Семь смертных грехов.

Клаус спускался пять ступеней вниз, словно поднимался на плаху. Он просто не понимал, как сможет держать себя в руках, будучи от нее на таком расстоянии. Как это вообще возможно, находится с ней рядом и не касаться. Заметив его нерешительность, Кэролайн повернулась нему спиной, подняла волосы, открыв доступ к шее. - Ну что там? Ты сможешь распутать? Клаус так и стоял, молча словно болван, глядя на ее идеальную, длинную шею. Если бы он мог, он сейчас вкушал ее нежную кожу, оставляя следы от страстных поцелуев. - Клаус? Все так плохо? - Гм… подожди, я сейчас…, - понимая, что выставляет себя полным болваном, Клаус постарался взять себя в руки. Подойдя еще ближе, он с дрожащими руками убрал остатки волос и наконец нашел, где костюм действительно зацепился за язычок замка. Он легким движением освободил ткань костюма, и продолжил завороженно смотреть на идеальную, фарфоровую кожу стоящей перед ним девушки. - Клаус, у тебя получилось? - Еще не совсем, - прошептал Майклсон, закрыв глаза. Взяв в себя в руки, он последний раз взглянул на цепочку, убедился, что все в порядке и в этот миг его взгляд упал на молнию костюма Кэролайн. Его руки действовали быстрее, чем мозг успевал обрабатывать информацию. Положив одну руку на плечо Кэролайн, второй он взял язычок молнии и стал медленно опускать его вниз, словно маньяк, наблюдая, как расходятся половинки черного костюма, обнажая белоснежную кожу девушки. - Клаус? – он услышал в ее голосе еле уловимую дрожь. - Кэролайн, пожалуйста, просто помолчи. Она сама не знала, почему подчинилась этому умоляющему требованию. Да-да, именно умоляющему требованию! Она даже представить не могла, что можно совместить две столь диссонирующие интонации вместе. Кэролайн закрыла глаза, и полностью отдалась ощущениям. Медленное движение молнии вдоль позвоночника вызывало дрожь по всему телу. Клаус даже не касался ее. Но от осознания того, что он делает, от осознания того, что он может сделать…. Кэролайн нервно сглотнула, когда почувствовала, что молния дошла до своего основания в районе поясницы. Она слышала и чувствовала, как тяжело дышит Клаус. Освобожденную от костюма кожу, всякий раз обдавало его горячим дыханием. В следующий миг она почувствовала, как медленно и осторожно его пальцы расстегивают замок верхней части ее бикини. В ту секунду, когда его пальцы коснулись оголенной, словно провода, кожи и заскользили вверх к плечам, ее тело сотрясло чувственной дрожью. Она не посмела произнести ни звука, когда он уверенно опустил с плеч костюм до талии, и осторожно снял через голову верх бикини. Кэролайн ахнула, когда ее освобожденных сосков коснулся легкий ветер. Чувствительность ее кожи достигла состояния, когда даже легкий ветерок способен вызвать фейрверк ощущений. Словно на контрасте с невесомым касанием ветра, тяжелые мужские руки легли ей на плечи, и сперва легкими, а потом чуть более интенсивными движениями стали разминать зажатые мышцы. Его умелые пальцы мягко проминали шейные позвонки, растирая окружающую плоть, и Кэролайн чувствовала, как ее тело сдается перед его мастерством, и начинает расслабляться. - Вот так, милая, расслабься, - его шепот на ушко, заставил ее колени подогнуться. Кэролайн казалось, что еще немного и она замурлыкает, как кошка. Руки Клауса скользнули по плечам, и вдоль ее рук вниз, продолжая мягко разминать их, в то время как он носом уткнулся ей за ушком, а его губы мягко скользили поцелуями по шее. Проработав руки до кистей, он