В манерах и в движениях +43

Фемслэш — в центре истории романтические и/или сексуальные отношения между женщинами
Мстители

Автор оригинала:
sinuous_curve
Оригинал:
http://archiveofourown.org/works/255946?view_adult=true

Основные персонажи:
Стив Роджерс (Капитан Америка), Тони Старк (Железный Человек)
Пэйринг:
Стефани Роджерс/Тони Старк (фем!Стив Роджерс/фем!Тони Старк)
Рейтинг:
R
Жанры:
Флафф, ER (Established Relationship)
Предупреждения:
Смена пола (gender switch)
Размер:
Драббл, 2 страницы, 1 часть
Статус:
закончен

Награды от читателей:
 
Пока нет
Описание:
— Это предосторожность, — сказала Тони, пожав плечами, когда Стеф спросила её об этом. — Слишком много дерьма здесь происходит.

Посвящение:
переведено для Мери Кей Шеллу

Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика

Примечания переводчика:
Милая история о том, как Стефани Роджерс зазывала Тони к себе.

Хочу сказать, а заодно и извиниться перед автором за то, что местами пришлось подправить прошедшее время и заменить его на настоящее для лучшего звучания на русском языке.

В популярном:
№10 в топе «Фемслэш по жанру ER (Established Relationship)»
№10 в топе «Фемслэш по жанру Флафф»
28 апреля 2017, 00:17
Стеф выходит из душа, вытирая волосы полотенцем, ступая босыми ногами на толстый ковёр, оставляя на нём влажные следы, точно такие же, как на полу. Такой поздней ночью в особняке тихо и темно. После вечерней тренировки Стеф чувствует приятную боль, проходящую по её мышцам. Кровать её так и манит.

Остановившись у подножия кровати, она в последний раз проводит полотенцем по волосам и вещает его на железную ручку. С каждым днём комната всё больше становится похожей на Стеф, выражает её сущность, а не то, что придумывают дорогие дизайнеры Тони. Ей кажется, что маленький диван – слегка нелепое средство для заполнения пространства комнаты, но, несомненно, он невероятно удобен, когда дело доходит до хранения каких-то вещей.

Под её халатом ничего нет. Кожа тёплая от горячей воды, мягкая и чувствительная. Отчасти поэтому она бросает взгляд через плечо на маленький матовый чёрный кружок в верхнем углу, у шкафа.

Стеф знает, что в каждой комнате есть камера.

— Это предосторожность, — сказала Тони, пожав плечами, когда Стеф спросила её об этом. — Слишком много дерьма здесь происходит.

Невзначай, Стеф поворачивается так, что её взгляд обращён прямо на камеру, а не в сторону. Возможно, она слишком беспечна, она знает это. Она не хочет дурачить Тони. Это совсем другое. Стеф перебрасывает волосы через плечо, так же как это делают женщины в рекламах шампуней, которые всё ещё кажутся ей пошлыми.

Она представляет, как Тони сидит в массивном кресле в своём кабинете и смотрит на сотни выстроенных в ряд экранов, на которых можно увидеть весь особняк. И Тони это нравится. Стеф надеется (признаться, она и так знает), что сейчас на каждом из них она.

Медленно Стефани развязывает узел на поясе халата, позволяя мягкой ткани плавно скользить между пальцев. Для неё это особое удовольствие – чувствовать себя кончиками пальцев.

Так много в этом новом для неё времени кажется ей декадентским, бездумным и удивительно снисходительным. Порой само существование кажется Стеф гедонистическим, из-за чего она чувствует тепло, головокружение, стыд и возбуждение одновременно.

И сейчас, чувствуя это всё, преднамеренно и, возможно, слегка дразня, Стеф проводит пальцами между расходящимися в стороны полами халата, а потом распахивает их. Халат скользит по её животу, груди и бёдрам, по рукам и спине, ненадолго задерживается на её заднице, а потом падает на пол к ногам. Стеф кладёт руки на бёдра.

И всегда есть момент особенно сильного, яркого стыда, когда стоишь голой перед камерой. Блестящий и резкий момент, как удар по всем её нервам, но потом момент заканчивается, оседает, превращаясь во что-то горячее и роскошное.

— Ты смотришь на меня? — спрашивает она, глядя прямо в камеру.

Стеф водит руками по бёдрам и животу. Она по-прежнему очарована тем, как сильно сокращаются мышцы пресса, после всех тех лет её прошлой жизни, когда она ощущала только торчащие тонкие кости и чувствовала себя так, словно сделана из стекла и тонкой бумаги. Её рёбра всё равно что клавиши фортепиано из слоновой кости, которые она ощущает кончиками пальцев. Она проводит пальцам по дорожке густых, светло-русых, вьющихся волос между ног.

— Спускайся сюда, — говорит она, прикусывая нижнюю губу, — Тони.

Несмотря на то, что Тони, вероятно, больше не смотрит на неё, потому что преодолевает два этажа на пути к комнате, Стеф продолжает трогать себя. Она кладёт руки на свою грудь, большую и тяжёлую, а затем царапает соски ногтями, получая взамен проходящий по всему телу электрический разряд, оседающий теплом внизу живота.

Она не удивляется тяжёлому стуку в дверь, но подпрыгивает от неожиданности. Стеф идёт к двери и спокойно открывает её, и плевать что сердце бешено бьётся под рёбрами и ужасно хочется пить.

— Да? — спрашивает она, глядя на Тони сквозь четырехдюймовый зазор между дверью и рамой.

У Тони растрёпаны волосы, жесткий и яркий взгляд.

— Какого чёрта ты дразнишь? — шипит Тони, пытаясь протиснуться в узкий проём. — Стефани, блять, Роджерс, какого чёрта ты дразнишь?

— Что? — мягко спрашивает Стеф, открывая дверь, и тащит Тони в комнату. — Я не могу ходить голышом в своей комнате?

Отношение автора к критике:
Приветствую критику только в мягкой форме, вы можете указывать на недостатки, но повежливее.