Голубее неба голубого.

Хосок напряженно ждет каких-то поползновений к своим "входящим отверстиям", он напряженно ожидает каких-то действий в отношений непоколебимой натуральности, но ничего не происходит, вот ну вообще ничего. Неделя...Вторая...Запись новой песни, ничего более фансервиса, который чуть ли не обговорили заранее. В какой-то момент парень думает, что все это лишь шутка, его просто разыграли, мало ли ВиГуки, те еще оторванные на голову ребята. Практически успокоившись, Хосок перестает шугаться от каждого поползновения в свою сторону и жизнь входит в обычный ритм, ровно до того момента, пока не раздается звук рога, возврещающей о начале охоты. Рог звучит своеобразно, а именно так... Группа битком набивается в лифт и ЧонГук каким-то мистическим образом до этого стоящий на переднем плане оказывается за спиной Хосока, хотя потерявший тогда внимательность, разомлевший и перевозбужденный от недавнего концерта Хоуп (пиздеца, что подкрался не заметно конкретно...) не замечает, полностью увлеченный разговором с Чимином. Лифт неожиданно как-то резко дергается и останавливается, а свет гаснет, вызывая панический выкрик Хосока и Чимина, что держаться за ручки и жмутся друг к другу. - Боже , что случилось?- со вздохом полным усталости риторически интересуется Джин и тут же слышит ироничный ответ своего парня- Создают нам интимную атмосферу. - Фу, извращенец.- выдаёт Чимин, который не понятно кому это говорит, Шуге или Монстру, что уже во всю шарит у него под футболкой руками, оглаживая чувствительную кожу и сжимая соски, потом его и вовсе затыкают поцелуем, фиг знает кто, да и не важно. Хосок теснится назад, стараясь отгородиться до большого голубого облака из сплетенных тел, забиться в угол и ждать,вот лучшая тактика. - Куда же ты?- крепкая рука оплетает хрупкую талию танцора, а вторая рука зажимает рот, рывком притягивая к обладателю накаченной фигуры, заставляя пискнуть. В лифте стоит чмокающий и скулящий звук, его писк никто не слышит, а рука, что сейчас сжимает ребра не позволяет поднять руки, лишь согнуть, что не сильно помогает. Хосок испуган, он потеет, как грешник на исповеди, судорожно сглатывает вязкую слюну и ждёт, а кто ждёт, тот дождется. Рука на челюсти давит сильно, вжимаясь спину в чью-то грудь, а губы обжигают плечо слишком открытой майки. Кто-то, ой да будем же честны- это Чонгук, скользит языком от основания шеи до самого ушка и прикусывает острый хрящик. Хосок предпринимает несколько попыток дернуться, но выходит слабо, ведь младший гораздо крепче и сильнее. К его пятой точке прижимается весьма ощутимо заинтересованный член, Хосок дрожит и молится великому богу света и техники, просто богу лифта, чтобы тот включился, но видно хреново молится, его не слышат. Между тем язык скользит уже в глубину ушка, вызывая тихий всхлип и нервную дрожь в хрупком теле.- Тебе нравится, я же чувствую.- грудь танцора судорожно вздымается и отпускается, парня ощутимо трясёт и он весь напряжен, а внизу живота завязывается предательский узелок возбуждения. "О черт! Старые бабушки, прыщи, блевотина, кровавое месиво, Фредди Крюгер".- тут же начинает ярко фантазировать Хосок стараясь подавить это предательское тело и его отклик на эти незатейливые ласки. -Уррр.- урчит низкий голосок с хрипотцой обжигая ушко горячим дыханием, что скользит по влаге слюны и проникает кажется в самый мозг выжигая подобные мысли и заменяя их разнообразными позами камасутры. "Ты такой гибкий"- ох как же ярко рисует фантазия, как можно вывернуть танцора в умелых руках, обладатель коих за спиной. И пока слегка ошеломленных танцор мечтает о собственном нагибании, сам нагибатор времени как и разума не теряет ,моментально прокручивая в руках послушную жертву будущего взаимного изнасилования и совращения натурализма и прижимает последнего к стене, болезненно приложив спиной о не мягкую поверхность лифта.- Нет...