положил свои ладони поверх ее рук, и переплел их пальцы. Находясь в неком трансе, Кэролайн почувствовала, как Клаус медленно поднимает их руки вверх, кусая за мочку ее ухо, и шепчет, - Милая, наклонись немного. Кэролайн, все так же не открывая глаз, послушно подалась чуть вперед, и почувствовала, что ее ладони ложатся на гладкую поверхность грота. Убедившись, что ее руки зафиксированы на стене, его пальцы выпутываются, и медленно скользят по внутренней стороне ее поднятых рук. Дразнящие, скользящие движения по обостренной, чувствительной коже вызывают очередную волну дрожжи, и срывают дыхание. К тому моменту, когда его пальцы опускаются до уровня груди, ее бьет непрекращающаяся дрожь. И она замирает лишь на мгновение, чувствуя паузу, которую он взял. Она до боли закусывает губу, чтобы не взвыть от отчаянья, в ожидании, когда его пальцы коснуться ее жаждущей плоти. И когда его руки ложатся на ее груди, ей не удается удержать всхлипывания. - Тшшш, - шепчет Клаус ей на ушко, и перекатывая в ладонях ее тяжелые, совершенные груди, одновременно зажимает между большими и указательными пальцами истомленные ожиданием соски. От остроты ощущений Кэролайн пронзает молния. - Боже, как я соскучился ощущению твоей груди в моих руках. Его стон заставляет Кэролайн невольно податься бедрами назад, чтобы достичь максимального соприкосновения их тел. И когда ее попка сталкивается с его пахом, она чувствует жесткость и силу его желания. Кэролайн готова потерять остатки контроля…. Эта мысль заставляет ее потрясенно замереть. Она понимает, что еще чуть-чуть и снова поддастся его очарованию, его магнетизму, снова уступит, и позволит относиться к себе как к девушке на одну ночь. Ее руки медленно соскальзывают со стены, и она, выпрямляясь, поворачивается к нему лицом. Они встречаются взглядами. Его ошеломленный, словно пришедший в себя ото сна, и ее обиженный, с горечью и болью. Ее руки смущенно прикрывают обнаженную грудь, и она, не мешкая, убегает наверх, оставив Клауса стоять в тени грота в попытке понять, что только что произошло. Черт! Черт! Черт! Он все испортил! Какого дьявола он не может держать себя в руках рядом с Кэролайн. Он же уже сказал себе, что не имеет права находиться с ней рядом! Что должен оставить ее, ради ее же благополучия! К тому же, судя по ее реакции, она и сама не жаждет кинуться в его объятья. Хотя в начале…. То, как она дрожала в его руках, как реагировала на каждое его касания, как ее тело беспрекословно подчинялось ему. И те пара бесподобных «ах», которые ему удалось вырвать из нее…. Господи, он все оставшиеся дни должен будет провести в душе, потому что не перестанет думать о ней, о ее коже, о ее шее, о ее губах. Это было форменное сумасшествие! Ему надо было любой ценой выбраться отсюда. Клаус понимал, что это безумие, и что глупо надеяться, но он должен был попробовать освободить и себя и ее. Плюнув на все, он устремился к морю. Ступени под ногами исчезали незаметно взгляду. Порадовавшись, что еще в костюме, Клаус разбежался, кинулся в море и поплыл к ближайшему, виднеющемуся острову. Кэролайн только закончила вымывать песок из волос в душе при своей спальне, когда услышала голос Ниньи. - Мисси, мисси! - Нинья, заходи! – Кэролайн не хотела отрываться от расчесывания волос, потому что боялась, что они успеют высохнуть прямо так и тогда их уже не рассчесать. - Мисси! Ланч готов, – появилась пожилая индианка. - Нинья, пожалуйста, пригласи нашего гостя к столу. Я сейчас