"Мёртвый воин".

Мир Илма-Суур. Неподалёку от Северного материка. Северная башня. (воспоминания) Империя Дэйма-Илм. Город Та-Таа. — Эно, может вернёмся? Чего-то у меня предчувствия нехорошие.       Негромкий голос Уэве отвлёк Ваэйме от восхищённого созерцания озера, куда они с друзьями пришли тайком от воспитателей и наставников школы наложников.       Брюнет вопросительно посмотрел на Уэве, а затем перевёл взгляд на Лейсо. Голубые глаза одиннадцатилетнего тиарши-зверька были прикованы к хрустальной поверхности озера, озарённой последними вечерними лучами светила Ринас. Было видно, что Лейсо просто до сшиса хочется окунуться в прохладную воду. Как и самомУ Ваэйме. Ну так конечно, — день был жаркий, а у юных тиарши с раннего утра были то физ. подготовка, то многочисленные занятия, то работа на территории школы, так что да — поплавать в озере очень хотелось… Тем более, что обстоятельства сложились весьма удачно — рина Яррэша Ма-Залла два дня назад проигласил в гости кто-то из столичной знати, так что хозяин школы наложников отбыл в Лаас-Илм, временно оставив дела на своего помощника- младшего родственника. Который не особо рьяно следил за порядком в школе и вверенными ему малолетними тиарши, а больше был озабочен как поудачнее выйти замуж. Хм… Рин Таккош Ма-Залл порой и внешнюю магию, даже охранную, использовал для улучшения свой внешности и нарядов… Хотя, на взгляд Ваэйме, родич рина Яррэша и так был очень красив, даже по меркам дэймаинов…       В общем, после отъезда хозяина Ма-Залла, все в школе — и воспитатели, и охранники, — нЕсколько расслабились. Особенно сегодня, когда в Та-Таа вечером намечалось праздничное торжество по случаю дня рождения главы города… Кстати, насколько юным тиарши было известно, рин Таккош имел серьёзные виды на этого знатного дэймаина. И потому снова взял значительное количество охранной магии, для придания себе любимому дополнительной привлекательности и очарования…       Ну Ваэйме и Лейсо, весь день изнывающие от жары, рассудив, что воспитателям во главе с рином Таккошем будет не до них, вдвоём уговорили осторожничающего Уэве и после отправились на озеро, которое уже посещали ранее при подобных-же случаях. — По-моему ты зря беспокоишься, Эв, — проговорил Ваэйме. — Господа дэймаины сейчас о празднике думают, а не о нас. — Точно, — поддержал его Лейсо. — Тем более мы-же не пробудем здесь долго. Быстренько поплаваем и пойдём назад.       Не дожидаясь Уэве, Ваэйме и Лейсо вышли из кустов на берег озера, на ходу стягивая с себя свою нехитрую одежду тиарши. С минуту поколебавшись, шатен присоединился к ним.       Мальчики плавали, ныряли, весело плескали друг в друга прохладной водой… Однако они отнюдь не забывали о времени и о том, ЧТО их ждёт, если их хватятся… Точнее не забывал Уэве и вскоре он потянул друзей на берег. Ваэйме и Лейсо малость поворчали, но подчинились… не забыв тяжело повздыхать…       Хотя вообще-то они все были довольны. В школе-то для юных тиарши бассейн хотя и имелся, но доступен был только для занятий, в основном для фигурного плавания, ну чтобы уметь развлекать своих будущих хозяев и таким образом, а так чтобы поплавать в своё удовольствие — так нет, рин Ма-Залл (чтоб ему провалиться!) это строго запрещал, считая это недопустимым баловством для своих учеников-невольников и пустой тратой времени. А для мытья юные тиарши пользовались «водопадами» и то строго ограниченное время — постоять под ними просто так, без мытья, наставники-дэймаины не давали…       Негромко переговариваясь между собой, мальчишки уже заканчивали одеваться, как вдруг Лейсо замер по-звериному поводя ушами. — Ты чего? — спросил Ваэйме, тоже настороженно заозиравшись по сторонам. — Это воспитатели? — Уэве испуганно вытаращил светло-зелёные глаза, судорожно прижав к груди свою рубаху. — Нет, — Лейсо чуть оскалился. — Это рилки (в Илма-Сууре животные используемые как на Земле собаки). Несколько особей.       Ваэйме невольно подобрался. Как и его друзья. Когда-же, нЕсколько секунд спустя, на берег озера вышли с десяток шестилапых, остромордых существ, покрытых красивой изумрудно-синей чешуёй, то сердце тиарши рухнуло куда-то вниз. Ибо это были охотничьи рилки, — большие, но тонконогие и изящные, — довольно редкая порода и от того дорогая, которую могли себе позволить только знатные и богатые дэймаины. А это означало, что… — Ух ты! Смотри-ка, какую добычу выследили наши рилки! Сразу после этих слов из-за деревьев на берегу появились трое дэймаинов. Совсем молодых, только-только вышедших из подросткового возраста. И одетых в кожаные рубахи и штаны — как обычно одевались для охоты. Одна пара жёлтых и две пары синих глаз с холодным интересом уставились на, испуганно притихших, юных тиарши. Рилки-же между тем, видимо повинуясь какому-то знаку своих хозяев, быстро и деловито рассредоточились по берегу так, что окружили мальчишек, не особо приближаясь к ним, с таким-же холодным любопытством как и дэймаины, глядя на них блестящими словно драгоценные камни глазами… Кташ! Ваэйме растерянно переглянулся с друзьями. Вот-же влипли! Сейчас эти рогатые ублюдки прицепятся к ним и хорошо, если просто попугают и пойдут себе дальше, а могут ведь и поиздеваться всласть. Мало-ли что в ихние дурные дэймаинские головы взбредёт… Невольно юные тиарши плотнее прижались друг к другу… особенно, когда один из дэймаинов, тот что желтоглазый, неторопливо подошёл к ним, помахивая хвостом. — Вы чьи, игрушки? — развязно спросил рогатый, пристально оглядев мальчишек с головы до ног…       Ваэйме вспыхнул, невольно стиснув кулаки. Боги, как-же он ненавидел когда к нему обращались вот так — «игрушки», словно к неодушевлённому предмету! Сшис! Да даже «невольники» или «рабы» его почему-то раздражало меньше!.. — Хм… — к ним подошёл второй дэймаин. — Какие они красивенькие. Особенно тот, черноволосый. — Рогатый кивнул на Ваэйме. — Сшис, я таких красавчиков среди тиарши ещё не встречал… — Так они, наверное, из школы рина Ма-Залла, — произнёс третий рогатый и, чуть прищурившись, присмотрелся к ошейникам мальчишек. Точнее к вытесненному на них имени хозяина, а затем удовлетворённо кивнул. — Точно они принадлежат рину Яррэшу… У него тиарши как на подбор, отменного качества, образованные и хорошо обученные. Желтоглазый вновь окинул настороженных мальчишек пренебрежительным взглядом. — Хорошо обученные говоришь? — Его красивые полные губы искривила презрительно-злобная усмешка. — А почему-же они так открыто пялятся на нас? Разве правильные невольники при свободном не должны опускать глаза вниз? Разве они не должны сейчас преклонить колени перед нами или хотя-бы просто поклониться?.. А этот… — Тут рогатый указал на Ваэйме. — Вообще смотрит так, словно сейчас нам в глотки вцепиться.       Ваэйме поспешно отвёл взгляд от злобного лика дэймаина и, словно невзначай, прикрыл собой, оцепеневшего от испуга, Уэве. — Точно! — проговорил один из синеглазых дэймаинов и недовольно уставился на юных тиарши. — Эй, вы! Ну-ка поприветствуйте нас, как положено приветствовать представителей высшей расы! Становитесь на колени и кланяйтесь… Ну, живо!       Его изящные пальцы с ухоженными когтями потянулись к Лейсо, но хвостатый тиарши ловко увернулся. — Простите, сиятельные рины, — произнёс Ваэйме, вместе с Уэве отодвигаясь от рогатых. — Но вы не можете нам приказывать. Вы не наши хозяева. — Чего?! — синеглазый уставился на дерзкого мальчишку. — Да как ты смеешь перечить представителю высшей расы, ничтожный раб?! Давно плетей не получал?!       И тут-же в его руке появился короткий хлыстик (видимо предназначенный для рилков… а может и не только для рилков) и он многообещающе продемонстрировал его юным тиарши. Однако желтоглазый остановил своего приятеля. — Не стОит, Диреен, — произнёс он, со злобной ухмылкой глядя на настороженно-испуганных мальчишек. — Ведь есть более действенные средства.       Желтоглазый юнец быстро произнёс звук-заклинание… И Ваэйме опомниться не успел как внезапно рухнул на колени перед дэймаинами. Как и его друзья. — Фи, Ишшэл, — с лёгким осуждением проговорил тот кого назвали Диреен. — И не жалко тебе суур на этих ничтожеств тратить. Хлыстом было-бы менее затратно. — Зато с магией более действенно, Дир, — отозвался желтоглазый Ишшэл. — И главное- быстро.       Диреен криво усмехнулся, а Ишшэл вновь повернулся к коленопреклонённым тиарши. — Ты… нахальная игрушка, — его когтистый палец указал точнёхонько на Ваэйме. — Ты и твои дружки должны извиниться перед нами за дерзкие взгляды и наглые возражения, непозволительные для презренных тиарши. Так что для начала целуй мои сапоги!       И тот час Ваэйме почувствовал как его позвоночник, повинуясь магии, сгибается пополам, а голова медленно, но неотвратимо клонится к запылённым, кожанным сапогам желтоглазого дэймаина. — Нет! — Тиарши попытался сопротивляться, однако бороться с этим не было никакой возможности! Тело Ваэйме словно жило своей жизнью, не подчиняясь разуму. — Сшис! Нет!       В школе наложников тоже практиковалось подобное — рин Яррэш периодически заставлял своих юных воспитанников целовать себе то сапоги, то вообще голые ступни. Как он говорил — для закрепления покорности. Однако по какой-то причине рин Ма-Залл ещё ни разу не проделывал такое с Ваэйме.       И сейчас брюнет не собирался лобызать сапоги какому-то рогатому ублюдку, невесть откуда взявшемуся. Да и вообще выполнять его идиотские пожелания. Кто этот Ишшэл такой, чтобы приказывать чужим невольникам?! Злость затопила Ваэйме удушающей тёмной волной, которая помогла ему пусть на пару секунд, но выйти из-под влияния магии. И этого времени мальчишке хватило чтобы смачно харкнуть на, маячавший уже в нескольких сантиметрах от лица, сапог дэймаина. — Что?.. — сначала не понял желтоглазый, но затем берег озера огласил его злобный рёв: — Ах ты тварь!!!       А в следующее мгновение от неслабого удара дэймаинского хвоста Ваэйме опрокинулся на спину, проехавшись по песку. — Рабский выродок!!! — прорычал Ишшэл, сжимая кулаки. — Как ты посмел?!.. Ну подожди-же! Я тебя проучу.!.. Тебя и твоих паршивых дружков! — Ты чего задумал, Ишшэл? — с некоторым беспокойством спросил его приятель.       А Ваэйме, глядя на злобную морду желтоглазого дэймаина, невольно похолодел. Но испугался он не столько за себя, сколько за своих друзей, что сейчас, стоя на коленях перед дэймаинами, смотрели на всё происходящее круглыми от страха глазами. Что задумал этот рогатый ублюдок?       Впрочем вскоре всё стало ясно. Ишшэл быстро произнёс звук-заклинание и в ту-же секунду Ваэйме невольно вскрикнул от острого жжения в боку — маленький язычок магического пламени пребольно лизнул его кожу. Следом раздались вскрики Лейсо и Уэве — их тоже атаковали крохотные, огненные язычки, которые хоть и не оставляли ожогов, но боль от них была как от настоящего огня… Кстати, магия больше не держала юных тиарши и, резво вскочив на ноги, они принялись носиться по берегу, пытаясь увернуться от пламенных лепестков… Хотя так-уж сильно разбегаться им не давали рилки, ещё в самом начале взявшие мальчишек в кольцо и теперь бдительно следившие чтобы юные тиарши не вырвались за пределы этого кольца, тявканьем и грамотно как заправские охотники (коими собственно и являлись) загоняя их обратно в круг.       