Шанс на спасение

Уже к полудню Жади ехала на встречу с дочерью. Они условились встретиться в торговом центре после ее учёбы. Девушка очень волновалась и нервно сжимала в руках мобильный. Одета она была в длинную юбку и короткий топ. Пока что в её распоряжении была только такая одежда, но вскоре она сможет сама купить себе наряды. — Жади, я тебя высажу у входа, а сам поеду на парковку. Ладно? — водителем был молодой парень, который работал на сеньору Жозе. — Спасибо. Я ненадолго. — Не спеши, я пока схожу выпью кофе, а то утром девочки оккупировали всю кухню. Жади непроизвольно улыбнулась. Её привлекала эта новая жизнь. Машина подъехала к торговому центру, и Жади вышла из нее. Почти бегом она направилась к небольшому кафе на первом этаже и сразу увидела Хадижу, которая сидела за дальним столиком. Дочка была одна в школьную форму своего учебного учреждения, взгляд бегал в поисках Жади. —Принцесса, мой цветочек, — Жади подошла к девочке и обняла ее крепко-крепко. — Как я скучала. — Мамочка! Наконец-то я тебя вижу. Как же я скучаю. — Заказывать что-то будете? — официантка с ноткой брезгливости смотрела на эту картину. — Принесите чай с мятой и самый вкусный десерт для моей принцессы, — Жади даже не взглянула на нее, все внимание было направлено на Хадижу. Официантка пробормотала себе под нос какую-то неразборчивую фразу и удалилась. — Я не могу пока вернуться в семью. Есть одна вещь, которая может накрыть дом дяди позором. Хадижа нахмурилась. — Я беременна, дочка. От твоего папы. — Аллах! — Хадижа прикрыла рот ладошкой и радостно завертелась на стуле. — Это же такое благословение, мамочка! У меня будет братик, или сестричка! — Подожди радоваться, моя принцесса. Мы не расписаны с твоим отцом, а внебрачный ребёнок — это харам. А уж если я вернусь в дом дяди Али, то будет еще больше разговоров. — Как же ты несчастна, мама. Тебя благословил Аллах, а ты даже не можешь об этом рассказать. Папа был бы счастлив такой новости. Он так тебя любит. Каждый день он ищет тебя. — Хадижа, расскажи всё Зорайде. Я знаю, что она сейчас в Рио. Только не говори отцу, и дяде Али. — Я не скажу, но ведь ты не можешь отказаться от семьи. Прошу, скажи все папе. Ты осчастливишь его. Мы что-нибудь придумаем! — Принцесса… нужно потерпеть. Я и так принесла много бед дому дяди. И отцу твоему тоже доставила много неудобств. Сейчас я не опорочу их добрые имена своей беременностью. Всё решится потом. Я найду способ. Ты можешь звонить мне в любое время на мобильный. Мой номер… — она протянула дочери небольшой клочок бумаги. — Где ты живешь? Жади счастливо улыбнулась и рассказала дочери о салоне сеньоры Жозе и о новой работе. Хадижа зачаровано слушала мать и даже не притронулась к десерту, который ей принесли. — Мне пора, принцесса, вечером нужно будет вновь танцевать в клубе, а после я позвоню тебе, мой цветочек. — Буду ждать этого, мамочка. Я люблю тебя. Они вновь обнялись, и Жади долго не хотела разжимать объятия, но пришлось отпустить своё маленькое счастье. Расплатившись по счёту, они вместе вышли из торгового центра. Хадижа побежала в сторону платной стоянки, а Жади, заметив своего водителя, махнула ему, и он тут же подъехал. — Удачно? — его улыбка была во все тридцать два зуба. — Да, жаль только было расставаться. Всю дорогу они разговаривали о всяких мелочах и шутили. Стивио (так звали этого водителя) ехал довольно быстро, поэтому вернулись они раньше, чем предполагалось. По прибытию Жади навестила Жозе в ее рабочем кабинете и рассказала о встрече с дочерью. Та, в свою очередь, выдала ей расписание на месяц, где были написаны адреса и время выступлений на площадках. Также Жади с радостью отметила, что ее шкаф забили костюмами для танца, поэтому она может теперь сама выбирать что ей надеть. Они ещё долго разговаривали о нюансах выступления, подбирали музыку и образы, лишь к обеду Жади поднялась в свою комнату, где с удовольствием разглядела новые наряды и решила немного поспать. Вечер обещал быть очень насыщенным. Хадижа вернулась домой в приподнятом настроении, но в гостиной царила атмосфера траура. Дядя Али, Зорайде и Саид слушали какого-то мужчину. Лица у них были на грани истерики. Зорайде смахивала слёзы, а дядя Али казалось постарел на несколько лет. Саид спрятал лицо в ладони и тяжело дышал. — Хадижа… — дядя увидев девочку подозвал ее. — Твоя мама погибла, — произнес неизвестный мужчина. Саид ударил кулаком по столу и посмотрел на него. — Вы хоть думайте о такте! Она же ребенок… — Простите, сеньор, но я лишь говорю то, о чем меня попросил Лукас. Он сам не мог прийти к вам с такой новостью. Он в трауре, увидеть своими глазами, как невеста погибает — это огромное потрясение. — Идите вон из моего дома! — крикнул Саид, и мужчина поспешил удалиться. — Папа… — Хадижа не была готова к такому повороту событий. Ведь всего полчаса назад она обнимала маму, а теперь нужно сыграть в траур по ней. — Хадижа, Аллах забирает к себе людей рано или поздно, но мы не должны оплакивать их. Твоей маме сейчас очень хорошо… Но дядя Али не выдержал, и по его щекам потекли слезы. Он