появлюсь. - Простите, мисси, но гость уплыл. Кэролайн растеряно повернулась, но тут же успокоилась, скорее всего это недостаток английского Ниньи. - Что значит уплыл? Куда уплыл? - В море уплыл, как купаться, мисси. Один. Совсем один, - пожала плечами Нинья. - Нинья, где бинокль Деймона? Домработница покачала головой, ушла за биноклем. Пока ее не было, Кэролайн судорожно натягивала шорти-костюм. Выхватив у подошедшей Ниньи бинокль, она бросилась обследовать морскую гладь, чтобы найти Клауса. К своему ужасу, она обнаружила, что он действительно плывет от острова по направлению к ближайшему видному клочку земли. Кэролайн точно знала, до него сорок километров и это действительно необитаемый вулкан. - Идиот! – злобно прошипела Кэр, и бросилась в гостиную. - Нинья, где ключи от берегового домика? - Где и всегда, мисси, - проворчала женщина. Похоже, ее совершенно не радовало, что молодая хозяйка собирается мчаться, и спасать своего гостя. - Нинья, в чем дело? Ты хочешь, чтобы Клаус утонул? - удивилась Кэролайн. - Ему тут не место, - проворчала Нинья, - мастер Деймон должен быть с моей мисси. А чужак пришел, взял его одежду, взял его ласты, и хочет отнять еще и девушку. - Нинья! Ты же знаешь, что для Деймон для меня как брат! Мы никогда не будем вместе. - Мастер Деймон добрый, мастер Деймон заботиться о моей мисси. Мы любим мастера Деймона. - Нинья, извини, мы договорим потом, но ради бога выкини из головы весь этот бред о Деймоне. Мы любим друг друга только как брат и сестра. Кэролайн поставила точку и побежала вниз по ступеням. Добравшись до берега, она прошла до берегового домика и быстро открыла его. Там как всегда был идеальный порядок. Найдя оба подводных буксировщика, и убедившись, что они заряжены, она надела коралловые тапки взяла два пони-баллона с вмонтированным регулятором, маски дотащила все до берега, и закрепив второй комплект к ремню с грузами, рванула к воде. Она понимала, что с буксировщиком догонит Клауса быстро, но боялась потерять ориентир. Пришлось возвращаться в хранилище, чтобы найти свой дайверский компас. Выверив направление для поиска и возвращения, она погрузилась, запустила скутер, и понеслась. Если она правильно рассчитала, то должна была догнать Клаус минут через семь. Впрочем, расстояние на воде, да тем более, сверху обманчиво. Когда по ее расчётам беглец должен был быть рядом, она вынырнула на поверхность, и огляделась. Сперва Кэролайн жутко испугалась, что опоздала, но потом увидела, что Клаус попал в течение, и его сносит с заданной траектории. Течение это было печально. При течении скутер надолго может не хватить. Направившись в его сторону, Кэролайн облегченно вздохнула, она двигалась по течению. Достигнув Клауса, она снова вынырнула на поверхность. - Клаус Майклсон! Какого черта ты устроил заплыв? Услышав голос Кэролайн, Клаус изумленно остановился. - Кэр, что ты тут делаешь? - Тебя придурка спасаю! Ты куда собрался? - Я подумал, что не хочу мешать тебе и решил доплыть до ближайшего острова. - Как ты думаешь, сколько ты можешь проплыть? – возмущенно фыркнула Кэролайн, тратя массу сил, чтобы удержаться на воде со всеми ее грузами и без жилета- компенсатора и неопренового костюма. - Мой рекорд двадцать семь километров, - злобно бросил Клаус. - Ну, поздравляю, ты как раз пятнадцать километров не доплывешь. Впрочем, если даже доплывешь, то там и подохнешь. Потому что выбранный тобою остров кусок голой лавы, без единого деревца, кустика и человека. Идиот! Ты хотя бы спросил, прежде