошиблась ли Кара адресом; Это не похоже на те вечеринки к которым он привык. — Кара, — начал парень, когда они вошли в здание (откуда она знает код от двери?), — где мы, блядь? — Это вечеринка Ника Гримшоу. Он снял пентхаус и наполнил его выпивкой, все «сливки общества» в конце концов приедут сюда, могу поспорить Олли и Найл уже тут. — Модель затащила его в лифт, и как только двери закрылись, она достала помаду из своей сумочки и нанесла ее на губы, смотрясь в зеркало на двери лифта. Это был не яркий нежно-розовый цвет, затем она повернулась к Луи и улыбнулась. — Позвольте мне накрасить тебя? Ты будешь горяч с помадой на губах, тем более такого оттенка. Трудно было сказать «нет», когда Кара Делевинь стояла всего в нескольких дюймах от твоего лица с помадой наготове. Во всяком случае, это не первый раз, когда бы его накрасили, на фотосессиях ему часто наносили макияж; Луи любил немного подводки для глаз время от времени. Когда они вышли из лифта, их встретила стена громкой басовой музыки, и глаза девушки загорелись, и шатен не мог не почувствовать то же самое — это звучало как хорошая вечеринка. На входе стояли двое вышибал, и Луи засмеялся, когда понял, что списка нет, охранники просто прогуглили их и сверили фото из интернета с их лицами. В пентхаусе был неоновый свет и динамики по-видимому везде. Пара нашла кухню довольно легко и была встречена разнообразным выбором алкоголя, который любой мог когда-либо хотеть и даже больше. — Я хочу, чтобы этот вечер был последним — я уже навеселе. — Прокричала Кара сквозь музыку шатену, который согласился на с ней. Они сделали слабый коктейль из водки и кока-колы и вернулись в разгар вечеринки, Кара явно искала кого-то. Луи заметил Олли, который танцевал с Найлом Хораном и Эдом Шираном, он был явно трезвее, чем в последний раз, когда Луи видел его. Финн тоже оказался на этой вечеринке и стоял в углу, беседуя с Эштоном Ирвином, оба они стучали ногами в такт музыке — барабанщики. — Эй, Лу, я думаю, что вижу их, — крикнула Кара и снова взяла парня за руку, потащив его к дверям на переполненную террасу. Луи не был уверен, кто такие эти «их» и почувствовал себя не очень хорошо, когда увидел пару, которая позировала на фоне горизонта для селфи, рука Кендалл была поднята, чтобы было видно кольцо. Кара подошла к ним, и лицо Дженнер просветлело, когда она увидела ее, и немедленно потянула девушку для поцелуя. Гарри убрал руку с талии подели, его фальшивая улыбка пропала с лица, а глаза были устремлены Луи. — Привет, — Луи неловко улыбнулся. В первый раз, возможно, когда-либо, Гарри не улыбнулся, увидев его. — Что-то не так? Макги что-то сказал — Луи был в этом уверен. Точно так же Джонс угрожал ему после пресс-зала, который заставил его решительно послать всех, Макги что-то сказал, чтобы припугнуть Гарри. — Мы можем поговорить? — спросил Гарри, его голос звучал расстроенно. Луи кивнул, однако не был уверен, что это было хорошей идеей с алкоголем в их крови. Гарри вел шатена по квартире пока не нашел для них пустую комнату. Томмо стало интересно, смогут ли он и Гарри использовать её сегодня вечером. Когда дверь закрылась, голубоглазый ждал, когда Стайлс скажет что-то, но вместо этого Гарри просто посмотрел на Луи и покачал головой. — Что? — Спросил Луи, не понимая языка тела парня. — Я не понимаю тебя, Луи. — Брови Луи нахмурились, пытаясь понять, что имел в виду кудрявый. — Ты меня не понимаешь? — В один момент ты обнимаешь меня при всех и соглашаешься пойти со мной на концерт 5SOS, и в следующую минуту ты мутишь с Карой, пока ее подруга и я притворяемся, что мы счастливы вместе. — Подожди, что? — Спросил Луи в неверие. — Ты