Кровь и Слезы

- Кровь или Слезы, - звон хрустальных бокалов и тихий голос мужчины разрезают тишину комнаты, - Белое или красное... Пробки практически без звука вынуты из бутылок, вино льется в бокалы, заполняя их ровно до половины, ни каплей больше, ни каплей меньше. - Донна Вонгола, решайте, - он необычайно серьезен, говорит без присущей ему обычно усмешки, - Мне ли вас учить... Он не ожидал. Не ожидал ее встретить в собственном кабинете, собранную и решительную или же в старой квартире, растрепанную и сонную. Вообще никакую не ожидал. А она пришла. Он это понял еще в тот момент, как услышал в коридоре размеренные шаги, стук каблуков простых туфель. Она, он видел, тоже не ожидала увидеть его. Но она - не он. Она не скрыла радости от встречи, с порога сначала приоткрыв изумленно рот, а потом улыбнувшись той самой улыбкой, за которой пошли многие мафиозные семьи Италии. Он ее не забыл, а она не могла не вспомнить. "Может, вина?" - он надеется, что его голос тогда не дрожал. "С радостью, Мори-сан" - надо же, она так и не отвыкла от японских суффиксов, он это видел. Он вообще много чего в ней видел. До цели ее прибытия они добрались лишь через час, может больше. Все это время они вспоминали. Сидели молча друг на против друга и вспоминали. Он вспоминал ее узкие маленькие ладошки, неуверенно держащие слишком тяжелый для них пистолет, учащенное дыхание после утренней пробежки, лукавый, шальной блеск в глазах после того, как он в очередной раз проспорил ей и она пришла за выигрышем. С гиперинтуицией соревноваться невозможно. А еще он сравнивал. Манеры, ухоженность, порода - она не была похожа на ту Донну Вонголу, которую он когда-то знал. Она вообще не была похожа на кого либо из его знакомых. Было в ней что-то, неуловимо напоминающее Фукудзаву - тот же внутренний стержень, вроде и податливый, гибкий, но ты знаешь, что нагнуть его можно лишь до строго определенного угла. Босс с большой буквы. Как оказалось, на островах у Вонголы обнаружились проблемы. Гордые японцы признают лишь силу, которую и стремятся показать главной семье, доказав, что и без нее они справятся. А Тсунаеши не хочет крови. Она ненавидит ее, фактически боится. И Огай это знает как никто другой. Все-таки когда-то давно он сам учил ее тому, чего не мог дать такой, как прямолинейный, признающий исключительно свою точку зрения Реборн. Он учил ее убивать. Сейчас она пришла в Портовую Мафию в надежде получить поддержку в этом конфликте и встретила его. И перед ней стоит тот же выбор, что и много лет назад: - Кровь или Слезы, Тсуна? - два бокала стоят перед ней, а она кусает губы и отводит взгляд, - Тут либо ты их сейчас, либо они тебя потом. Ему сейчас все равно, что она выберет. В прошлый раз ему тоже было все равно. Он просто объяснил ей оба варианта, она сама должна была выбрать. Видимо, не ответив ему тогда, Савада решила найти свой, третий вариант, которым и пользовалась до этого времени. Убей или будь убитым, убей или потеряй все, убей или потеряй себя - мафия не предусматривает другого. Он сам уже давно выбрал кровь, ему легче убить, чем потерять. - Не бойся, Тсуна, - он протянул отпрянувшей девушке оба бокала, - Кровь или Слезы - сейчас это всего лишь сорт вина. Донна зажмурилась, на миг став той самой девочкой со сбитыми коленками, которую он знал, и... приняла у него из рук хрустальный бокал, наполненный красным вином. В ее глазах сверкала решимость, которая заставила Огая незаметно вздрогнуть. Он бы ей не рискнул переходить дорогу. - Скажите, Мори-сан, - хрипло отозвалась Савада, отпивая маленький глоточек из бокала, - А вы можете объяснить, почему выбрали Кровь? Он тихо засмеялся, покручивая в руке бокал. - Мне нечего тебе объяснять, - мягко улыбнулся, - Ты ведь и сама выбрала Кровь. Не думаю, что наши мотивы сильно различались. Больше они ничего не говорили, тем, кто понимает друг друга без слов, кто когда-то прошел бок о бок множество битв это не надо. Им не надо друг другу ничего объяснять. Портовая Мафия обещала поддержать Вонголу в конфликте, но не встревать в боевые действия. Они не любили друг друга, нет. Мори никогда не примет белое вино, как благородный напиток. Что, впрочем, не мешает ему подарить своей бывшей ученице простенькое кольцо - тоненькая полоска металла , без излишеств, но со встроенным внутрь маячком - и отправить Двойной Черный в качестве поддержки, а ей, в свою очередь, тактично закрыть на это глаза. Они не любят друг друга, для любви они слишком многое друг о друге знают. Буквально все. Но это не мешает ему прижаться к холодным губам Тсунаеши на прощание. Они не любят друг друга... а может только так думают.