"Не пидор"

      Первую неделю всё было прекрасно.       Алекс переехал к Джастину. Блондин, конечно, контактировал с Клэем, но даже без официального расставания оба понимали, что всё кончено. Дженсен проводил время в компании Тони, а Стенделл, когда его настоящий объект обожания уходил на работу, наяривал на его фото, что ещё год назад сделал сам и не удалял, даже не задумывался, пялясь каждый вечер на эти идеальные очертания лица и завораживающие зеленые глаза, которые, казалось бы, никогда не будут смотреть с такой заботой и… любовью (?) на этого немощного светловолосого парнишку. Приятнее было бы, если бы Стенделл узнал, что теперь не только его ноги подкашиваются от любимой улыбки. Итак, да, парни съехались.       Так называемое новоселье, радость, горящие глазки, пивко и совместный просмотр «Пиратов Карибского моря». Джастин пододвигается чуть ближе, надеясь, что Алекс не почувствует, как диван слегка проваливается под весом этого накаченного парня (он всё ещё занимается баскетболом?), однако пятая точка голубоглазого подмечает, что к нему, точно к добыче, приближается хищник. Второй день их отношений. Всё невообразимо идеально. Джас, будучи уверенным в своей победе над диваном, наклоняется, чтобы взять со стола бутылку пива, и будто специально задевает колено Алекса своим, начиная тереться. Далее имитация, типа, Фоули упал, а он всего-навсего захотел положить свою свободную руку на темные утягивающие до невозможности (что, кстати, возбуждало мистера «Я не пидор») джинсы, медленно провести до бедер, еле закрадываясь под футболку, дабы ощутить тепло белобрысого и понять, что их разделяет лишь 2 слоя одежды. Только 2 слоя. Фоули не обращает внимание на свои мысли, пытается игнорировать их. Алекс поворачивается лицом к своему парню и мило, так невинно улыбается, словно давая разрешение, и пододвигается ближе, кладя свою светлую макушку тому на плечо, получая от Джастина мгновенный короткий поцелуй в нее.       Утро третьего дня. Воскресенье, поэтому Алекс сквозь сон может расслышать, как с кухни доносятся звуки музыки. Не успокаивающей, наоборот кажется, что Джастин просто пытается разбудить этого соню, и это у него получается. Алекс стонет, словно пытается тем самым показать, что не хочет просыпаться так рано. Вообще-то, когда Стенделл, наконец, открывает глаза и, взяв с прикроватной тумбы телефон, смотрит время, на часах виднеются цифры «10:14». Ну, учитывая то, что раньше 2х он обычно не просыпался, то это просто пытка. Нехотя он стаскивает с себя одеяло, усаживается на кровать, потирая сонные глазки, тем самым пытаясь проснуться. Не до конца проснувшийся белобрысик направляется на кухню, но останавливается у самых дверей, заметив, как энергично пляшет его парень под звуки, видимо, своей любимой музыки. Его задница в такт дергается, кажется, он прекрасный танцор, но Алекс думает вовсе не об этом, а о том, как возбуждающе выглядит чья-то пятая точка в новеньких джинсах, что определенно идут обладателю растрепанных каштановых волос. Стенделл тихо, как мышка, на носочках прокрадывается в комнату и сзади приобнимает другого парня за талию, чувствуя, как тот дергается от неожиданности. Фоули поворачивается голову назад и чмокает того в уголок губ, слабо улыбаясь. Алекс припадает к его уху и шепчет мягким, приятным голосом «Доброе утро», трясь своей промежностью о чужую ногу, заставляя по накаченному телу пробежаться рою мурашек. Только теперь, отстранившись, его мысли переключаются на запах лучшей в мире яичницы с беконом. Почему лучшей? Думаю, тут ответ очевиден — всё кажется лучше, если это от лица твоей любви. Такой, казалось бы, нежной и невинной, но если бы парни узнали о том, что уже втайне хотят трахнуть друг друга, но в силу застенчивости Алекса и