Блант в лицо и я ушёл, не торгуй моей душой!

В последнее время с Глебом творилось что-то странное. В этом Мирон ещё раз убедился, когда парень ни слова не сказав собрался и куда-то ушел. И главное, с таким серьёзным видом, как будто ему поручили дело мировой важности. Его мальчик стал отдаляться от него. Конечно, мужчина мог запросто проследить за блондином, но не стал. Ведь до сих пор доверял ему. «Ничего страшного не произошло. Еще не произошло». — Успокаивал сам себя Мирон. А в следующую секунду уже рвал и метал, пугая бедного зверька, который предпочёл отсидеться на шкафу, на котором, кстати, теперь красовалась вмятина от кулака. Мужчина просто не мог понять, чем он так провинился перед этим мальчишкой. Что сделал не так? Или он просто нашёл кого получше. Прийти в себя, убрать все улики, что ему было плохо и сидеть, ждать, делая вид, что ему вообще по барабану, и он всё это время занимался своими делами, схема, отработанная за последнее время до автоматизма. Щёлкнул замок. Мирон оторвал взгляд от газеты, которую делал вид, что читал. Счастливый. Это счастье прямо плещется из его бездонных глаз. И улыбка. Милая, трогательная. Именно так он улыбается, когда действительно счастлив. Широко, обнажая ровные, белоснежные зубы. Было до ужаса обидно, что его мальчик счастлив с кем-то другим. Глеб быстро поцеловал Мирона в щёку, взял со стола телефон и устроился на кровати, набирая кому-то сообщения в контакте. Мужчина мог прямо сейчас спросить у блондина, что за нахрен происходит, мог посмотреть сам. Но он не стал. Боялся, что когда он всё узнает, потеряет мальчишку навсегда. Фара в то время уже крепко спал, обнимая одной рукой хорька, решившего, что опасность миновала и можно спускаться. «Я же говорил, родственнички!» — Про себя усмехнулся Мирон, накрывая их одеялом и убирая телефон парня. Несмотря на довольно позднее время, спать рэперу не хотелось совсем. В голове крутилось множество не нужных мыслей. Казалось, что ещё чуть-чуть, и он окончательно и бесповоротно сойдет с ума, точнее, его сведёт с ума белобрысый мальчишка, ангел, его ангел. «У меня было предчувствие теста. Ты подошла, и все мироздание погасло. Ведь я не знал, что тебя найду наконец-то. Я в этой бездне тону… Хули, здравствуй!» — Вспомнились ему четыре строчки из песни. Мужчине удалось уснуть лишь под утро. Прямо на подоконнике, на котором сидел всё это время. Когда он проснулся, Глеба в номере уже не было. На столе стоял поднос с ещё горячим завтраком, яичницей, кофе, и тостами с вишнёвым джемом и записка «Съешь меня». Это показалось Мирону очень странным, он, ведь, не говорил Мелкому, что любит есть на завтрак. А вместе они не завтракали, так как кое-то любил поспать подольше. Это было очень подозрительным, но он решил всё же позавтракать. Яичница сгорела в нескольких местах, джем на тосты был намазан не ровно, да и в ароматном кофе чувствовалась рука не профессионала. «Неужели Глеб готовил это сам, специально для меня?» — Задал сам себе вопрос Мирон. После завтрака он обнаружил стрелку, указывающую на шкаф, послушно открыв его, мужчина взял официальный костюм чёрного цвета, на футляр которого была прикреплена ещё одна записка: «Надень меня». Рэпер невольно улыбнулся. Не каждый в двадцать лет с огромной популярностью и бешеными деньгами сможет остаться ребёнком в душе. В том, что это дело рук Фары, Мирон не сомневался совсем. Он послушно оделся, надеясь, что сегодня придёт конец этой неизвестности, которая сжирала его изнутри. В кармане пиджака была ещё одна записка. На этот раз на ней был написан адрес. Мужчина сел в первое такси, попавшееся ему на улице, и заплатил таксисту по двойному тарифу, лишь бы его поскорее доставили на место. Он нервничал, причём очень сильно, возможно, сейчас рухнет его уютный мирок, который он успел построить за время пребывания с Глебом. Приехали. Мирон отдал деньги таксисту и вышел на улицу. Перед ним был какой-то заброшенный клуб-бункер. На двери опять записка: «Спустись в меня». Мужчина досчитал до десяти, пытаясь успокоиться, и очень пожалел, что не взял с собой пистолет. Лестница была довольно крутая, на ней свернуть шею не составляло никакого труда, особенно пьяному человеку. Наверное, поэтому это заведение и закрыли. Вот и её конец. В огромном, оборудованном под танцы помещении стоит много людей. Окси ещё не до конца понимает что происходит. Но после дружного крика «С днем рождения, Мирон!» всё встало на свои места.