- остальные "Крики Хосока" тонут в грубом, подавляющем поцелуе, под напором которого, кажется лопнула нижняя губа, кровавой капелькой скользнув по подбородку вниз, а зубы кажется сцепились намертво. Чонгук буквально насилует губы танцора, давит, целует почти болезненно и рычит как животное, сжимая пальцами хрупкое горло, млея от жизни в его руках. Хосок упирается руками в широкую крепкую грудь, молотит по ней все бесполезно, парень обхватывает руку на своем горле надеясь ослабить пальцы, но ничего не выходит снова, рот приоткрывается в надежде получить кислород, которого критично не хватает. Наглый язык моментально пролегает между приоткрывшихся губ и словно захватчик обследует новые территории, за что получает от охраны в виде зубов Хосока, который скорее на инстинктах закрывает рот и слышит едва заметное шипение, а потом угрожающий удар возле своей головы, причем такой силы, что кабинка лифта вроде как дергается. Нет, она точно дергается и медленно едва загорается свет, а рядом с Хосоком уже никого нет и первый же вдох наполняет легкие до отказа заставляя упасть на колени и зайтись хриплым кашлем, заставляя парочки "пылесосов" разлепиться, а Тэхена достать руку из штанов Джина, которая до этого "понятно что" там делала. -О бля, у тебя что клаустрофобия?- интересуется НамДжун, прижимая к себе разомлевшего Чимина, который кажется уже достиг нирваны и сейчас больше похож на желе в руках монстра. - У меня гомофобия, блядь!- отвечает ему в его манере Хосок сипло и поднимается тяжело стирая с губ кровь, все понимающе переглядываются, а после смотрят на чрезмерно довольного Чонгука, который играет за щекой языком. - И тебя вылечим.- с иронией говорит Шуга, поглаживая Джина по щеке, прижимаясь к тому со спины, выглядит эта морда очень довольной, словно кот, что нализался сметаны. - Лучше бы сами полечились.- рыкает Хосок и прикладывает руку к губам, его ощутимо тошнит от осознания того, что его поцеловал парень, сука не обычным а французским поцелуем, поэтому стоит двери открыться, как танцор быстрее молнии расталкивая парней бежит в сторону туалета. - А рыбка то по зубам?- интересуется у ЧонГука, не особо заморачивающийся Мин Юнги, ласково целуя свою "крупно габаритную самку" в основание шеи. -Ничего, поломается и прогнется.- отвечает брюнет с дьявольской улыбкой, пламя в нем разгорается все сильнее, Тэхен это видит, он уже серьезно думает о том, где вызывать отпевальщиц натуральности Хосока и гроб для его будущей в его же планах жены, которая походу своего счастья так и не дождется. Хосока же тем временем безбожно выворачивает в туалете, его то и дело "нагибают" спазмы очередного приступа, он тяжело дышит через саднящее горло. -Чтоб тебя в подворотне отымели!- шепчет парень и слышит смешок за спиной, оборачиваясь чуть ли не в ужасе видит там ЧонГука, что с усмешкой смотрит на свою загнанную жертву. -А я и не думал -издевательское- Хён, что тебе нравится подобное, но если лифта тебе мало, то тут довольно много подворотней, могу исполнить твое желание. - Этого я тебе желал.- тут же огрызается старший, но затыкается в тот миг как темные непроницаемые глаза упираются в него,а младший сжимает челюсть настолько, что проступают острые скулы. Парень отталкивается от стены и идет к нему, а Хоуп делает несколько шагов назад приложившись уже самостоятельно о стенку раковины, поясницу прошибает болью.-Не подходи. -А то что? Закричишь?- парень подходит ближе не смотря на упертые в его грудь руки, надавив и согнув их под силой и массой собственного тела, упирается руками по бокам от хрупкого тела танцора, глядя в испуганные глаза. -Я тебе вдарю!- взвизгивает Хосок совсем не узнавая собственный голос и тут же слышит тихий смех, а в нос ударяет тяжелый парфюм младшего, когда он клонится ниже к отдаляющемуся до последнего парню. -Попробуй Хен, я хорош в драках, в особенности в захватах.- голос у ЧонГука доверительно мягкий и это страшно, настолько что дрожат колени, а в зобу дыхание сперло. - Почему я?- интересует танцор глядя в глаза вокалиста и видит улыбку, словно именно этого вопроса и ждал брюнет, он скользит пальцами по щеке, которую тут же отдергивают, а по ладони приходится шлепок. -Вот именно по этому, Хосок... "Ты колешься", а я очень люблю подобное, ломать иглы, это же так интересно.- парень отстраняется и потягивается, бросив на старшего черный игривый взгляд ЧонГук уходит, оставляя съезжающего на пол и дрожащего как школьница после первого поцелуя танцора одного. Сразу нападать нельзя, слишком много потрясений и жертва поджав хвостик может дать деру, а бегать за ней не сильно хочется. Нет, макнэ умен, он подождет совсем немножко и поймает танцора. "Кто умеет ждать, дождется большего".