чем бросаться плыть! Хорошо, что Нинья тебя увидела, и сказала, что ты уплыл. Хватит валять дурака, мы возвращаемся! - Я не вернусь, - мрачно покачал головой Клаус. – Напрасно ты за мной бросилась. Кэролайн была на грани срыва! Она ненавидела мачизм во всех его проявлениях. Ей вполне хватало его на работе, чтобы сталкиваться с этим еще на отдыхе. - Клаус, это глупо! Хватит валять дурака. Если тебе так хочется потрогать меня за грудь, пожалуйста, как только вернемся, потрогаешь. Только не надо топиться! У тебя, между прочим, дочь! - Почему ты так мало в меня веришь? Я не собираюсь топиться! - Клаус, тебя уже снесло течением, и не факт, что ты из него выплывешь! Включи мозги и перестань думать членом! - А ты перестань быть святой Терезой, я не просил тебя, меня спасать. - Клаус, что ты от меня хочешь? Хочешь, чтобы я позволила тебе меня в очередной раз трахнуть и бросить, пожалуйста! Хочешь, чтобы я стала твоей подстилкой на уикенд? За ради бога! Хочешь не видеть меня и не слышать, - нет проблем, перебирайся на половину Деймона пока не приедет катер. Я не могу вывезти тебя отсюда раньше! Еще раз повторяю, я сделаю все, как ты захочешь, только вернись, пока не поздно. Клаус смотрел на ее сверкающие гневом глаза, и думал только о том, как бы он хотел запечатлеть ее вот такой. - Милая, я…. – Он понял, что не хочет с ней спорить, не хочет с ней сражаться, не хочет заставлять ее переживать за него. - Давай вернемся, все в порядке, я просто погорячился. Кэролайн закрыла глаза, и выдохнула с облегчением. Отстегнув сначала маску, затем пони-баллон, она помогла Клаусу их надеть и закрепить. - Ты когда-нибудь плавал с буксировщиком? - Нет, - покачал головой Клаус. - Я отдам тебе один груз. Тебе придется поднырнуть метра на два на три, чтобы сопротивляемость волн не снижала скорость. К счастью вода как зеркало. Нам сейчас самое важное соскочить с течения. Буксировщики довольно мощные, но и течение сильное, если мы в нем застрянем надолго, потеряем много энергии. Я не ты, по двадцать километров не проплываю. Так что держись строго за мной. Пойдем по компасу, поэтому не отклоняйся. Все понятно? - Да, мэм, - расплылся в улыбке Клаус. Ее директорский тон был что-то умопомрачительное. Здесь в океане, вдали от берега, с маской на лбу, ему все равно казалось, что она в строгом деловом костюме и на шпильках. Господи, он действительно болен ею. Пока он упивался ее командными нотками, Кэр отстегнула второй скутер, выставила на нем положительную плавучесть и начала показывать, как им управлять. Благо кнопок было всего две. - Клаус, ты готов? - Да, милая. - Тогда пошли домой. Нинья нас убьет за остывший ланч. Кэтрин устало потянулась и нажала на кнопку табло «проходите» для следующей пациентки. Взглянув на запись в компьютере, она поморщилась, к ней направлялась некая Эсмеральда Сантана, а испанский у Кэтрин был не очень. Дверь открылась и в кабинет робко вошла голубоглазая блондинка. - Здравствуйте, вы Кэтрин Пирс? - Да, присаживайтесь, - тяжело вздохнув, откликнулась Кэтрин. Она смотрела на посетительницу, и невольно улыбалась. - С чем пожаловали, мисс Сантана? - Я бы хотела пройти обследование. Мой доктор уехала, и мне порекомендовала вас одна знакомая. - Да, и кто же, если не секрет? – усмехнулась Кэтрин. - Э…. Бонни. Бонни Беннет. - Да, понятно. - Мне сразу раздеваться и на кресло, или вы сперва заведете карту? – поведение девушки выдавало ее с головой. Она не могла оторвать от Кэтрин глаз, и при этом жутко