Дэймаины веселились во всю, показывая пальцами на несчастных мальчишек и отвешивая тупые комментарии. Впрочем атака магическим пламенем была недолгой. У Ишшэла, видимо, были другие планы. — Ну что, игрушки? — весело проговорил желтоглазый, оглядывая судорожно дышащих, взлохмаченных тиарши. — Готовы нам сапоги целовать? Или ещё побегаете?       Юные тиарши с мрачно переглянулись между собой. Ваэйме заметил на смуглых щеках Уэве дорожки слёз… которые шатен, перехватив взгляд друга, тут-же поспешно вытер. — Вы не станем выполнять ваши приказы, — твёрдо сказал Лейсо. — Вы не наши хозяева! — Дайте нам уйти! — Ваэйме сжал кулаки. — Смотри, Ишшэл, они ещё смеют дерзить, — с некоторым удивлением произнёс Диреен. — Видят боги мне ещё не доводилось встречать таких наглых тиарши! — Видать одного раза было недостаточно, — мерзко усмехнулся желтоглазый…       И мальчишек вновь атаковали магические огоньки. Только в этот раз к хохоту дэймаинов присоединилось и задорное тяфканье рилков, а парочка из них самые мелкие, почти детёныши, видимо решив, что всё происходящее — это такая игра, принялись с подвыванием гоняться за юными тиарши, пытаясь ухватить их за ноги…       Кташ! Вот только их ещё не доставало! Слыша вскрики своих друзей, Ваэйме отмахивался от зверски-жгучих язычков магического огня и попутно уворачивался от молодых рилков. В очередной раз увидев перед собой остренькую, чешуйчатую морду, брюнет хотел отвесить по ней хорошего пинка, чтобы рилк отстал уже… … Как, вдруг, животные и сами с визгом шарахнулись в сторону, а магические огоньки мгновенно исчезли, словно дэймаин внезапно оборвал заклинание. Над головой тиарши послышался шум огромных крыльев, разгоняющих ветер… И в следующую секунду на берег приземлился большущий гриффон бежевого окраса. Приземлился как раз между юными тиарши и дэймаинами. — Ого! — вырвался у Ваэйме возглас невольного восхищения ибо грифон был настоящим красавцем. Ну, по крайней мере те его сородичи, которых мальчишке доводилось видеть в Та-Таа, были помельче и далеко не такие красивые… Во всяком случае у рина Яррэша так точно гриффоны были похуже.       Однако ещё большее удивление, — причём как у юных тиарши, так и у дэймаинов, — вызвал наездник гриффона. Это был тиарши-«зверёк». Совсем молодой может лет шестнадцати или семнадцати. Светловолосый, с серыми мохнатыми ушами и таким-же хвостом, довольно симпатичный. Когда-же он бросил быстрый взгляд в сторону тиарши, то Ваэйме с некоторым удивлением увидел, что глаза у парня ярко-оранжевые… Вообще искусственная раса имела глаза самого разного цвета и в питомнике, да и в школе наложников Ваэйме видел всякие цвета и оттенки глаз тиарши, но вот оранжевые — впервые… Хотя с другой стороны — мало-ли чего он там не видел… Ещё Ваэйме обратил внимание, что этот тиарши одет очень хорошо для раба и что на нём нет ошейника. Фаворит какого-нибудь сиятельного рина? — Какого сшиса ты припёрся сюда, Ясмэи?! — злобно рыкнул желтоглазый дэймаин, с крайней неприязнью глядя на вновь прибывшего. — И зачем вмешался?! — Хочу уберечь вашего дядюшку от большого штрафа и от неприятных объяснений с рином Ма-Заллом, рин Ишшэл. — Тиарши еле заметно усмехнулся, поглаживая гриффона по шее. — А заодно и вашу задницу от хорошей порки, которая непременно последует за этими объяснениями.       Услышав эти слова, синеглазые дэймаины синхронно посмотрели на своего приятеля, а затем неблагозвучно хрюкнули, явно еле сдерживая смех. А Ишшэл, от злости стиснув кулаки, покраснел до корней волос. — Ты!.. — прошипел он, теперь уже с ненавистью глядя на тиарши-«зверька». — Да как ты смеешь?! Ты, презренный раб! Думаешь, раз являешься фаворитом моего дяди, так тебе можно болтать всё что угодно?! Да я тебя!.. Я тебя самогО выпороть прикажу!.. Нет, я САМ тебя выпорю, паршивый тиарши! — Боюсь, что не выйдет, рин Ишшэл, — Тиарши Ясмэи теперь уже усмехался не скрываясь. — Знаете-же, что фаворитов могут наказывать только их НЕПОСРЕДСТВЕННЫЕ хозяева. Вот ваш сиятельный дядя и накажет… если сочтёт нужным. Но никак не вы. — Ах ты!.. — Ишшэл аж задохнулся от негодования.       На какое-то мгновение Ваэйме, который вместе с друзьями с удивлением слушал этот разговор, показалось, что желтоглазый дэймаин сейчас затопает ногами от злости и досады. — Думаю, что вам, рин Ишшэл, и вашим друзьям лучше вернуться к прерванной охоте, — спокойно продолжал оранжевоглазый. — А я провожу мальчиков в их школу, пока их не хватились… Так будет лучше для всех.       Не найдя, что сказать на это и посверлив невольника несколько секунд злым взглядом, Ишшэл затем круто развернулся и пошёл прочь от озера. Его приятели и рилки последовали за ним и вскоре все они скрылись между деревьев и высоких кустов. После чего Ясмэи вновь повернулся к мальчишкам. — Спасибо, са-эно, что помог нам, — проговорил Уэве, с признательностью глядя на старшего тарши. — Да благословят тебя боги.       Все трое мальчишек поклонились своему старшему собрату. Ясмэи усмехнулся покачав головой. — Ладно, садитесь на гриффона. Я подвезу вас до вашей школы… (конец воспоминаний)       Вадим открыл глаза… сразу-же упёршись взглядом в насыщенно-жёлтый шар суур-души, висевший прямо перед его лицом… Но тут-же взмывший вверх под самый потолок… Затем парень оглядел полутёмную сейчас комнату, выделенную ему Фоа-Архой… И невесело усмехнулся своим воспоминаниям.       Те события шестилетней давности он помнил довольно хорошо. Особенно потому, что хотя Ясмэи и ссадил мальчишек не возле самОй школы, а подальше, чтоб их никто не увидел, но рину Таккошу всё равно стало известно об их вопиющем проступке. И разумеется (после его визгливой истерики) последовало суровое наказание «мелких мерзавцев». С применением болевого суура…       Сев на постели, Вадим невольно поёжился, — зверскую боль от хлыста, щедро сдобренного магией, он тоже помнил очень хорошо… Как и свои душевные муки от осознания того факта, что Лейсо и Уэве наказали, в бОльшей мере, из-за него… После их посадили в карцер, а потом вернулся из столицы рин Яррэш и они получили нехилую порку уже непосредственно от хозяина. Рин Ма-Залл вообще хотел отправить не слабо провинившихся мальчишек в школу прислужников. Но потом передумал. Всё таки это было расточительство — из невольников с красивой внешностью делать простых слуг, а рин Яррэш не любил пустое расточительство. Он деньги любил. Притом очень.       Не сдержавшись, Вадим мрачно фыркнул… … Но тут-же спохватился, приложив ладонь к губам. Бросил настороженно-внимательный взгляд в противоположную сторону комнаты… Где сейчас спали его неугомонные подопечные и Павел.       Нет, мелким конечно-же тоже выделили свою комнату, но только спать в ней сегодня они категорически отказались. И все вместе пришли к своему са-эно (а Вадим, между прочим, на тот момент уже почти уснул), типа они соскучились, им страшно и всё такое… Пришлось разрешить мальчишкам спать в своей комнате.       Правда мелкие спиногрызы очень хотели лечь рядом с Вадимом, точнее непосредственно в его кровать, ему под бочок. Но тут-уж парень как говориться «встал на дыбы», сказав, что если не в меру назойливые эно лягут к нему, то он сам будет спать где-угодно, хоть на льдине снаружи башни, но не здесь. Малолетние тиарши, прочем, не особо огорчились этому решению своего са-эно и, оперативно притащив свои матрасы и постели, расположились неподалёку от кровати Вадима. Потом они полночи перешёптывались и хихикали, не давая Вадиму спать, а после парень уже и сам не мог уснуть нормально, — то пребывая где-то на грани между сном и бодрствованием, то ворочаясь с боку на бок.       Сейчас-же, после воспоминания об эпизоде своей жизни в школе наложников (чтоб ей провалиться к Тёмным богам вместе с рином Ма-Заллом!), Вадим сомневался, что этой ночью ему вообще удастся уснуть. Тем более, что на него нахлынули мысли о друзьях, оставленных в Дэйма-Илм, о возлюбленном Ратти, с которым они мечтали начать новую жизнь у аонгилов, а в итоге в Шова-Илм Вадим попал один. О рине Атторе Са-Денне и его прочих домочадцах. Затем его размышления плавно перетекли на дом… на настоящий дом. Вадим думал об отце и маленьких сестрёнках (ну сейчас уже не маленьких, конечно), о дяде Станиславе, о тёте Рите и Никитке. Но особенно — об Артёме… Интересно каким стал двоюродный брат? Ему ведь уже шестнадцать. Учиться-ли он в РАВС или стал вольным сталкером как планировал?.. В то, что Артём и Алинка могли погибнуть тогда, девять лет назад в Стене аномалий, Вадим не допускал и мысли, — он был твёрдо уверен… точнее убеждал себя, что они, как и все остальные родственники, находятся в добром здравии…       Внезапно Вадим замер, сосредоточенно нахмурившись. Потому как он понял, что та мёртвая айя… то есть сталкерша, которую они с Ратти нашли на острове во время побега, была ему вообщем-то знакома. Не особо хорошо, но всё-же. Она-же являлась одной из группировки «Восход», где лидером был его отец…       Также парень припомнил разговор из КПК про какую-то похищенную информацию — судя по обращению «Брат Эрагон» информация эта была похищена у группировки «Монолит». И скорее всего эта инфа была очень важной, причём не только для «Монолита»… ну, раз её пытались заполучить восходовцы (а может и не только они)… Теперь-же, анализируя события, связанные с мёртвой сталкершей, Вадим понял, что тот красивый полупрозрачный камешек, растворившийся в его ладони — это и есть носитель информации… Ну что-то вроде рэка…       Брюнет поднёс свою правую руку к глазам и, в очередной раз, осмотрел ладонь. Значит получается, что монолитовская инфа теперь внутри него. И как её извлечь? И вообще ВОЗМОЖНО-ли её извлечь?       Вадим нахмурился. Вдруг это извлечение убьёт его? Вот помирать категорически не хотелось. Особенно сейчас, когда Вадим узнал кто он такой на самом деле и появилась, пусть ещё неясная, но надежда вернуться домой, в свой мир. К своим родным. А потому, поразмыслив, парень решил пока никому не рассказывать о том, что он носит в себе важную информацию иного мира… То есть вообще никому. В Ратти он был уверен — его возлюбленный болтать не станет…       Посидев на постели ещё какое-то время и поняв, что спать расхотелось окончательно, Вадим принялся одеваться, стараясь производить при этом как можно меньше шума чтобы не разбудить мелких (а то ведь привяжутся как пить дать). Он решил немного прогуляться по коридорам Башни. *** Земля. Зона. Территория группировки «Монолит» Припять. Лаборатория.       