неопытности Джастина не подают вида, надеясь, что другой сделает первый шаг первее. Как телки, ей богу. Стэнделл усаживается на стул, неотрывно глядя на задницу Джастина, чувствуя, как в штанах постепенно перестает хватать места. Он жмется, до боли закусывает губу, чтобы как-то отвлечься, ведь отвести взгляд не в силах. Фоули поворачивается к нему и, улыбаясь, подходит к нему с его порцией замечательного завтрака. — Спасибо, — выдавливает из себя Алекс, почувствовав, что ему прямо сейчас надо закурить, а то стояк иначе будет не скрыть. Из кармана парень достает слегка помятую пачку сигарет, пока Джас отвернулся, чтобы взять свою тарелку, и вытаскивает одну сигарету с зажигалкой. Вставляет между губ средство собственного медленного убийства, чиркает зажигалкой, преподносит пламя к сигарете и закуривается, делая впервые в своей жизни курильщика слабую и короткую затяжку. Обернувшись на непонятный шум, Джастин хмурится, замечая, что этот светловолосый еблан удумал.       Срывается с места прямо с тарелкой, ставит ее так резко, что некоторые кусочки бекона падают на пол. — Бля, Алекс, — сигарета выхватывается из губ. Стэнделл непонимающе смотрит в зеленые глаза. Хочется возразить, но обладатель этих шикарных глаз смотрит с таким доминирующим выражением лица, что Алекс, который только открыл рот, тут же его закрывает. — Ты не будешь у меня курить. Понял? — Но… — у Алекса не находится аргумента против, но Фоули всё же решает его сам добить: — А то я тебя отшлепаю. — Чего? — усмехается светловолосый, не веря своим ушам. Да ну, не мог такое сказать сам Джастин Фоули. Он не такой… или…Что ж ты такой сложный-то, а? — Не зли меня и ешь. — Я не хочу, — корчит из себя обидевшегося ребенка, которому не купили любимую игрушку. — Алекс, — Джастин присаживается на колени возле Стэнделла и берет его руки в свои, делясь теплом, — я хочу как лучше, поэтому… — он берет вилку с кусочком яичницы и подносит к алым губам голубоглазого, — ешь.       В этом «поединке» его одолели. Приняв поражение, он нешироко открывает рот, проглатывая еду. — И так худой же, — привстает Джас, усаживаясь на место напротив. — Ты так резко изменился, — неожиданно подает голос белобрысый. — В плане? — с неподдельным интересом смотрят на него зеленые глаза. — Тебе вдруг стало не всё равно на меня, — Алекс опускает глаза в пол, разглядывая свои износившиеся носки. — Мне никогда не было всё равно на тебя, — серьезно отвечает Джастин, принимаясь за еду и загнав Стэнделла в ступор такими словами. Не было всё равно на тебя… не было всё равно… на тебя.       Полдень.Джас без стука врывается в комнату Алекса. Хотя, учитывая, что это его дом, такое дозволено, однако Стэнделл это не признает: — Ты чо бля? — Мы идем бегать! — Что? — Мы. Идем. Бегать, — повторяет Фоули, думая, что его всего-навсего не расслышали. — Нет, я понял, но нахуя? — Сделаю из тебя спортсмена. И курить ты у меня бросишь. — Я не хочу, — Алекс переводит взгляд на телефон, в котором читал скаченную на днях книжку. — Я не спрашивал, хочешь ты или нет. Я сказал «идем», значит идем. — Хули ты таким властным стал? — ответа не следует, Фоули хватает его за руку и, крепко сжимая ее, от чего Стэнделлу хочется вскрикнуть, однако потом он даже понимает, что ему это нравится, бежит к дверям.       