Пациентка №69

Сэм допивала уже пятую чашку кофе подряд, продолжая штудировать разные программы уголовного розыска. Его же неоднократно объявляли в розыск. Только… Где все эти объявления? Они бы хоть на йоту, но помогли бы. Но результатов пока не было. Никаких. Поэтому, девушка продолжала поиск, изредка поглядывая на парившую над кроватью Дэрил, которая, откровенно, скучала без своего партнера по азартным играм. Они не могли себя выдать. Сэм же не дура. В отличие от Мисы. И от того, кто, в очередной раз, зашел к ней в комнату без стука, нагло прошел внутрь, и залез на кровать с босыми ногами, вертя в руках наручники. Она всегда первой нарушала тишину. Но не в этот раз. Теперь и она помолчит. Хотя, острота, в стиле: «хочешь приковать ими меня к себе?», так и просится слететь с языка. Но у нее же есть сила воли. Поэтому, Сэм прикусила язык, и, как ни в чем не бывало, под внимательный взгляд детектива, продолжила штудирование интернета, краем глаза заметив, как Дэрил, фыркнув, уплыла в соседнюю комнату, видимо, доставать Мацуду, и доводить бедного парня до белого каления, поскольку «летающие сами по себе» предметы сами за себя не полетают. — И долго ты здесь сидишь? — послышался тихий голос Рюдзаки, так, что Сэм даже не сразу его услышала. — А какая тебе разница? — вопросом на вопрос ответила девушка. — Это — моя штаб — квартира, и один из моих ноутбуков, — резонно заметил юноша, громыхнув цепями. — Я могу уйти, — она демонстративно закрыла вкладки, удалив историю поисков, и, отставив ноутбук в сторону, приготовилась вставать. Но юноша оказался быстрее. Оставив наручники на кровати, он сел по обе стороны от ее бедер на колени, прямо на кресло, преграждая ей путь на волю. — Да, Вам, господин детектив, не расследованиями заниматься, а милых дам иметь, — хмыкнула девушка, чувствуя, как джинса его штанов трет ее обнаженную кожу. — Что делать, извини? — не понял юноша, наклоняясь к ней вплотную. Сэм закатила глаза и ничего не ответила. Такие «игры» на нервах брюнета уже стали слишком обыденными и не особо интересными. Она, подавив зевок, прикрыла глаза, не собираясь повторять предыдущую реплику, думая о том, как далеко сии игрища зайдут. Если только, их можно было бы разнообразить… Момент. Можно! На ее лице, против воли, стала появляться та же самая улыбка, которая была у нее в 69 палате «своей» больницы. А ещё та, с которой она вместе с ББ… А теперь… И здесь. С первым «ББ».

Эл.

Не Бейонд.

И Бейонд.

Не был Эл.

Но «Сэм». Как была собой, так и осталась. Опасной, игривой, слишком рано повзрослевшей для своих лет, знающей наперед многие события и действия других людей, видящей собеседников насквозь. Красивой.

Не идеальной.

Со своим уродством.

И шрамами.

Кукольной внешностью.

Страшной ведьмой внутри.

Здоровой девушкой.

Психически больной Самантой Ньюман.

Она резко распахнула глаза, заставляя детектива дернуться. Взгляд ничего хорошего не предвещал. Никакой «мирной» Сэм. Только сущий дьявол Ньюман, готовый глотки рвать и вскрывать грудные клетки, вытаскивая органы, и откусывая от сердец смачные куски, смеясь при этом так, что голос сорвется до болезненного хрипа, а от человечности не останется ничего, кроме оболочки. Да и той не долго осталось. Сэм дернулась, заставляя юношу встать, а затем, поднялась сама, надвигаясь на него, и направляя в сторону кровати. — Я тебя спросила, какого черта ты лезешь в мои дела? — нарочито спокойно поинтересовалась она. — Это моя… — Твоя работа — играть людьми, строить свои гипотезы, ловить Киру, но не доставать меня… — она толкнула юношу на кровать, в доли секунды, оказываясь сверху, и потянувшись к тумбочке. Ему не было страшно. И не такое проходил. Но эта девушка… Она не дурочка — Миса, она не те модели с обложки. Она — другая. И он ее не боялся. Ни тогда, в 69 палате, ни при первой встрече вне больницы, ни при ее присутствии здесь… Ни сейчас, когда… Девушка приставила к горлу детектива нож. — Ты не сделаешь этого, — тихо сказал брюнет, смотря в упор на нее. — Уверен? — так же тихо спросила она. — Здесь кругом камеры… — А, может, я — звезда телевидения? — А, может, ты и правда психически больна? Сэм оскалилась и отстранилась от детектива. — Ты потерял сноровку, детектив, — тихо произнесла она, чуть прикусывая губу. — Почему? — также тихо, но ничуть не удивлённо спросил юноша. — Ошибаешься на каждом шагу… Потому что… Психически больным людям категорически нельзя говорить о том, что они больны! Замах. Нож.

Надрез.

Кровь.

Адская боль и…

Пустота…