С тихим шипением фиксаторы отпустили руки и ноги Артёма и, зло глянув на двоих охранников-монолитовцев, стоявших рядом и карауливших каждое его движение, он неуклюже слез с кресла-лежака, на котором ему, с помощью какого-то неизвестного оборудования (Артём, если честно, во всяких медицинских прибамбасах не особо разбирался) через ухо вживили специальные наноустройства для возможности связи из иного измерения. Как и говорил Эрагон.       Посмотрев на Старшего монолитовца, сейчас стоявшего неподалёку и о чём-то негромко разговаривающего с одной из двух лабораторных крыс… ну, то есть учёных… Артём затем прислушался к себе на предмет каких-то изменений. Немного кружилась голова и звенело в ушах. Однако больше ничего такого дискомфортного парень в себе не чувствовал… Ошейник-блокатор ощущался и давил куда сильнее… Но ведь скотина-Эрагон должен-же снять эти удавки перед отправкой их с Гошкой в этот… как его… Улма-Сиур? А иначе как они будут пользоваться своей аномалкой?       Матвеев покосился на своего напарника, который занимал соседнее кресло. Тот тоже уже пришёл в себя и теперь морщился и тёр виски. — Волк… — негромко позвал Артём. — Ты как? — «Как-как»… Нормально с ним всё. — Сварливо отозвался второй учёный, что-то просматривающий на своём портативном сканере-диагносте. А после обратился к Эрагону: — Старший брат Эрагон, вживление прошло успешно. Наши новые наноустройства работают. — Главное чтобы они и в ином измерении работали, — отозвался Эрагон. — И не отказали в самый ответственный момент как у дефектных кадавров. (При этих словах Артём посмотрел на Старшего монолитовца более внимательно.) — Не откажут, Старший брат, — яйцеголовый многозначительно усмехнулся. — С ЭТИМИ наноустройствами всё будет в порядке… Я вам больше скажу- если с ними сгенерировать аномалию «Вид», то можно даже передавать визуальные образы в иное измерение… — Хм… Вы так говорите, профессор, как-будто уже сами лично это проделывали. — Белобрысый монолитовец с едва заметной мрачной усмешкой посмотрел на учёного. — Нет это, конечно, всё замечательно, но в том мире правит магия. И как она может влиять на наши технологии нам практически неизвестно… Блин, да мы даже толком не знаем как она на нашу аномальную силу может повлиять… Остаётся только уповать на милость Великого Монолита, что он поможет верным слугам своим даже в ином измерении. — Это да, — кивнул учёный. — Но вот, если-бы лидер Харон позволил мне изучить ту рогатую дев… — Профессор!.. — резко остановил его Эрагон, недовольно сверкнув глазами.       А Артём и Георгий с напряжённым интересом уставились на учёного. Что он имел в виду? Ведь этот яйцеголовый едва не проговорился о дэм-маарне, находившемся в плену у «Монолита» в данный момент. Верно?.. Артём нахмурился. А может этот учёный мудила имел в виду вовсе не дэм-маарна, а попаданца из иного измерения?.. Да, точно. Наверняка так и есть. — А вы чего уши развесили?! — зло рявкнул Эрагон, повернувшись к кадаврам.       Артём невольно вздрогнул, резко вырванный из своих размышлений… И от того не успел придержать свой язык. — Нам их заткнуть? — спросил он… … И не успел опомниться как белобрысый монолитовец очутился прямо перед ним, а уже в следующее мгновение парень рухнул на колени от нехилого удара под дых, тщетно силясь вздохнуть. Падла, бля!.. Перед газами аж потемнело всё! И всё-же Артём нашёл в себе силы ловко и почти молниеносно увернуться от тяжёлого берца, разъярённого как чернобыльский вепрь, Эрагона… Хм, сказалась наука Шааэта, который в своё время обучил своих малолетних учеников быстро и неуловимо двигаться не прибегая к аномальным способностям, притом двигаться и продолжать сражаться вопреки даже очень сильной боли и разным неудобствам… — Старший брат! — воскликнул кто-то из яйцеголовых. — Осторожно с кадавром! — Ага, а то наноустройства через уши выпадут… А это уже сказал Гошка. И сказал в общем-то тихо, но Эрагон услышал. Как, собственно, и все находившиеся в лаборатории. Старший монолитовец сперва замер, словно в неверии, а затем медленно повернулся к Волкову…       Артём похолодел. Блин! Волк- придурок! Эрагон и так злющий как стая голодных снорков! Мало того, что он, Артём, его нехило так разозлил (но это как-то само вырвалось! ей богу!), так ещё Гошка тут со своими «умными» высказываниями. Не вполне прочухался после операции по вживлению, что-ли?.. Нафига эту белобрысую падлу бесить ещё больше? Да эта сволочь монолитовская его сейчас кааак!.. — Я смотрю у вас у обоих настрой на юмор. — Холодный голос Эрагона заставил Матвеева внутренне поёжиться. — Ну, что-ж, давайте повеселимся.       Парни невольно подобрались, ожидая, что сейчас полоумный Старший псих применит к ним какую-нибудь особо болезненную аномалию. Но Эрагон лишь кивнул своему помощнику Шороху и тот, поняв своего Старшего без слов, сгенерировал «Телепорт» и исчез из лаборатории. — Вы… Что вы собираетесь сделать? — негромко спросил Георгий, напряжённо глядя на белобрысого монолитовца. — Сейчас увидите, — недобро усмехнулся Эрагон и поманил парней к одному из мониторов, находившихся в лаборатории. К самому большому.       Когда Артём и Георгий, настороженно переглянувшись между собой, подошли к Старшему монолитовцу, то увидели на экране какое-то полутёмное помещение… Хотя почему «какое-то»? Судя по каменным стенам и полу, скорее всего это была одна из камер подземелья. За годы монолитовского плена Артём их видел предостаточно… Гошка, впрочем, тоже…       Между тем подвал осветился более ярким светом, а затем в распахнувшуюся дверь Шорох и ещё двое фанатиков втолкнули двоих парней в сталкерских комбинезонах. С нашивками РАВС. — Блин! — невольно вырвалось у Артёма. В одном из парней он узнал Илюху Липницкого, а второй- высокий, голубоглазый блондин был из группы «Циклон». Ромка Кузнецов. Оба всклокоченные и помятые. У Ильи под глазом красовался нехилый такой фингал, а Ромка «щеголял» разбитыми губами и большой ссадиной на лбу.       Также Артём, с мгновенно вспыхнувшей глухой злобой, увидел на шеях однокурсников ошейники-блокаторы, как у них с Волком. — На фига это всё? — быстро произнёс он, с ненавистью посмотрев на Эрагона (Охранники-монолитовцы придвинулись поближе к кадаврам, в любой момент готовые схватить и удержать их.) — Блин, что вы задумали, ублюд?!..       Тут Эрагон вновь чуть дотронулся до своего виска и в следующее мгновение Артём почувствовал что снова не может говорить. И, судя по выражению Гошкиной физиономии, Эрагон на этот раз не обошёл вниманием и его. Бля! Вот что это за хрень?! Как вообще этой белобрысой сволочи удаётся их контролировать?!       Вообще-то ещё в детстве, будучи в группировке дяди Влада, Артём слышал кое-что о проекте «Контроль», из-за которого шестьдесят или даже больше лет назад между сталкерами и военными (а на самом деле правительством) развязалась чуть-ли не самая настоящая война… Правда о самОм проекте Артём знал мало… да что там — почти ничего не знал. И, если честно, не особо и стремился узнать, — его больше интересовали захватывающие рассказы про мочилово-рубилово, происходившее между враждующими сторонами… Ну, то есть он помнил, что вроде говорили о каких-то… психических микробах что-ли?.. или бактериях?.. ну, с помощью которых правительство и военные собирались контролировать умеющих. Однако все сталкеры и военсталы, в том числе и родные Артёма, утверждали, что все данные о проекте «Контроль» были уничтожены… Так неужели информация об этом проекте или какая-то её часть попала к монолитовцам? Или может это чисто ихние разработки, к проекту «Контроль» не имеющие отношения? В любом случае контролировать кадавров у монолитовцев, а точнее у Эрагона получалось очень даже хорошо.       Между тем на в камере разворачивались следующие события. Илюха, с выражением крайнего недоумения на лице, подошёл к застывшему истуканом Ромке и, обеими руками притянув к себе его голову… … впился в его губы смачным таким поцелуем!       Артём и Георгий вылупили глаза, растерянно наблюдая как их однокурсники увлечённо целуются друг с другом. Парни, блять, целуются друг с другом! Матвеев почувствовал лёгкую тошноту. Фууу, блин! Как они могут вообще?! Илюха-же натурал стопроцентный! Он в Олеську влюблён вообще-то! Да и Кузнецов, насколько Артёму было известно, никогда не проявлял сексуального интереса к представителям своего пола. А хотя… Присмотревшись внимательнее, но не к сокурсникам, а к Шороху, стоявшему вместе со своими подчинёнными у дверей помещения, Артём увидел у него в руке маленький, плоский прибор, — один в один как у дедули Игоря в РАВС, когда он подчинил себе их со Светкой… Блин! Так значит Ромка и Илюха тоже не в себе?! Ну, то есть — под контролем монолитовцев? Вот жеж блять!..       Артём скосил глаза на Эрагона. Старший монолитовец (сука поганая!) удовлетворённо и даже как-то весело смотрел на экран, так-же как и два его учёных прихвостня, заинтересованно подошедших поближе.       Тем временем Илюха и Ромка принялись неторопливо раздеваться, расстегнув комбезы и спустив их до пояса, потом стянули футболки. А после стали выцеловывать и поглаживать уже полуобнажённые тела друг друга. Правда в какой-то момент Илюха вдруг судорожно дёрнулся и резко отстранился от своего товарища по несчастью, дико посмотрев на него, но тут Шорох вскинул руку с прибором контроля… и Илья вновь страстно приник к Кузнецову, смачно втянув в рот его сосок.       Монолитовцы, забыв про свою бесстрастность, откровенно веселились, глядя на, подчинённых чужой воле, парней. Матвеев-же попытался отвести взгляд от происходящего на экране, но не смог — Эрагон-сволочь явно усилил контроль, чтобы Артём и Георгий уж точно ничего не пропустили. Ну они и не пропускали, глядя как Ромка и Илюха освободились от комбинезонов полностью, оставшись в одних труселях-шортах из умного волокна. Кузнецов притянул Илью к себе сперва положив ладони на его крепкие ягодицы, а затем его пальцы скользнули под резинку трусов. Пожамкав Липницкого за задницу, Кузнецов затем стянул с него трусы, выставив его подтянутую пятую точку на всеобщее обозрение. Илья положил руку на член Ромки нежно погладив его через ткань шорт… … И Артём с ясным и неприкрытым ужасом понял, что монолитовцы не шутят — они ДЕЙСТВИТЕЛЬНО могут легко заставить их с Гошкой товарищей отыметь друг друга. «Нет-нет-нет!!!» — вихрем пронеслось в голове парня, когда он увидел как Ромка опустился на колени перед Илюхой и потянулся губами к его члену… — Ты хочешь что-то сказать, ОК-20.17? — с издевательским участием спросил Эрагон, оторвавшись от экрана. — Ну, говори.       