На пол пути, нет, даже раньше, хотя, вообще когда пробегают одну улицу, ноги Стэнделла ноют, а в легких не хватает воздуха, чтобы бежать дальше. Парень останавливается, пытаясь отдышаться. Джастин, не слышав больше топота ножек за своей спиной тоже делает перерыв, подходя к Стэнделлу так близко, что когда голубые глаза поднимаются, выходит так, что член каштановолосого находится прямо напротив. Алекс сглатывает и выпрямляется. — Ты как? — с заботой спрашивает Джастин, который не то чтобы не устал, на нем не было ни капельки пота в отличии от насквозь промокшего Стэнделла. — Надо же было, блять, выбрать такой жаркий и душный день, — случайно вслух говорит Алекс. — О, так тебе жарко? — Джас странно улыбается. — Да. — Могу тебя охладить, — руки Фоули обхватывают худые, как и все тело, плечи светловолосого и валят его в пруд, что они пробегали. Алекс вопит от неожиданности, не комфортности в трусах от холодноватой воды и от такого предательства. Ах ты сука! Алекс выныривает и, вцепившись в павшего в ступор от такого поворота событий Фоули, валит его за собой в воду.       В голове Алекса возникает одна мысль. Он топит (в шутку, конечно) Джастина, а когда тот повторяет за Стэнделлом, они оказываются вместе под водой. Ностальгия у обоих, но в порыве чувств (в основном неприятных, ибо, ну кому понравится чувствовать в трусах холодок от воды?) они не могут вспомнить, откуда этот момент мог взяться. Алексом овладевает знакомое чувство и он прижимается к Джастину вплотную, пытаясь как можно больше оставаться с ним под водой, так как кажется, словно весь остальной мир пропал, проблемы ушли прочь. Они одни, как раньше. Друг напротив друга. Вдвоем, вместе. Алекс прижимается к слегка синеватым от странного освещения в воде губам, не желая отстраняться. Возможно, если бы они не находились в пруде, то могли растянуть это поцелуй на более продолжительное время, но в легких у каждого не хватает воздуха для продолжения. Парни всплывают и выбираются на берег. Алекс буквально грохается на задницу и внезапно ощущает что-то в задних карманах. — Нет, бля, пиздец, сука… — Поаккуратнее с языком, малыш, — Стэнделлу вовсе не до этих игр в сопливую парочку. Из заднего кармана выпадает телефон, видимо, больше не рабочий, так как после долгих попыток включить его в то время, как Джастин наслаждался согревающим солнышком, прикрыв глаза, ничего не происходило. — Ты должен мне новый телефон. — Что? — глаза сами собой разомкнулись и начали разглядывать сырой телефон. — Во бля, Алекс… прости. Я куплю… потом. — Что значит потом? Я с Тарой общаюсь по телефону! — С деньгами напряг, — стиснув зубы, отвечает Фоули. — Копишь на что-то? — Можно и так сказать, — без понятия почему, но Стэнделл чувствует, что ему пиздят, однако опрашивать сейчас он никого не будет — слишком поражен сломанным к ебеням телефону.       Последние 3 дня Джастин был какой-то нервный: когда ему звонили на телефон, становилось плевать, в каком положении сейчас лежат молодые люди, Фоули всегда соскакивал, как ужаленный, и мчался в туалет, дабы его не услышали, потому понять, о чем болтал парень Алекса, было трудно, а точнее невозможно. Самого Стэнделла это начинало напрягать, но он всячески, точно как и Джас, пытался скрыть свое беспокойство за улыбкой или ласками, однако, бля, это подбешивало. Тем более зеленоглазик стал задерживаться на работе, сидеть там допоздна, а на утро возвращаться и, как ни в чем не бывало, целовать в лоб спящего (вообще-то даже не спавшего, но отлично притворяющегося) Алекса и идти на кухню готовить завтрак. В голову закрадывались мысли, приносившие душевную боль. Может, я его обидел? Может, он мне изменяет, хотя даже недели не прошло с наших отношений? Но в один из этих дней, утром Алекс отсеял эти мысли, когда Джастин, который был в отличии от светловолосого чистолюбом, убираясь в квартире, нашёл запрятанные Стэнделлом презервативы и, подойдя к парню, игравшему в какую-то видеоигру, робко спросил, не хочет ли его парень попробовать.       Не то чтобы Алекс был против потрахаться с Фоули, но проблема в том, что голубые глаза не привыкли видеть Джастина таким… ну, больше, чем просто другом. Блять, да будем резкими в выражениях, он не привык видеть Джаса в роли гея. Серьезно. Меньше недели назад он ебал на своей кровати невесту.       