Всё изменится

— Детка, пришёл врач, ему нужно осмотреть Стайлза. — Мелисcа осторожно уводит Лидию из палаты, обратно, в коридор. Лидия сидит в комнате ожидания и сверлит стену напротив какое-то время, прежде, чем к ней подходит старшая Макколл и рассказывает о том, что врач почему-то не доволен показателями Стайлза. Мелисса, зная о том, как переживает Ноа, решила не волновать его заранее и подождать ещё пару часов, прежде, чем сообщать ему эти новости. Лидия несколько раз просилась вернуться к парню, но в её просьбах ей было отказано. Спустя несколько часов ничего не изменилось — показатели неожиданно продолжили ухудшаться и врач стал опасаться за жизни парня и за то, как он перенесёт новый стресс для организма. Ноа примчался настолько быстро, насколько мог. Его пустили к сыну и он долгое время сидел рядом с ним. Говорил ему о том, что он не сможет без него и то, что рядом со Стайлзом слишком много людей, которые не готовы его отпустить. Стайлзу, как неожиданно стало хуже, так неожиданно стало лучше и его состояние пришло в то, что обычно называют «средней тяжести». Он вновь миновал смертельную опасность и теперь начинают говорить о том, что этот парень рождён в рубашке. После этих новостей, шериф не успел порадоваться, как его вновь вызвали на экстренный вызов. На удивление Лидии, он вновь разрешил чтобы она его заменила. — Мистер Стилински, — Мартин перехватила его в коридоре, когда он с врачом подошли к ней чтобы сказать, о решении Ноа. — Можно вас нас на пару минут? — Да, конечно, — отвечает ей Ноа, а врач, кивнув головой, быстро удаляется. — Спасибо вам за то, что настолько доверяете мне. — она опускает взгляд в пол. — Лидия, мы же обсудили это с тобой, — мягко улыбается старший Стилински и начинает разворачиваться. — Знаете, — она останавливает его, схватив за рукав и начинает говорить, смотря куда-то в сторону. Будто не с ним. — Мой Папа, — Лидия чувствует, что ей хочется это произнести. — он был такой же. Отзывчивый и добрый. Вы бы с ним точно поладили. — Уверен, он был хорошим человеком. — с грустью вздыхает шериф и сводит брови к переносице. — Потому что у него потрясающая дочь, — Лидия чувствует, как краснеет. — Но живые тоже тебя ждут. — прикрыв глаза, он, несколько раз, быстро кивает головой и они прощаются.

***

Опять сидит рядом со Стайлзом. Опять держит его за руку, но теперь, ещё невесомее, чем раньше. Ей кажется, что она может малейшим движением причинить ему боль. А ей так страшно, это сделать. Как и днём, рассматривает его лицо. Рассматривает его спящего. Такого спокойного. Такого умиротворённого. Лидии кажется, что таких красивых людей она никогда не видела. — Ты мой вечный Робин Гуд. — тихо произносит девушка и невольно улыбается. Водит пальцами по его сбитым костяшкам. Это из-за неё. Касается губами их, будто показывая, насколько она сожалеет, из-за этого. Видит, как за окном наступила глубокая ночь. Думает о шерифе, о том, что тот не спал несколько суток, но при этом, ему удаётся быть полезным на работе. О том, что он разрешает, чтобы девушка, из-за которой настолько пострадал его сын, сидела с ним рядом. Была с ним рядом, в такой момент. Засыпает спустя пару часов, рядом с ним.

***

Стайлз начинает слышать посторонние звуки и чувствует, что просыпается. Ощущает он себя крайне отвратительно, потому что все его тело болит и ему стоит невероятных усилий, пошевелить хоть чём-то. Да и ему кажется, что даже думать — непосильная задача. Обращает внимание на то, что его ладони касается что-то тёплое. С трудом приоткрывает глаза. В темноте различает рыжеволосую макушку и уголок его губ приподнимается. Понимает, что комната плавает перед ним, да и он сам, чувствует себя, будто на волнах. Поэтому, фокусируется на мысли о том, что Мартин — рядом. Хочет сжать её ладонь, но не получается. Хочет сказать ей что-то, но выходит едва слышный хрип. Злится из-за этого. Обратно закрывает глаза и думает о том, что ему нужно собраться. Собраться с силами и быть сильным. Только сейчас понимает, что не знает, что произошло после того, как он увидел ухмылку Майка и ощутил с ума сводящую боль, а после — отключился. Постепенно приходит в себя и делает еще одну попытку сказать что-то. Не выходит. Думает о том, что сможет его мотивировать и что он готов говорит миллион раз на день, прикладывая любые, титанические усилия и это никогда ему не надоест? Ему хватает одного, случайного, сонного касания, чтобы его прошибло током и он точно знал ответ, на этот вопрос. — Лидия? Он находит свою формулу мотивации и жажды к жизни. Теперь он уверен: Всё изменится.