Артём, почувствовав что снова может владеть своим телом, резко повернулся к Старшему монолитовцу… И охранники вновь предупреждающе ухватили его за локти… Однако парень даже не осознал их присутствие — сейчас для него существовал один лишь Эрагон. — Вы!.. Как вы!.. — От отчаяния и отвращения Артём аж заговариваться начал. — Вот нахрена это всё делать?! — Не то ты говоришь, ОК-20.17. — Эрагон мрачно усмехнулся. — Совершенно не то. — Пожалуйста, Старший брат Эрагон… — Волков, которому тоже вернули способность двигаться и говорить, сделал шаг вперёд… не обращая внимания на быстро схватившего его за руки охранника. — Пусть они прекратят издеваться над нашими товарищами. Мы… — Тут он бросил быстрый взгляд на Артёма. — Мы не хотели дерзить вам, просто на тот момент мы ещё не совсем отошли от процедуры вживления и не вполне понимали, что говорим. Извините нас, Старший брат. Эрагон пристально посмотрел на Георгия, а затем криво усмехнулся. — Вот видишь, ОК-20.17, ЧТО надо говорить в данном случае? Бери пример со своего приятеля. — Он поднёс к лицу браслет передатчик. — Брат Шорох, прекратить представление. Отведи этих придурков обратно в камеры. — Слушаюсь, Старший брат, — отозвался Шорох.       Артём глянул на экран. Там, временно освобождённые от контроля, Ромка и Илюха, пунцовые от стыда, торопливо натягивали на себя свои комбезы, не глядя друг на друга. — И имейте в виду, кадавры, — холодный голос Эрагона буквально врезался в мозг Матвеева. — Если мне не понравиться ваше поведение хоть в чём-то, то в следующий раз на месте одного из ваших дружков… — Монолитовец многозначительно ткнул в экран. — Будет кто-нибудь из ваших очаровательных однокурсниц. Вам ясно?       Георгий и Артём тревожно переглянулись между собой. Старший явно не шутил и парни ничуть не сомневались, что он сделает как пообещал. — А теперь продолжим вашу подготовку к нашей важной миссии в ином мире, — значимо произнёс Эрагон. — Сейчас вам покажут портативное оборудование для вхождения в информационное поле и объяснят как с ним работать… — Эм… извините, Старший брат Эрагон, — осторожно произнёс, вдруг, Георгий. — Ну, что ещё!.. — Белобрысый был явно недоволен тем, что его перебили.       Однако никаких карательных мер с его стороны в отношении дерзкого неверного не последовало. И Волков продолжил: — Я… то есть МЫ хотели-бы встретиться с нашими товарищами… Ну, если можно… для нашего успокоения… Чтобы потом, во время выполнения важного задания, нас с ОК-20.17 уже не отвлекали никакие посторонние мысли, Старший брат…       С минуту Эрагон молча смотрел на темноволосого парня, притом вид у белобрысого был такой, словно он размышлял под какой глаз поставить нахальному неверному фингал. Но затем монолитовец произнёс: — Хорошо. Я позволю тебе встретиться со своими дружками. Но только перед самой отправкой в иное измерение… И только ТЕБЕ, а он… — Тут Эрагон недобро глянул на Артёма. — Перебьётся.       Матвеев вспыхнул. Чего это он перебьётся?! Он тоже хочет увидеться со своими товарищами! Между прочим, это ЕГО одногруппники, он — ведущий «Кречетов». ОН, Артём Матвеев, ведущий, а не Волков!       Невольно стиснув кулаки и с негодованием глядя на старшего монолитовца, Артём открыл было рот, чтобы высказать всё что думает по этому поводу… Но посмотрел на экран (который показывал уже пустую камеру), после на Гошку… и проглотил своё возмущение, мрачно уставившись себе под ноги. — Вот так гораздо лучше, ОК-20.17, — криво усмехнулся Эрагон, от которого не укрылось праведное негодование Матвеева, а также то, с каким трудом Артём взял себя в руки. После монолитовец вновь стал серьёзным и бесстрастным. — Ладно, хватит отступлений. Продолжим вашу подготовку, кадавры… *** Мир Илма-Суур. Неподалёку от Северного материка. Северная башня. — Нет, Руэ, я не покину Северную Башню!..       Вадим осторожно и удивлённо выглянул из-за колонны, возле которой остановился во время своей прогулки по коридорам Башни чтобы полюбоваться на ночной океан и звёздное небо. Неподалёку от этой самой колонны спиной к Вадиму стоял Риэ-Эрса в своей серебристо-синей рире и меховой жилетке и с кем-то увлечённо и эмоционально общался по небольшому сей-шару… Видимо молодой аонгил перенёсся в это место по суур-переходу и выбор его был, скорее всего, случаен. Невольного свидетеля своего разговора Риэ не заметил… Во всяком случае пока… — Ты разве не понимаешь всю опасность нахождения на Севере, Риэ? — Приглушённый голос собеседника Риэ-Эрсы довольно-таки ясно донёсся до Вадима в ночной тишине. Причём голос был мужским. СамогО-же обладателя голоса Вадим со своего места рассмотреть не мог ибо шар у Риэ был невелик, да и стоял аонгил так, что почти скрывал его. — Почему не понимаю? Прекрасно понимаю, — кивнул Риэ-Эрса. — И именно поэтому я не покину Северную Башню и не оставлю своего наставника без поддержки, Руэ. — Поддержки?! — воскликнул тот, кого молодой аонгил назвал Руэ. — Да какая от тебя поддержка, онно?! С твоим магическим, да и воинским умением ты только будешь мешать Фоа и другим воинам! В последний раз когда я тебя видел, Риэ, ты меч-то в руках держать не умел правильно!..       При этих словах Вадим увидел как прямо-таки закостенел от гнева Риэ-Эрса, судорожно стиснув кулаки. — С тех пор как ты меня видел воочию прошло довольно много времени, — наконец холодно проговорил Риэ. — Наставник Фоа-Арха многому меня научил. В отличие от тебя, Руэ-Эрса, рин Арха в меня всегда верил. Поэтому покинуть его сейчас- было-бы чёрной неблагодарностью с моей стороны. Так что я… — Ладно, онно, — оборвал Риэ его родич. — Закончим этот спор… Я сейчас очень занят, но когда освобожусь, то прибуду за тобой. Думаю Фоа не будет возражать, если я заберу тебя в более безопасное место. — Ты слышал, что я говорю, Руэ?! — вспылил молодой аонгил. Его возглас заметался по пустынному коридору. — Я не покину Башню! Так что не утруждай себя! — До встречи, младший онно, — чуть насмешливо проговорил Руэ-Эрса и, видимо, прервал связь. — КТАШ!!!       Риэ-Эрса в гневе зарядил кулаком по, висящему перед ним, сей-шару. Магический передатчик со всей дури долбанулся о красиво отделанный камень противоположной стены, вызвав гулкое эхо по всему коридору, и бодро полетел назад. Молодой аонгил ловко поймал его и раздражённо сунул в специальный мешочек на поясе. — Прости, что нарушил твоё уединение. — Вадим не сразу понял, что Риэ обращается к нему, так как аонгил даже не обернулся, произнося эти слова. Он сейчас вообще замер неподвижно словно каменная статуя. — Я не знал, что в этой части Башни кто-то есть в такое позднее время, потому и пришёл сюда по суур-переходу. — Да ничего ты не нарушал, Риэ, — ответил Вадим. — Я тоже забрёл сюда случайно. Просто вышел прогуляться, а то что-то не спиться. — Хм… — Аонгил наконец-то повернулся к брюнету и невесело усмехнулся. — Я теперь тоже вряд-ли смогу заснуть… Ну да, после такого-то разговора со своим, не в меру заботливым, старшим онно. — Наверное твой брат просто беспокоиться о тебе, Риэ, — неуверенно проговорил Вадим (лезть в чужие семейные отношения ему не особо хотелось, если честно)       Риэ-Эрса как-то странно посмотрел на него, а затем безрадостно усмехнулся: — Ему раньше надо было беспокоиться.       Аонгил медленно прошёл мимо, так и стоявшего у колонны, парня и остановился возле окна-арки, защищённом магией от пронизывающего холода снаружи (хотя в самОм коридоре тоже было довольно прохладно).       С минуту он смотрел на чуть фосфорицирующий тёмный океан с белёсыми льдинами, а затем негромко продолжил: — У нас с Руэ никогда не было взаимопонимания хоть мы и родные онно. И дело даже не в том, что Руэ намного старше меня… — Риэ умолк, глядя на свои ладони. И Вадим осторожно подошёл ближе. — У меня ведь с сууром проблемы, Вадим. Притом с самого рождения… — он грустно посмотрел на брюнета. — Это большая редкость среди аонгилов и большая печаль… — У тебя нет магии? — Вадим с удивлением воззрился на своего прекрасноликого собеседника. — Но как-же ты намагичивал суур-переходы? Я-же видел как ты ими пользуешься… — Нет, магия у меня есть, — возразил Риэ. — Но не было способности управлять ею… Наши с Руэ родители погибли, когда я был ещё совсем маленьким, так что некому было поправить этот мой изъян. Онно-же был занят только собой, то есть своим становлением как Призрак Света. Ему было не до меня… Вообще никто не хотел со мной возиться, ни дальние родственники, ни учителя в школе. Только Фоа-Арха обратил на меня внимание, забрал с собой сюда в Северную Башню. Научил как пользоваться своим сууром, хоть и потратил на это много времени и сил, стал моим наставником. И я… я очень благодарен рину Архе. И теперь, в трудное время, не хочу бросать его. — А твой «чудесный» братец, которому до этого ты был не особо нужен, сейчас хочет забрать тебя к себе, — закончил за молодого аонгила Вадим и презрительно фыркнул. — Это он здОрово придумал… — Ну, не то чтобы я совсем не был нужен онно, — проговорил Риэ. — Он интересовался мной, моими успехами. Пару раз я даже гостил у него… Но вообще ты прав, Вадим, только когда я научился использовать свой суур, Руэ стал принимать меня всерьёз… И то с оговорками… — Кстати, имя Руэ-Эрса смутно знакомое… — Вадим задумался, где он мог слышать его. — Наверное, ты слышал его в доме своего бывшего хозяина, — предположил Риэ. — Ты ведь принадлежишь… то есть принадлежал Аттору Са-Денну… Ну, так твои подопечные говорили. — Да, верно… — Вадим чуть нахмурился вспоминая. — Имя твоего брата как-то связано с сестрой рина Аттора Ваайн… Я сам, правда, её не видел, только на магических изображениях. Но Исто, наш старший по гарему говорил, что её похитили Призраки Света и, вроде-бы, упоминал имя Руэ-Эрсы. — Парень задумчиво потёр лоб. — Да, точно! Теперь я вспомнил… Призраки Света напали на корабль, где она служила оданиром, её команду зверски убили, а её самУ унесли с собой. И, как я понял, тот отряд Призраков возглавлял твой брат. Верно? — Да, это так, — кивнул Риэ. — Я даже видел Ваайн и общался с ней… Для дэймаина она очень даже ничего как личность… И это… твой хозяин Аттор после припёрся-же сюда в Тэяр-Илм, спасать сестру… хотя, если честно, Ваайн надо было спасать от её «любящих» родственников и особенно от старшего братца. — От рина Аттора? — Вадим был удивлён, так как знал, что его бывший хозяин сестру свою очень любил и ценил. — Это Ваайн тебе так сказала? — Ну, не мне лично… — Тут Риэ-Эрса несколько смутился. — Она говорила Руэ, а я… ну, так получилось, что я услышал… ну, шёл я мимо кабинета онно в этот момент… («Ну да, да… — мысленно хмыкнул Вадим. — Скажи, что просто-напросто подслушивал») — Так вот, — продолжал аонгил. — Ваайн рассказывала совершенно ужасные вещи. Её старший брат жестоко надругался над ней… — Чего?! — Вадим недоверчиво и растерянно смотрел на своего собеседника. — Как это надругался? — По её словам, Аттор и его двоюродный онно Лаадис нЕсколько дней держали её в одном из своих особняков, били и насиловали… — Что?! — Вадим в изумлении вытаращил глаза… И суур-душа, неустанно сопровождающая его на этой прогулке по Башне, резко спустилась вниз и зависла у его лица. Парень с досадой отмахнулся…       То, что сейчас рассказывал Риэ просто не укладывалось у него в голове. Рин Аттор, который со своих тиарши пылинки сдувал (ну, по дэймаиновским меркам, конечно) и вдруг-бы избил и снасильничал свою сестру?! Нет, такого просто быть не могло… Аттор даже с мерзавцем Фареном так не поступал. Да и вообще Вадим не мог представить чтобы рин Са-Денн взял кого-то против его воли. А тем более свою любимую младшую ойи… — Риэ, а ты ничего не путаешь? — спросил Вадим. — Может ты всё не так понял? Просто я-то знаю рина Аттора, к нам, тиарши, он относился очень хорошо. Я уверен, что он никогда-бы так не поступил с любимой сестрой… да и вообще с кем-либо.       