Полдня парень провел в раздумиях. Да, он хотел Джастина. Очень-пиздец как сильно. Однако всё это казалось, словно Фоули делает это всё из жалости. А ещё Алекс постоянно вспоминал Джессику, и тут она вовремя пришла забрать вещи. Ещё с порога светловолосый почувствовал ужасное настроение Джесс, от которой несло алкоголем. Она его любила, от этого Алексу становилось как-то не по себе. Джастин ее использовал, дабы казаться натуралом. Так почему же эти алые губы и манящий язык не могут лгать и наивному белобрысому мальчишке? — Уже переехал к нему? — подала голос пьяная и озлобленная на весь мир Девис. — Да, — неуверенно сказал Алекс. Ему не очень хочется устраивать конфликт прямо сейчас. И так голова забита всякой дичью по поводу Джастина. — Зачем… — заплаканные глаза девушки встретились с голубыми, — зачем ты вернулся? — В смысле? Я не… он сам, — честно говоря, Стэнделл не понимает суть вопроса, да и ответить не может. — Заткнись, — перебила его Джесс. — Знаешь, — она садится на диван, на котором парни целовались каких-то пять часов назад перед тем, как Джас решил спросить о их сексе, — он тебя, кажется, давно, — тяжелый вздох, — любит. В школе… он постоянно убегал от меня к тебе. Не всегда, конечно. Я тогда не думала… не думала, что вы… — девушка закрыла лицо руками, послышались всхлипы. Алекс хотел подойти и поддержать, но Девис вновь заговорила. — Понимаешь, я люблю его и хочу, чтобы он был счастлив. И… если… если ты можешь дать ему то, что я не в силах, сделай это, — Джессика встает, вытирая слезы, и, взяв рюкзак, наполненный ее вещами, подходит к Стэнделлу. — Люби его, как никого никогда, — следует искренняя улыбка. Джесс думает, что их разговор окончен, но нет, пока что: — Уже, — Алекс улыбается в ответ, открывая дверь и выпуская девушку, в коих глазах разгорелся огонек от таких слов.       Теперь глупые мысли вообще улетучиваются. Алекс, не переставая улыбаться, садится на диван. Почему он не перестает улыбаться? — спросите вы. А потому, что в его голову пришла одна идея, а он как раз кстати готов к ее совершению.       Утром Джастин приходит чуть позже обычного и, рухнув в кровать, тут же засыпает. Алекс долго готовился, и вот, когда наступила суббота, он приводит свой план в действие, дождавшись, когда его парень выспится.       Он кладет важнейшую на сегодняшний день вещицу на прикроватную тумбу и, навалившись на Джастина, начинает теребить и щекотать его ушко, чтобы тот проснулся. Тот чувствует приятные прикосновения, но ему слишком лень открывать глаза, потому он выдавливает из себя слабую улыбку и ложится на спину, сбрасывая Алекса на другую сторону кровати, но мальчишка вновь вскакивает на зеленоглазого, начиная кончиками пальцем водить по его футболке. Алекс наклоняется и целует парня в губы, чуть оттягивая то верхнюю, то нижнюю губу, а потом бесцеремонно запускает свой язык в рот Джастина, начиная делать круговые движения. К удивлению, ещё не до конца проснувшийся Джас отвечает на поцелуй, начиная поглаживать шею светловолосого и зарываться в его поблескивающие на свету волосы рукой, слегка взъерошивая их. Фоули чувствует, как его парень улыбается в поцелуе. Как же ему нравятся эти ощущения, к которым он за такое короткое время успел привыкнуть. Это не то, что было с Джесс, не то, что было с другими девушками. Нечто другое. Голубоглазый закрывает глаза и закрадывается своими теплыми руками под чужую кофту и, нащупывая соски, начиная их массировать, от чего Джастин сдавленно постанывает, но не приостанавливает поцелуй, держась как 'мужик'. — Алекс? — обеспокоенно спрашивает Фоули, не понимая, что нашло на Алекса, который начинает расстегивать ширинку чужих джинс. — Тссс, — Стэнделл на секунду отвлекается и прислоняет палец к открывшимся губам другого парня, тем самым затыкая. — Расслабься, — Джас слушается и больше не спрашивает ничего, просто, открыв глаза, наблюдает за тем, как его парень стаскивает его джинсы до колен и начинает играть с резинкой трусов то оттягивая, то отпуская, от чего делает даже не больно, а приятно Джастину, который уже в предвкушении начинает кусать губы и чаще дышать. В его рту пересыхает, кажется, он даже перестает чувствовать язык, парень сглатывает.       