нервничала. - Ребекка, вы действительно хотите начать со мной знакомство с того, чтобы я заглянула вам во влагалище? – не удержалась Кэтрин. Бекка смущенно опустила глаза, и покраснела. - Прости, Катерина. Я знаю, Элайджа предупредил меня, что ты не хочешь нас знать, но, пожалуйста, может, ты найдешь возможность выпить со мной чашку кофе и просто познакомиться? Мы же могли случайно встретиться в жизни и подружиться, без оглядки на наше прошлое. - Ну, это вряд ли, судя по тому, какого мнения вы придерживаетесь о моей подруге. - Дьявол! У меня язык без костей! Никогда не думаю, что говорю! Я правда не хотела сказать ничего оскорбительного. Скорее наоборот, для меня образ такой сильной, жесткой женщины, какой представляют мисс Форбс, является примером для подражания. Я просто чрезмерно груба и дурно воспитана. Кэтрин ухмыльнулась. Она не знала чем, но ей уже жутко нравилась эта взбалмошная блондинка. - Ну, так как ты предусмотрительно записалась на самое позднее время, и похоже, так просто, как от твоего брата от тебя не отделаться…. Думаю, мы могли бы выпить чашку кофе в баре напротив. Ребекка расплылась в счастливой улыбке. Когда через пять минут они зашли в бар в здании напротив, бармен, завидев Кэтрин, радостно засиял – доктор Пирс! Проходите, ваше любимое место, как всегда свободно для вас! Убрав табличку «занято» со столика в углу, он заискивающе склонился. Девушки не успели сесть, как он поинтересовался, чего изволят прекрасные дамы. - По кофе? – робко поинтересовалсь Бекка, мечтая о чем-нибудь более крепком. - По кофе, - кивнула Кэтрин. - Вам как всегда, доктор Пирс, спецзаказ? - Да, Паоло, будь любезен. - А вам, прекрасная незнакомка? - смазливый латинос улыбался Ребекке во все тридцать два зуба. - Мне тоже, что и Катерине, - чувствуя себя неловко, пожала плечами Бекка. Паоло сверкнул улыбкой, и исчез. - Я знаю, для вас это сложно, но попробуй называть меня Кэтрин. – сдерживая эмоции процедила Кэтрин. - Прости! – вспыхнула Ребекка, - на самом деле для меня это будет не сложно. Я двадцать лет вынашивала план, как увековечить твое имя. Мой бутик в Париже называется «модные штучки от Кэтрин Пирс». Ты и в детстве требовала, чтобы я называла тебя Кэтрин. Так что, все в порядке. Надо просто привыкнуть. – Осознав, что болтает без остановки, Ребекка, потупила взор, - как ты меня узнала? Кэтрин хмыкнула, - Ну, для начала пациентки не смотрят на меня влюбленными глазами, во вторых Ребекка прости, но из тебя Эсмеральда Сантана, как из меня Свангильда Ларсон. Ну и в-третьих, после визита твоего брата, я не удержалась и залезла в интернет, посмотреть на вас. Появившийся Паоло поставил две кружки ирландского кофе, только вместо сливок сверху горело что-то спиртное, а сливки стояли в пиале рядом. - Хорошо вечера, дамы. Паоло будет приглядывать за вами. Кэтрин взяла со стола подстаканник, и накрыла стакан, чтобы загасить огонь. Ребекка последовала ее примеру. Сделав глоток через трубочку, она чуть не задохнулась от количества горячего, крепкого спиртного в кофе. Закрыв глаза, чтобы справиться с проступившими слезами, Бекка кивнула. - Слава Богу, ты не изменилась, Кэтрин Пирс! Кэтрин усмехнулась, - Не радуйся раньше времени, ты меня плохо знаешь. - Девушки, к вам можно? - Жалобный голос Кола Майклсона заставил их поднять головы. - Элайджа тоже скоро явится? - начиная закипать, поинтересовалась Кэтрин. - Кол, прилипчивая задница! – взорвалась Бекка, - неужели я не могу на прием к гинекологу сходить без