Невольно Вадим подумал о своём недавнем побеге вместе с Ратти и о том, как после возвращения к хозяину чуть не убил своего любимого (хотя вспоминать об этом было тошно и крайне неприятно). Да любой другой дэймаин на месте рина Аттора за такие немыслимые для тиарши проступки, по сути- преступления, прибил-бы паршивых рабов на месте! А рин Аттор всего лишь отправил Вадима на перевоспитание в школу наложников, да и то на недолгий срок. А Ваайн… Неужели любимая сестра НАСТОЛЬКО разгневала рина Са-Денна, что он проделал с ней такое?.. Это что надо было сделать-то, такое ужасное?.. Осквернить Главный храм столицы?.. Или покуситься на жизнь императора?.. Нет и нет! Риэ точно не так понял подслушанный разговор!..       Аонгил между тем пожал плечами. — Я говорю только то, что рассказала Ваайн. Твой рин Аттор и Лаадис насиловали её и издевались по всякому. Ещё Ваайн говорила, что после она даже жаловалась дяде… ну, вашему императору. Так он ей не поверил и более того- наложил на Ваайн заклятие забвения. — Тут молодой аонгил невесело хмыкнул. — Да только не долго это заклятие продержалось, она всё вспомнила потом и не захотела оставаться в Дэйма-Илм. — Сшис!.. — растерянно проговорил Вадим, потирая лоб. — Честно говоря мне очень трудно поверить в то, что ты сейчас рассказал. Как мог рин Аттор?.. Нет, вот выпороть её в качестве наказания, он может и мог. Но НАСИЛОВАТЬ?!.. Всё таки, наверное, ты что-то не так понял, Риэ… — Он посмотрел на своего сереброволосого собеседника. — А сейчас Ваайн так и живёт с твоим онно? — Ваайн пропала нЕсколько лет назад, — покачал головой молодой аонгил и перехватив выжидающий взгляд Вадима пояснил: — Руэ рассказывал мне, что они как-то поехали поохотиться и Ваайн бесследно исчезла. Онно с товарищами потом обыскали все окрестности, но так и не нашли её. — Она погибла? Или… — Тут Вадим подумал об аномалии «Разлом». А не попала-ли ойи рина Аттора в иное измерение? — Лично я думаю, что «или», — Аонгил словно прочитал его мысли. — И знаешь, Вадим, я-бы не удивился, узнав, что Ваайн Са-Денн сейчас находится где-нибудь в твоём мире. — Хм… — Вадим тоже не особо удивился-бы окажись Ваайн Са-Денн где-нибудь на Земле. А ещё парень задумался о том, стОит-ли рассказывать рину Аттору о том, что он сейчас узнал о его сестре? Ну, когда он вернётся в Дэйма-Илм за друзьями и возлюбленным… Нет, не о том, что рин Аттор надругался над ойи… ЯКОБЫ надругался… а о том, что она пропала… А хотя сначала надо попасть в империю, притом именно в Рин-Суур… и желательно не афишируя своего возвращения, а потом уже думать что там сказать или не сказать рину Аттору… — Я так понял, что ты знаком с Ясмэи. Голос Риэ-Эрсы отвлёк Вадима от его размышлений и, вопросительно глянув на аонгила, парень утвердительно кивнул, а потом рассказал когда и при каких обстоятельствах он и его друзья познакомились с хвостатым тиарши. — Только Ясмэи меня вряд-ли узнал, — закончил Вадим свой рассказ. — Всё таки шесть лет прошло.       Риэ-Эрса склонил голову, словно к чему-то прислушиваясь, а затем лукаво посмотрел на своего собеседника. — Пойдём-ка со мной, Вадим, — загадочно проговорил аонгил, беря Вадима за запястье. — Куда это? — Брюнет попытался осторожно высвободиться, но изящные пальчики молодого аонгила были словно железные. — Я тебе кое-что покажу.       Суур-переход почти мгновенно перенёс обоих парней в другую часть башни, как понял Вадим, на пару-тройку этажей выше, чем были выделенные ему и мелким комнаты… Кстати, перенёс не только их, но и суур-душу, которая следовала за Вадимом по пятам… — Ну, и что я здесь должен увидеть, Риэ? — поинтересовался Вадим, рассматривая красиво отделанный коридор (как, впрочем, везде в Башне) и несколько массивных узорчатых дверей, видимо ведущих в комнаты аонгилов. — Тише, — шикнул Риэ-Эрса, остановившись возле одной из них и притянув парня поближе к себе.       Затем издал звук-заклинание… и толстые резные створки бесшумно распахнулись перед ними, словно приглашали зайти… Ну, Риэ и зашёл, ведя за собой вяло упирающегося брюнета.       И снова Вадима на секунду окутал леденящий холод, как тогда, в школе рина Ма-Залла, когда тот уединился в своей комнате вместе с рином Ва-Латтом. Это тоже защитное заклинание? И они так спокойно его миновали? Хм… А Риэ ещё говорил, что у него проблемы с умением пользоваться магией. Да всё у него с этим делом в порядке — видимо рин Фоа-Арха хорошо учил своего подопечного…       Кстати, а что это здесь происходит? Точнее в следующем, после этого короткого коридорчика, помещении? Кто-то кого-то лупит? Уж удары по голому телу Вадим прекрасно отличал от прочих звуков… ну да, со своей-то жизнью невольника… — Чего это там, а? — с недоумением пробормотал Риэ, тоже прислушавшись к характерным звукам, доносившимся из комнаты. Видимо молодой аонгил ожидал немного иного и сам был удивлён. — Порка там происходит- вот чего, — отозвался Вадим, пытаясь ненавязчиво так выскользнуть из-под изящной, но сильной руки своего спутника. — Не так громко, Вадим, — одними губами произнёс Риэ-Эрса, слегка подталкивая своего спутника к дверному проёму. — Я, конечно, наложил на нас заклинание Невидимости и заодно Неслышимости, но Фоа очень силён магически- может и увидеть, и услышать. — Так может уйдём? — тоже еле слышно проговорил Вадим с надеждой, что они сейчас развернуться и уйдут от греха подальше. — Зачем ты меня сюда притащил, Риэ?       Молодой аонгил на пару-тройку секунд приостановился, обдумывая слова своего спутника, но затем решительно тряхнул головой и продолжил продвижение ко входу в комнату своего наставника, подталкивая Вадима перед собой. — Нет-уж, раз пришли, то посмотрим… Главное- тихонько.       А в следующее мгновение Вадим увидел. Довольно красивую комнату, которая оказалась спальней… судя по широченной кровати у стены. На этой кровати сейчас восседал Фоа-Арха в длинных светлых одеждах с волосами, заплетёнными в длинную косу. А на его коленях… А на его коленях находился никто иной как Ясмэи. Вот только он не сидел на них, а лежал своей подтянутой задницей вверх. А аонгил шлёпал его по ней. Притом, как видел Вадим в слегка приглушённом сейчас, свете магических камней, шлёпал довольно сильно — мускулистый зад Ясмэи был уже густо-малинового цвета от изящной, но сильной пятерни его сереброволосого любовника.       Вадим удивлённо моргнул. Это как понимать? Аонгилы ведь не приветствуют физические наказания. Или для Призраков Света это вполне нормальное явление? А может у Фоа и Ясмэи такие любовные игры? Хотя, последовавшие в перерыве череды шлепков, слова Фоа-Архи внесли сомнения касательно любовных игр. — Я жду, Ясмэи, — сурово и серьёзно проговорил аонгил, придержав свою руку над задницей тиарши. — Ты должен поклясться мне, что когда вернёшься домой, то не будешь пытаться вернуться на Север… По крайней мере до тех пор пока с Тёмными тварями не будет покончено… — А в чём ЕЩЁ мне поклясться? — сердито отозвался тиарши приглушённым голосом. — Нет, Фоа, я не стану обещать то, что ты от меня требуешь. И более того- я всегда буду рядом с тобой, даже при серьёзной опасности… Нет, при серьёзной опасности ОСОБЕННО… Так что кончай изображать из себя хозяина-дэймаина и тратить время попусту… Давай лучше любовью займёмся.       Говоря эти слова, Ясмэи даже не пошевелился и Вадим не сразу понял почему, но затем ему стало ясно, что рин Арха частично обездвижил своего возлюбленного магией… Ну да, точно — вон роскошный, ухоженный хвост тиарши словно-бы прилип к спине (ага, чтобы не заслонял аппетитную задницу и не мешал рину Фоа проводить воспитательную работу) — Любовью? Ну я не против, а очень даже за, — пожал плечами аонгил, а затем осторожно погладил раскрасневшиеся от шлепков ягодицы Ясмэи. — Но сначала ты поклянёшься, что уедешь завтра-же и не будешь пытаться возвратиться на Север. — Вот ещё! — отозвался тиарши. — Никуда я не уеду, Фоа. А если отправишь, так я всё равно вернусь. — Я предупрежу своих Воинов-Призраков чтобы они не вздумали сопровождать тебя в Северные Башни, — предупредил Фоа. — А сам ты не сможешь сюда проникнуть. — А что мешает мне поселиться неподалёку? — Ясмэи насмешливо фыркнул. — Например в Ти-Парр. И в случае нападения Тварей сражаться с ними, а не прятаться в безопасном месте как трус. — Значит добром не уедешь? — уточнил Фоа нахмурившись. — Нет! И даже не спрашивай…       Старший Башни с сожалением вздохнул, а затем достал откуда-то из-за спины небольшую, деревянную лопатку. — Чтож, Мэй, тогда продолжим…       Шлепки возобновились, только на этот раз более сильные и звонкие, да ещё Ясмэи периодически шипел сквозь зубы. … И почти одновременно с этим, Вадим почувствовал руку Риэ-Эрсы на своей спине. — Тебе нравиться то, что ты видишь? — чуть слышно прошептал молодой аонгил. — А тебе? — так-же негромко спросил Вадим, стараясь как-бы ненароком отодвинуться от своего спутника.       Не то чтобы Риэ ему не нравился, скорее наоборот — аонгил был весьма хорош собой (впрочем как и все представители его расы) и в любовных утехах явно не был новичком. Однако заниматься с ним сексом парню всётаки не хотелось. Во-первых Вадим хотел быть верен своему возлюбленному… ну, по крайней мере, если был выбор. А во-вторых — Вадим, после того как узнал КЕМ является на самом деле, нЕсколько по иному взглянул на любовные отношения между представителями одного пола… Нет, от Ратти он отказываться не собирался (да и не смог-бы, потому как очень любил своего блондинчика), но Вадим хорошо помнил, а точнее- вспомнил, что в его РОДНОМ мире однополую любовь подавляющее большинство соотечественников резко осуждало… Ну, во всяком случае его, Вадима, родственники так-уж точно…       Ах ты-ж, кташ! Рука Риэ мягко, но так что парень содрогнулся всем телом, легла на пах Вадима, погладив его член через ткань штанов. — Нуу… — чуть слышно протянул аонгил, продолжая поглаживать пах парня ласковыми, круговыми движениями… и даже через плотную ткань штанов доводить его до приятной дрожи. — Вообще-то я впервые вижу что рин Фоа наказывает своего возлюбленного ТАКИМ образом… Но да, мне нравиться. Это так возбуждает. Ты не находишь?       