Алекс, не разрывая зрительный контакт со своим молодым человеком, стаскивает и трусы, и перед его глазами открывается больших размеров член, от чего глаза Стэнделла округляются. В животе сводит. — Воу, — тихо проговаривает Алекс, но, когда его слегка отпустило, начинает языком проводить по всей длине. У Клэя научился, но это сейчас не столь важно. Голубоглазый, всё так же смотря в зеленые глаза, начинает касаться каждой пульсирующей венки, плавно переходя на головку и начиная ее посасывать, из-за чего другой парень, разрывая зрительный контакт, запрокидывает голову назад и со всей силы сжимает одеяла. Возбуждение каждого возрастает. Алекс, чувствуя, как пах Джастина, как и его, начинает подниматься, старательнее начинает посасывать головку и неожиданно легонько прикусывает, почему у Джастина и проходит волна наслаждения по всему телу. Стэнделл, видя, как кривляется в оргазме его половинка, вводит член полностью в рот и чувствует, как чужая рука то поглаживает, то больно сжимает его светлые волосы и начинает дальше насаживать на половой орган. Алекс давится, задыхается, но терпит, не переставая работать языком, делая ещё больше приятно Джастину, который уже стонет во всё горло. Алекс боится, что Джас может кончить от одного минета, потому, как только рука ослабляется, голубоглазый вытаскивает из своего рта член и начинает создавать дорожку поцелуев от соска и до бедер, нежно проводя руками по его рукам, пересчитывая каждое ребрышко и делая это заново, покрывая его шею поцелуями, пока не достигает запястий, которые мгновенно сжимает, заводя за каштанового цвета макушку Джастина. Он прикусывает кожу, слегка оттягивает ее, посасывает и целует, зная, потом на этом месте появится засос. Парень проделывает такое по всему телу, иногда шлепая по бедрам, тем самым ещё больше возбуждая свой предмет воздыхания, сжимает ягодицы и вновь возвращается к его уже не такой идеальной шее. Алекс словно художник, который пытается сделать чужое тело рукописным и ещё прекраснее, чем было. По ощущениям Джастина так и происходит: ему нравится чувствовать на своем теле эти влажные губы, чувствовать, как его кожу кусают, как быстрые руки проходят по всему телу, гладят его каштановые волосы в то время, как сам он теряется, путается, не знает, что ему предпринять. Ведь он раньше занимался этим только с девушками, а сейчас всё иначе. Никто не имеет возможности даже вздохнуть. Пульс учащается.       Знаете, Джастину осталось лишь размышлять. Размышлять о том, что он просрал год, что упустил возможность стать у Алекса первым, однако он помнит, что именно его губы были первыми для этих алых и невообразимо сочных. Хочется обнажить тело светловолосого поцелуями, но, когда Фоули пытается взять вверх, его со всей силы вдавливают в кровать, отрицательно качая головой. Бля, нет! Я же всегда был активом!       Через секунду от этой мимолетно проскочившей мысли хочется засмеяться, но это будет максимально глупо выглядеть, потому Джастину ничего не остается, кроме как до боли закусывать губу, чувствуя, как гладкая рука блондина, начиная надрачивать его член, заставляет тот окончательно подняться, почему у Алекса и появляется ухмылка на лице. Сегодня Алекс проведает все заветные места Джастина, да так, что тот пару дней будет с трудом сидеть. Так хотелось, так не терпелось, и вот, наконец, под ним лежит его первая и, пожалуй, единственная любовь, покусывая от удовольствия губы и тихо постанывая. Позволь мне перейти твои опасные зоны, Чтобы вызвать твои стоны, Так, чтоб забыл даже, кто ты.       