попытался из побыстрее смахнуть, но не выходило. Зорайде уже рыдала навзрыд, а Саид сидел в невероятном напряжении. Хадижа не выдержала этого напряжения. — Она жива! Она не умерла! — Дочка… иди к себе, — голос Саида был полностью пропитан горечью. — Она жива! Жива! Мы недавно с ней разговаривали! Она улыбалась мне, а я ей. Поверьте же вы! — Хадижа перешла на крик, потому что иначе нельзя было. Вся гостиная дома Рашид утонула в причитаниях слезах и истерике. — Жади приходила попрощаться с дочкой… — Зорайде не унималась и вознесла руки к небу. — Аллах отпустил ее на землю попрощаться с Хадижей. Велик Аллах! О горе нашему дому… И новая порция слез захлестнула женщину. Хадижа подошла к отцу и положила руки на его плечи. — Папа, поверь хоть ты. Я прошу тебя. — Мирьям! — Саид встал со своего места. — Уведи Хадижу в её комнату и позови врача. Она начала бредить. Хадижа оскорбленно смотрела на отца, а потом просто сорвалась со своего места и сама побежала в свою комнату. — Теперь я точно убью Лукаса, — Саид сжал кулаки. — Он ответит мне за её смерть. Этого я не прощу. — Нет, Саид! Ты не должен брать грех на душу. Тем более это был несчастный случай. — Дядя, не мог просто так сгореть дом! И почему Лукаса не было там? И вообще, они же были на островах! Что за ерунда? — Дом сгорел, потому что хотели смерти сына Леонидаса Феразза, — дядя старался успокоить его. — Подумай, что за убийство тебя посадят! У тебя жена и дочь. Это уже не вернет Жади! Не глупи. Саид кивнул. — Прошу простить, — и, поправляя пиджак, он покинул гостиную. Войдя в комнату, он увидел, как Рания расставляет на туалетном столике свои духи и коробки с золотом, а всё, что принадлежало Жади, выкидывает в мусор. Гнев Саида нельзя описать словами. Он, подойдя к ней, буквально швырнул девушку на кровать и одним движением руки смахнул все со столика. — Как ты посмела что-то менять? Я говорил тебе, чтобы ты не притрагивалась к вещам Жади? — Но, хабиби… ведь она умерла. Пусть примет её душу Аллах, — она вознесла руки в молитве, а сама дрожала, как осиновый лист. — Рания! Я развожусь с тобой! — Нет! Саид! — Я развожусь с тобой! Я… развожусь с тобой! — Это всё за этой змеи Жади? Даже мертвая она не дает нам покоя! — она поднялась с кровати и, словно разъяренная фурия, начала мерять ногами комнату. — Не только в этом дело! Ты мне так и не родила ребенка, ты вечно пропадаешь в торговых центрах, тратя деньги на себя, и даже не удосуживаешься купить что-то моей дочери или мне! Когда ты последний раз покупала мне новый галстук? Жади всегда заботилась об этом. — Но… — Замолчи, женщина! Сегодня вечером ты отправишься в Фес! Собирай свои вещи. Все мои подарки можешь оставить, но чтобы через час я тебя не видел в этом доме. Тебя сопроводит один из моих людей и отдаст твоим родителям. Рания поджала губы, но не позволила расплакаться при бывшем муже. Она покинула комнату, при этом с силой хлопнув дверью. В это время Хадижа всё рассказала Зорайде и в доказательство позвонила матери на мобильный. Когда Зорайде услышала в трубке голос Жади, то чуть не потеряла сознание. Услышав историю Жади, которая была насыщенна подробностями, она понимающе закивала. — Ты всё верно сделала, дочка, но вот только… сегодня приходил мужчина от Лукаса и сказал, что ты сгорела в доме, который подожгли недоброжелатели отца Лукаса. — ЧТО? — Жади была ошарашена. — Сид Али сам не свой, а видела бы ты Саида. Да и я бы сошла сума от горя, но Хадижа успела все рассказать мне. Жади, я даже не могу ничего тебе посоветовать. — Зорайде, мне пора. Я не могу говорить, мне пора танцевать, — и Жади отключалась. — Я расскажу всё Сиду Али. Так нельзя обманывать чувства. Это харам. А ты скажи отцу, что Жади жива. И всё, остальное скрой. Так хотя бы наша совесть будет чиста. Зорайде не хочет гореть в аду, и чтобы ее потом крутили на вертеле, словно барашка! Нет-нет! — она погрозила пальцем и поправила платок на своей голове. Хадижа обняла ее. — Мне так хочется, чтобы мама вернулась. Еще не поздно все исправить. — Твоя мама только теперь поняла, что все вокруг были правы, говоря о том, что Лукас ей не пара. Но она была слепа. Теперь она поплатилась, но Аллах милосерден! Он подарил ей ребенка от твоего отца и дом, пусть и временный. Ничего, мы будем видеться с твоей мамой, а потом она вернется. Всё будет хорошо. Лукас приехал в свой загородный дом вместе с адвокатами и смотрел на догорающие остатки мебели. Да, пришлось пойти на такую уловку. Сжечь дом, но зато там теперь не то чтобы тела не найти, даже целой дощечки. Все превращалось в пепел. Он покончил с этой историей. Жади будет лишь его воспоминанием, увлекательным приключением его юности, которое зашло слишком далеко. В эту ночь он спал беспокойно. Он видел во сне прекрасную девушку в белоснежном костюме, которая танцевала с саблей, движения очаровывали его, и он не мог отвести глаз, но, приблизившись на опасно близкое расстояние, он и не заметил, как эта сабля вошла в его сердце, а девушка рассмеялась заливистым смехом и продолжила свой танец возле Лукаса, истекающего кровью.