Вадим посмотрел на уже густо-бардовую задницу Ясмэи, который уже не только шипел, но и покряхтывал в такт увесистым ударам лопатки о свою пятую точку. Вообще-то тиарши обучали и терпеть боль, притом достаточно сильную, и даже получать от боли удовольствие. Сам Вадим, как и многие его собратья-тиарши, тоже был не прочь периодически получать определённые болевые ощущения (но конечно-же не болевой суур). Однако после того как ему пришлось обучать Ратти на наложника и собственноручно наказывать любимого, парень стал относиться к боли в любовных утехах не особо одобрительно. А потому, неопределённо пожав плечами, Вадим вновь предпринял попытку отстраниться.       Однако Риэ-Эрса снова прижал его к себе, на этот раз уже более настойчиво, а после горячо зашептал в ухо: — Ты такой красивый, Вадим… Я, честно говоря, ещё не встречал таких красавчиков среди тиарши… — А много ты вообще встречал тиарши? — усмехнулся Вадим. — Здесь-то, в Шова-Илм?.. — Как тебе сказать?.. Достаточно, чтобы по достоинству оценить твою красоту… — мурлыкнул аонгил в шею брюнета от чего у парня по позвоночнику пробежала стая приятных мурашек.       Однако Вадим лишь тряхнул головой, отгоняя аонгилское наваждение, так как его заинтересовали слова Риэ, точнее тонкий намёк касательно тиарши, проживающих в Шова-Илм. Дело в том, что в доме рина Са-Денна, в разговорах между собой, тиарши периодически задавались вопросом, что будет с ними, когда они повзрослеют? И кое-кто из невольников озвучивал предположения о том, что рин Аттор переправляет таких тиарши на Северный материк. Однако это были всего лишь их предположения, туманные намёки без каких-либо доказательств.       Но что если это правда и рин Са-Денн ДЕЙСТВИТЕЛЬНО как-то переправляет своих тиарши в Шова-Илм? Впрочем Вадим догадывался, что так оно и есть… Ну не в бордель-же он их определяет и не на рудники-же продаёт!.. А может рин Аттор и не один такой, может ещё кто-то из дэймаинов тайно отправляет своих взрослых невольников на Северный материк (Сомнительно, правда. Но вдруг). Надо будет с Риэ-Эрсой поговорить о тиарши, живущих в Шова-Илм. Может даже попросить о встрече… Но это потом… как-нибудь при случае…       Между тем шаловливые руки Риэ-Эрсы залезли Вадиму под рубаху и, огладив по бокам, скользнули на грудь, затем на живот и ниже. Брюнет судорожно вздохнул, но оттолкнуть куда как более сильного аонгила он банально не смог, а применять свои аномальные способности вот так, по желанию, у Вадима пока не получалось… А суур-душа даже не и не думала его хоть как-то защитить. Просто висела рядом, словно наблюдая за всем происходящим… Паршивка!.. — Давай-ка пойдём ко мне, — выдохнул Риэ-Эрса в макушку парня, одной рукой играя с его членом и яйцами, а другой гладя его ягодицы под штанами. — А чё к тебе? — с сарказмом отозвался Вадим. — Почему не прямо здесь, под носом твоего наставника? — ТАК! ЭТО КТО ТАМ?! — громкий голос Фоа-Архи раздался словно гром. Оба парня аж подпрыгнули… … А в следующее мгновение силой суура их затянуло в комнату под ясны и грозны очи старшего аонгила. Он прервал экзекуцию и, аккуратно переложив своего возлюбленного с колен на кровать, теперь сердито и одновременно с любопытством смотрел на Риэ и Вадима… точнее в основном на Риэ.       Ясмэи, осторожно потирая бардовые с синим отливом ягодицы, тоже с удивлением смотрел на неожиданных посетителей, а затем насмешливо фыркнул, махнув хвостом. — Так-так, вот кто у нас здесь… Ну и зачем вы пришли, Риэ? — холодно осведомился Фоа, коротко глянув на суур-душу, которая сначала подлетела к нему, а затем вернулась к Вадиму. — И что это вы делали там, в коридоре? — Да уж понятно ЧТО. — Ясмэи весело оглядел нЕсколько помятый вид брюнета, от чего парень невольно вспыхнул. Риэ тоже выглядел смущённо. — Простите, наставник, — пробормотал он. — Я просто… Я думал, что вы… — ЧТО «мы»? — нетерпеливо спросил Старший аонгил. — Занимаемся любовью? — ещё веселее подхватил Ясмэи и коротко хохотнул. — Ты знаешь, Риэ, я тоже расчитывал на хороший такой секс. Но сегодня, видать, не судьба. — Тут тиарши перевёл насмешливый и одновременно укоризненный взгляд на старшего аонгила. — Не так-ли, Фоа? — Мэй, перестань! — Фоа предупреждающе посмотрел на своего возлюбленного. — Но я-же сказал как есть… — пожал плечами Ясмэи, продолжая лыбиться во все зубы, помахивая своим пушистым хвостом. — Простите, наставник, — повторил Риэ, переступив с ноги на ногу и глядя на мозаичный, покрытый пушистым ковром пол спальни. — Но это только я виноват. Вадим не причём. Он не хотел идти, я заставил.       Вадим увидел как нахмурился Фоа-Арха и подумал, что Риэ сейчас займёт место Ясмэи на освободившихся коленях своего наставника и тоже хорошенько получит по заднице. Но старший аонгил лишь мрачно усмехнулся, вперив в сереброволосого юношу чуть прищуренный взгляд. — Сдаётся мне, Риэ, что это не впервые, когда ты подглядываешь за мной в спальне, — медленно проговорил рин Арха. — Верно? — Что вы, наставник?! Нет, конечно! — вскинулся было Риэ, но затем опять сник. — То есть да… было… раза два… то есть три… — Странно, что я тогда ничего такого не почувствовал… — пробормотал Фоа-Арха, с недоумением почесав в затылке. — Старею что-ли? — Дело не в этом, Фо. — Ясмэи встал на колени на постели и обнял своего возлюбленного за плечи, лукаво усмехаясь при этом. — Просто ты тогда был очень занят. Мной. А потому не стОит так переживать. — Да я и не переживаю особо, Мэй, — чуть улыбнулся Фоа, погладив тиарши по руке. — Просто я думаю, что наш Риэ-Эрса уже созрел для испытаний на полноценного Призрака Света.       Вадим увидел как при этих словах встрепенулся его новый товарищ, как радостно заблестели его насыщенно-серые глаза. — Рин Арха, вы правда считаете, что я готов?! — Воскликнул Риэ, чуть-ли не с восторгом глядя на своего наставника. — Но это-же здОрово!.. Клянусь, что с честью пройду все испытания и не подведу вас рин Фоа!       Вадим даже отступил на шаг от, фонтанирующего радостью и восторгом, молодого аонгила. Хотя, был конечно рад за Риэ.       Но внезапно молодой аонгил нахмурился и нерешительно посмотрел на своего наставника. — Э-э… рин Арха… тут со мной Руэ по суур-связи говорил… — И что он сказал? — Фоа чуть прищурился. — Опять наговорил тебе кучу «комплиментов»? — И это тоже… — мрачно кивнул Риэ. — Но ещё грозился, что заберёт меня домой. — Да? — Старший аонгил был слегка удивлён. — Чего это вдруг?.. А-а… Из-за тёмных тварей? — Ну да, — неохотно проговорил молодой аонгил поморщившись. — Из-за них… Онно вбил себе в голову, что здесь опасно. — Ну, вообще-то он прав… — задумчиво проговорил Фоа-Арха, от чего и Риэ, и Ясмэи возмущённо вскинулись. Но Старший аонгил прервал их, готовые сорваться с языков, возмущения властным взмахом руки. — Так, тихо!.. Хоть мне и не слишком нравиться твой брат, Риэ, но в том, что на Севере сейчас стало очень опасно, я согласен с ним. — То есть я всё-таки должен покинуть Северную Башню? — мрачно спросил Риэ. — Так что-ли, наставник? — Не только ты, Риэ. — Тут Фоа многозначительно посмотрел на своего возлюбленного, перевёл взгляд на Вадима. — Но и вы двое. И твои мальчишки, Вадим… И не спорь! — чуть-ли не прикрикнул рин Арха, увидев, что Ясмэи собрался возразить.       Хвостатый тиарши криво усмехнулся, но промолчал, отвернувшись в сторону. Вадим пожал плечами — он, как и его мелкие, оказались в Северной Башне совершенно случайно и потому парень не особо настаивал чтобы остаться здесь. Главное не у дэймаинов… Хотя, вот суур-души нужны были… да про «Разломы» поподробней разузнать. Однако Вадим был уверен, что всё это можно сделать и не на Севере.       Между тем Риэ спросил: — А как-же мои испытания, наставник? Где я их буду проходить? — Ну не обязательно-же именно здесь, — отозвался Старший аонгил. — Можно и в другой Башне… — Только не в Южной, — поспешно произнёс Риэ. — Там онно… Не хочу чтобы он присутствовал. — Значит в Западной или в Восточной. — Фоа-Арха на секунду задумался. — Пожалуй лучше в Западной Башне. Я свяжусь со Старшей башни. Думаю рина Имра не откажется провести испытания… Но это завтра. А сейчас, Риэ и Вадим, идите к себе. Нам с Ясмэи надо отдохнуть… — Что? Рука устала, Фо? — Тиарши вновь повернулся к своему сереброволосому любовнику, окинув того насмешливым взглядом. — Не настолько, чтобы не повторить вразумление, — повысил голос рин Арха, сурово нахмурившись.       Услышав эти слова и, главное, узрев сердитый вид Старшего Башни, Вадим и Риэ заторопились на выход, обгоняя друг друга. — И не вздумайте снова подглядывать! — Метнулось им в спины предупреждение Старшего Башни. *** Зона. Земля. Территория группировки «Монолит» Припять. Лаборатория.       Портативный прибор для работы с ноосферой помещался в небольшом кейсе и напоминал металлическую коробку с экраном и сенсорами. В комплекте так-же шло устройство, отдалённо смахивающее на обруч с несколькими маленькими антенками. «С этой штукой на башке Волк похож на инопланетянина, как их до Катастрофы изображали.» — подумал Артём, глядя на своего товарища, примерившего «обруч» под бдительным руководством Васильева.       Учёный очкарик подробно и одновременно снисходительно-презрительно (особенно, когда смотрел на Артёма) объяснил парням как пользоваться прибором для работы с информационным полем. Артём понятия не имел, что там уяснил для себя Гошка, но сам он из всего занудного трындежа учёного запомнил только как включить прибор, настройки на ноосферу и на поиск инфы. — И вы поаккуратнее с прибором-то, — проговорил, находившийся здесь-же, в лаборатории, Эрагон, недобро глядя на парней. — Но, если вдруг вы, два идиота, его сломаете или потеряете, то связываетесь со мной как можно скорее и я тогда уже расскажу вам как входить в ноосферу самим, как кадаврам.       