В голове возникает именно эта песня. Алекс снова смотрит на зажмурившего глаза Джастина и, наклоняясь прямо перед его ухом, тихо шепчет: «Я люблю тебя.» и прикусывает мочку. Парень нещадно впивается в чужие губы, желая, чтобы тот попробовал на вкус его рот, но это лишь отвлекающий маневр, чтобы Алекс всунул в анальное отверстие сухой палец. Джастин стонет, дергается. — Блять! — вопит он, пытаясь захватить как можно больше воздуха. На глазах появляются слезы. — Не бойся, — говорит успокаивающим голосом Алекс. — Расслабься.       Джастин послушно расслабляет бедра. Стэнделл, достав палец, облизывает его, проходя потом языком и по другим, чтобы легче вошло. Он то знаток в этом деле в отличии от Джастина, который боится сделать вообще какое-либо движение. С тумбочки он берет лубрикант и вставляет в Джастина, выдавливая в него смазку.       Свободной рукой светловолосый берет с тумбы последнюю неиспользованную вещь — презерватив и, распечатав зубами, надевает на член. Фоули незнакомо чувство раскрытости, но он очень пытается удовлетворить Алекса, как может, и чувствует, как пальцы выходят из него, а у входа уже трется головка члена Стэнделла, который начинает аккуратно и медленно вводить половой орган, чувствуя, какие же внутренние стенки Джастина гладкие. Нет, Алекс не продержится долго. Светловолосый закатывает глаза, наслаждаясь тем, как протяжно стонет другой парень, когда в него проникает чужой член, входящий до конца.       По началу Стэнделл делал всё ужасно аккуратно, но теперь, когда Джас начал привыкать, он вытаскивает член и начинает быстро то вновь входить в чужое тело, то не менее быстро выходить. У Джастина мутнеет в глазах, он вот-вот кончит, как и Алекс, поэтому царапает чужую спину. Из Фоули давно уже вытекает смазка, попадая на кровать, однако все пытаются игнорировать этот факт. Сейчас слишком хорошо, зачем отвлекаться на это? Фоули выгибает спину так, что кажется, будто он сейчас же ее сломает.       Тело трясется, в глазах ещё больше темнеет. Алекс вытаскивает из Джаса член. Зеленоглазый успевает погладить по щеке своего парня прежде, чем кончить, почувствовав, как чужое семя оказывается у него на животе.       Стэнделл вяло падает на другую сторону кровати и закрывает глаза, погружаясь в темноту. Сердцебиение успокаивается, а в теле появляется странная легкость. — Я тоже тебя люблю, — бубнит Джастин, поворачиваясь к Алексу и кладя свою голову тому на грудь. Голубоглазый начинает крутить в пальцах каштановые волосы и поглаживать их, не скрывая улыбки.       Алекс слишком много думает. Теперь он не может определиться, спрашивать ли у Джастина, как ему хватает денег на такую, в принципе, хорошую квартирку. Но, раз уж Джас никогда не говорил, кем он работает, значит не хочет. А светловолосый не хочет рыться в его вещах, как истеричка. Однако рано или поздно им надо было обсудить. — Олененок, — подзывает его Алекс, пока тот собирается на работу. — А? — Ты никогда не говорил, кем ты работаешь. — Да… это неинтересно, — как-то нервно отвечает Джастин. — Я уже опаздываю, пока.       Джастин выходит за дверь, чувствуя вину за то, что постоянно лжет Алексу. Ну, разве продажа наркотиков — это работа? Нет, Джас так не считает, однако ему нужны деньги. Очень нужны. Когда он начал подрабатывать наркоторговлей, какая-то крыса спалила его начальству на нормальной работе дизайнера. Его уволили. Слава Богу, что хоть не рассказали полиции. Хотя как знать, как знать…

***

Неделю назад.