думаешь, что я мучу с Карой? Это потому, что она сидела у меня на коленях? — Ее губная помада на твоих гребаных губах, — закричал Гарри. — Ты думаешь, я тупой? О, черт возьми. — Эта губная помада из тюбика, а не с ее губ, она накрасила меня в лифте, мне понравился цвет. — Ты провел с ней всю гребаную ночь, и я знаю, что ты в нее влюблен. — Это для папсов. — Луи застонал. — Она просто друг, Гарри. Я не влюблен в каждую девушку, с которой провожу время, точно так же, как я не влюблен в каждого парня, с которым разговариваю. Я не могу прийти на вечеринку с одним из своих друзей? Каким магическим образом я должен был знать, что ты все перевернешь вот так? — Я думал, ты хочешь того же, что и я, Луи. — Гарри пожал плечами. — Я явно был неправ; Ты просто используешь меня, чтобы помочь себе. — Что за хуйня? — Спросил шатен, наблюдая, как Гарри повернулся, чтобы выйти из комнаты. — Ты ни слова не сказал мне ни о чем другом, кроме «ты не против сделать что-нибудь ебанутое.» — Ну, больше мы ничего не будем делать. — Гарри покачал головой. — Мне надоело пытаться понять тебя. — Это чувство взаимно. — Луи отстранился и позволил Гарри уйти. Его мозг вернулся в состояние, в котором он был, когда Луи вошел в клуб, несколько часов назад. Его не волновали последствия. Парень вышел из спальни и направился обратно на вечеринку, в поисках кого-то, кто был мужского пола и согласен на всё. Ему нужно было снова захватить заголовки, привлекая внимание к своей ориентации, но на этот раз без имени Гарри или чего-либо, связанного с ним. Ник Гримшоу знал много красивых и забавных мужчин, и Томмо оказался в окружении возможных претендентов на поцелуй, но затем заметил идеального человека. У него были темные волосы, острые скулы, которые выгодно выделялись при приглушенном свете, он был красив. Луи осторожно подошел к мужчине и убедился, что тот правильно улыбнулся, дал правильный взгляд, представившись певцу. Прежде чем Томлинсон смог понять, что происходит, парень утащил его на танцпол. Губы брюнета скользили по коже Луи в районе шеи пару раз, и было ясно, что он хочет чего-то большего. — Выйдем? — Он спросил мужчину, который кивнул, вытащив пачку сигарет из его кармана. Снаружи на прохладном воздухе и в свете неоновых огней эти двое разделили сигарету. Снаружи в прохладном воздухе и из мигания, неоновые огни, двое закурили. — Смотри, — начал Луи. — ты модель, я прав? Я видел тебя в рекламе Келвина Кляйна? — Незнакомец кивнул, не зная, к чему тот ведет. — Что ж, я певец, но мне не разрешено быть педиком, но вот он я, я по парням и по девушкам. Я должен был хранить свои отношения в прошлом в секрете, и мне это надоело. Могу ли я… мы можем поцеловаться перед камерой, чтобы я мог привлечь внимание слухами о моей ориентации. Мне не нужно от тебя ничего другого, мне очень жаль, что я использую тебя таким образом, но я в дерьмовой ситуации и прибегаю к отчаянным мерам. Мужчина принял предложение Луи перед этим выпустив дым из легких. Он взглянул за плечо Луи, и тот обернулся, увидев, что кто-то фотографирует группу людей в нескольких метрах от них. Шатен кивнул и позволил модели поцеловать его, когда сверкнула вспышка. — Спасибо. — Луи улыбнулся, когда парень отстранился от него с улыбкой на губах. — Жаль, что тебе нужен только поцелуй. — Он вздохнул. — Я уверен, что этот рот может творить чудеса. — Может, но не сегодня. Я могу поцеловать тебя еще раз, если ты не против? — Модель кивнула с очаровательной улыбкой на губах, и Луи наклонился для поцелуя. На этот раз он позволил мужчине взять себя под контроль, уперев руки в бока, когда модель подтолкнула его к стене, чтобы скрыться от посторонних глаз.