того, чтобы ты сунул в это свой длинный нос! - Нос у меня вполне нормальный, и я тоже хочу познакомиться с нашей Кэт заново. Почему всем можно, а мне нельзя? Я между прочим с Кэт раньше всех задружился! - Кэтрин с усмешкой наблюдала, как дуется Кол. Бонни была права, он взрослый ребенок. - Раньше всех, ты еще скажи, что ты ей ближе всех был. - Зачем же я буду врать? Ближе всех ей был Элайджа. – усмехнулся Кол, хитро поглядывая на Кэтрин. - Можете не стараться, - равнодушно покачала головой Кэтрин, - я не считаю себя Катериной Петровой, поэтому меня вряд ли можно смутить рассказами о ее непристойном поведении. - Тогда я думаю самое время напоить тебя, чтобы потом было чем смущать, - радостно ухмыльнулся Кол. Кэролайн рухнула на песок. Ее руки дрожали от усталости. Она знала, что не было никакой необходимости так судорожно сжимать ручки скутера, но ей никогда не удавалось расслабиться, когда у нее в руках бушевала такая сил. А может все было в том, что она могла облегченно выдохнуть. Что Клаус не утонул, и теперь можно расслабиться. Клаус упал на песок рядом с ней. И подумал, что они здесь лежат в таком положении уже второй раз за день. Он не успел опомниться, как Кэролайн оседлала его и начала со всей силы бить кулачками в грудь. - Больше никогда, никогда так не делай, придурок чертов! Дав ей в волю поколотить себя, Клаус увидел, что у девушки заканчиваются силы, и дабы она совсем себя не истощила, он обхватил ее кисти, скрестил между собой и прижал к своей груди. - Тихо, тихо, я все понял. Я больше не буду пытаться бежать. Кэролайн обессиленно рухнула ему на грудь и заплакала. - Тише, любовь моя. Тише. Я никуда не убегу. Я никак не ожидал, что ты кинешься за мной в воду. - Ты хотел умереть? – всхлипывая поинтересовалась Кэролайн. - Нет, чтобы ты себе не придумала, я в состоянии о себе позаботиться. И действительно очень хорошо плаваю. В студенческие времена я по пьяни на спор переплыл Ла Манш. Благо, это никто не зафиксировал. А сейчас я в значительно лучшей форме. Я просто хотел избавить тебя от своего присутствия. - Почему? – ее пальчики выводили узоры на его свободной от ее головы части груди. - Потому, что боюсь причинить тебе боль. И не смотря на это все равно причиняю. Посмотри на себя! Три недели назад у тебя был инфаркт. Три недели назад тебе делали операцию на мозге. А из-за меня ты была вынуждена нервничать, переживать, да еще бросаться меня спасать. Ты должна мне обещать, что будешь относится к себе бережнее. А если бы у тебя вскрылась черепная коробка? - Господи, ты думаешь, мне пилили черепную коробку? - Нет? - Нет! Мне делали эндоскопическую операцию через носовые отверстия! Никто мне череп не пилил! - Кол сказал, что у тебя была голова перемотана. - Я стукнулась в ванной комнате, потеряв сознание, - хихикнула Кэролайн. – И я себя берегу. Мне пришлось сюда плыть на лайнере несколько суток, вместо того, чтобы за один день долететь на самолете. Но Бонни сказала нельзя, и я послушно выполняю все рекомендации. Клаус лежал тихо, боясь спугнуть установившийся, хрупкий мир. - Что будем делать дальше? – тихо прошептала Кэролайн, видимо тоже боясь, нарушить перемирие. - Пойдем съедим ланч Ниньи? - Ты уверен? Может сначала дать тебе подержаться за грудь, чтобы не сбежал, - хихикая спросила Кэр. - Ваш гость не младенец, мисси – раздался строгий голос Ниньи, стоявшей над их головами, - обойдется без сиськи. А вот если вы не опресните оборудование мастера Деймона, вам придется за это отвечать.