Артём и Георгий угрюмо переглянулись между собой, а затем чуть-ли не синхронно кивнули Старшему монолитовцу. — И всё-же, Старший брат, обучили-бы вы их заранее. — Васильев поправил свои очёчки, глядя на своего начальника. — Мало-ли что… Эрагон с досадой скривился. — Вы-же знаете, профессор, что на нашей территории это сделать невозможно, — раздражённо ответил белобрысый. — А вести кадавров на ничейные территории слишком рискованно. Ещё удерут или их попытаются отбить эти долбанные свободовцы или «Восход»… Ну, во всяком случае, Я на себя такую ответственность не возьму. Великий Монолит и Лидер и так мной не особо довольны. «Хм… очкуешь, скотина белобрысая? Правильно.» — Мрачно посмотрев на Старшего монолитовца, Артём затем подумал о своём дяде Владиславе и Команче. Парень был уверен, что восходовцам и «Свободе» уже известно об их пленении и о том, что уготовил им «Монолит»… Только вот вряд-ли они успеют что-либо предпринять ДО ТОГО как их с Волковым отправят в иное измерение. Как ранее сообщил им Эрагон — отправка запланирована на сегодняшний вечер, а уже день… Ладно может «Свобода» или «Восход» хоть ребят выручат… Хотя… Артём чуть поморщился. Это ведь риск какой — пробраться на монолитовскую территорию (да ещё в самУ Припять — сердце «Монолита»!) и освободить пленных. И, честно говоря, Матвеев и сам не знал как он поступил-бы на месте Команча или Когтя. Стал-бы подвергать своих людей такой нешуточной опасности или оставил-бы курсантов, практически детей, в лапах отмороженных фанатиков? — Да, Старший брат, скорее всего вы правы. — Васильев с сожалением покачал головой и тяжело вздохнул. — Неверные только и ждут как-бы навредить нам и украсть собственность Великого Монолита. — Тут очкарик кивнул на Артёма и Георгия. «Блять! Сам ты собственность, хрен старый!» — со злостью подумал Матвеев, сжимая кулаки так, что ногти впились в ладони. И судя по выражению Волковой физиономии, он тоже отнюдь не был в восторге от того кем его тут считают. — Нам сейчас надо быть начеку, — холодно и одновременно озабоченно проговорил Эрагон и вперил пристальный взгляд в Васильева. — Профессор проследите чтобы Малявин и его группа держали в постоянной готовности «Крик Зо…» — Внезапно монолитовец осёкся и злобно уставился на Артёма и Георгия. «Ну, ёлы-палы, чего мы ЕЩЁ сделали не так?» — Артём аж невольно отступил на шаг от яростно-леденящего взгляда мужчины… Блин, у него даже мурашки по спине побежали под этими белёсыми гляделками… И Гошке вон тоже не по себе… — Вам всё понятно, кадавры? — после минутного гнетущего молчания холодно произнёс Старший монолитовец. — Нуу… да… — Матвеев переступил с ноги на ногу и покосился на своего товарища. — Да. Понятно, — кивнул тот. Он протянул «обруч» Васильеву и Артём заметил как подрагивают Гошкины пальцы. — Хорошо, — сухо сказал Эрагон. — И последнее. В наноустройствах, что вам вживили, есть так-же знание языка рогатых… — Монолитовец посмотрел на Артёма. — Я знаю, что ублюдок Шааэт обучил тебя и прочих своих учеников языку дэм-маарнов. Но язык рогатых Илма-Суура всё-таки немного другой, так что тебе пригодиться… Это на тот случай, если вдруг вам придётся вступить в контакт с местными… Хотя, надеюсь, что этого не произойдёт… — Я ничего такого в себе не ощущаю, — Волков сосредоточенно прислушался к себе.       Артём тоже ничего постороннего в себе не чувствовал. Нет, Шааэт действительно в своё время обучил юных кадавров своему языку и Артём его в общем-то знал (хотя лучше, всех из них пяти ОК, дэм-маарнский язык усвоила Светлана.) Однако сейчас никакого другого языка, кроме языка своего бывшего учителя, Артём в своём сознании не находил. — И не ощутишь, — ответил Георгию Эрагон. — Знание языка дэймаинов активируется только при непосредственном контакте с Илма-суурскими рогатыми. Ну или с теми кто знает их язык… Ладно. Инструкции вы получили и, думаю, готовы отправляться… — Вы обещали, что я смогу встретиться со своими товарищами, Старший брат, — напомнил Георгий, пристально глядя на Эрагона. — И могли-бы пожрать дать. Перед отправкой-то, — буркнул Артём, рассматривая свои босые ступни (комбезы им с Волком так и не вернули… во всяком случае пока).       Вообще желудок у Артёма уже давно намекал, что необходимо чего-нибудь в него закинуть… Ну так конечно — в РАВС он не поужинал (а точнее с психу размазал свой ужин по полу камеры), а в «Пузыре» лишь перехватил на ходу половину тюбика питательной биомассы, от которой сейчас в животе не осталось и следа… Кстати, Матвеев отнюдь не удивился-бы скажи Эрагон сейчас, что мол еда им не положена… Ну да, вон как злобно смотрит. Как-будто Артём самогО лидера «Монолита» в своё пользование потребовал.       Однако Старший монолитовец сказал совсем другое. — Разумеется вам дадут поесть. Великий Монолит заботится о своей собственности. — Потом хмуро посмотрел на Волкова. — А ты, ОК-25.10, после сможешь встретиться со своими дружками раз так хочешь… — Я тоже хочу их увидеть… — проговорил Артём, решив не заострять внимание на «собственности». — А ты не заслужил таких привилегий, — Взгляд Эрагона, когда он смотрел на Матвеева, выражал крайнюю степень неприязни. — Брат Шорох, — обратился Старший монолитовец к своему помощнику, который околачивался здесь-же, в лаборатории. — Уведи их в камеру и принеси им поесть и снаряжение. — Слушаюсь, Старший брат Эрагон… ________________________       Камера, куда их с Волковым привели Шорох и его подручные, была хотя и небольшой и без окон, но сухой и чистой. Из мебели здесь была лишь длинная, узкая лавка, на которой лежали их свёрнутые «Севы» и штаны, а на полу стояли берцы. — Одевайтесь, кадавры, — велел Шорох, втолкнув Артёма и Георгия внутрь камеры. — Сейчас я вам пожрать принесу…       Толстая металлическая дверь закрылась за монолитовцами и парни, подойдя к скамье, принялись одеваться.       Некоторое время оба молчали, переваривая в уме последние события, а затем Волков с горечью произнёс: — Спасатели, бляха-муха… Самих теперь спасать надо!..       Артём молча покосился на него. Как ни досадно было слышать такое, но Волк был прав — вляпались они, что называется, по самые «клубни». И что теперь делать, кроме как послушно исполнять волю Великого (мать его!) Монолита, Артём не представлял. И ведь не поартачишься особо — аномалка заблокирована, под контроль могут взять в любой момент, и — самое главное, — их товарищи здесь, в полной власти фанатиков этих долбанных, а белобрысый упырь пригрозил ведь отыграться на девчонках, если ему что-то не понравиться в их с Гошкой поведении. И вряд-ли он при этом шутил.       Матвеев с трудом подавил тяжёлый вздох и, сев на лавку, принялся обуваться. А этот… Улма… нет, Илма-Суур… Что их ждёт в ином измерении?.. А хотя и так понятно «что». Ничего хорошего! Почему-то Артём сильно сомневался, что иное измерение быстренько преподнесёт им потерянную монолитовскую инфу (Ага, блин, на блюде с голубой каёмкой). Нет, скорее всего придётся нехило постараться чтобы заполучить её… И притом не факт, что когда они с Волковым принесут кристалл Эрагону, тот отпустит их товарищей… Ну а то, что монолитовцы не отцепятся от них с Волком — дело ясное… Если только они сами что-либо не предпримут для своего спасения (Только обсуждать это надо не здесь, не в «Монолите», где всё прослушивается)       Единственное, что хоть как-то утешало его в этой дерьмовой ситуации, так это, пусть и слабая, но надежда отыскать Лиру и Вадима с помощью ноосферы иного мира… Если, конечно, Вадим тогда, девять лет назад, попал именно в Илма-Суур, а не хрен знает куда ещё… — И об Игорёхе и Максе ничего неизвестно, — негромко проговорил Георгий, обращаясь скорее к самому себе чем к Артёму. — Где они могут быть? — Моли Зону, чтобы их занесло как можно дальше отсюда, — мрачно сказал Матвеев. — И чтобы в их бошки не взбрело соваться сюда, к отморозкам этим. Он закончил с одеванием-обуванием и теперь просто сидел на лавке, вперив хмурый взгляд себе под ноги. Волков плюхнулся рядом. — Слушай, Матвей, — после минутного молчания снова сказал Георгий. — Не может-же быть всё НАСТОЛЬКО хреново, а? — Ты это говоришь после того как был подопытной крысой в здешних лабораториях, а потом тебя почти убили? — Артём мрачно фыркнул. — Может, Волк, может. И ещё как. — Слушай… — Георгий придвинулся к Артёму поближе и от его дыхания у Матвеева по шее побежали мурашки. Он с трудом удержался чтобы не отодвинуться. — Нельзя вот так просто идти на поводу у этих тварей. Нам надо… — Тихо! — шикнул на него Артём, сердито сверкнув глазами. Он понял, что Гошка хочет обсудить выход из этой поганой ситуации. — Не здесь!.. — Угу. — Волков кивнул, но после недолгого молчания спросил: — Я вот не совсем понимаю кое-что. Почему эти ублюдки не могут поискать свои чёртовы исследования в ноосфере Земли? Они-же должны здесь присутствовать, раз их помыслили. — В нашей ноосфере этих исследований нет. Из-за специального защитного поля над территориями «Монолита» — отозвался Артём. — Оно не допускает мысли монолитовцев и их прихвостней в ноосферу. Это у них как мера предосторожности… ну, чтобы больше никто не узнал об их исследованиях… Мне Шааэт об этом рассказал, а ему один из здешних учёных… — Защитное поле как у нас, в РАВС? — уточнил Георгий. — «Железное небо» что-ли? — Не похоже. — Артём покачал головой. — Какое-то другое. Я не знаю. Монолитовцы о своих наворотах и изобретениях не особо распространяются знаешь-ли.       Волков хотел спросить ещё что-то, но в этот момент дверь камеры распахнулась и появился Шорох в сопровождении совсем молодого монолитовца, державшего в руках небольшой поднос с двумя тарелками и кружками. — Забирайте, — коротко и бесстрастно бросил он парням, кивнув на тарелки.       Артём взял кружку с чаем и тарелку с едой. Это была пшённая каша и какая-то серая, не особо привлекательная на вид, котлета. «Блять, пища богов…» — подумал парень, с тоской вспоминая более чем приличную еду в академии. Да и в бытность в Зоне, в группировке своего дяди, Артём питался получше. Однако делать нечего — приходилось есть, что дают… В принципе монолитовское меню для пленных не сильно изменилось с тех пор как Артём и его товарищи по-несчастью «гостили» здесь — спасибо, блин, что вообще хоть что-то дали пожрать… — Бля! — возглас Георгия, а так-же короткий красный всполох, заставил Артёма оторваться от созерцания своей… хм… еды и повернуться к напарнику… Чтобы увидеть тлеющие угольки в волковой тарелке и злобно-удовлетворённую рожу Шороха. Это монолитовец сжёг Гошкину порцию какой-то тепловой аномалией — либо маленькой «Жаркой», либо «Кометой». — Приятного аппетита, гадёныш, — издевательски проговорил Шорох, глядя на Георгия. После чего вместе со своим собратом удалился из камеры, бросив на последок: — У вас десять минут, неверные. — Вот козлина! — зло сказал Волков, швырнув тарелку на пол, когда тяжёлая дверь закрылась за монолитовцами.       Артём (без особой, впрочем, радости) разделил ложкой свою порцию напополам и протянул товарищу по несчастью. — Лопай давай, — хмуро бросил он.       Георгий не стал кочевряжиться, видимо тоже жрать хотел неслабо. В полном молчании они расправились со своим скудным обедом… ну да, от щедрот «Монолита». А после просто сидели хлебая чай… Совершенно несладкий, кстати…       А вскоре металлическая дверь снова распахнулась, запуская монолитовцев. Правда на этот раз Шороха среди них не было… твари этой… А в камеру вошёл Сумрак. — Ты… — Его палец указал на Георгия. — На выход. Навестишь своих дружков… А ты сядь и жди, — осадил он поднявшегося вместе с Гошкой Артёма. — Я тоже хочу проведать своих товарищей! — возмутился Артём, но под ледяным взглядом монолитовца умолк и опустился обратно на лавку, стиснув кулаки в бессильном гневе. — Тебе нельзя. Распоряжение Старшего брата Эрагона, — холодно ответил Сумрак, после чего подтолкнул Волкова к выходу. — Давай иди…       Снова лязгнула дверь и Артём остался в одиночестве… склоняя про себя на все лады суку Эрагона и всех монолитовцев вместе с их Монолитом… ___________________ На окраине Припяти. — Мы на месте, — произнёс Эрагон, когда группа из нескольких монолитовцев, троих учёных и, разумеется, пленных парней-кадавров. остановилась рядом со Стеной Аномалий. — Готовьте свою установку, профессор…       Посмотрев на самые разнообразные аномалии Стены, ревущие, шипящие и булькающие, Артём затем перевёл взгляд на высокого, худого, темноволосого мужчину в очках — профессора Свиридова, — который, как ранее им с Волком соблаговолил сообщить Эрагон, как раз и занимался изучением «Разломов», причём довольно давно.       