Ночь на острове

Прошло 3 дня. Помолвка проходила в доме Лори. Саму Лори новость о помолвке удивила, но что-либо сделать она не могла. Хотя пыталась вразумить Чики и Чжинхона, что это спонтанное решение ни к чему хорошему не приведет. Но те были непреклонны. До торжества оставалось еще несколько часов. Поэтому Чжинхон решил поговорить с Кису, что того удивило. Они стояли в кабинете и молча изучали друг друга. А затем Кису спросил: - Что ты хотел? - Для начала посмотреть, что же в тебе такого нашла Чики. - А она тут причем? Ведь сегодня ваша помолвка. - Да, помолвка. Но все же… - Послушай, сейчас между нами ничего нет, если ты беспокоишься об этом. - А раньше значит было? Чжинхон так на него посмотрел, что Кису стало немного не по себе. - Слушай, то что было, то осталось в прошлом. Все было лишь ошибкой. Сейчас она твоя. - Ошибкой значит. Это твои слова или ее? - Какое это сейчас имеет значение? - Самое прямое. Ваша ошибка, как вы ее называете, переросла в еще одну ошибку! - Что ты имеешь ввиду? - Кису… Чики беременна. - Беременна? - Да. - Что ж поздравляю. Рад за вас. - Кису! Она от тебя беременна! - Не может быть... - Может... Только скажи еще что-то подобное и я тебя точно стукну. Кису был удивлен, но в то же время огорчен, что она не сказала ему сама об этом. - И что теперь? - Да признайся ей уже. Она тебя любит, хотя и скрывает это. Она ради тебя даже пожертвовала собой и согласилась на этот брак. - А как же ты? - А что я? Я признаю поражение. Хотя мне она нравится до сих пор, но она выбрала тебя. И теперь, я уже не вправе вмешиваться в ваши отношения. Просто будьте счастливы. И Чжинхон молча вышел из кабинета, но услышал последние слова Кису: - Спасибо Чжинхон. Кису не успел еще толком прийти в себя, как дверь в кабинет открылась и вошла Чики со словами: - Чжинхон, Лори сказала, что ты хотел поговорить. Но она замерла, едва войдя: - Кису? - Чики. - Что ты здесь делаешь? Где Чжинхон? - Здесь только я. Может поговорим? - Ладно. Кису пристально изучал ее, пока та в недоумении стояла пред ним. - Кису, говори уже, о чем хотел поговорить. У меня помолвка сегодня. - Помолвка значит. А больше ничего ты не хочешь мне сказать? - О чем? Кису медленно стал приближаться к ней, говоря: - К примеру о том, что ты носишь под сердцем… Она уже вжалась в стену, а Кису продолжил: - …моего ребенка. На глаза Чики тут же навернулись слезы. - Как ты узнал? - Чжинхон сказал. Но почему ты промолчала? - Мне пришлось молчать ради тебя же. - Но я имел право знать. - И какой толк? Все равно между нами ничего нет. - Послушай, это ты назвала нашу ночь ошибкой, не я. - А разве это не так? - Не так. Когда я писал те строки, я думал, что ты чувствуешь себя использованной. И решил хотя б попросить прощения. Но ты назвала все ошибкой. Знаешь каково мне было читать это слово «ошибкой»? Ты буквально назвала меня самого «ошибкой». А я хотел пригласить тебя на обед, чтобы все объяснить. Но ты... - Прости Кису… Прости. - Теперь ты просишь прощения. - А что еще мне у тебя просить, любви? Ее ведь нет. - Почему ты такая глупенькая у меня? А? Ты думаешь, что я бы переспал бы с тобой, если б ничего к тебе не чувствовал? Думаешь, стал бы я просить прощения, думаю о твоих чувствах, ничего к тебе не испытывая? Ты правда так думаешь? Чики не знала, что и сказать, она была слишком взволнованна сказанным Кису. И в ответ лишь отрицательно помотала головой, а тот продолжил: - Я тебе говорил ранее, что после случая в прошлом, я никого к себе не подпускал, кроме тебя. Признаю, поначалу я боялся вновь окунуться в водоворот чувств. Я видел, как ты на меня смотришь, поэтому игнорировал тебя как мог. Но на том острове, оставшись один на один с тобой, я решил попробовать. И пусть частично там сыграли мужские инстинкты, но все произошедшее между нами, дало толчок давно зародившимся чувствам. И это не было ошибкой. - Кису… - Хоть сейчас пойми, что я тоже люблю тебя. Чики уже не сдерживала слез и, нервно кусая нижнюю губу, хотела ответить, но Кису поцеловал ее. После медленно отстраняясь от ее губ, он посмотрел в ее заплаканные глаза. А по щекам до сих пор текли слезы, которые он убрал пальцами. Она дрожа сказала: - Я люблю тебя. Он прошептал ей в губы: - Я знаю. И вновь поцеловал. Не прекращая поцелуя, он прижал Чики к стене, ища одной рукой дверной замок, чтобы запереть дверь. Язык Кису властно врывался в рот Чики, играя с ее языком. Его руки уже поднимали подол ее платья, ища ее трусики, которые вскоре он снял. Продолжая ее целовать, Кису расстегнул свои брюки и вместе с боксерами спустил вниз. Прерывая поцелуй, он сказал: - Я же говорил, что в следующий раз не ограничусь поцелуем. И приподняв ее за бедра он резко вошел. Чики вскрикнула, обвивая его талию ногами, прижимая к себе. Кису медленно, но в тоже время глубоко толкался в нее, вырывая из уст Чики стоны. И вскоре, не выходя, понес ее на диван. Где продолжил уже вдалбливать ее в этот диван. Его толчки становились резче и грубее, и каждый крик из уст Чики, он заглушал своими губами. Чувствуя, как она начинает его сжимать, он ускорился, доводя обоих до пика наслаждения. С последним толчком она выкрикнула его имя, который он тоже заглушил поцелуем, кончая в нее. Еще немного полежав в объятиях друг друга, они встали и поправив одежду, вышли из кабинета. Едва выйдя, они столкнулись с Чжинхоном и Лори. - И давно вы тут стоите? - Минут пять. - Мы вас уже заждались. Чики обратилась к Чжинхону: - Чжинхон, стой. Прости. - Да пустяки. Переживу. Главное, что ты теперь счастлива. И они в четверым пошли в зал, где спустя несколько минут Кису и Чики были уже помолвлены. А спустя месяц, уже стоя друг напротив друга, Кису и Чики давали клятвы. За ними пристально наблюдал Чжинхон и тяжко вздыхал, говоря стоящей рядом Лори: - Эх, на том месте мог быть я. - Не мог. И ты это знаешь. - Знаю. - Послушай, ты поступил правильно. Рассказав мне в тот вечер правду о вашей помолвке. - Спасибо, что поняла и помогла. - Иначе я не могла. Они так долго шли к этому, что теперь стоя здесь, даже не верится, что наконец-то они вместе. И они молча продолжили смотреть на молодоженов, которые к этому моменту уже скрепляли свой брак поцелуем.