      Когда парни приходят домой к Джастину, первый, глядя, как Алекс валится на мягкую кровать, спрашивает, не хочет ли тот переехать к нему, а другой мимолетно бубнит «да» и проваливается в сон, не замечая, с какой жадностью Джас глядит на эту задницу, на которую прилегают узкие штаны. Фоули закусывает губу и снимает футболку, желая рухнуть в кровать, ибо этот день был выматывающим как физически, так и эмоционально, но на его телефон приходит СМС от незнакомого номера. Парень, нахмурив брови, нажимает на сообщение и видит прикрепленное к пугающему тексту фото, где отчетливо видно целующихся Алекса и Джастина. Блять, зеленоглазый ещё тогда понял, что что-то с тем звуком не то, что это вовсе не была упавшая ветка, как заверял Стэнделл, настолько опьяненный тем прекрасным окончанием дня. Если ты не хочешь, чтобы все на работе и Джордан узнали об этом, лучше бы тебе прийти через час в тот парк.       У Джастина кружится голова от страха и потерянности. Он надевает обратно футболку и тут же вылетает из квартиры, на всех порах рванув к месту встречи. Дело в том, что с Джорданом он и продавал наркоту, потому и знает своего бывшего (уже вновь нынешнего) коллегу — какой тот ярый гомофоб, что он знает, где располагается Фоули.       Не хочется впутывать в это Стэнделла. Плевать, что будет с самим Джастином, главное, чтобы Алекс был цел, но проблема в том, что там видно как лицо Джаса, так и лицо его парня. Пиздец.       Джастин добежал до парка минут за 40, и, отдышавшись, он принялся ждать этого удачно выбравшего ракурс говнюка. Из кустов вышел Тайлер — чувак, которого Джас со всей баскетбольной и волейбольной командой гнобили. Вернее, в большинстве случаев Джастин просто молчал в то время, как Монтгомери над ним стебался. Видимо, пришла пора ботану мстить. Но что, по сути, сделал Фоули? Просто остался в стороне и всё… — Что ты хочешь? — со всей злостью, стиснув зубы, спрашивает Джас. — Я бы на твоем месте тон сменил. Всё-таки не моя жизнь будет разрушена из-за фотографии. А, постой же. Ты ее уже разрушил, в школе. — Тайлер, это не я сфотографировал твою голую задницу. Думаешь, я бы стал караулить тебя за ок… — Завали, дебил, — Джастин сжимает кулаки. — Мне нужны деньги, и я удалю фото. — Сколько? — Ну, штук 5000 баксов. — Чего? Ты аху… — Джас подходит ближе, но внезапно Даун достает пистолет из заднего кармана. — До конца недели, — он держит Фоули, который понимает, что тот не выстрелит, но всё же пятит назад, на мушке, неуверенно сжимая оружие. — Чего? Я не успею! — Джордан тебе поможет. — Как ты, блять, вообще о нем узнал? — Не твое дело, — рявкает Тайлер и скрывается во тьме.       От страха подкосились ноги, и Фоули обессиленно упал на колени, не переставая думать о том, как достать такую крупную сумму до конца недели.

***

— Ну что? — к Джастину, который недавно ушёл из дома, подсаживается Даун. — Дер… — Джас начинает вынимать из кармана толстовки конверт с деньгами, но тут его руку хватает Тайлер и тянет обратно. — Ты совсем ебанутый? Положи под скамейку, подожди пару минут и съебывай, — Фоули послушно кладет конверт на землю и подпинывает под скамью. — С Вами приятно иметь дело, Джастин Фоули. — Пошёл на хуй, — Тайлер хмыкает. — Там всё? — Сколько смог. — Я просил всё. — Блять, Тайлер, я не успел. Я потом отдам. — Фото не будет ждать, — Даун достает телефон и начинает что-то нажимать. Джастин заглядывает в экран и видит, как Даун нажимает «опубликовать». — Нет! — он выхватывает телефон и разбивает его об асфальт. — Поздно, Джастин, — ухмыляется Тай, незаметно доставая из-под скамейки конверт. — Удали! Живо! — Фоули приподнимается с места, нависая над Тайлером и ловя на себе озабоченные взгляды прохожих. — Как же я удалю, если ты разбил мой телефон? — продолжает ухмыляться подросток, тоже встав, и ему тут же прилетает кулаком по скуле. Он кривится, выплевывает кровь от прокусанного языка. — Лучше беги к своему ебырю, тебе ли не знать, как быстро разлетаются в сети такие фотографии.       Джастин хочет ещё что-то сказать, но Даун прав. Парень мчится домой, надеясь, что ебаный интернет, да и вся жизнь будет к нему милосердна, и Алекс будет в порядке. Однако, когда Джастин заходит в дом через час (ибо на такси, сами понимаете, денег попросту нет), он видит, что дверь в его квартиру приоткрыта. В глазах поблескивает страх за любимого. Зеленоглазый приоткрывает дверь и видит, что не менее напуганный Стэнделл сидит на диване и с опаской поглядывает на трех мужчин — два незнакомца с битами и… Джордан, в руках сжимающих пистолет. — Ооо, Джастин, чего ты боишься? Заходи, — с притворной радостью говорит парень, которому на вид лет 27, не меньше. — Мы тут как раз о тебе болтали. Да, Алекс? — светловолосый поворачивает голову к Фоули, но тут Джордан внезапно для всех поднимает руку с пистолетом, наводя на Алекса. Раздается выстрел.