Темноволосый учёный, кинув опасливый взгляд на Старшего монолитовца, принялся подготавливать свою переносную установку. Ему то-ли помогал, то-ли просто контролировал Васильев (ну да, куда-же без него)       Некоторое время Артём наблюдал за учёными, а после перевёл взгляд на Георгия, стоявшего рядом. Тот мрачно и угрюмо рассматривал это огромное скопление аномалий, держа в руках шлем от «Севы». Они не могли сейчас поговорить потому как Эрагон активировал эти грёбаные бациллы контроля в их организме. Это произошло ещё перед выходом из монолитовского штаба. Артёма вывели из камеры на улицу, где его уже ожидали Волков и несколько монолитовцев, и он только спросил у сокурсника как их товарищи, а Гошка ответил, что относительно нормально, как разозлившийся не понять чему Эрагон заставил их умолкнуть… Хотя что они такого сделали? Это вполне нормальное явление- беспокоиться о своих товарищах… Но этому белобрысому упырю видать не дано постичь как это- волноваться о ком-то кроме себя любимого.       Вообще Артём надеялся, что уж в ином измерении Эрагон до них не доберётся со своим уродским контролем…       Тем временем, пока профессор Свиридов настраивал свою установку, Волков жестами привлёк внимание Старшего монолитовца. — Ну чё тебе ещё? — недовольно буркнул Эрагон, мрачно глядя на парня. Оттянув ворот комбеза, Георгий показал на ошейник-блокатор. — А это… — Губы мужчины исказило что-то похожее на судорогу (должно быть это была усмешка). — Здесь я вам их снимать не стану. Во избежание так сказать… Но вы не волнуйтесь- блокаторы запрограммированы на отключение и через полчаса перестанут действовать. К тому времени вы уже будете в ином измерении… Так ведь, профессор? — повернулся Эрагон к Свиридову, угрожающе глядя на него. — Д-да, Старший брат, — промямлил учёный. — У меня почти всё готово…       А Артём, невольно стиснув кулаки, угрюмо и зло посмотрел на Старшего монолитовца. Не ну ништяк белобрысый придумал! А если отключение ошейников не сработает? В магическом-то мире… Или, допустим, блокаторы отключиться вместе с головами носителей? Что тогда? Волков, судя по выражению его физиономии, тоже не был в восторге от сообщения Эрагона. Другое дело, что возражать белобрысому гаду и возмущаться было бесполезно… — И берегите прибор для работы с ноосферой. — напомнил белобрысый, многозначительно глядя на парней… И особенно на Артёма, потому как именно в его рюкзаке сейчас находился кейс с этим самым прибором… мать его!.. — Смотрите, вот оно! Возглас Васильева заставил Артёма и Георгия быстро повернуться в сторону Стены Аномалий. Там появилась и теперь всё сильнее расширялась большая чернильно-чёрная щель. Аномалия «Разлом». Переход в иное измерение. — Надеюсь, профессор, что ОК прибудут на тот остров, куда выбросило ту неверную. — Эрагон хмуро посмотрел на Свиридова, который неуверенно что-то промямлил в ответ, не отрываясь от своей установки.       После чего белобрысый кивнул своим братьям и те, подтолкнули парней в направлении аномалии. Артём молча смотрел как приближается к нему огромная пасть «Разлома»… точнее они, направляемые монолитовцами-конвоирами, приближаются к ней. Уже у сАмой Стены Сумрак (который находился в числе охранников) вручил им с Гошкой оружие- старые АС-96/2… Ага. Типо спасибо. Это оружие не факт, что будет действовать в другом мире, где правит магия… Но да ладно — выбирать особо не приходилось. — Это вообще-то лишнее, брат Сумрак. — Услышал Артём голос Эрагона и тут-же покрепче вцепился в свой АС. — Да пусть будет, Старший брат… — начал было Сумрак… … Но его перебил вопль Васильева: — Аномалия! Она уходит вглубь Стены! Скорее!       И почти одновременно с этим раздался холодный голос одного из монолитовцев: — Старший брат, неподалёку от нас идёт большая волна мутантов. Направляются сюда… И это не наши мутанты. — Это скорее всего вонючие «Лесовики»! — прорычал Эрагон. — Сообщить нашим братьям немедленно!.. Этих… — Тут он указал на замерших Артёма и Георгия. — В «Разлом»! Живо! — Матвей!.. — коротко бросил, вдруг, Георгий… И метнулся в сторону, уйдя в кувырке от своих конвоиров.       Артём понял его без прочих объяснений и, мгновенно вскинув оружие, дал короткую очередь по установке Свиридова… Та заискрила маленьким, но красивым фейерверком, защёлкала и задымила. — АХ ВЫ ТВАРИ!!! — Рёву Эрагона мог позавидовать самый большой псевдогигант. — УБЬЮ НА ХРЕН!!!       Артём увернулся от мощного пинка кого-то из монолитовцев, но уже в следующее мгновение мощная «Волна» подхватила его и понесла в сторону аномалии «Разлом», куда уже «летел» и Волков… Стараниями брата Сумрака. Глядя на отдаляющихся монолитовцев и их прихвостней, Артём испытал просто невозможное желание пальнуть по ним напоследок… особенно по белобрысой гниде, которая, уперев руки в бока, сейчас смотрела белёсыми гляделками на исчезающих в аномалии кадавров. Бля! Как-же Артём ненавидел эту мразь!       Он и пальнул в монолитовца. Хотя это было бессмысленно и глупо. Парень только ускорил своё приближение к аномалии… Мелькнул мимо Гошка… А затем Артём лихо влетел в «Разлом». ___________________ В ином измерении.       Чернота, по которой промчался Артём, показалась ему бесконечной и, как ни парадоксально, весьма короткой. А выход в параллельный мир был резким и внезапным. Только что была чернильно-чёрная темнота, а уже в следующее мгновение в глаза ударил золотисто-красный свет местного солнца… … И Артём кувыркаясь, стремительно полетел вниз. Фиг знает с какой высоты!.. — Бляяя!..       Артём едва успел сгруппироваться в воздухе (спасибо науке Шааэта), как его неслабо приложило о землю… И он покатился куда-то вниз: то-ли по склону, то-ли вообще в какую-то канаву — Матвеев не сразу смог определить… … Потом остановился. Носом, а точнее шлемом в землю… — Ёб!.. — выдохнул парень, чувствуя себя так словно его хорошенько и от души отпинали.       Немного полежав на земельке, отдышавшись и откашлявшись, Артём затем с кряхтением приподнялся на руках и осмотрелся… И первое на что он обратил внимание- было местное небо. Небо странного сиреневого цвета… Ну точно иной мир…       Как видел Артём, он действительно находился у подножия склона… довольно крутого, кстати. Покрытого сочной зелёной… нет, скорее изумрудной травой и какими-то невзрачными кустиками с ещё более тёмной чем трава листвой… Так! А это что там валяется?!       Артём машинально повёл плечами… Хотя уже понял, что драгоценного прибора для ноосферы в его рюкзаке нет. А лежал приборчик… точнее то, что от него осталось… выше по склону. Прямо на камнях… Неподалёку валялся открытый кейс… — От бля!.. — пробормотал Артём, едва-ли не с ужасом глядя на обломки.       Чуть-ли не на четвереньках он приблизился к прибору… Ага, к бывшему прибору… И некоторое время тупо таращился на него. Не то, чтобы Артёму так-уж было жалко это монолитовское творение, но он подумал о том, как Эрагон отнесётся к тому, что прибор накрылся. Не отыграется-ли он по злобе на пленных курсантах, товарищах Артёма?.. Ага, особенно после того маленького акта неповиновения, который они с Волковым устроили пред путешествием в иное измерение. И, кстати, — к вопросу о товарищах. Волк-то сам где?       Артём вновь огляделся и прислушался. Однако Георгия нигде не было. Ну, по крайней мере в обозримом пространстве… Зато где-то в отдалении слышались чьи-то крики, лязг металла и то-ли рёв, то-ли вой… Непонятно — сражение там что-ли? Может и Гошка там?       Сгенерировать соответствующие аномалии не получилось. Вообще не получилось — видимо действие блокатора ещё не прошло. Да и проклятый ошейник по прежнему был на нём. Тогда Артём поспешил вверх по склону, надеясь обозреть местность с высоты и возможно отыскать своего напарника.       Он как раз взбежал на пригорок, как увидел парящее высоко в небе странное крылатое создание с клювастой головой и покрытое перьями. На создании сидело высокое и широкоплечее, светловолосое существо в сверкающих одеяниях… или это были доспехи?.. И у этого существа тоже были крылья за спиной — большие, серебристо-белые… А перед ним, на спине пернато-клювастого зверя, поддерживаемый сильной рукой светловолосого, сидел… — Волк! — воскликнул Артём невольно холодея. Притом не столько от того факта, что Волкова захватил какой-то местный житель, сколько от того, что Гошка не подавал признаков жизни… Ну, насколько Артём мог рассмотреть с такого расстояния (Блин! И «Орлиные глаза» не сгенерируешь из-за сраного ошейника!) Проклятье! Волк что, того?.. Его что, убили?!       Мгновенно Артём вскинул свой АС, намереваясь пальнуть в крылатую тварь… Но белобрысый дылда, словно насмехаясь над ним, просто исчез в зеленоватой вспышке. Вместе со своим зверем. И с Гошкой. Вот-же бля! Волкова просто-напросто похитили! И что теперь? Что ему, Артёму, делать?! Где искать товарища, в чужом-то измерении?! — Ёбаный по черепу! — выругался Матвеев. — Вот так и знал, что ничего гладко не пройдёт! Проблем, блять, до фига! И с первой-же минуты в этом долбанном мире!       Теперь надо было-бы связаться с Эрагоном и сообщить о возникших трудностях. Но, блин, как-же не хотелось лишний раз слышать и видеть эту гниду!.. Но ведь придётся… Ёб!       Однако, предпринять что-либо парень не успел. Потому, что откуда-то со стороны внезапно послышалось мощное хлопанье крыльев, с силой рассекающих воздух… И резко повернувшись в ту сторону, Артём невольно вздрогнул — НА НЕГО ЛЕТЕЛ КРЫЛАТЫЙ ДЭМ-МААРН! — Твою мать! — воскликнул парень, чуть-ли не машинально вскидывая свой АС.       Однако выстрела не получилось, видимо, оружие заклинило (ну да, в самый нужный момент!) Тогда Артём попытался банально убежать, так как крылатый рогатый явно заинтересовался им, притом очень.       На всех скоростях парень сбежал, а точнее слетел вниз по склону и помчался дальше к виднеющемуся впереди лесу. Однако дэм-маарн и не думал от него отставать. Шум крыльев слышался всё ближе и ближе. Вот-же настырный ублюдок! Чего ему надо?! Какого хера приебался?!       Ощутив крылатую тварь совсем рядом за своей спиной, Артём резко обернулся и со всей дури врезал рогатому прикладом.       Неблагозвучно то-ли хрюкнув, то-ли крякнув, дэм-маарн рухнул на землю… Но, к сожалению, тут-же вскочил на ноги, что-то громко сказав… Наверное какое-нибудь ругательство… … А в следующее мгновение на Артёма накатила просто неимоверная усталость… и он провалился в темноту… КОНЕЦ ВТОРОЙ ЧАСТИ.